Через три дня после премьеры балета «Павильон Армиды», в среду 28 ноября 1907 года, Вацлав исполнил с Лидией Кякшт па-де-де Голубой птицы и принцессы Флорины в 3-ем акте балета «Спящая красавица». Станцевать партию Голубой птицы на сцене Мариинского театра было мечтой 18-летнего Вацлава.
Это был первый случай, когда такая важная танцевальная партия, как Голубая птица, была доверена молодому артисту в его первый же балетный сезон в Императорских театрах.
С тех пор как 3 января 1890 года Энрико Чекетти впервые исполнил эту роль, па-де-де Голубой птицы и принцессы Флорины танцевали только ведущие артисты Мариинского театра: Николай Легат, Георгий Кякшт, Михаил Фокин, Самуил Андрианов. С годами сложился неизменный порядок исполнения этого па-де-де, в то время как художественный подход к воплощению образа Голубой птицы оставался на усмотрение самих танцовщиков. Однако большинство из них предпочитали сохранять существующую трактовку и не вносить в танец никаких изменений [127, 207].
Вацлав много раз видел Голубую птицу на сцене Мариинского театра, так как сам ранее выступал здесь в балете «Спящая красавица». Когда он был воспитанником младших классов Театрального Училища, то часто участвовал в танце «Мальчик-с-пальчик и его братья», а в выпускном классе в этом балете у него уже была постоянная роль Волка. И уже тогда критики и публика пророчили ему роль Голубой птицы и видели партнёром Анны Павловой именно Нижинского, а не Самуила Андрианова (см. Книга 1, глава «Выпускной учебный год 1906/1907»). Наблюдая за другими танцовщиками, Вацлав не пытался специально запомнить роль, но музыка и образ Голубой птицы в постановке Петипа навсегда впечатлили его [127, 208].
По традиции молодые артисты должны были разучивать свои партии под руководством старших коллег. Нижинский мог бы попросить своего бывшего учителя Михаила Обухова помочь ему разучить вариацию и соло из коды Голубой птицы, но, будучи уже знакомым с танцем, Вацлав создал свой собственный танцевальный образ. К тому же Михаил Обухов сам никогда не танцевал Голубую птицу, а только роль Принца Фортюнэ. Вацлав работал самостоятельно и не обращался ни к кому за художественным руководством, так как даже Михаил Фокин, который к этому времени уже вводил художественные новшества в свои балеты, исполнял Голубую птицу традиционно, как и все остальные артисты, интерпретируя её как роль принца, одетого Голубой птицей, выступающего с принцессой Флориной в качестве гостей на балу по случаю бракосочетания принцессы Авроры и принца Дезире [127, 208].
Голубая птица Фокина не летала, а танцевала в классической балетной манере, принимая эффектные позы и используя длительные паузы, чтобы подчеркнуть окончание последовательности па. Только большие жёсткие крылья, закреплённые на проволочном каркасе, указывали на то, что персонаж — птица [127, 208].
Все костюмы для «Спящей красавицы» были разработаны И. А. Всеволожским, директором Императорских театров с 1881 по 1899 год. Костюм Голубой птицы по стилю напоминал балетный костюм Людовика XIV, в котором тот выступал в придворных балетах в Версале. Богато украшенный сюртук с пышной юбкой был в двух оттенках синего: тёмный верх и светло-голубой низ. Широкая голубая лента была перехвачена на левом плече, перекинута через грудь и спину и завязана объёмным бантом над правым бедром. Большие изогнутые крылья на проволочном каркасе закрывали руки и кисти. Костюм завершала корона из голубых перьев [127, 208].
Михаил Фокин в роли Голубой птицы в балете «Спящая красавица» в костюме, созданном И. А. Всеволожским для хореографии М. Петипа. Мариинский театр. Санкт-Петербург. Начало 1900-х годов.
Осталось неизвестным, как Вацлав, которому было всего 18 лет, убедил дирекцию Мариинского театра изменить традиционный костюм Голубой птицы и сшить для него новый, по его собственным эскизам. Вместо замысловатого сюртука с широкой юбкой Вацлав надел обычную балетную тунику и короткие шорты поверх трико. Весь костюм был более насыщенного голубого цвета, и у него не было проволочного каркаса для крыльев. В традиционном костюме танцовщик мог выполнять па только ногами, так как его тело было сковано большими громоздкими крыльями. В новом же костюме руки-крылья Вацлава и его тело двигались вместе, как крылья и тело птицы, свободно парящей в воздухе [127, 209].
На одной из последних репетиций все артисты были в своих обычных рабочих костюмах, за исключением Нижинского, который репетировал свой танец Голубой птицы в новом костюме. В то время Нижинский шёл по своему творческому пути самостоятельно: не было никого, кто мог бы дать ему художественное руководство и направлять его в творческом поиске [127, 209].
Из книги Брониславы Нижинской «Ранние воспоминания»: «Крылья птицы были частью его танцующего тела — его руки не сгибались в локтях, но движение, как в крыле птицы, производилось в плече; движения тела были движениями птицы в полёте. Порхающее движение рук у запястья, и крылья Голубой птицы дрожали и трепетали; птица парила и пела свою песню — и тело Нижинского пело в его танцующем полёте. Он создал свой образ Голубой птицы, образ, который стал живым существом и частью его самого.
Как найти слова, чтобы передать суть танца? Как перенести его в реальность? Как описать танцевальный образ, созданный птицей в полёте?
Видение-впечатление, будто Голубая птица летит низко над быстрым течением стремительного потока, играет в брызгах воды, плещется в потоке, встряхивает трепещущими крыльями, затем снова взлетает вверх и парит, раскачиваясь взад-вперёд в полёте. Когда обе ноги высоко подняты вперёд и трепещут в brisé volé, они прикрываются быстрыми взмахами трепещущих крыльев, и тело тоже наполовину наклоняется вперёд. Ещё одно быстрое движение — и крылья распахиваются, Нижинский меняет позу во время прыжка, максимально выгибая тело назад. Кажется, что его тело постоянно висит в воздухе, не касаясь пола, то наклоняясь вперёд, то выгибаясь дугой назад, раскачиваясь в воздухе то вперёд, то назад. Широкие движения рук-крыльев, то сложенных, то раскрытых, кажется, удерживают его в воздухе, в его собственной атмосфере, в его собственной стихии. Это движение brisé volé в коде повторяется дважды по диагонали сцены — от последней кулисы к первой, завершаясь множеством пируэтов, от десяти до двенадцати, на максимальной скорости, prestissimo (итал., превосходная степень от presto — быстро, в музыке — обозначение очень быстрого темпа. — Прим. автора).
Постоянные зрители Мариинского театра знали постановку „Спящей красавицы“ наизусть. Каждый танец был знаком им до мельчайших подробностей, поэтому они вполне могли оценить каждого исполнителя и наградить его соответствующими аплодисментами. Триумф Нижинского в роли Голубой птицы был ошеломляющим.
Хореография Нижинского ни в коей мере не была изменённой хореографией Петипа; она послужила ему темой для танцевальной вариации, так что его исполнение стало его собственной композицией.
Создавая свой танец — его движения, ритм, экспрессию, характер, — Нижинский создал совершенно новый театральный образ Голубой птицы. Здесь всё в его творчестве было удивительно и по-новому найдено: и художественная техника танца, и грим, и костюм. Нижинским руководил его врождённый гений. Каждое его движение было пронизано музыкой Чайковского. Тело Нижинского словно утратило человеческие очертания и превратилось в парящую в воздухе птицу, в заколдованную голубую птицу из сказки Перро» [127, 209–210].
Brise Volé (Бризе Воле) — это ударное па в классическом танце (как правило, мужском), в котором танцовщик чередует бризе вперёд и назад. Это па исполняют в вариации Голубой птицы из балета «Спящая красавица». BRISÉ, бризе (франц. ломаный, разбитый) — прыжок, во время которого пролёт опорной ноги как бы прерывается ударом работающей ноги [109, 36].
Brise Volé. Иллюстрация из книги Lifar S. «Lifar on classical ballet» [119, 153].
Свидетельство Брониславы о том, как 18-летний Вацлав Нижинский создал свой собственный театральный образ Голубой птицы — от художественной техники до костюма и грима — опровергает широко распространённый стереотип, который закрепился в научной среде: будто до встречи с Дягилевым и его окружением Нижинский был несостоятелен как творческая личность. Это ошибочное утверждение продолжает жить в публикациях современных историков балета. Более того, в некоторых публикациях современных балетоведов мне доводилось встречать мнение, что творческие достижения Нижинского в Мариинском театре были следствием не его собственного таланта, а покровительства влиятельных лиц. Представляется, однако, что свидетельство Брониславы, показывающее самостоятельный и осознанный путь Вацлава уже в 18 лет, убедительно опровергает эту точку зрения, которая по сути дискредитирует Нижинского не только как артиста, но и как личность.
Истина же заключается в том, что неудовлетворённость юного артиста Нижинского закостенелыми традициями Императорских театров привела к созданию им собственного танцевального шедевра — вариации Голубой птицы в балете «Спящая красавица». Это доказывает, что с самого начала своей карьеры на Императорской сцене Вацлав Нижинский уже стремился найти свой уникальный творческий стиль, и не только как исполнитель, но и как хореограф и художник. Но этот факт не стал частью научного наследия, как и то, что современные танцовщики исполняют партию Голубой птицы в художественной технике и костюме, основоположником которых является 18-летний Вацлав Нижинский. Однако в учебниках по истории балета об этом не пишут, в отличие от информации о князе Львове.
Анатолий Обухов в роли Голубой птицы в балете «Спящая красавица» в костюме, прообразом которого стал костюм Вацлава Нижинского в этой роли. Мариинский театр. Санкт-Петербург. Середина 1910-х годов.
Сергей Викулов в роли Голубой птицы в балете «Спящая красавица» [26, 123], основоположником образа и виртуозной техники которой является 18-летний Вацлав Нижинский.