Я предполагала, что фейцы будут говорить в кабинете Синдара, поэтому направилась именно туда. Разумеется, Даган прибыл со своей свитой, их было около пяти, а среди них, вероятно, именно тот, кто подкинул меня на развратную вечеринку ненавистного Лисандра.

— Я приказал тебе остаться у бассейна, — рыкнул Синдар, застукав меня на подходе к коридору, и его выпад привлёк внимание свиты генерала, столпившейся у кабинета. Сам Даган, вероятно, был уже внутри. — Но раз уж ты здесь, принеси вина, фейского ежевичного, только оденься поприличней. Не нужно Дагану видеть тебя такой.

Фейец окинул мой коротенький шёлковый халат странным, брезгливым взглядом, и я кинулась в свою спальню. Быстро переоделась в простое летнее платье, прошлась по влажным волосам расчёской, спустилась в кухню, нашла ту бутылку, какую нужно, взяла два бокала и понесла в кабинет Синдара.

Парни, пришедшие с генералом, окинули меня внимательными взглядами, противно заухмылялись, кто-то из них даже тихонько присвистнул.

Я вошла в большой, светлый кабинет Синдара и подошла к столу, за которым развалился генерал. Мой блондин же сидел напротив, будто находился в чужом кабинете. Синдар показался мне очень напряжённым. Он явно не был в восторге от такого неожиданного визита.

— А, твоя рыжая кукла, — усмехнулся Даган, взглянув на меня до того тёмным взглядом, что у меня мурашки по спине побежали.

Он был в чёрной рубашке, несколько верхних пуговиц были расстёгнуты, и я увидела его мощную, широкую грудь. На шее генерала заметила подвеску в виде змеи. Гадюка — символ рода Виларнов.

Синдар зло и многозначительно зыркнул на меня.

— Добрый вечер, генерал, — прошелестела я, понятия не имея, как правильно обращаться к нему. А что, если скажу что-то не то, и он разозлится на меня? Не хотелось бы злить фейца, которого называли вторым лицом во всём королевстве. Неужели он так сладко имел Верховную Королеву фейри, что та хотела сделать его королём? Красив безусловно. Но, должно быть, не только это так привлекало её в нём.

— Твоя смертная навела шума в клубе, — продолжил Даган, скользя тяжёлым взором по моему лицу, изгибам фигуры, длинным ногам, и продолжил, обращаясь к Синдару. — Лисандр обиделся на тебя за то, что ты забрал девчонку у него.

— К Лисандру она попала случайно, — спокойно отозвался мой белокурый фейец, но за пару недель нашего общения я успела немного узнать его: и теперь ясно видела, что он нервничал.

— Ты хотел, чтобы она шпионила для тебя, и выбрал неумеху, к тому же, смертную, — Даган с презрением разглядывал на меня, не отрываясь, а я пристально смотрела на него. Главное, не показывать своего страха. Да кто он такой, чтобы так пялиться на меня?! — И она привлекла ненужное внимание. Подставила тебя.

Это я-то подставила Синдара? Тем, что не захотела быть изнасилованной?

— Теперь этот гад пытается выяснить, что это за средство ты дал смертной, что на неё не подействовало фейское вино.

— Никакого средства нет, — признался Синдар. — На неё не действует ни вино, ни еда фейри.

Даган посмотрел на меня ещё внимательнее. На мои уши, черты лица, фигуру.

— В твоём роду не было фейцев? — спросил генерал.

— Я не знала своего отца, — призналась. — Но если бы он был из фейр, мать бы сказала мне об этом.

— Никогда не видел такого дара у смертных. Что ж, — сказал генерал, обращаясь к племяннику, но продолжая коситься на меня, — учи её, трать на неё время, если тебе так хочется. Может, из девчонки что-то и выйдет. Но за каждый промах должно следовать наказание. Ставки слишком высоки.

Синдар угрюмо кивнул, а я перевела на него уничтожающий взгляд. Что значит наказание? Порка ремнём или хлыстом? Такого уговора не было!

И долго не могла решиться задать один вопрос. И всё же задала:

— Со мной была девушка, когда нас поймали на границе. Блондинка. Её зовут Лика. Вы продали её долг?

— Продал, — спокойно отозвался генерал. — Вернее, продал Синдар. Она должна была работать в моём доме, но только и делала, что ныла и отлынивала от работы. Мой помощник продал её тому, кто предложил наивысшую цену.

— Я видела её на вечеринке Лисандра.

— Хорошо, что ты её там видела, — по лицу генерала зазмеилась кровожадная улыбка. — Смертные должны знать, что бывает, когда они пытаются нарушить сделку.

— Она просто погибнет.

— Мне плевать. А почему тебе не плевать? — жёстко осведомился генерал. — Слышал, это она затянула тебя во всё это дерьмо. Если бы не твоя подружка, ты бы осталась жить и коротать свои дни в мире среди своего народа. А теперь вынуждена служить фейри. Мало того, что ничего не умеешь, бестолковая, слабая, так ещё и мягкотелая. Такую, как ты, в койку на пару раз и перепродать повыгоднее.

Ярость накрыла меня обжигающей волной, но я сдержала эмоций неизвестно какими силами. Синдар странно посмотрел на своего дядю, но не сказал ни слова. Это и понятно, он не пойдёт против него. А вот что терять мне? Кроме жизни, разумеется.

— Надеюсь, это не последний бокал вина, который ты пьёшь, генерал, — процедила я зло, несдержанно и рука фейца с бокалом застыла в воздухе.

Синдар наградил меня лютым взглядом, в нём плескалось что-то вроде страха и в то же время восхищения. Даган смотрел на меня и вовсе с угрозой.

Я лишь подошла к генералу фейри ближе, взяла бокал из его рук, сделала несколько глотков и отдала ему обратно. Показывая, что вино не отравлено.

— Уйди отсюда, — рыкнул Синдар мне, и я, усмехнувшись, развернулась и вышла за дверь.

В коридоре я почти не обратила внимание на фейцев, снова облобызавших меня отвратительными взглядами. Понеслась прочь от этого кабинета. Затем заперлась в своей спальне и забилась в угол, тяжело дыша.

Только что я говорила со второй в королевстве фейри фигурой. Довольно жестокой и, по слухам, не ведающей меры. Я не просто говорила с ним, а дерзила. Что сделает со мной главный генерал страны после того, как я его разозлила? Даже не так. Угрожала!

Я только что угрожала генералу фейри, Дагану из Двора Теней. Проблеяла что-то о последнем бокале вина. Я всего лишь смертная в жестоком и коварном Талмааре! Почему мне не удалось захлопнуть свою пасть вовремя? И что мне за это грозит