Эля прошла обучение и успешно сдала все тесты, набрав максимальное количество баллов, и впервые почувствовала, что у неё действительно получилось сделать что-то значимое.

Она вступила в должность кредитного специалиста. У неё было своё собственное рабочее место, и каждый раз, садясь за него, она ловила себя на короткой мысли:

«Это и правда моя жизнь теперь...».

Там был только стол, компьютер и кресло для клиента, но для неё это уже было так много. Здесь она поддерживала идеальный порядок. Продавец приводил к ней покупателя, желающего оформить кредит на мобильную технику, Эля оформляла весь день договоры, к вечеру заполняла отчёты по ним и отправляла их своей руководительнице Светлане. Она уставала, но ловила себя на мысли, что ей тут нравится и она готова делать ещё больше. Поскольку она являлась сотрудником Евросети, ей выдали желтую футболку, являющуюся узнаваемым брендовыми дресс-кодом, она стала частью чего-то огромного.

Эля была оглушительно счастлива от того, что у неё теперь есть работа, ей наконец-то хватало денег на всё необходимое, и она даже купила Вике дорогие сапожки и курточку, с тихим удовольствием, которое раньше ей было недоступно. А главное – она сделала это сама. К тому же коллектив был просто замечательный: всё сотрудники – её ровесники со схожими интересами. Общение с ними Эле доставляло особенное удовольствие, почти забытое после долгой изоляции от общества.

К своей работе она относилась крайне ответственно, она боялась её потерять, думая:

«А вдруг что-то случится... вдруг это всё ненадолго…»

У нее всегда все договоры аккуратно лежали в папке, она всё перепроверяла по несколько раз, не позволяя себе совершать ни единой ошибки. Причём она была единственным таким сотрудником, у остальных специалистов – человеческий фактор срабатывал часто, ошибок было много. Светлане, сидя в офисе, приходилось ежедневно исправлять эти ошибки в договорах. Банк возвращал их обратно и не перечислял денежных средств, пока документы не будут приведены в надлежащий порядок. Поэтому Эля была ею сразу отмечена, как лучшая сотрудница и это грело ей душу, заставляя стараться ещё сильнее. Когда Светлана уходила на две недели в отпуск, она предложила Эле заменить её в офисе и та, с радостью, согласилась.

В офисе первые дни, она чувствовала себя немного потерянной и неловкой, для тихой и скромной Эли этот шумный и подвижный муравейник казался ей какой-то невероятной стихией, в которой она только училась держаться на плаву. Все сотрудники офиса от IT-специалиста, до тренинг-менеджеров, юристов и секретарей сидели в одном огромном помещении, каждый за своим столом. Все они ежеминутно разговаривали по телефонам, кликая мышкой за компьютерами или ноутбуками. Эля, тихо заполняющая бумаги за своим столом и изредка что-то печатающая на клавиатуре немного не вписывалась сюда.

Рядом с ней сидела главная руководительница этого улья, отвечающая за работу всех торговых точек. Это была региональный менеджер, которая умудрялась говорить одновременно по трём телефонам и ещё что-то печатать на своем ноутбуке. Эле она сразу очень понравилась. Это была блондинка, худенькая, небольшого роста, чуть постарше Эли, но её энергии мог бы позавидовать даже вечный двигатель. Эля сначала её чуть побаивалась, но они очень быстро нашли общий язык и даже стали вместе ходить на обед. На одном из таких обедов, в те редкие минуты, когда у Людмилы не звонил мобильный, и вокруг резко и непривычно становилось тихо, она сказала:

– Эля, ты такая хорошая девочка, такая старательная, а сидишь в кредитных специалистах... Тебе давно пора пройти обучение на продавца и выйти на торговую точку, там ты можешь расти и зарабатывать совсем другие деньги. У меня сейчас огромная потребность в кадрах, можно даже выбрать место работы поближе к дому, график всегда можно согласовать со мной, чтобы тебе было удобно с ребёнком. Тебе это интересно или тебя и так всё устраивает?

Эля чуть не подавилась от её слов, резко вдохнула, на секунду замерла, но не растерялась, и тут же постаралась спокойно и уверенно ответить:

– Мне очень... мне так интересно, а я с самого начала хотела стать продавцом, но меня не взяли, сказали мест нет.

– Тогда как только Света выйдет из отпуска, подойди ко мне, я тебя оформлю. Уверена, ты со своей обворожительной улыбкой, расположишь к себе любого покупателя, и принесёшь хорошие продажи.

Эля хотела поблагодарить Людмилу, но та уже разговаривала по телефону, не обращая на неё никакого внимания. Эля только возбужденно сжала ложку в руке, чувствуя, как быстро меняется мир вокруг и подумала:

«Как же тут у них интересно, как всё легко и просто, каждый обращается друг к другу только по имени, никаких отчеств. Все постоянно действуют, движутся, никто не стоит на месте... Какие-то постоянные конкурсы, призы, премии, тренинги... И я... неужели я смогу так же?..»

Эля закончила свою работу, ровно в 18:00 в офисе уже никого не было, кроме Людмилы, которая что-то усердно печатала на ноутбуке. Она посмотрела на Людмилу с улыбкой, тихо прибралась за собой на столе, чтобы не мешать ей. И быстрыми шагами направилась на остановку, предвкушая, как она приедёт домой и всё расскажет Семёну, а он обязательно за неё порадуется.

***

Сегодня вечером Семён пришел домой непривычно рано, забрал Вику из сада, посадил за стол на кухне, обложил игрушками, а сам изучал какие-то бумаги. Эля вбежала в квартиру, скинула с себя туфли и поспешила к нему, ей не терпелось рассказать свои новости. Но как только она зашла на кухню, она увидела на столе огромную коробку, и ей стало любопытно.

Семён оторвался от чтения, подошёл к ней, обнял её и поцеловал, но как-то не так как всегда, это был не приветственный поцелуй, а долгий и настойчивый. Эля ещё больше удивилась и спросила:

– И что же это всё значит?

Тут Вика, увидев маму, закапризничала и Эля взяла её на руки. А Семён начал открывать коробку и сказал:

– Сейчас увидишь. Я тебе купил подарок. Отец тоже матери купил СВЧ и ей очень нравится.

– СВ... что?

– Микроволновка. Можно разогревать еду прямо в тарелке, не нужно греть на плите.

– Правда? Серьёзно? А как же она греет без огня?

Семён расставил руки в стороны, словно дирижёр, перебирая пальцами и прищурившись, сказал:

– Вот так и греет. Излучает волны, молекулы начинают вращаться на огромной скорости, происходит трение, отсюда и тепло. Еда разогревается сама собой изнутри.

– Звучит страшно... а это точно безопасно?

Семён засмеялся и ответил:

– Вечно ты всего боишься. Если туда не класть ничего металлического, то всё безопасно.

– А если положить металлическое?

Семён чуть наклонился к Эле и заговорщицки ответил:

– Тогда будет... бах... и всё загорится.

Эля даже вздрогнула от неожиданности и толкнула его.

– Ну зачем ты меня пугаешь? У меня же ребёнок на руках.

– Да ты сейчас такая смешная. Глаза выпучила. Не удержался. Давай проверим, как она работает. Доставай, что там у нас есть на ужин.

Эля слегка обиделась и ответила:

– Сам доставай, я пошла переодеваться, и мыть руки. Я только вошла в квартиру.

Она посадила Вику обратно за её столик и ушла. Вика принялась усердно малевать восковыми мелками по раскраске. Семён достал мясо с гарниром, наложил в тарелку и ждал Элю. Она быстро вернулась, её разжигало любопытство. Он показал ей, как погреть еду и у неё снова округлились глаза.

– И это всё? Только нажать на кнопку? И не надо мыть сковороду... кастрюлю и вообще ничего?..

– Именно. Только нажать на кнопку и потом помыть тарелку. И всё.

Эля захлопала в ладоши и радостно защебетала:

– Боже мой. Какая прелесть! Семён, это лучший подарок в моей жизни. Больше всего на свете ненавижу мыть посуду... Это мне столько времени сэкономит. И как это вовремя!

– Знал, что тебе понравится. Почему вовремя?

– Потому что... представляешь... Мне предложили должность продавца! Как только Света выйдет из отпуска, я сразу же начну обучение на продавца и переведусь с должности кредитного специалиста. Зарплата станет выше, но правда и рабочий день длиннее... Мне сама Люда это предложила... до сих пор даже не верится в это чудо!

– Я даже не сомневался, что тебя заметят. Иначе и быть не могло. Ты надрываешься там так, что тебя должны с руками и ногами оторвать. Я очень рад, что ты у меня такая упёртая.

Семён подошёл, обнял её забираясь под халат и нежно поцеловал. Эля убрала его руки и сказала:

– При Вике так не делай, пожалуйста. Она уже большая и многое понимает, сейчас увидит и начнёт ревновать, на руки просится.

– Ладно, не буду. Но я страшно соскучился по тебе. Я уже неделю тебя не трогал, это слишком долго для меня.

– Ну, так сам виноват. Кто у нас вырубается последнее время сразу, как только коснется подушки?

– А ты могла бы, и разбудить меня. Я просто заколебался уже с этим магазином, устал. Хорошо, что сейчас всё более-менее стабильно.

– Ты меня никогда не будил и я то же не стану. Отдыхай, это успеется.

– Сегодня отдыхать не будем, Эля. Я отвезу Вику к родителям с ночевкой, а мы с тобой пойдем в «Мираж», а потом… – он взглянул на Вику и дальше говорил Эле на ухо – ночью… займемся чем-то очень приятным.

У Эли загорелись глаза и она спросила:

– У нас что, какой-то праздник? Подарки… внимание.

– Нет. Просто мне захотелось тебя порадовать. Потому что ты самое дороге, что у меня есть.

– И ты всегда знаешь… чего я хочу. Я тоже очень по тебе соскучилась.

И она провела рукой по его груди, но тут же вспомнила про Вику, улыбнулась и убрала свою руку в карман халата.

– Иди, собирайся, ты же сейчас целый час будешь наряд выбирать. А я пока Вику одену. И вот потом, когда я её отвезу, и вернусь к тебе… мы и продолжим этот разговор, но уже без свидетелей.

Он поцеловал её в шею, взял Вику на руки и ушёл. А Эля стояла, смотрела на микроволновку и улыбалась, погружаясь в свои приятные мысли о нём, ощущая как внутри становится теплее от его заботы.