Строго говоря, корейцы появились на свет 15 августа 1945 года, когда капитулировала Японская империя. Фактически же датой их рождения можно считать 27 июля 1953 года, когда было достигнуто перемирие в Корейской войне. С этого дня те, кто когда-то были чосонцами, разделились на жителей Республики Корея (Южная Корея) и Корейской Народно-Демократической Республики (Северная Корея). Южнокорейцы, оказавшиеся гражданами самого бедного в мире государства, поднялись из руин, оставленных войной.

На закате эпохи Чосон и во времена японского колониального правления Корейский полуостров находился в состоянии, когда его производственный потенциал, будучи ограниченным природными условиями, стремительно истощался. Неудивительно, что после обретения независимости корейцы, прежде чем развивать другие отрасли промышленности, в первую очередь озаботились производством минеральных удобрений. Просто чтобы выжить, им приходилось проявлять чудеса выносливости и трудолюбия. Чтобы строить дома, они должны были добывать самый твёрдый в мире гранит и перевозить его по горным склонам к месту строительства. Нужно было искать древесину в горах, практически лишённых растительности, и собирать солому для крыш. То, как они умудрялись получать рис с полей, плодородие которых было истощено веками непрерывного земледелия, было упрямством, попирающим всякий здравый смысл. Если же рис экспроприировали, они, чтобы не умереть с голоду, выращивали ячмень, который быстро давал урожай весной.

Следует также учитывать, что нищета наступила уже после того, как корейцы стали крупнее благодаря революции Чон Доджона. Чтобы поддерживать свои выросшие тела, корейцы ели всё, что только можно было употреблять в пищу. Какие бы лишения ни выпадали на их долю, они считали счастьем просто оставаться в живых. Испытания, через которые пришлось пройти старшему поколению – истории о них любому корейцу доводилось слышать не раз, – столь тяжелы, что поколению нынешнему даже сложно это представить. Они голодали, даже если неустанно и усердно трудились. Но им удалось выжить. Для корейца жизнь – бесконечное усилие. Усилие – это лучший друг корейского народа, это его враг, это он сам. Закономерно, что Республика Корея занимает первое место среди стран ОЭСР по среднегодовому количеству рабочих часов на одного работника.

В аграрном обществе[315], где производственные силы ограничены тем, что позволяет природная среда данной территории, все корейцы трудились так самоотверженно, что в любой другой стране они непременно стали бы богачами. Даже с наступлением эры второй промышленной революции, где производственные мощности практически безграничны, корейцы не смогли изжить свою привычку работать и конкурировать до тех пор, пока не рухнут без сил. Они должны утереть нос друзьям и соседям; должны воспитать детей лучше, чем другие; должны проявить сыновнюю почтительность, став такими сыновьями и дочерьми, за которых родителям не придётся краснеть от стыда; должны победить Японию, которой нет прощения; должны получить признание США; должны разобраться со своим никчёмным правительством. Они ощущают превосходство над теми, кому повезло меньше, чем им, и страдают от комплекса неполноценности из-за тех, кто преуспел больше них, а затем корят себя за лень и работают ещё усерднее. Для корейца не существует такого понятия, как время для отдыха. Даже если отдыхает его тело, его разум продолжает работать. В результате Республика Корея стала развитой страной с самым высоким уровнем самоубийств и самым низким индексом счастья.