26 января 3074 года (день)

Маркус Скабре (Гринч)

Показав мне всю коллекцию минералов в магазине, Глыба стал тащить из дома новые кристаллы. Гном оказался лютым фанатом своей работы.

Сегодня стоило мне прийти в лавку, как Глыба сразу запер за мной дверь. Потом и шторку на окне занавесил.

— Гляди, Скабре! Только другим не рассказывай, что у меня такой есть.

Гном достал из-под стола кристалл духовных частиц раза в полтора больше обычного.

— Как необычно, — приглядываюсь к диковинке. — Плотность энергии раз в десять выше нормы.

— Это средний кристалл, парень. У них чистота духовной энергии ещё выше. Средний кристалл духовных частиц стоит в тысячу раз дороже малого. Короче! Один такой стоит тысячу линши.

— СКОЛЬКО??? — я во все глаза стал разглядывать кристалл размером с куриное яйцо. — И эта хрень стоит ТЫСЯЧУ линши?

Гном притащил в лавку предмет стоимостью ДЕСЯТЬ ТЫСЯЧ ЗОЛОТЫХ. Десять грёбаных тысяч!

Глыба усмехнулся:

— Ты же новик! Поэтому ни черта не соображаешь. Я же говорю! Это средний кристалл. Есть ещё большой и превосходного качества. Они ещё дороже и… Такие хрен на материке Крыла найдёшь. Смотри, чё покажу!

Наклонившись, гном тихо ударил молоточком-резонатором по среднему кристаллу. Сразу завибрировал малый кристалл, находившийся в верхней части рукояти инструмента.

Вз-вз… вз-вз…

Гул вступил в резонанс с обоими кристаллами и стал нарастать. Стоило молоточку приблизиться, как звук усиливался. Гном отвёл руку назад, и гул стал стихать, сохраняя парную тональность.

— Видал! — произнёс Глыба, улыбаясь в бороду. — Эти ваши людские учёные говорят что-то там про фракталы. Якобы в среднем кристалле духовные частицы лежат плотнее и гуще. В мелком кристалле плотность меньше и чистота другая.

— Фрактальное самоподобие, — понял я, о чём речь. — То есть компоновка энергии в среднем кристалле превосходит таковую в малом. При этом они по структуре идентичны.

— Ага. Причём в тыщу раз плотнее! Он потому и стоит столько, — гном указал на средний кристалл, стоящий на столе. — Адепты, добирающиеся до стадии Заложения Основ [2+], только на таких и могут дальше развиваться. Энергоканалы по-другому не развиваются. Малые кристаллы они используют только для быстрого восполнения запаса Ядра.

— Очуметь! Можно прикоснуться? Обещаю, энергию не буду из него качать.

— Трогать можно. Ты же нулёвка! — отшатнувшись, гном осёкся. — Сорян, паря! Не хотел тебя задеть.

— Да я не переживаю.

Стоило взять средний кристалл в руку, как тот отозвался знакомым ощущением тепла, пронизывающим всё тело. Возник резонанс между средним кристаллом и всей моей энергосистемой.

[Малый кристалл такого эффекта не давал. Совершенно иная плотность и чистота духовной энергии.]

Крайне необычные ощущения! Я ощутил своё духовное тело и энергоканалы, как два отдельно взятых элемента. На фоне их тонкого звучания возник едва уловимый дискомфорт. Всё хорошо, но чего-то недостаёт.

[Ядро! Мне не хватает хранилища духовной энергии в пределах тела. Не зря Белый Дьявол называл этот духовный орган вторым сердцем.]

Если с нефтеперерабатывающего завода убрать все цистерны — получится система труб, перегонных установок, но не более того. И наоборот! Наличие хранилищ меняет само назначение созданной системы. Появляется некая автономия с меньшей зависимостью от внешних факторов.

— Удивительная штука, — с сожалением кладу кристалл на место. — Благодарю за доверие, Глыба. Я никому не скажу о том, что увидел здесь сегодня.

— Верю, — гном довольно хмыкнул. — Кстати! За штрудель спасибо. Камень меня подери! Я его целиком съел за один присест. Жена заметила на бороде сахарную пудру. Чуть не прибила меня вчера. Думала, что я налево начал ходить и меня там кто-то подкармливает. Пришлось рассказать, что у меня ученик с личной служанкой объявился.

— Понятно, — указывая на свою сумку. — Тогда вот ещё пара штруделей и рецепт для супруги на основе яблок. По калорийности будет в самый раз. Сладко, вкусно и не так сильно бьёт по фигуре.

— Да ты же знаешь этих женщин…

Вжав голову в плечи, Глыба обернулся к двери, ведущей вглубь магазина.

— … Ух! Главное, чтоб жёнушка не услышала. Она сама хочет похудеть. Вот и меня на диету посадила.

— Хотел у вас кое-что спросить.

Уловив нотки смущения в моём голосе, Глыба посмурнел:

— Уходишь, да?

— Верно. Мне нужно продолжать учиться. Если буду находить минералы… А я точно буду находить!.. Буду приносить вам всё самое ценное. Могу я попросить, чтобы в случае вопросов о поставщике моё имя нигде не всплывало? Можете говорить, что продаёте из личных запасов или как-то ещё.

Гном хмуро глянул на меня:

— Хм, новик⁈ Тёмные делишки ты вряд ли будешь проворачивать. Скорее, у тебя есть какие-то секреты… У хорошего адепта они всегда есть… Я в твои дела не лезу. Пока есть возможность, буду тебя прикрывать. Тащи ко мне в лавку любые минералы, руды и кристаллы. А то сам видишь! Скучно здесь… С нашими делами разобрались. Чё ты спросить хотел?

— Хочу научиться азам алхимии, талисманного дела и артефакторики.

Гном аж крякнул от удивления:

— А королеву в постель не хочешь?

— Она у меня уже есть.

— Хоро-о-ош! — улыбаясь, Глыба стал наглаживать бороду. — Дай мне минутку подумать.

Убрав средний кристалл куда-то в подсобку, гном вскоре вернулся. Затем добрых полминуты ходил туда-сюда, о чём-то задумчиво размышляя.

— Расклад такой. С начертателями будет сложно, — Глыба закатил глаза. — Эти умники боятся, что их секреты украдут. Хотя чё там красть? Всё же очевидно. Намазюкал символы на бумаге и готов. Они конкурентов жуть как не любят. Потому у мастеров в Ностромо с учениками есть соглашение. Закончив обучение, подмастерья уезжают из маркграфства. Среди тех, с кем можно договориться, есть Иштван.

Память у меня отличная. Могу сказать с уверенностью, что за почти месяц жизни в Поднебесье мне ни разу это имя не попадалось.

— Иштван… Какая-то местная знаменитость?

— Да какая там знаменитость! — Глыбу аж передёрнуло от отвращения. — Мужику восемьдесят лет, борода уже начала седеть. Он хоть и мастер начертания, но до сих пор дальше второго ранга пробиться не может. Чего-то ему там в голове не хватает.

— Тогда почему его рекомендуете?

Гном хмыкнул:

— Ядро, парень! У тебя его нет. Предрасположенности к начертанию тоже. Во всём Ностромо один только Иштван готов за деньги учить кого угодно. Адрес я тебе дам. Дальше сам с ним договаривайся. Золотыми монетами Небо тебя вроде не обделило.

— С деньгами у меня всё в порядке, — хлопаю рукой по карману. — Если Иштван адекватный, мы договоримся.

— Аванс этому придурку не оставляй. Мы же в Ностромо! Тут полно новичков. Иштван любит учеников кидать, называя их бездарностью. Плати за каждый урок по отдельности.

Кивнув, Глыба замер секунд на десять.

— Насчёт артефактов… Тут ещё сложнее. Скабре, ты слишком хорош как ученик. Не хочу тебя отправлять к тому, кто дурному научит. Дело не в моей жадности… Потом другому мастеру по артефактам придётся тебя переучивать… Дай мне подумать, скажем, с месяцок… Если найдётся что-то путное, я подскажу. По артефактам есть куча специализаций. Доспехи, мечи, сумки, всякая мелочь для дома… В Ностромо нет толковых специалистов.

Плохой наставник может научить плохим привычкам или привить неправильное понимание ремесла. Всё ли решает материал артефакта? Быть может, мастерство? Или же тонкая настройка предмета на владельца?

— Насчёт алхимика. Могу порекомендовать кое-кого. Но он…

Глыба уставился на меня так, как будто впервые видит.

— … Вряд ли согласится с тобой работать.

— Почему?

— Скабре, давай по чесноку! У тебя ни корней, ни ядра, ни клана за плечами. — Гном тихо хохотнул. — Без обид. Я до сих пор не могу понять, как ты духовную энергию чувствуешь. Ещё и настолько чутко, что меня самого от зависти распирает. Короче! Вот тебе адрес специалиста. Скажи, что от меня, и объясни, чего хочешь. Зовут Брандей. Он алхимик третьего ранга. Его, правда, уже год как выгнали из Гильдии Алхимиков.

Видя удивление на моём лице, гном сразу дополнил:

— … Брандей брал аванс, а потом постоянно срывал сроки. Спился мужик. Его из клана Рокко выгнали и сослали в Ностромо. Родня живёт далеко за северной стеной на краю маркграфства. Ну-у-у… Так бывает, парень. Словил мужик неудачу и дальше покатился по жизни вниз. Короче! Обучать других он может. Третий ранг алхимика Гильдия кому попало не даст. Но…

Глыба указал на меня.

— … Я не знаю, как тебя учить. Корней стихии огня у тебя нет. Эссенции пламени, изменяющей свойство ауры, тоже. Для алхимика наличие доступа к огненной стихии — это… Даже не норма, а жизненная необходимость. Второй воздух? Так понятней? Алхимик при очистке ингредиентов их практически целиком пережигает. Как ты собираешься пилюли тогда готовить?

Попрощавшись с Глыбой, я сразу пошёл к алхимику.

[Зачем откладывать дело в долгий ящик?]

Если меня пошлют куда подальше, сразу начну искать другого специалиста.

…

Со слов гнома, Брандей Рокко изгнан из клана и потому теперь имеет право называться только Брандей.

Алхимик обитал на границе с нижним городом. По последней информации от Глыбы, Брандей снимал даже не дом, а мелкую пристройку за основным зданием. Вход в неё располагался не со двора, а с узенького переулка. Из-за теней соседних зданий в этот уголок Ностромо солнечный свет никогда не попадал. Воздух пахнет сыростью, под ногами валяется всякий мусор.

[Ни один уважающий себя адепт не станет жить в таких условиях.]

Со слов Глыбы, цена за это местечко оказалась настолько низкой, что его никто не хотел брать. Тот случай, когда слишком дёшево — это тоже плохо. Потеряв фамилию, репутацию и заказы, Брандей опустился на дно… И теперь живёт там, где никто другой не хочет.

Придя по адресу, я точно знал, что алхимик сейчас спит. Вокруг деревянной кровати разбросаны пустые бутылки. Не будя хозяина жилища, я открыл Телекинезом калитку. Шагнул внутрь двора и тем же фокусом отпер дверь, ведущую в пристройку. Оказавшись в помещении, взял единственный стул и сел недалеко от кровати.

У адептов любой стадии довольно обострённое чутьё. Если рядом есть источник незнакомой ауры, подсознание рано или поздно сообщит об этом.

Прошла минута. Почуяв рядом постороннего, алхимик резко вскочил с кровати и заозирался.

— А? Что?

Передо мной на койке сидел мужчина, человек по расе. Адепт седьмого уровня Очищения [1–6]. На вид — лет сорока. Лицо заросло многодневной щетиной. Одежда такая, что её и обитатели Нижнего Города побрезгуют носить. Витающий в комнате запах дешёвого вина подсказал, как именно алхимик переживает свои невзгоды.

— Ты кто такой? — хмурясь, Брандей запустил в мою сторону сканирующую волну. — Точнее, что ты вообще такое? Следов эссенции вообще не чувствую, но и на смертного ты не тянешь. Тело явно прошло закалку.

— Маркус Скабре, — произнёс я спокойно. — Вас как алхимика рекомендовал Тайлер Глыба. Сказал, что вы можете обучить меня основам вашей профессии.

— И ты припёрся ко мне домой? — Брандей нахмурился. — Раз ты пришёл аж сюда и тебя не смущает увиденное, значит… у тебя какие-то проблемы. Сразу скажу! Чернухой не занимаюсь. Людей в пилюли не превращаю. С кровавыми и демоническими Сектами ничего общего иметь не хочу. Я скатился по жизни, а не по карме. Меня всё устраивает.

— Вы сами выбираете, как жить, — смотрю на комнату, заставленную пустыми бутылками. — Я пришёл сюда не для того, чтобы давать вам наставления по жизни… Мне нужен учитель по алхимии.

Сидя на кровати, Брандей прошёлся по моей фигуре взглядом.

— Да что с тобой не так⁈ Вижу странную ауру. В ней нет ни намёка на эссенции.

— У меня нет ни корней, ни Ядра.

Алхимик подумал, что это шутка, и даже хохотнул. Поняв, что сказанное — правда, он захохотал ещё громче.

— Вот это да!.. И ты всё равно пришёл ко мне учиться? Я слышал о таких уникумах, как ты. Где-то раз в месяц на всю Империю появляется один адепт без Ядра. Дикое пробуждение или что-то в этом духе… Но чтобы ТАКОЙ необычный адепт захотел у МЕНЯ учиться… Парень, это перебор!

— У меня довольно острое Духовное Чутьё…

Сказав это, я поднял руку вверх. В тот же миг все находящиеся в комнате бутылки взмыли в воздух.

— … Также у меня полно своих секретов, мистер Брандей. Я не прошу от вас ничего невозможного. Только основы знаний алхимика. Есть ведь не только вертикальный рост по рангам в вашей Гильдии? Про горизонтальный тоже не стоит забывать. Речь об экспертности в том, что и как можно сделать. Мне нужен кто-то вроде вас, чтобы понять, какие у меня вообще есть варианты.

С этими словами я достал из кармана золотую монету и кинул её алхимику. Тот поймал её прямо в воздухе. Оценив знакомый блеск, сразу заулыбался.

— Да-а-а. Теперь верю, что ты от Глыбы. Последние пару лет только он мне клиентов подкидывает. Остальные предпочитают не вспоминать о старине Брандее.

Окинув меня взглядом, алхимик кивнул. Золотая монета исчезла в складках одежды.

— Скабре, да⁈ Будет тебе экспертность. Раз корней у тебя нет, но чуйка на месте, можно использовать внешнее пламя.

— Типа варки в котелке на костре?

Брандей удивлённо хохотнул:

— Какой ещё костёр? Сразу видно, что ты новичок из Центра. Алхимики всегда работают в печах размером от большой кастрюли до чана, в который можно засунуть человека… Если, не дай Небо, попадёшь в демоническую Секту пленным, узнаешь, зачем нужны такие бандуры.

[Эх, мужик! Я побывал в месте в миллион раз хуже, чем описанная тобой мелкая кастрюлька. Даже вспоминать не хочется.]

Со слов алхимика стало ясно, что независимо от размера алхимическая печь ВСЕГДА топится «огнём» алхимика. Есть целый набор огненных техник, заточенных под это дело. С помощью такого «огня» алхимик проводит очистку ингредиентов, пережигая их материальную оболочку.

Внутри алхимической печи много часов подряд царит экстремально высокая температура. Разные растения и части тел животных требуют разных подходов к обработке.

[Алхимия — это нечто среднее между наукой и искусством.]

В случае когда мастер-алхимик берёт ученика начальных уровней Очищения [1+], изредка используются артефакты-зажигалки. По сути, предмет, создающий пламя нужной температуры.

Сказав это, Брандей достал из-под кровати бутыль знакомой формы в виде цифры восемь. Бродя по ночным улицам, я нашёл одну такую.

— … Тебе нужен артефакт-зажигалка или вот такая бутылка, — алхимик показал мне бутыль. — Нужно, чтобы кто-то наполнил её эссенцией огня. Будешь её потом своей аурой по чуть-чуть вытаскивать и в печь добавлять.

— Хмм. То есть тушение пожара из гидранта, только наоборот. Я сам огонь должен подливать?

— Ага. Суть ты понял, — Брандей кивнул. — При таком подходе некоторые методы варки будут недоступны. Огонь сложно контролировать, а значит, и проводить очистку. Третий вариант — найти жерло вулкана и использовать его жар. Но…

Алхимик хохотнул.

— … Рядом с Ностромо таких мест нет. Вот гномы, кобольды и даже орки частенько таким промышляют. Их алхимические лаборатории и кузни почти всегда в таких местах стоят. Жар вулкана можно усмирить и использовать его для очищения самых тугоплавких материалов.

— Три тысячи градусов? — я присвистнул. — Не перебор? Сгорит же всё!

— Вообще-то, до пятнадцати тысяч, — Брандей криво усмехнулся. — Забудь о нормах Пограничной Зоны. Вулканы Поднебесья пропитаны эссенцией огня и духовными частицами. Жар такой, что адепту без корней этой стихии и близко к ним не подойти. Самые лучшие пилюли только в таких местах и можно делать… Другой метод ты всё равно не потянешь.

Со слов Брандея, алхимики и кузнецы тоже используют формации. Один вид стационарных магических печатей применяется для усмирения жара от вулкана и контролируемой силы огня.

Другой — «стандартный» — для защиты алхимика во время работы. Варка пилюль может идти от трёх часов до суток. Если мастер отвлечётся, все использованные ингредиенты можно выбрасывать в помойку.

Брандей неосознанно провёл рукой по складке одежды, где хранилась данная мной монета.

— … Шум соседей, диверсия от коллег-алхимиков, посторонние колебания в Духовном Море… Если достигнешь третьего ранга в алхимии… В смысле, КОГДА достигнешь третьего ранга, формация при варке станет обязательным условием…

Видя, что я продолжаю внимательно слушать, Брандей сглотнул. Судя по запаху дешёвого вина, с деньгами у него худо.

— Давай к делу, Скабре! Сколько ты готов платить? Я дорого беру. Другого учителя ты в Ностромо всё равно не найдёшь.

— Аванс вы уже получили…

Телекинезом вытаскиваю монету из одежды алхимика. Тот попытался её поймать, но она быстро оказалась в моей ладони.

— … Теперь поговорим о том, что надо купить для начала обучения.

…

26 января 3074 года (день)

Три недели назад Лорд приказал Кристофу Вальцу расследовать убийство капитана Лебедона.

Получив целый пакет всевозможных разрешений и жетонов, Вальц отправился в Центр Получения Гражданства. Первыми под раздачу попали вербовщики. Не все, а только те, кто находился на крышах зданий в ночь убийства.

Ни в каких документах маркграфства не отражалась одна деталь, касающаяся Вальца.

[Как и Обенель, Кристоф относился к числу полулюдей.]

Отец Вальца происходил из змеелюдов — подвида зверолюдей. Мать — смертная, захваченная во время рейда в одной из людских империй.

Кристоф унаследовал человеческое тело, ибо женщина выступает сосудом. Характер и манеру мыслить перенял с генами от отца.

[Хладнокровие — главная черта Кристофа.]

Благодаря ей Вальц филигранно выявлял эмоции собеседника и часто мог отличить ложь от правды. Эта же особенность привела к тому, что он чаще имитировал эмоции на своём лице, чем испытывал их на самом деле.

[Странный, молчаливый, непонятно, о чём думает на самом деле… Таков настоящий Кристоф Вальц — помощник Лорда по вопросам, которые нельзя решить законно.]

Всегда спокоен…

Всегда собран…

Всё слушает внимательно и ничего не упускает…

Всегда на своей волне хладнокровия…

Тот случай, когда человек настолько внимательно слушает, что его собеседникам становится страшно. Люди инстинктивно ощущали, что любое неправильное слово в присутствии Вальца может стать последним.

Сейчас, оказавшись в Центре, дознаватель опрашивал!.. Именно опрашивал, а не допрашивал вербовщиков. Обращаясь к могущественным адептам, Кристоф старался, «мило улыбаясь».

— Вы знаете, кто убил капитана Лебедона?

— Нет! — буркнул старикашка на парящем кресле.

— А если бы знали, сказали?

— Не тебе, шавка Лорда… опрашивать представителей почтенных Сект!

— Оу, вы соврали на вопрос об убийце! Дайте угадаю… Дело в Секте Скреббы?..

Уловив крохотное изменение эмоций на лице собеседника, Вальц кивнул.

— … Знаете, кто в Центре Получения гражданства работает на Секту Скреббы?

— Я ничего тебе больше не скажу, — буркнул вербовщик и полетел прочь на своём кресле.

Отношения между Лордом и Сектами с трудом можно описать как «союзнические»… Но никак не «начальник и подчинённый». Потому вербовщики ведут себя так нагло. Ни Пакур Валентайн, ни тем более его подручные не имеют права ПРИКАЗЫВАТЬ представителям Сект. Сейчас вербовщики пользовались этой лазейкой.

Подойдя к паре близнецов-вербовщиков, Вальц, «мило улыбаясь», уточнил:

— Господа! Вы не знаете, кто из Центра работает на Секту Скреббы? Может, кто-то из офицерского состава?..

Не уловив ни тени эмоции на лицах братьев-близнецов, Вальц продолжил:

— … Кто-то убил капитана Лебедона. Наверняка это Секта Скреббы…

Один из близнецов едва заметно хмыкнул. Заметив это, Кристоф продолжил.

— … То есть человек «есть». Он работает в охране?

Второй брат-близнец едва заметно дёрнул щекой. Продолжая улыбаться, Вальц уточнил:

— … Это кто-то из подручных Лебедона?

Братья переглянулись и один другому произнёс:

— Этот тип читает по лицам.

— Разговор окончен, — произнёс второй.

Вербовщики сместились в сторону и там продолжили наблюдать за новичками.

Довольно улыбаясь, Вальц пошёл к представительнице клана Оуш. Агата сидела за столом в своём шатре. Не спрашивая разрешения, Вальц сел прямо перед ней. Прошло секунд десять. Кристоф молча глядел на старую змею, давя своей фирменной улыбкой.

— Ничего не знаю об убийце Лебедона, — недовольно фыркнула леди Оуш. — Наш клан не лезет в отношения между Сектами и Лордом.

— Ай-яй-яй! — Вальц покачал головой. — Старейшинам Сект я ещё могу простить такую грубость. Но вам, членам местного клана… Нехорошо подслушивать!

Вальц повернул голову набок.

— … Ответьте на несколько вопросов. Вы знаете, кто убил Лебедона?

— Не знаю! — вербовщица недовольно поджала губы. — Тут и дураку понятно, что это Секта Скреббы.

[Старая змея говорит правду,] — подсказала чуйка Вальцу.

В этот день, натянув свою фирменную улыбку, Кристоф опрашивал вообще всех. Поваров, курьеров, вербовщиков и даже их слуг. Его интересовала не только правда об убийце Лебедона, но и образ лорда Валентайна. Сейчас Вальц проводил акцию устрашения, давая понять:

«Нападая на представителя Пакура Валентайна, вы огребёте таких проблем, что потом ВСЕМ станет тошно».

Следующий день…

И день после…

Вальц докопался до всех сотрудников в Центре Получения Гражданства. Дознаватель опросил нынешнюю смену охраны. Следом — сотрудников, которые приходили ночью, принося в столовую свежие продукты.

[Нюанс в том, что охранная формация не среагировала на присутствие постороннего. Значит, убийца имел при себе жетон кого-то из охраны.]

Людей оказалось довольно много. Где именно произошла утечка жетона-идентификатора, понять довольно сложно. У поварёнка могли стащить жетон, воспользоваться им, а потом сунуть обратно.

Тем не менее Вальц выявил всех людей, сотрудничавших с Сектой Скреббы. Двенадцать работников Центра отправились в темницу гарнизона. Продажа прибывающих из Пограничной Зоны новичков приравнивается к работорговле. В империи Колоссус этот вид товара и торговли под запретом.

[Граница Империи — суровое место. В Ностромо преступники больше не вернутся.]

Под раздачу попал и Лурье — второй помощник капитана Лебедона. Тот впутался в тёмные делишки Скреббы настолько глубоко, что ему грозит смертная казнь. Именно Лурье рассказал одну маленькую деталь, которую никто, кроме него, не упоминал!

За два дня до убийства Лебедона пару новичков пытались продать по обычной схеме. Скупщик Скреббы стоял у одного из запасных выходов из Центра. Сделка сорвалась из-за драки новичка с сержантом Гонзалесом и прибывшим на место Лебедоном.

Капитан тогда погнался за скупщиком, а тот сбежал, использовав талисман для телепортации.

— Почему это не попало в отчёты? — спросил Кристоф уже в тюрьме.

Сидя в кандалах, Лурье замялся. Ему пообещали заменить смертную казнь на каторгу за помощь в поимке убийцы.

— Там… Мутная история. Сержант Гонзалес помер глупо. Новичка не смог убить и при нас сам напоролся на свой кинжал, падая на пол. Лебедон действовал по законам Империи и отдал новичку все деньги Гонзалеса. Тот трофейные монеты разделил пополам. Одну половину оставил в комнате… Типа капитану за помощь. Поэтому Лебедон и не указал этот случай в своих отчётах. Всем остальным мы сказали, что Гонзалес по глупости погиб.

[Пару дней до убийства?]

У Кристофа сразу сработала чуйка. Видимо, инцидент с Гонзалесом стал спусковым крючком. Из-за того, что Лебедон чуть не поймал скупщика на горячем, Секта Скреббы перешла в атаку.

[След слабый,] — подсказывала Вальцу чуйка. — [Однако теперь он есть хотя бы в таком виде.]

Опросив всех работников Центра и вербовщиков, Кристоф на время забыл о новичках. Вместо этого дознаватель стал шерстить другие связи Скреббы уже в самом городе.

Тюрьма гарнизона Ностромо пополнялась пособниками опальной Секты. Лорд официально запретил все контакты с представителями Скреббы. Торговля продуктами тоже теперь под запретом. Валентайн осознанно обострял конфликт, ожидая, когда этот клубок змей снова зашевелится. Всем, кто сдавался с повинной, стража и судьи объявляли полную амнистию. Под шумок Вальц продолжал кошмарить чёрный рынок.

[Самое время напугать преступников настолько, чтобы они боялись Скреббы, как чумы.]

Спустя три недели в Ностромо не осталось никого, кто хотел бы иметь дело с опальной Сектой. Однако убийца так и не нашёлся. Поставщики пилюль, талисманов, ценных алхимических ингредиентов из-за южной стены — Кристоф выявил много ниточек, ведущих к Скреббе… Однако связи с убийцей Лебедона среди них не оказалось.

[Слабый след, подсказанный Лурье, обрывался, толком не начавшись.]

Тогда Кристоф начал опрашивать адептов-новичков. За минувшие три недели…

Вальц. Достал. Всех!

Кланы, гильдии, вербовщики из Центра, разбойники мелкого пошиба из Нижнего Города… Все они десять раз прокляли день, когда связались с Сектой Скреббы.

Видя, что поднявшаяся из-за смерти Лебедона буря и не думает утихать, Секты решили не провоцировать Лорда.

[Тот случай, когда лучше не дёргать тигра за усы… Точнее, тигролюда.]

Секты Голубого Неба, Огнецвета и ЛедоВластия дали Вальцу встретиться с адептами из того набора новичков. Кланы и Гильдии тоже подчинились.

Методично…

Хладнокровно…

Человек за человеком Вальц стал проводить опрос.

Однако никто из новичков не принёс пользы. Большинство знало о существовании Секты Скреббы только из слухов. Капитана охраны Центра никто из них не видел. Вопрос о смерти Лебедона раз за разом вызывал удивление на их лицах.

Окончательно потеряв надежду, Вальц начал опрашивать последнюю группу новичков — адептов, записавшихся в ополчение из-за… кхем… низкого таланта.

Три недели — немалый срок. Часть адептов-ополченцев уже числилась погибшими. Другие ушли за стену и пока не вернулись. Идя по списку, Вальц сократил список до двух имён — Маркус Скабре и Номер Семь.

Со слов служанки, Скабре появлялся дома только ночью. Да и то нечасто. То ближе к полуночи, то к рассвету. Вальцу никак не удавалось подловить его в рабочее время.

Сегодня удача улыбнулась с другим новичком. Девушка по имени Номер Семь вернулась из рейда за стену в компании хмурых коллег. Получив сигнал от стражи, стоявшей на воротах, Вальц подождал группу ополченцев около их квартала.

— Я же говорила, что гоблины устроят нам засаду! — пыхтя от негодования, девица обратилась к парню в помятом доспехе. — Даже точное место вам сказала!

— Да кто поверит в твои россказни о духах? — орал ей в ответ детина, похожий на варвара. — Плевать я хотел на их помощь и советы. В этом лесу гоблины — самый слабый тип монстров. Какой толк от твоих сведений, если мы их победить не можем⁈

Девушка запыхтела от возмущения ещё сильнее.

— То есть, это я виновата в том, что охота пошла насмарку? Напомнить, что нам через пять дней за дом платить⁈

— Слышь, седовласка! Ты больше не…

— Номер Семь? — Вальц вмешался в разговор, встав прямо посреди дороги. — Других я уже опросил. Из твоей команды осталась только ты…

Прикрыв рот, варвар махнул рукой другим членам группы. Те обошли дознавателя. Краска почти вымылась из волос Номера Семь. Теперь она походила на брюнетку с крашеными локонами.

— Кто? — Номер Семь, нахмурившись, посмотрела куда-то вбок. — Какого ещё убийцу?.. Из Центра?.. Там что-то случилось?.. Три недели назад?

Почти беззвучно шепча, Вивьен с кем-то говорила. Об этом не раз писалось в её личном деле. Сохраняя хладнокровие, Кристоф ждал, когда девушка наконец соблаговолит обратить на него внимание.

Недовольно морщась, Номер Семь уставилась на Кристофа.

— Духи говорят, что вы дознаватель, который тут всех достал. Про занозу… Эм! В общем, вас тут все не любят. Можете спрашивать, чего хотите.

— Ты можешь говорить с духами погибших?

— Нет, это не так работает, — девушка, задумавшись, почесала голову. — Помыться хочется…

— Номер Семь?

Девушка встрепенулась, будто выпала из разговора.

— А? Точно. Обычно не с духом, а со слепком личности, оставшимся после смерти в Духовном Море. Мой талант называется «Медиум». Если у погибшего существа при жизни имелось некое сильное желание… Например, проехаться по Бруклинскому мосту на скорости под сто сорок километров, то я это услышу. Слепок мне сам об этом расскажет. Заодно и всё, что с этим связано…

Вальц выдал свою фирменную улыбку, отчего девица поморщилась, будто съела кислый лимон целиком.

— Фу! Не надо так делать, мистер… И спрашивать тоже. Духи ко мне прилипают, только если нас что-то связывает… Это большая редкость. Их Духовное Море потом поглощает. Чем выше концентрация духовной энергии, тем меньше дух живёт. Слепки ещё меньше.

— Ты знаешь, кто убил капитана Лебедона?

Номер Семь покачала головой.

— Не знаю. Спросили бы на следующий день, может, получилось бы найти слепок. А так… Если от того адепта что-то и осталось, то он с волнами в Духовном Море давно куда-то улетел.

Кивнув, Вальц отпустил девицу. Её талант, мягко говоря, неоднозначен. Номер Семь может случайно поговорить с тем, кого убили, желая сохранить некий секрет. Кланы, охрана правителя, торговые союзы.

[Странно, что никто — ни Секты, ни кланы Ностромо — её до сих пор не завербовали,] — подумал Кристоф, глядя вслед девице.

— Сам ты змея подколодная! — Номер Семь вдруг начала ругаться с пустым местом рядом с ней. — Может, человек таким родился? Представляешь, как ему на свиданиях тяжело? А в зеркало смотреть?.. Можно, конечно, с мешком на голове в постель идти… М-да! О таком варианте я не подумала… Согласна, есть дамочки, которым такое нравится.

Лицо Кристофа дрогнуло, а рука неосознанно потянулась к ножнам.