Я вернулась домой гораздо раньше Синдара.

Голова плавилась от мыслей. Не могла перестать думать о возможном аресте Дагана, его ледяном спокойствии, самообладании, ухмылке, адресованной королеве, решившей отдать руку и сердце другому мужчине, мужчине из семьи, старавшейся упечь генерала в темницу и даже довести дело до казни.

Уверена, у Дагана был план. Какой бы сволочью он не казался мне раньше, теперь я восхищалась его выдержкой. И Орикос оказался не таким уж страшным. Привёз меня домой, с уважением отнёсся к моей мрачной молчаливости, а в конце сказал:

— Думал, ты поведёшь себя иначе.

— Как? – тихо, почти безжизненно спросила я.

Рыжеволосый здоровяк грубо, лающе рассмеялся и ответил:

— Думал, будешь распускать сопли, как все девчонки, смертные или нет. Размазывать тушь по лицу и прочий бред. Но в твоей головке, кажется, задвигались любопытные мыслишки.

Он ошибся, плана у меня не было, и это пугало больше всего. Но я всегда верила в две величины: в себя и людей. А так как людей вокруг меня не осталось, одни коварные фейри, я могла положиться только на свои силы и чутьё.

Боль от решения Синдара жениться на другой забылась почти сразу же, как только я осознала, в какой опасности нахожусь. Видеть, как блондин отдаёт предпочтение этой девчонке, — ничто по сравнению с возможным арестом и пытками.

И, судя по словам генерала и Орикоса, Синдар скорее сделает всё, чтобы утопить меня, чем попытается помочь и вытащить из темницы. Страх распускался в груди огромным ядовитым цветком, отравляя и мешая размышлять здраво.

– Я видела Лику в обществе Лисандра. Ту самую, которая затянула меня в ловушку и была поймана со мной на границе Талмаара.

Не знаю, почему мне захотелось вдруг поговорить с этим крылатым великаном. Но он больше не казался таким угрожающим, как раньше. Я даже его клыков больше не боялась. Мне почти хотелось довериться ему, за что пришлось тут же себя отругать: в Талмааре никому нельзя верить.

– Да, тоже удивился, – хмыкнул Орикос. – Чаще мне попадались слабые смертные: не способные бороться за свою жизнь, опускающие руки почти сразу, а вы вдвоём, да ещё, пожалуй, и это горячая брюнеточка Лисандра, совсем из другого теста. Те две точно, а о тебе я ещё мало что понял. Пока держишься неплохо.

Я тихо, мрачно рассмеялась и поинтересовалась:

– Ты приглядываешься ко мне? Зачем?

– Хочу посмотреть, выплывешь ли ты.

Я бы тоже на это посмотрела. Со стороны. Однако всё было гораздо серьёзнее.

– Почему ты стал другом Синдара, а теперь служишь генералу?

Орикос вздохнул, подумал, прежде чем ответить, а потом снова заговорил:

— Мы все родились на территории Двора Теней. У верховного правителя Двора Ардала было двое братьев. Средний – отец Дагана. И младший, отлучённый от двора за раннюю женитьбу на фейке, не имеющей в политике никакого веса. Сам Даган оказался в самом хвосте в очереди на наследование титула правителя. Отношения у братьев были натянутые, и в конце концов Ардал просто выслал брата и его семью подальше. Как в своё время сделал и с младшим братом.

Я тоже родился при дворе, в семье королевского советника. Мы почти одного возраста с Даганом, и это нас сблизило. Он никогда не задирал нос. Более того, терпел издёвки и насмешки старших кузенов, а когда подрос, смог и наподдать, кулаками или магией. Его силы начали побаиваться, и Ардал обратил внимание на магический дар племянника.

После очередной ссоры со средним братом, верховный правитель просто отказал ему от двора, и они уехали. Мы с Даганом изредка пересекались на нейтральной территории, когда я стал совершеннолетним и мог покидать дворец. Двор Теней никогда не ограничивал крылатых в их передвижениях. Это сейчас на полёты нужно особое разрешение короны.

— Поэтому я никогда не видела, как ты летаешь! — изумлённо воскликнула я.

— Да, такое разрешение выходцу из Двора Теней получить очень сложно. Поэтому приходится расправлять крылья где-нибудь далеко от столицы, в лесу, там меня никто не увидит.

Я потрясённо смотрела на Орикоса, изумляясь, до чего жестоко запрещать летать тому, у кого есть крылья!

— Что за дурацкие порядки! — подосадовала я.

— У королевы и её предков нет и не было крыльев, они считают нас угрозой. Так, я отвлёкся. А когда началась война с короной, мы с Даганом проходили обязательную службу на границе страны. Нас отрезало от внешнего мира, мы не понимали, что нам делать, сведений никаких не получали, а если и получали, то обрывочные. К тому моменту отец и мать Дагана уже давно умерли, и ему хотелось восстановить общение с Ардалом и кузенами. Но он не успел. Война завершилась довольно быстро, казнью верховного правителя двора и его сыновей. Их, казнили, как предателей. Даган оказался первым в очереди на титул верховного правителя Двора Теней. Вторым — Синдар, племянник Дагана. Внук младшего брата Ардала, отосланного от двора за много лет до войны.

— Так вот почему Таиргат выбрал Синдара в качестве претендента в мужья дочери, — начала понимать я.

— Верно, — кивнул Орикос, внимательно разглядывая меня. – Начинаешь соображать, как у нас тут всё устроено?

— Просто мало об этом задумывалась. А теперь думаю обо всём и постепенно складываю паззл.

— Складывай-складывай, — хмыкнул Орикос. — Это хорошая зарядка для мозга. Таиргат выбрал Синдара не просто потому что он смазливый, сладкий или способен предоставить о генерале какие-то сведения. Если убрать Дагана, Синдар станет единственным наследником на титул верховного правителя Двора Теней. Уже сложила свой паззл, красуня?

Сложила. И теперь бестолково от мрачного изумления смотрела на крылатого фейца.

Так вот почему Таиргат обратил внимание на Синдара!