8. Соглашение с юной леди

Правильная девушка всегда должна хотеть

красивое платье, пироженку

и замуж.

* * *

– Дамы, выходим.

Из палатки показалась голова служанки. Показалась. Огляделась. Удивилась.

Служанка выползла из низкой палатки на четвереньках, поднялась.

За ней – баронесса. Расправила юбку. Посмотрела на меня. Узнала.

– Мастер охотник?

– Да, это я. Здравствуй, баронесса.

– Неужели ты в одиночку убил всех разбойников?

– Да, именно так. Дело в том, леди, что я не только охотник, но еще и немножко некромант. Правда, совершенно необученный.

Говорить мне было сложно – о серьезных вещах думать я предпочитал на русском, приходилось переводить свою речь в голове. Это было легче, чем если бы я учил низотезийский язык обычным способом, но всё равно время на перевод требовалось, так что я слегка тормозил в разговоре. Практики у меня маловато было.

– Мастер, ты настоящий герой, ты освободил меня. Я тебе чрезвычайно благодарна. Каковы же теперь твои планы? Мне и дальше потребуется помощь, девушка не может быть одна в этом жестоком мире.

Я прокрутил в голове ее слова. Вот эти все «ты герой, я благодарна», на мой взгляд, намекали, что я заслужил поцелуй в щечку, и на этом благодарность может быть исчерпана. У меня на это была немного другая точка зрения.

– Баронесса, я не знаком с обычаями, принятыми у знати. Разъясни мне: я победил банду разбойников, как принято в таком случае поступать с трофеями?

Девушка сразу загрустила.

– Мастер, все, что ты отбил у разбойников, по праву твое. И за мое освобождение ты вправе получить награду. Но в числе имущества, которое ты найдешь в их лагере, есть то, что принадлежало мне. Я надеюсь, ты дашь мне возможность выкупить эти вещи?

– Дам, конечно. Но ведь денег у тебя теперь не осталось.

Девушка вздохнула.

– Я выдам тебе вексель. Только… ты согласишься доставить меня в безопасное место?

– Соглашусь. Думаю, нам проще всего вернуться, нанять в замке местного барона какую-то охрану и отправить тебя обратно к отцу.

– Мастер, я бы просила доставить меня в Прибрежную марку, во дворец герцога.

– Это опасно. Зачем тебе так рисковать? Ты даже с отрядом опытных наемников попала в плен, а сейчас кроме меня тебя никто не защищает.

Девушка засмущалась, глазки опустила, начала объяснять:

– Отец по приглашению Даура, герцога Прибрежного, отправил меня представиться его двору. У герцога есть неженатый наследный сын, Орвальд, граф Омский, и сейчас он выбирает невесту для него. Потому и пригласили меня и других девушек, подходящих по возрасту и знатности. Даже если я не стану женой графа Омского, при дворе будут и другие знатные господа, подходящие мне в мужья.

– Неужели в горных баронствах не нашлось для тебя мужа?

– В горных баронствах всё очень патриархально. В Прибрежье жизнь гораздо роскошнее и веселее. Но главное – в горных баронствах я смогу рассчитывать только на место второй жены, а при дворе герцога есть много молодых мужчин, не имеющих и первой. Я ведь достаточно красива и родовита, чтобы рассчитывать на место первой жены, как ты считаешь?

* * *

До этого момента я как-то не задумывался, что делать после того, как уничтожу банду. То есть в общих чертах я себе представлял: освобожу принцессу… то есть баронессу… получу ее благодарность и вознаграждение… потом буду путешествовать с ней… куда-то доберусь, там на учебу устроюсь. Но как мне в одиночку уберечь ее на этом длинном пути?

– Баронесса. Перед тем, как принимать окончательное решение, куда мы направимся, нам нужно сначала разобраться со срочной проблемой. Вокруг нас десятки мертвых тел. Уже завтра тут будет невозможно находиться из-за запаха. Нам нужно собрать все ценное, погрузить на лошадей и уходить отсюда. У меня недалеко есть удобное и безопасное жилье. Предлагаю переместиться туда, а уже там спокойно решать, что делать дальше.

Баронесса согласилась. Я объяснил им со служанкой, что придется помочь с обыском тел и упаковкой вещей.

Перед началом работы произошла еще одна заминка.

– Мастер, прости. А как мне к тебе обращаться?

– Тим. Полное имя – Тимос.

– Мое полное имя Гаммата, кратко – Гамма. Служанку зовут Уля.

Затем девушка неожиданно опустилась на колено и произнесла:

– Я, Гаммата, баронесса долины Розовой Скалы, прошу тебя, Тимос, охотник и некромант, стать моим временным опекуном, пока мы не встретим моего отца, или пока я не выйду замуж, или пока право опекунства ты не передашь другому лицу по своему выбору. Обязуюсь подчиняться тебе во всем и выполнять все приказы, если они не будут противны родовой или моей личной чести.

Я был слегка обескуражен. Это я теперь ей вроде временного отца? А с учетом, что едем мы не к постоянному отцу, а ровно в обратную сторону – это все надолго? Попросил ее разъяснить.

– Молодая девушка не может путешествовать одна. Рядом должен находиться кто-то, кто может ее защитить и позаботиться о ней. Чтобы я могла продолжать путешествовать с тобой, ты должен принять мою клятву и стать моим опекуном.

– Плохонький из меня защитник.

– Ты убил тех, кто убил мою охрану. Значит, ты достаточно хорош.

В принципе, такое положение меня устраивало, статус опекуна я принял. Повторил слова ответной клятвы, которые Гамма мне продиктовала.

Забавно, что сразу после принятия клятвы баронесса стала обращаться ко мне «господин». Место опекуна при благородной леди временно повышало мой статус до ее уровня. До сих пор я, как охотник, был равен горожанам и мастерам, а после обучения, уже как некромант, получу низший дворянский титул, что-то вроде земного эсквайра. А теперь я временно равен баронам.

* * *

После обмена клятвами мы до вечера обыскивали трупы и палатки, сортировали трофеи, паковали все ценное, потом грузили на лошадей и осликов и перевозили к моей землянке.

Девушки не роптали и послушно выполняли неприятную и тяжелую работу.

Большую часть оружия и доспехов мы упаковали и спрятали невдалеке от лагеря разбойников. Сложили грудой в кустах, снизу и сверху кожаными жилетами, снятыми с разбойников, от влаги защитили, а поверх них накрыли тканью палаток в несколько слоев. Железо было тяжелым, и его оказалось очень, очень много: больше сотни кольчуг и шлемов, десятки бригантин, наплечников, наручей и поножей, соответствующее количество мечей, секир, копий, немного уцелевших щитов. Навьючить весь этот груз на коней было бы просто невозможно.

Из доспехов я взял с собой только несколько самых качественных комплектов, в том числе – латы обоих капитанов, горца и разбойника, латы мага. Из оружия прихватил арбалеты, мечи и кинжалы капитанов. Один хороший комплект доспехов, подходящий мне по фигуре, подобрал для себя. И оружие к нему. Пока я этим всем пользоваться не умею, но пригодится. В том числе и как признак статуса: одно дело – непонятный молодой парень, путешествующий с девицами и дорогим имуществом, и совсем другое – воин в кольчуге, с копьем и мечом у пояса.

Тележки маркитанток пришлось бросить, как и большую часть припасов, которые в них лежали. Из продуктов я взял себе только мешок сушеной рыбы (соскучился я по рыбе), пару бочонков с вином (разбавлять воду, если будет недостаточно чистой) и мешок крупы.

Зато сундуки и все вещи баронессы взяли – она девушка, ей замуж надо, ей без платьев и чулочков нельзя.

Еле управились до темноты.

* * *

Пока Уля готовила ужин (мы остались без обеда, время на приготовление было жаль терять, да и пейзаж в лагере наемников не способствовал аппетиту), я рассматривал карту, которая нашлась среди вещей капитана.

Ехать по дороге, почти беззащитными, с длинной вереницей вьючных лошадей и ослов, с огромным количеством денег, я не рискнул бы. Пока дорога идет по дремучему лесу – еще возможно, а потом, на границе населенных земель, наверняка найдутся люди, которые захотят отобрать у меня все богатства, а заодно и юную леди.

Так что передвигаться нам безопаснее не по дороге, а по лесу.

Из-за этого я и повозки оставил, не стал брать – по лесу они не пройдут, идти будем по оленьим тропам, там только вьючных коней сумеем провести.

Судя по карте, мы сможем пройти по лесу напрямик к столице Прибрежной марки, городу Ботенне. В этом случае по населенным местам придется идти всего километров тридцать. Марка, она вообще по площади не очень большая, узкая, вытянута вдоль берега моря.

Тридцать километров по незнакомой территории, с мешком золота и породистой девственницей, – много это или мало?

* * *

За этот день мы ужасно устали. Я вообще валился с ног и глаза у меня закрывались, спать хотелось. Так что сразу после ужина я показал девушкам на кровать, себе бросил пару шкур на пол и мешок крупы вместо подушки.

– Господин наш, могу ли я сказать? – после того, как я стал опекуном, стиль общения баронессы сильно поменялся.

– Да?

– Матушка говорила мне, что мужчины, лишенные женской ласки, могут испытывать страсти, терять голову и совершать неразумные поступки. Особенно тяжело бороться со страстями молодым мужчинам, и особенно – когда рядом есть девушка. Мне будет спокойнее, если Уля станет спать с тобой, пока у меня нет отдельной спальни.

Я удивился. Всё-таки есть что-то хорошее в средневековом воспитании. Мои земные современницы или пустились бы во все тяжкие, или забились бы в угол, молча глотали бы слезы и дрожали от страха. А эта девчушка пережила плен, стала свидетельницей гибели десятков людей, целый день обшаривала трупы и таскала тяжести, а теперь предлагает практичный способ обезопасить свою невинность от моих глупых поступков.

Глянул на Улю. Уля явно не против, улыбается, глазами поблескивает в свете масляной лампы.

Спросил себя. Я тоже не против. С высоты моего земного опыта любая двадцатилетняя девушка без явных уродств достойна того, чтобы ее… чтобы разделить с ней постель. Просто потому, что она молодая, здоровая и у нее гладкая упругая кожа. А моему теперешнему молодому телу вообще любая женщина, если она не старуха, подойдет. Лучше красивая, чтобы в моем вкусе, но за неимением других кандидаток и Уля подойдет, и баронесса. А еще лучше – обе, сразу или по очереди. В общем, перспектива делить постель с Улей конфликта в моей душе не вызывает.

– Я обязательно буду спать с Улей. Но не сегодня. Сегодня у нас у всех был тяжелый день, а у меня – еще и тяжелая ночь. Устал очень. Завтра мы устроим банный день, а после этого я буду рад видеть Улю в своей постели.

На этом и разошлись по спальным местам.

* * *

Банный день всем нам был просто необходим. Ни я, ни девушки в последние дни не имели возможности нормально вымыться. Баронесса хоть нательные сорочки ежедневно меняла, но и их запас не бесконечен, их пора было стирать.

С утра я рубил дрова и таскал воду. Баронесса проводила ревизию своих вещей, а Уля стирала и готовила обед.

После обеда я опять таскал и грел воду. Теперь уже для купания. Сначала Уля в моей бадье вымыла Гамму. Потом вымылась сама. Ближе к ужину дошла очередь до меня. Должен сказать, когда тебя моет служанка – это приятно, есть в этом что-то.

* * *

После обеда, пока Уля мыла посуду, у нас с баронессой состоялся важный разговор. Сначала речь зашла об ее вещах.

– Господин мой, все мои вещи принадлежат тебе. Я должна их выкупить. Но, я боюсь, мой отец не сможет дать мне более того, что уже дал. Я у него не единственная дочь, которой нужно найти жениха и выделить приданое. Я могу выписать тебе вексель, но моя подпись сейчас вряд ли убедит кого-то из банкиров.

– Мне принадлежат твои вещи. И еще я твой опекун. Опекун, который должен заботиться о тебе. Значит, я могу отдать твои вещи тебе в пользование.

– Но ты должен получить от этого какую-то выгоду?

– Я и получу. За твою голову кто-то готов был заплатить пять сотен монет. Это серьезные деньги.

Девушка при этих словах испугалась и тихонько ахнула.

– Раз кто-то готов платить серьезные деньги за твою смерть, значит, живой ты стоишь еще дороже. И отец твой не поскупился, снаряжая тебя в дорогу, ведь так? Вот и объясни мне, что в тебе такого ценного.

Гамма опустила взгляд, задумалась.

– Отец рассказывал мне, что герцогу важна поддержка горных баронов. Он подчиняется Совету баронов, и сам входит в него, как барон Изумрудной долины, это его первый титул. Если он возьмет в невестки кого-то из баронесс долин, навсегда получит поддержку еще одного голоса в Совете. А тот барон, который породнится с герцогом, сможет выгодно устроить своих людей и завоевать новые земли. Это дорогого стоит.

– Ты что, единственная из возможных невест родом с гор?

– Не единственная. Нас трое на выданье. Баронесса Михалия не слишком красива, по слухам. Баронесса Олетта была слегка горбата, ее лечила ведьма, она не может рассчитывать на брак с кем-то из старых родов. Есть еще баронесса Вилапия, но эта отказалась от представления ко двору, у нее неожиданно появился другой жених. Остальные невесты – из равнинных баронств, их у нас считают новой знатью, их родам меньше сотни лет, в Совет они не входят. А бароны и графы из Прибрежной марки и вовсе выскочки – многие рода получили титулы совсем недавно, за заслуги во время войны, некоторые раньше были подданными Алитанского короля и переметнулись к герцогу.

– А чем так важна герцогу поддержка горных баронов?

– Не будет поддержки, бароны не пустят к нему служить свой молодняк. Герцог останется без гвардии. Хотя большая часть его войска – это прибрежная шваль, но костяк и главная ударная сила – люди с гор. Каждый горец на поле боя стоит пятерых прибрежников.

Картина прояснилась. Моя подшефная баронесса оказалась очень перспективным… сотрудником? Скорее, объектом инвестиций. Что я ей и попытался объяснить. Что довезу ее, куда надо, верну все вещи, оплачу, что потребуется для ее пребывания при дворе герцога, а вот когда она станет графиней (а потом и герцогиней) – она меня отблагодарит материально. Чтобы не только ее отец получал бонусы от ее замужества, а еще и я.

– Но что я смогу сделать для тебя? Даже рекомендовать тебя на службу герцогу я не смогу, тебе сначала надо учиться. Сам-то ты чего хочешь?

Простой вопрос «Чего я хочу?» заставил задуматься. Действительно, как я вижу свою жизнь, к чему буду стремиться? Совершать подвиги? Не, это точно не ко мне. Изобрести велосипед и организовать его массовое производство в этом мире? Вот не уверен, что тут можно наладить массовое производство и логистику чего-либо. Не уверен, что тут нужен велосипед. А техническая возможность его производства и вовсе сомнительна. Только если с деревянными колесами и без педалей, чтобы ногами от земли толкаться. И о защите интеллектуальной собственности тут еще лет пятьсот не услышат. Да и зачем мне это? Денег заработать? Одних денег для счастья мало.

– Я хочу быть свободен и жить в удобном комфортном доме, в котором мне и моей семье будет безопасно. И чтобы в этом доме были большие застекленные окна, горячая и холодная вода сама текла в ванну, и туалет был не на улице. И сад под окнами чтобы.

Баронесса разулыбалась во все щеки.

– Тогда тебе замок нужен. В замке безопасно, а без замка – не очень. Правда, на то, чтобы застеклить витражами все окна замка и обогреть его, тебе моего выкупа точно не хватит. А как горячую воду в ванну пускать, я и вовсе не знаю, ты мага специального на службе держать хочешь?

Я вздохнул. Да, простой некромант не может себя чувствовать в безопасности, если у него нет замка. А если есть замок, то это уже не некромант, а как минимум барон.

– Возникает два вопроса – сможешь ли ты оплатить мою учебу, чтобы мне не пришлось после окончания академии отрабатывать десять лет? И сможешь ли ты сделать так, чтобы мне дали какой-нибудь титул? Ну, барона там какого-нибудь?

Баронесса прыснула, прикрыв рот ладошкой.

– Господин охотник, ты очень смешной. Титул «какого-нибудь барона» люди десятилетиями добиваются, и очень мало у кого это выходит. Но я постараюсь. Я клянусь, если ты доставишь и представишь меня ко двору, я до конца жизни буду тебе помогать во всех твоих просьбах в меру своих возможностей. А уж какими будут эти возможности – зависит от того, чьей женой я стану.

Тут мне пришел в голову еще один вопрос:

– А вдруг тебе не понравится сын герцога?

Девушка задумалась. Потом пожала плечами:

– Ты, как мой опекун, должен выбрать мне хорошего мужа. Если граф Омы имеет какие-то недостатки, важные для брака, мы найдем другого мужа. Я буду очень благодарна, если ты станешь учитывать мое мнение.

* * *

Ночью ко мне пришла Уля. В постели она оказалась намного лучше Милки, но не так горяча, как ведьма Белка. Служанке понравилось со мной.

Перевернувшись на спину, я увидел в свечении затухающего очага, что любопытная баронесса подглядывает с кровати. «Ну да, ей надо учиться, ей же замуж скоро», – мелькнула сонная мысль.