Ола

Землики велели мне убираться. Крутилово-закрутилово! Я просила прощения, говорила, что сделала это по своей глупости, а не по злому умыслу – все было напрасно. Скорее всего, они тоже прогоняли меня не со зла. Вероятно, они на меня и злились, но без ненависти, – так, наверное, будет точнее. А убираться они мне велели, потому что им было очень больно, очень плохо. Не до меня им, короче, было. Хотя из-за меня, Олены. Нет, что ни говорите, а имя все-таки дает отпечаток на личность.

«Когда выйдешь, не забудь закрыть вход», – вот что сказали мне на прощание землики. И я будто услышала невысказанное продолжение: «И никогда его больше не открывай». Я еще раз извинилась и пошла к выходу. Мне очень хотелось спросить, выполнили ли Зем и Зема свое обещание, они же говорили, что усилят мой поисковый дар. Пусть даже только в отношении Вани, мне и этого было бы достаточно. Но язык с такими вопросами после того, что я наделала, попросту не повернулся. Ну и ладно! Они же сказали, что такой дар во мне есть, вот и буду его использовать по полной.

Не знаю уж, что выражало мое лицо, когда я выбралась из норы, только, увидев меня, Анна воскликнула:

– Что случилось?! Ваня умер?

– Типун тебе на язык! – затрясла я кулаками. – Не было здесь Вани.

– А кто был?

– Олена безмозглая, – буркнула я. – Можно даже объявления развесить: «Сегодня и всегда – на арене всемирного цирка скиталочка Олена Безмозглая. С труппой».

– С трупами? – охнула ведьма. – Кто-то все-таки умер?

– Еще раз типун тебе на язык! Никто пока не умер, но если будешь продолжать в том же духе, ничего не гарантирую.

– А почему ты скиталочка? – сменила тему Анна.

– Ага, насчет того, что я безмозглая, у тебя сомнений не возникло. Ладно, слушай…

И я подробно рассказала подруге о своем посещении земликов. Ведьма какое-то время размышляла, а потом вынесла вердикт:

– Они сами виноваты, не обращай внимания.

– Вот спасибо, успокоила! – возмутилась я. – Похоже, ты точно решила, что я безмозглая.

– Сомневаюсь, что мои слова можно было понять таким образом, – вроде как даже слегка надулась Анна.

– А как их еще понимать?

– Так, что землики сами дали тебе вечную батарейку. Без нее бы фотик не сработал, и вспышка не вспыхнула бы.

– Ну так-то как бы да… Ладно. Задача у нас осталась прежней: найти Ваню. Уж не знаю, усилили мне землики дар или нет, но я чую, что он подался к здешней графине.

– Поясни, – насупилась Анна.

– Ну смотри. Он говорил с пнем. Так?

– Так.

– А тот ему рассказал, что здесь живет суперволшебница, которая превратила его в пень.

– Ну? – продолжала хмурить лоб ведьма. – А Ивану-то зачем в пень? Сомневаюсь, что это его вдохновило…

– Да как же ты не понимаешь? Ивану не нужно в пень! Ему нужна качественная магия, чтобы вернуться домой. Ему говорят: ага, чувак, есть у нас тут маги, выбирай – не хочу. Правда, двое не люди и живут под землей, и ни хрена непонятно, смогут ли тебе помочь, но ты сходи все же, а вдруг? Потому что еще одна дамочка колдует офигенно, только периодически превращает людей в пни. Так что иди к этим, которые если и не помогут, то хоть ни во что не превратят. И Ваня идет, куда его послали, а потом такой – бэм-с!.. А на кой я к этим подземным жителям прусь? Непонятно даже, умеют ли они колдовать, а я буду зря ноги стаптывать! Графиня хоть и превращает некоторых в пни, так может, за дело. Зато колдовать она точняк умеет. И он такой, короче, поворачивает и топает к Охохоше.

– А куда именно поворачивает? – задала резонный вопрос ведьма. – Где эта графиня живет?

– Тьфу! Надо было у пня спросить…

– И что теперь, возвращаться? – скорчила кислую рожицу Аня.

– Можно еще залезть на дерево, – пришла мне в голову мысль. – Ты умеешь лазить по деревьям?

– Сомневаюсь. Я, конечно, не пробовала, но… Не обращай внимания, в общем. Я не умею.

– Зато я знаю, кто точно умеет! – осенило меня.

Я стала озираться в поисках Белы. Нигде не было видно ни ее, ни Пузика. Ну, крыса ладно, не жалко если и заблудилась, а вот белочка… Я же просила ее никуда не убегать! У меня даже слезы на глаза навернулись – не думала, что я к ней так привяжусь. И я стала кричать:

– Бела! Бела! Ты где?! Беги сюда скорей!

Анна сразу врубилась в мою идею и тоже стала звать белочку:

– Бела, скачи сюда! Дело есть!

И Бела, к огромной моей радости, прискакала. Порядка ради я сделал суровый вид и отчитала ее:

– Ты почему убежала? Я ведь тебя просила ждать меня тут!

– Кушать хотела. Там орехи.

– Орехи? – обрадовалась я.

– Там мало. Не мешок. И мне их дали не вы.

– Ладно. Орехи тебе будут, не переживай. Сейчас у нас к тебе просьба: залезь, пожалуйста, на дерево повыше и посмотри, не видно ли где за́мок?

– Я уже смотрела, – ответила белка и махнула лапкой: – Он там.

– А… зачем ты смотрела замок? – обалдела я. Анна тоже вылупила на Белу глазищи.

– Крыса попросила. А потом туда побежала.

Мы с ведьмой лишь переглянулись, слов от возмущения у обеих не находилось. Этот предатель предал нас еще раз!.. Хотя чему удивляться, так и бывает. Если у кого-то нутро гнилое, то никак уже это не изменишь.

А с другой стороны, даже такому паразиту хотелось жить, причем в человеческом облике. Анна же ясно дала ему понять, что превращать его назад не собирается. У меня было подозрение, что она попросту не знала, как это сделать, но суть от этого не менялась. Вот он и сбежал, в надежде, что графиня ему поможет. Уж хуже чем в крысу все равно не превратит. Разве что в червяка…

Тьфу, о чем я только думаю! Я хлопнула по плечу, призывая Белу, посмотрела на Анну и наигранно бодрым тоном – даже самой стало противно – воззвала:

– Ну что же, в путь! Он у нас теперь единственный, победный!

И, чтобы поддержать, скорее, саму себя, я запела все на тот же мотив из мультфильма:

– К графине мы шагаем

И очень точно знаем,

Что Ванечка любимый,

Конечно, тоже там.

Попросим ведьму страшную

Домой отправить каждого,

А если вдруг откажется,

Устроим тарарам!

– Вот не надо так про ведьму, – не поддержала меня подруга. – Мне обидно.

– Но ты же не страшная! Ты наоборот красивая, – абсолютно искренне сказала я.

– Сомневаюсь, но я не про это. Я про то, что мы ее попросим. Вот же я – ведьма, а помочь не могу…

Анин голос дрогнул. Она опустила голову и казалось, вот-вот заплачет. В таком состоянии я подругу еще не видела. Поэтому обняла ее и шепнула:

– Анютка, ты лучше всех! Это же я виновата, что так все запутала.

– Но я и в самом деле толком ничего не умею, – вскинула она голову. – Одни косяки от моего колдовства!

– Во-первых, не одни косяки, – сказала я. – А во-вторых, ты сама по себе классная девчонка и четкая подруга. Если бы не ты, я бы не знаю, что делала… Спасибо тебе, Анютик.

– Это правда? – шмыгнула носом Анна. – Я правда классная и четкая? И ты на самом деле считаешь меня подругой?

– А то!

– Тогда это тебе спасибо, Ола. За все – за все! И в первую очередь за то, что ты все это устроила. Я еще никогда не чувствовала себя такой счастливой.

В таких вот растроганных чувствах и дошли мы до замка. Точнее, до рва с водой, каким, в общем-то, и должен быть окружен порядочный замок. Этот, во всяком случае внешне, выглядел вполне порядочно: стена с зубчиками наверху, резные башенки – все как в кино и на картинках, что я видела. Только сейчас в этом кино и я играла какую-то роль. Правда, не принцессы, а этой… как там мы с земликами меня решили назвать?.. скиталочки, во!

Ну что ж… Камера! Мотор! Поехали!.. А куда поехали? Ров-то не перейти, мост со стороны замка поднят. А еще, увидев у замковых ворот двух стражников, я испытала чувство дежавю. Ведь это уже в наших скитаниях было… Правда, эти охранники в отличие от тех, прошлых, были одеты в латы, как у средневековых рыцарей, и вместо топоров у них были мечи.

– Ну че, поорем? – посмотрела я на подругу.

– А что скажем? Сомневаюсь, что они…

Договорить Анна не успела. Где-то будто совсем рядом с нами раздался голос:

– Кто вы такие?

При этом один из стражников слегка дернулся, и я бы на что угодно поспорила, что говорил именно он. А хорошую слышимость с помощью магии наверняка устроила здешняя хозяйка.

– Люди, – ответила я.

– И белка! – возмутилась сидящая на моем плече Бела.

– И белка, – добавила я, погладив, извиняясь, рыжую шерстку.

– Что вам нужно, люди и белка?

– Мешок орехов! – опередила меня на сей раз белочка.

Стражники переглянулись, но сказать ничего не успели, теперь я оказалась шустрей:

– Нам нужно встретиться с графиней Охозм.

– С дамами у нее встреч не назначено, – тут же последовал ответ.

– Тогда пусть это будет для нее неожиданностью, – сказала я.

– Неожиданности не положены. Без предварительной договоренности к графине можно пройти только для участия в поединке на право стать ее мужем. Да и то, если она позволит.

– Но я не хочу быть ее мужем, – сказала я.

– Я тоже! – дуэтом воскликнули Аня и Бела.

– Тогда подите прочь.

– Фи, как невежливо говорить такое дамам, – сказала Анна, которая и впрямь, похоже, обиделась. – А я, между прочим…

– Погоди, Анюта, погоди! – зашептала я, догадываясь, что она хочет сказать. И опять повернулась в сторону стражников: – Скажите, пожалуйста, а мужчина, молодой такой, высокий, красивый в замок не приходил вчера или сегодня?

– Много тут всяких мужчин ходит, – проворчал другой голос, второму стражнику надоело, видать молчать. – И высоких, и низких. А мужской красотой не нам любоваться.

– А крыса к вам не прибегала? – спросила вдруг ведьма, и – бэм-с! – охранники даже подпрыгнули, только латы звякнули.

– Какая крыса?! А откуда вы знаете о крысе?! – наперебой завопили они.

– Мы много чего знаем, – приняла гордый и независимый вид Анна. – В том числе и как зовут эту крысу, и кто она на самом деле.

– И кто? – замерли стражники.

– Конь в пальто, – буркнула я. – Вы нам не говорите про мужчину, а мы вам не скажем про крысу.

– Она у нас пареную репу сожрала, – пожаловался тот из охранников, что больше молчал. – А потом свататься к графине пошла.

– Свататься? – офигела я. – Крыса?.. А у вас там точно была репа? – Потом я вспомнила, о какой крысе речь и сплюнула: – Тьфу ты! Ну, эта все может. Это такой гад!.. – Я едва не проговорилась и выжидательно замолчала.

– Так кто это все-таки? – не вытерпел один из стражников.

– Мужчина приходил? – спросила я. – Скажете вы, скажем и мы.

Охранники опять переглянулись.

– Ну, был один… – неохотно проговорил тот, что первым начал беседу.

– Старший сержант, – добавил второй.

Я печально вздохнула:

– Эх, не Ванечка, значит…

– Как раз Ванечка. Иван Лосев с Земли, – возразил менее разговорчивый.

– Ты все-то не выкладывай! – рявкнул на него напарник. – Пусть сперва про крысу скажут!

– Я скажу, скажу! – запрыгала я, не в силах устоять на месте от радости. – Но почему Ваня старший сержант?

– А мы знаем? Он сам сказал.

– Почему нет-то? – шепнула мне Аня. – Или ты думаешь, что он у тебя генерал? Лично я сильно сомневаюсь.

– Так ведь он не воен… – начала я, и поняла вдруг, как же я плохо знаю любимого. Вот, даже не знала, что он служил в армии. И, чтобы не пасть совсем низко в глазах стражников, я хлопнула себя по лбу и протянула: – Ах, да-а-а! Ну конечно же, старший! Это он раньше не был старшим, вот я и привыкла: сержант и сержант. А ведь теперь-то он – о-го-го! Скоро вообще главным станет.

– Главным сержантом? – уточнили стражники.

– Ну не майором же! – презрительно фыркнула я.

– А крыса?

– Кто крыса?! Мой Ванечка крыса?.. Я ведь сейчас вашу лужу-то переплыву… – Нет, у меня от радости определенно мозги набок поехали. Ее тупейшество Олена Безмозглая. Крутилово-закрутилово! И впрямь закрутила, надо выкручиваться. И я засмеялась, стараясь сделать это максимально искренне. – Да шучу я, шучу! Сейчас расскажу про крысу. Это мудрец из Сизелона. Старец по имени Пузик. Но не старый, правда. Не особо. Но притворяется, гад! Он вообще во всем притворяется. Жулик он. Таким не свататься, а в темнице сидеть. Есть у вас темница?

– Как не быть.

– Вот и посадите его туда.

– А почему он крыса?

– Потому что она… – начала я, глянув на Анну, но та на меня зашипела и, подойдя вплотную, заговорила прямо в ухо: – Давай, как раньше: ты великая магиня, а я – твоя ученица. Будешь отвлекать, если что, а я поколдую.

– А если не захотят пустить, – шепнула в свою очередь я в ухо подруге, – то опять повторим фокус с фотиком. Батарея-то теперь есть.

– Эй! Вы чего там шепчетесь? – возмутились охранники. – Какая еще батарея? – Видимо только это слово они и разобрали.

– Да не, это так, – сказала я. – Песню вспомнили. «Огонь, батарея! Огонь, батальон!..»

– Не обращайте внимания! – испугалась Анна, что стражники могут понять нас неверно и уже точно не пустят. – Огня не будет, мы мирные женщины. А в крысу Пузика превратила она, – ткнула в меня ведьма пальцем. – Великая магиня, знаете ли. А я только учусь.

– Ничего себе мирные, – проворчал кто-то из охранников. – Старца – в крысу… Прям как наша.

– Тс-сс! – замахал второй руками. – Тоже захотел?!

– Да не будем мы никого ни во что превращать! – крикнула я. – Вы же хорошие, пустите нас, правда?

– Нам очень хочется поглядеть, – сказала Аня, – как крыса сватается к графине.

– Это не так интересно, – сказали стражники. – Интересней глянуть, как этот ваш Пузик будет с господином старшим сержантом биться.

– С каким старшим сержантом? – сдвинула я брови. – С Ванечкой? А зачем Ване биться?

– Как зачем? Чтобы стать мужем графини Охозм.

Вот тут я действительно едва удержалась, чтобы вплавь их канаву не пересечь.

– Чьим мужем?! – завопила я. – Охохонюшки вашей? Мой Ваня?.. А хо-хо ей не хо? – сделала я неприличный жест, самой потом стыдно было. Но это потом, а в тот момент я и не такое могла показать, но Аня меня вовремя остановила.

Чуток поостыв, я выкрикнула:

– Короче, опускайте мост, мы идем!

– Не идете, – сказали стражники. – Вам не назначено.

– Нет, ты только погляди! – обернулась я к Анне. – И здесь бюрократия. Куда катится мир?.. Миры, в смысле. – Я снова обратилась к охранникам: – Вы же понимаете, что магинь лучше не злить? Особенно великих. Особенно тех, чьи женихи хотят стать чьими-то мужьями. Вот крутилово-закрутилово, ребята, но это не просто угроза. Не пустите нас – будет хуже.

– А если пустим – совсем плохо, – понурились стражники.

– Графиня точно превратит в какую-нибудь гадость, – пояснил один из них. – Или в пень. Ей в пни превращать больше всего нравится.

– Так что если ты нас в крыс превратишь, – сказал второй, – то это не так и страшно. Ходить можно, есть тоже – чем не жизнь?

– Значит, не пустите? – уточнила я.

– Не пустим. Колдуй…

– Делаем? – взялась я за фотоаппарат и посмотрела на ведьму. Та чуть заметно кивнула.

– Кахтарты-бахтарты, – приняв серьезный вид, начала я и навела на стражников объектив. – Охохон-тупдурхон, безмозгон-патефон… – Я нажала на спуск, а потом на ощупь, не отрывая взгляда от обреченно замерших бедолаг, нажала кнопку вывода снимков на дисплей, шепнула Анне: – Делай! – а сама продолжила «колдовать»: – Маникюр-педикюр, бишбармак-плюхбумшмяк…

– А-аа!!! – завопили стражники и пали ниц.

– Ага! – воскликнула я, догадавшись, что увидели испуганные дяденьки. – Страшно стало?

– Да! Да! Страшно! – не поднимая голов, продолжали вопить они. – Это кара! Злобные гиганты пришли, чтобы нам отомстить! Убегайте!

– Бестолочи! – заржала я. – Это же вы!

– Н-нет, Ола, это не он-ни… – почему-то заикаясь проговорила Анна. – Эт-то ужас-ужас… Д-давай убежим?

Белочка, кстати, уже это сделала, я только сейчас заметила, что на плече ее нет.

– Крутилово-закрутилово! – рассердилась я. – С ума вы все посходили?

И только после этого я, обернувшись, посмотрела наверх.

Я завопила так, что сама чуть не оглохла. При этом ринулась к рву и собралась уже было в него нырять, но мысль о том, что я замочу и испорчу Ванину зеркалку, заставила меня притормозить, а пока снимала с шеи фотоаппарат, остатки моих не успевших разбежаться мозгов начали мне что-то усиленно подсказывать. Что-то насчет того ужаса-ужаса, который висел в воздухе. Что-то типа того, что это же они, ты чего, мол, описалась? Не, вы не подумайте, я не это самое… Но еще немного – и точно бы. А вот насчет «это же они» меня глодали жуткие сомнения. «Они» – весьма широкое понятие. «Они», поверьте, разными бывают. И вот эти «они», на которых второй раз мне даже смотреть не хотелось, точно не были стражниками в латах. Эти «они», насколько мне запомнилось, были покрыты шерстью, а еще угрожающе подняли когтистые лапы и оскалили зубастые пасти на безносых и вроде даже безглазых мордах. А еще у них были огромные уши, прямо как у зем…

Крутилово-закрутилово! Я была готова провалиться от стыда!.. Нет-нет, стоп! Никаких «провалиться». Лучше сгореть. Да, я готова была сгореть от стыда. Потому что это и были землики, Зем и Зема. Не последний, а предпоследний мой кадр. Видимо, не глядя, я не так нажала кнопку и на дисплей вывелся именно этот кадр. А моей славной подруге было некогда вглядываться, что там, она же мне доверяла.

Вверх я второй раз пока все же не решилась взглянуть, а вот на дисплей зеркалки посмотрела. Ну да, все так и было. Это оказался тот самый злополучный кадр, когда Олена Безмозглая решила запечатлеть своих новых друзей, не выносящих яркого света. При этом она использовала не просто яркий свет, а очень яркий свет. Причем неожиданно. Сколько там светит фотовспышка? Доли секунды?.. Но и этого хватило, чтобы несчастные землики успели инстинктивно приподнять руки, отчего на снимке казалось, что они подняли их с угрозой – коготки-то и впрямь о-го-го! – а также приоткрыли рты, начав жалобно и очень громко вопить. А получилось, будто они оскалились. И, как теперь стало видно на проклятом портрете, зубы у них были мелкими, зато в количестве куда большем, чем тридцать два. Испугаешься тут! Да еще вместо глаз эти жуткие уродливые шишки. И носов нет, только прикрытые шерстью дыры.

В общем, чего уж там! Если даже я, которая видела земликов воочию, настолько припухла, то что говорить про Анну с Белой. Стражники-то, как я догадалась, насчет земликов были в курсе, но таких огромных, понятно, не видели, потому и приняли их за кару. Вот и пусть пока так думают. Ане же я шепнула:

– Все ок. Нормалек.

– С-сомневаюсь… – продолжала трястись как осиновый лист подруга.

– Я тебе говорю. Поверь! Потом объясню. Кадр не тот подвернулся, но так даже лучше… Я сейчас с этими разберусь, а ты пока Белу найди и успокой.

Аня, по-моему, моей просьбе даже обрадовалась – умчалась искать белочку, будто ее ветром сдуло. Я же обратилась к стражникам очень серьезным деловым тоном:

– Господа. Как видите, я действительно чрезвычайно всемогущая вед… э-э… магиня, и могу не только превращать субъекты в объекты, но и вызывать, образно выражаясь, ужас, летящий на крыльях ночи. Прошу вас ответить честно, кто для вас теперь страшнее: провинциальная магичка Охохоня со своими, смешно сказать, пнями, или же я, которой подвластно это? – ткнула я пальцем вверх.

– Ты! Ты, госпожа!.. – заныли-забормотали стражники. – Пощади!

– Хорошо. Если опустите мост и пропустите нас в замок.

– Убери сперва это!..

– Нет! – твердо сказала я. – Утром – деньги, вечером – стулья.

Хм-м, по-моему я стала повторяться, ведь совсем недавно использовала эту классическую фразу при похожих обстоятельствах. Но на охранников она подействовала, словно магическое заклинание. А может, они просто испугались, что я еще и денег потребую.

Короче говоря, мост опустили так быстро, что я даже дух перевести не успела.

– А теперь убирай, – глядя на меня исподлобья, чтобы не видеть то, что выше, сказали стражники.

Бэм-с! А как я, спрашивается, это сделаю? И куда, еще более нервно спрашивается, подевалась Анна? Она что, белку искать в Сизелон побежала?

– Аня! – грозно завопила я. – Иди сюда, ты мне нужна!

– А без нее ты разве не можешь убрать? – спросил вдруг один из охранников.

– Я все могу! Но моя ученица должна набираться опыта. Сейчас как раз тот самый случай. Вызывать злобных гигантских земликов она еще не умеет, а вот убрать должно получиться. – И я снова заорала во все горло: – Аня! Да где ты, крутилово-закрутилово?!

– А почему они не двигаются? – осмелел вдруг второй охранник и посмотрел на «фотопортрет».

– Потому что я их временно заколдовала. Так сказать, обездвижела, чтобы они вас на куски не порвали. Что, расколдовать, пусть двигаются?

– Не-е-ет!!! – дуэтом возопили стражники, а первый еще дал затрещину второму, так, что шлем у того зазвенел, словно колокол.

И будто следуя этому звону, прибежала Аня, держа на руках трепещущую белочку.

– Кошмар, – шепнула ведьма. – Чего я так испугалась? Ведь это просто фото, которое я сама и повесила. Нашло что-то. Не обращай внимания. Но ты смелая, Ол. Ты их живьем видела, да еще и общалась!

– Фигня, – поморщилась я. – Сейчас убирать это будешь. Только я тех двух храбрецов подготовлю. – И повернувшись к стражникам, я уже во весь голос торжественно возвестила: – Благодарю за службу, господа. Трах-тибидох-тибидох!

Анна все поняла правильно. Что-то пробормотала, взмахнула руками, и воздушные землики исчезли.

– А теперь бежим! – сказала я подруге, забрав у нее начавшую приходить в себя Белу. – А то если моего Ваню поженят, я такие ужасы устрою – магии не понадобится!