— А если они не клюнут? — нахмурился Громила.

Я ему не ответил, вешая подсумок с сигнальным пистолетом через голову.

— Я думаю… — задумался Надир, — должны.

Громила вздохнул. Глянул куда-то сквозь крохотное окошко, будто хотел разглядеть в нем, где спят душманы.

— А что еще делать? Сидеть тут до самого утра? — спросил Фокс. — Рискованно. Сейчас они там дрыхнут, а что будет потом? Вдруг кто из них решит к нам наведаться?

— Совершенно точно решит, — задумался Стоун. — Утром будет холодно. Продрогнут и захотят внутрь.

— Все равно, не нравится мне эта идея, — насупился Громила. — Вот, скажем, отойдете вы. Вот скажем, даже ракету пустите. А потом?

— Пустим еще одну ракету, — я проверил автомат. Повесил на плечо. — Подальше.

— Поймают они вас, — буркнул Громила.

— Да уж как-нибудь прорвемся, — проговорил Фокс, роясь в своем худеньком подсумке с магазинами.

Некоторое время все молчали. Было слышно только, как я подтягивал чуть ослабевший ремень автомата, да как бряцают антабки Фоксова АК, пока он вешает его за спину.

— Могли бы попробовать прошмыгнуть мимо них, — наконец нарушил тишину Громила. — Они там, видать, крепко приложились к своему дурману. Дрыхнут без задних ног. А потом дождемся утра, пока эти сукины дети уйдут, — он засопел и добавил: — но я бы их все равно того… Для верности.

— Когда это ты такой кровожадный стал? — хмыкнул Фокс, проверяя, не цепляется ли прицел за одежду.

— Рисковать нельзя, — покачал я головой. — Всей группой нам мимо не пробраться. А вот два человека — могут.

— А если… Если они вернутся? — поднял голову Горохов. — Если уж дело и правда выгорит, они никого не найдут и просто придут обратно!

— А вот для этого, — я глянул на Надира, — в нашем плане будет участвовать третий человек.

Я аккуратно приоткрыл дверь. Огляделся. Потом вышел на полкорпуса и заглянул за угол хижины.

Душманы спали там. В темноте они походили на уложенные вокруг костра большие мешки. Только, в отличие от последних, духи шевелились и похрапывали. Они расстелили вокруг тлеющего костра советские плащ-палатки, улеглись ногами к теплу. С одной стороны от неприятного ночного ветра их защищала скала. С другой — хижина Надира.

— Давай, — я оглянулся и дал сигнал Фоксу. Потом медленно вышел из хижины.

Следом показался и Фокс.

— Пойдем тихонько, — прошептал я. — Вдоль склона к тропе. Понял?

Он кивнул.

— И ни звука.

Я уже собрался было двигаться, даже снял автомат с плеча, как один из духов вдруг закряхтел, зашевелился и принялся подниматься.

Мы с Фоксом почти синхронно припали к бугристой стене хижины. Фокс оказался за моей спиной и не мог видеть, что происходит. Потому он обеспокоенно и почти беззвучно спросил:

— Что там?..

Я жестом, приложив палец к губам, приказал ему молчать. Сам принялся наблюдать за духом.

Душман что-то забормотал сквозь сон. Попытался растолкать соседа, но тот просто отмахнулся.

Заворчав, душман поднялся. И неровным, сонным шагом отправился… в нашу сторону.

Я напрягся. Прислонился к стене всем телом. И извлек нож.

Обеспокоенный Фокс, поняв все без слов, отступил на шаг, чтобы дать мне место для маневра, и приподнял автомат.

Душман, тем временем, шел. Я уже не видел его темного силуэта, но слышал хрустящие галькой и низкорослой травой шаги. Он приближался.

Я затих, готовый, если придется, если дух пойдет к входу, броситься на врага.

А потом я услышал ровное журчание. Душман опорожнял мочевой пузырь прямо под стену Надирова домишки.

Гость так гость. Ничего не скажешь…

Журчание кончилось. Душман закряхтел, зевнул и столь же медленно отправился назад.

Фокс, тоже услышавший это, чуть-чуть опустил автомат.

Я выглянул. Убедился, что он уходит, и шепнул Фоксу:

— Готовься.

И выглянул из-за угла.

Дух, тем временем, шел себе да шел… И споткнулся о ногу другого своего дружка. Громко ругнулся, удерживая равновесие.

Душман, которого он потревожил, чуть было на ноги не вскочил. Он подорвался как ошпаренный, сел, принялся ругать ночного ходока. Тот стал отмахиваться.

И все бы ничего, но вместе они перебудили и еще двоих.

Душманы принялись ругаться и о чем-то спорить.

— Что? Что там происходит? — Фокс напряженно подобрался чуть ближе ко мне.

— Тихо, — бросил ему я.

Перепалка духов закончилась так же быстро, как и началась. Они снова разлеглись по лежанкам. И наш ночной ходок медленно, неловко опустился на свое место. Протянул ноги к костру.

Для верности мы постояли еще пару минут. Подождали, пока душманы снова захрапят.

— Пошли, — шепнул я и первым, короткой, аккуратной перебежкой на полусогнутых, пошел к тропе, стараясь держаться подальше от лагеря.

Фокс тут же двинул за мной. На полпути я остановился. Присел на колено, внимательно следя за душманами. Фокс опустился рядом.

Нас с духами разделяло метров семь, но никто из спящих не выказал признаков, будто услышал что-то странное. Вся группа продолжала мирно спать у костра.

— Давай, — снова скомандовал я, и мы быстро побежали дальше, к спускающейся со склона тропе.

Внезапно в темноте Фокс споткнулся. Я слышал глухой удар его сапога о камень. Оглянулся и увидел, как тот силится удержать равновесие. Я затаил дыхание, видя, как Фокс застывает в неестественной позе, чтобы не упасть. Несколько мгновений мне казалось, что снайпера перевесит его собственный автомат, но Фокс справился.

— Все нормально? — шепнул я.

— Д-да… — напряженно, сквозь зубы ответил Фокс.

— Хорошо. Тогда идем дальше.

* * *

Захар поморщился, когда сквозь веки пробилось рассветное солнце.

Он наморщился и подумал сквозь сон:

«Спаси Аллах… Неужто уже рассветает?»

А потом солнце вдруг потускнело. И именно это заставило Захира открыть глаза.

Солнца он не увидел. Но высоко в темно-синем, усеянном звездами небе горела красная сигнальная ракета.

Она медленно плыла под звездами. Казалось, поплывет так и дальше, но потом, мирная, принялась столь же медленно опускаться.

— Что там⁈ Что в небе⁈ — крикнул кто-то.

Надир обернулся. Некоторые из его группы тоже проснулись. Кто-то поднялся на локтях от неожиданности. Кто-то даже привстал, полусидя наблюдая за сигнальной ракетой. Советской ракетой.

— Ракета… — промычал Рустам, словно только что проснувшийся телок.

Вид красного, мерцающего огня заставил сон окончательно выветриться из головы Захира. Он сдернул с ног плащ-палатку. Принял сидячее положение и вновь обернулся.

— Откуда сигнал⁈ Кто-нибудь видел⁈

— Да шайтан его разберет, — таращась на ракету, пробормотал Фарид.

Захир снова глянул в небо. Машинально, сам того не замечая, почесал шрам на предплечье. Он всегда чесался, когда жизнь собиралась повернуться к Захиру недоброй стороной.

— Вставайте! — крикнул он. — Вставайте ну!

Захир принялся подниматься первым, на ходу захватив с собой автомат.

Остальные тоже принялись нехотя вставать. Рустам зло стал ногами расталкивать тех из них, кого свет ракеты так и не разбудил.

Уже спустя минуту все они стояли у обрыва, стараясь понять, откуда дали сигнал.

— Это шурави, — убежденно сказал Захир, — точно шурави. Те, из машин. Видит Аллах, эти псы смогли связаться со своими.

— Помощь вызывают, — буркнул Фарид.

— Не может быть, — оскалился Рустам, — все дороги мы перекрыли. Им неоткуда ждать помощи.

— Есть откуда, раз вызывают, и…

Захир не успел закончить. Потому что вторая ракета, теперь зеленая, взмыла вверх откуда-то из черной, бугристой пустоты предгорий. Она стрелой метнулась вверх, освещая все вокруг дьявольским, зеленым светом, и будто бы зависла в воздухе, мерцая, как шайтанова звезда.

— Предгорья. Примерно полкилометра отсюда, — пробурчал Сарбуланд.

Захир знал, что Сарбуланд, пусть и недавно поступил на службу к Кариму-Паше, был хорошим стрелком и обученным снайпером. Учился в пакистанских лагерях на границе. И даже в темноте мог определить расстояние с точностью до нескольких десятков метров.

— Собираемся, — приказал Захир.

Остальные моджахеды на несколько мгновений застыли в нерешительности. Все еще сонные, они будто бы не могли понять, правдиво ли то, что происходит сейчас. Или же советские сигнальные ракеты им только снятся.

— Прямо сейчас? — нахмурился Рустам. — Именем Аллаха заклинаю, не гони людей. Мы все устали. Всем нужен отдых. Мы весь день ходили по горам.

— Я не спал целые сутки, — пробурчал Фарид.

Кто-то еще из моджахедов нехотя бросил что-то о том, что всем им нужно доспать эту ночь до конца.

— А шурави с этих гор никуда не денутся, — поддакнул Рустам.

— Эти ракеты, — Захир глянул на Рустама, — видели не только мы. Их видно отовсюду. Из кишлака тоже.

— И что? — Рустам повернулся к Захиру всем корпусом.

Пусть Захир и был выше Рустама, но последний серьезно привыкал командира их группы шириной своих плеч. И силой.

— А то, — не отвел взгляда от Рустамовых глаз Захир. — Что к утру и Карим-Паша будет знать о сигналах. А знаешь, что он еще знает?

— Что? — уже не так уверенно спросил Рустам.

— Что мы в этих горах, — проговорил Захир и кивнул Рустаму. — Ты сам будешь объясняться с Каримом-Пашой, почему мы были тут и ничего не сделали?

— Скажем, что не видели, — пробурчал Рустам еще более неуверенно и даже отвел взгляд.

— Скажи, — кивнул Захир. — И посмотришь, что тебе на это ответит Карим-Паша.

Рустам не ответил.

Захир выждал еще пару мгновений, ощущая, как уверенность окончательно покидает Рустама, и только потом обернулся к остальным.

— Собирайтесь. Мы проверим место, откуда давали ракеты. Может, найдем хотя бы их следы.

Моджахеды нехотя направились к своим спальным местам. Принялись собирать пожитки и оружие.

Захир, занятый собственными мыслями и сбором вещей, не заметил, как за его спиной возник Надир.

— Вы тоже видели ракеты? — спросил он, и Захир даже вздрогнул от его голоса.

Он обернулся.

— О Аллах… Ты ходишь тихо, как шайтан, — выдохнул Захир.

— Прости, — Надир покоробился. — Не хотел тебя напугать, друг мой.

Захир еще секунду смотрел на Надира. Потом отвернулся и принялся засовывать плохо сложенную плащ-палатку в свой большой баул.

— Тут шурави, — проговорил он. — Они подают кому-то сигнал с предгорий. Мы должны проверить, что там творится.

— Я… Могу помочь, — немного помедлив, проговорил Надир. Проговорил так, будто предлагал помощь скорее из вежливости, чем от острого желания. — Могу взять моих псов. Они умеют брать след.

Захир вновь глянул на Надира. Помедлив немного, поджал губы и покивал.

— Спасибо. Видит Аллах, твоя помощь будет не лишней.

* * *

Глаза уже давно привыкли к темноте, и я уже прекрасно понимал, что света звезд мне хватит, чтобы заметить движение на тропе, ведущей к месту, с которого мы с Фоксом стреляли из сигнального пистолета.

Кроме того, я понимал, что духи пойдут именно по той тропе, за которой мы с Фоксом вели наблюдение. Она была удобной, широкой и представляла из себя самый короткий путь, по которому можно было спуститься с гор в этом месте.

Я знал это, потому что именно по ней мы с Надиром и Сашей первый раз поднимались к хижине отшельника. И по ней же спускались, когда думали, что доберемся до дороги на перевал.

— Думаешь, клюнули? — спросил Фокс негромко, притаившись рядом со мной за камнями.

— Посмотрим.

— А если клюнут, тогда что?

— Как увидим движение на тропе, так отходим. Надир должен сделать остальное — увести их подальше отсюда по ложному следу.

— Тогда, по-твоему, не вернутся?

— Тихо, — прислушался я. — Идет кто-то.

А кто-то и правда шел. Да только не с той стороны, откуда мы ждали гостей.

Мы с Фоксом замерли, слушая тишину.

Со стороны леса, в вязкой тьме, я заметил движение. Группа из нескольких человек медленно пробиралась по предгорьям к полянке, откуда был дан сигнал.

— А почему оттуда? — напряженным, едва ли не дрожащим от нервов голосом спросил Фокс. — Они ж должны были…

— Потому что это не духи, — догадался я.

Фокс ничего не сказал. Только весь обратился в слух.

Темные фигуры маячили среди камней. Шли не таясь, медленно. Устало. И разговаривали во весь голос.

Я быстро распознал русскую речь.

— Наши… — выдохнул Фокс.

— Те самые, небось, — я кивнул, — которых духи на дороге взять хотели.

Некоторое время мы наблюдали, как они пробираются вверх. Потом Фокс сказал:

— Вот бараны… Как идут, как в походе. Не отстреленные, что ли? Не знают, куда попали?

Я промолчал, внимательно наблюдая за людьми и стараясь выцепить в темноте любое их движение.

— Сколько их? Посчитать можешь? — спросил я.

— Н-еа… Больно темно… — покачал Фокс головой и привстал из-за камня. — Зараза… Видать, решили, что здесь какая-то подмога… Что свои за ними пришли…

— Или смотрят просто из любопытства.

— Зараза, — Фокс сплюнул. — А если сюда духи заявятся…

— Тише. Давай посмотрим. А там разберемся.

Спустя несколько минут бойцы наконец вышли на площадку. Стали осматриваться. Сейчас можно было рассмотреть, что их оказалось трое. Но куда ж девались остальные? Ведь с дороги спаслось человек семь или восемь.

Бойцы разбрелись по полянке. Один стал пинать какую-то палку или камень, лежащий на земле. Другой, поставив сапог на валун, скрестил руки на груди и, вроде как, осматривался. Третий и вовсе встал посреди полянки и принялся чесать репу.

— Штабные, небось, — шепнул Фокс.

— Тихо.

А потом этот самый, что репу чесал, сделал то, чего ну совсем мы с Фоксом не могли ожидать: он сложил ладони рупором и крикнул:

— Э-гей! Люди! Где вы?

Фокс обреченно тронул лоб ладонью. Но ничего не сказал.

К тому же к кричавшему тут же подоспели остальные и принялись его ругать матом.

— А че? Че? Мож наши! — оправдывался остолоп.

— Баран ты… Баран и недоумок! — слышал я обрывки фраз.

Фокс вздохнул.

— И что делать будем, Саш?

— Надо… — Я осекся.

Осекся, потому что заметил высоко на тропе едва уловимое движение на фоне звездного неба. Аккуратное, тихое, словно зверь промелькнул между камней и затаился.

— Душманы, — бросил я.

Фокс тут же взял автомат наизготовку, направил ствол вверх.

— Не вижу? Где?

— Там. Спускаются.

— Зараза… — прошипел он сквозь зубы. — Щас же спустятся, и зелень эта будет у них как на ладони!

Я поднялся, пригнувшись за камнями, переложил автомат в левую руку.

— Пойдем, — бросил я. — За мной.

— Что делаем? — Фокс встал тоже.

— Действуем.

Причем в этот момент я уже понимал: чтобы спасти этих троих и не попасться самим, придется работать грубо и эффективно. На разговоры времени не было. А если пойдем в открытую, с перепугу могут и подстрелить. Рисковать было нельзя.

Мы с Фоксом быстро поменяли позицию: обошли поляну краем, прячась за кустами и камнями. Кое-где даже пришлось тихонько проползти.

Бойцы, правда, нас не заметили. Может, действительно штабные, не привыкшие к боевым действиям. А может, просто совсем салаги. Призывники вчерашние.

Тем не менее мы подобрались, как могли, близко к этим троим. Бойцы на поляне продолжали спорить и ругаться. Один из них даже закурить додумался.

М-да… То обстоятельство, что душманы до сих пор не открыли по ним огонь, могло означать лишь одно — враг пока не взял их в прямую видимость.

Мы с Фоксом затаились за двумя большими валунами.

— Сейчас сиди спокойно, — предупредил я. — Если закрутится — повторяй за мной. Поймешь, что делать.

— Понял, — кивнул он.

И тогда я свистнул. Тихо, спокойно, но отчетливо. Чтобы они услышали.

И бойцы на поляне действительно услышали. Переполошились, подняли автоматы и обернулись в нашу сторону.

— Слыхал? — спросил один из них, судорожно попятившись.

— Свистел кто-то… — ответил второй. — Не?

— Может… Может, птица? — промямлил третий.

— Сам ты птица… Сидит кто-то там! Проверить надо!

— Так… Так и иди проверь…

— Сам иди… Вдруг там душман⁈

Я свистнул второй раз. Троица как по команде вздрогнула.

— Зараза… Сматываться надо. — Пробурчал первый.

«Правильно, — подумал я, именно на это и рассчитывая, — сматывайтесь. Уходите, пуганые. Уходите как можно быстрее, ну?»

— Ага… Смотаемся и приведем врага в укрытие?

— А если это не враг?..

— А, сука, кто?

— Тот, кто подал сигнал…

Вся троица замолчала, пялясь в нашу сторону.

— Да говорил же я… Ловушка это все… Засада… — обреченно протянул третий.

— А че ж поперся с нами? — спросил второй.

Я глянул на Фокса. Тот наблюдал не за бойцами, а смотрел на тропу. Ждал, видимо, что вот-вот душманы спустятся вниз и здесь начнется ад.

— Ладно… — Первый выдохнул. — Без паники. Надо посмотреть. Там небось просто птица какая-то. Пойдем вместе, а? Вместе не страшно…

— Мне и так не страшно… — заявил третий очень, ну очень испуганно.

— Лады… — Первый не выдержал. — За мной…

Вся троица медленно направилась к нам.

— Чего они чудят? — тихо, едва слышно, спросил Фокс, — так и надо?

— Нет, — ответил я. — Не надо.

— И что делать будем?

— План «Б», — глянул я на снайпера. — Приготовься, Фокс.