Отражение набегов японских пиратов, продолжавшееся с конца эпохи Корё до начала Чосона, стало толчком к тому, что Корейский полуостров всерьёз увлёкся огнестрельным оружием. Имджинская война стала вторым поводом осознать, что без огневой мощи никак не обойтись. Здесь важно учесть одно фундаментальное ограничение Корейского полуострова. В эпоху Чосона население продолжало расти, однако демографическая ёмкость[139] полуострова достигла предела. В то время как население Китая и Японии бесконечно увеличивалось, Чосон, по сравнению с ними, становился всё слабее. Естественно, что он стремился к огневой мощи, чтобы сохранить жизни своих солдат и массово уничтожать врагов.

Экономика, приоритетом которой является сохранение каждой жизни, – это понятие, неразрывно связанное с Корейским полуостровом. Однако начиная с конца XIX столетия Корея стала катастрофически отставать именно в развитии огнестрельного оружия. Артиллерийская мощь держав, окружавших Корейский полуостров, была не по силам Чосону. Япония, превосходившая Чосон не только в численности населения, но и в огневой мощи, в результате Русско-японской войны поглотила Корейский полуостров. Но даже эта японская мощь была сметена под натиском превосходящих сил США и СССР. Освобождение Кореи пришло вместе с самым мощным оружием в истории человечества – двумя атомными бомбами, сброшенными на Хиросиму и Нагасаки. Я убеждён, что корейцы – это народ, который был сильнее всего после японцев впечатлён тогда мощью ядерного оружия.

Недостаток населения в сочетании с абсолютным отставанием в огневой мощи создавал для жителей Корейского полуострова ситуацию, которую их историческое сознание просто не могло принять. Корейская война, будучи гражданской войной, одновременно стала прокси-войной международного масштаба в эпоху холодной войны. В ходе этой войны южнокорейская армия испытала шок от огневой мощи советского оружия и численного превосходства китайских добровольцев, северокорейцы же в равной степени были ошеломлены огневым превосходством американских сил. После Корейской войны история Республики Корея и КНДР в военном плане – это реализация навязчивой идеи наращивания огневой мощи. Министерство обороны РК сейчас нередко называют «министерством артиллерии» (кор. 포(砲)방부). Южнокорейцы сами признают: их страна просто помешана на пушках и ракетах. А Северная Корея, потерпевшая экономический крах, из-за ограниченности ресурсов вложила все средства в асимметричные вооружения[140]: ядерное оружие и сопутствующие ракетные технологии.

Северная Корея не считает Южную Корею, США и Японию своими настоящими врагами. Восприятие мира в КДНР связано – так же, как и на Юге – с долгой историей Корейского полуострова, который веками сопротивлялся тому, чтобы быть поглощённым Китаем. После 2010-х годов из нескольких источников стало достоверно известно, что в Северной Корее распространено выражение: «Япония – враг на сто лет, а Китай – враг на тысячу лет». Майк Помпео, бывший госсекретарь США, в своих мемуарах раскрыл содержание секретных переговоров с Ким Чен Ыном, которые состоялись, когда Помпео был директором ЦРУ. Ниже приведён их диалог:

Помпео: Китай постоянно говорит нам, что председатель Ким Чен Ын будет очень счастлив, если американские войска выведут из Южной Кореи.

Ким Чен Ын (громко смеясь и стуча по столу): Китайцы – лжецы. Американские войска в Корее нужны мне для защиты от Китая. <..> Китай хочет вывода войск, потому что хотел бы обращаться с Корейским полуостровом как с Тибетом или Синьцзяном.

Этот эпизод настолько поразил Помпео, что он, ссылаясь на него, заявил: «КНДР даже не обратит внимания, если США разместят на Корейском полуострове дополнительные ракеты и сухопутные войска». Но ещё до него подобный опыт уже пережил другой политик – бывший президент Южной Кореи Ким Дэджун. Он неоднократно раскрывал содержание своего диалога с Ким Чен Иром (отцом Ким Чен Ына) во время межкорейского саммита 15 июня 2000 года:

«Я был удивлён, когда Ким Чен Ир заявил, что, поскольку Корейский полуостров окружён Японией, Китаем и Россией, даже после объединения желательно сохранить присутствие американских войск в Корее».

Северокорейские власти, возможно, не преуспели в гуманитарной сфере и с моральной точки зрения, но они точно не глупы. Для Кимов не секрет, что из всех держав – «настоящего» Китая и остальных «китаев» (Японии, России и США) – собственно сам Китай представляет собой наиболее серьёзную экзистенциальную угрозу.

Северная Корея воспринимается мировым сообществом как безумный фанатик, помешавшийся на ядерном оружии. Однако было бы ошибкой считать, что Южная Корея никогда не стремилась к обладанию им. Республика Корея мечтала о ядерном оружии с момента своего основания. Первый президент страны Ли Сынман заявил на одном из последних совещаний в год Апрельской революции (1960), которая свергла его режим:

«Если мы не станем самостоятельными, нам уготована лишь участь рабов <..> Необходимо развивать атомную энергетику и создать хотя бы военный комитет, чтобы подготовить инженеров, достойных преемников адмирала Ли Сунсина».

Существует мнение, что Ли Сынман стремился к развитию атомной энергетики для эффективного экономического роста, однако под «атомной энергетикой» он явно подразумевал ядерное оружие. Он рассматривал ядерное оружие как логическое продолжение пушек чхонджа, которые адмирал Ли Сунсин использовал во время Имджинской войны. Саму Имджинскую войну Ли Сынман тоже воспринимал через призму огневой мощи. Пак Чонхи в своём стремлении получить ядерное оружие был ещё более откровенен, чем Ли Сынман. Он так усердно продвигал ядерную программу, конфликтуя по этому поводу с США, что появились даже слухи о том, что ЦРУ рассматривают возможность его убийства. В итоге его, правда, убил не агент ЦРУ, а – Ким Джэгю, глава южнокорейской разведки.

Стрелы и камни, что летели в захватчиков с крепостных стен, и современные ракеты Северной и Южной Кореи обладают общим генетическим кодом Корейского полуострова. Как миниатюрная собачка, которая умещается на ладони, остаётся подвидом серого волка. Подвиды могут различаться внешне, но генетически принадлежат к одному виду. В сердцах корейцев живёт обида на сто лет одиночества без огневой мощи. На самом деле, Южная Корея искусно использовала Северную Корею с её устрашающей риторикой, чтобы привлечь внимание мирового сообщества. Пока безумный северный сосед угрожал всему миру, на Юге тихо, без лишней шумихи, разрабатывали передовые системы вооружений. В начале XXI века Республика Корея удивила мир, внезапно начав производить ряд высокотехнологичных вооружений. Благодаря КНДР, которая делала вид, что она сильная, Югу удавалось притворяться слабым, но больше притворяться не получится. Сегодня Южная Корея меняет курс и активно продвигает своё оружие на международном рынке.