– Немедленно потушите костёр! – Этот властный голос смог перекрыть крики толпы, вызвав всеобщее замешательство.

– Смотрите! Это же повелитель!

– Дорогу повелителю!

– Приветствуем вас, Великий Магистр.

Лиза распахнула глаза, пытаясь рассмотреть происходящее сквозь пелену дыма и всполохи всё ближе подбирающегося к ней огня.

Первое, что она увидела, – огромный чёрный конь, который был словно порождением самой ночи. Глаза – звёзды, грива и хвост – огненные кометы. Он бил копытами, высекая из земли искры, а из его ноздрей вылетал пепел. Наездником был сам Великий Магистр, одетый в дорожный костюм из благородного синего бархата, с развевающимся за спиной плащом. Всегда бледное лицо Магистра в этот раз было почти красное. И неясно, что явилось тому причиной – рассветное солнце, отблески разгорающегося огня или едва сдерживаемая ярость.

– Немедленно. Потушите. Костёр, – сдержанно повторил свой приказ Магистр, однако в его словах явственно слышалась угроза.

– Но она же ведьма, – попытался возразить тщедушный мужчина из толпы.

Магистр на секунду отпустил поводья и сделал едва заметный жест рукой. Мужчина жутко закричал, согнувшись пополам и схватившись за голову. Когда он разогнулся, на лбу у него пульсировало свежее клеймо в виде отпечатка вороньей лапы.

– Простите меня, повелитель. Я не ведал, что говорю! – Мужчина рухнул на колени, чуть не попав коню под копыта.

– Эта девушка – не ведьма. Она ангел! – Магистр посмотрел сквозь дымовую завесу на Лизу, и она ощутила пронзающий холод его взгляда. – Она достойна иной участи.

Лиза не понимала, какую игру на этот раз затеял тёмный маг. Но очевидно, что она снова была в ней лишь пешкой – безвольной и безропотной фигурой. Однако сейчас она изо всех сил молилась, чтобы Магистру удалось остановить её казнь.

Первым тушить костёр кинулся философ Кант, будто полное воды ведро было у него наготове. Его примеру последовали остальные. Люди принялись гасить огонь с таким же азартом и остервенением, с каким несколько мгновений назад подбивали палача поскорее сжечь ведьму дотла.

Лиза всё это осознавала плохо. В голове у неё был туман, и сознание проваливалось в него всё глубже и глубже. Кто она? Где она? Зачем она здесь и кто все эти люди вокруг?

Внезапно верёвки, сдавливающие её грудь, лопнули одна за другой, дым развеялся, а в лицо ударил поток свежего воздуха. Лиза сделала большой жадный вздох.

Когда она окончательно пришла в себя, то обнаружила, что лежит на земле, а перед ней на коленях, прямо в пыли, стоит Магистр. Он мягко вытирал с её лица пот и копоть своим белоснежным платком из нежнейшего шёлка. Увидев, что она очнулась, Магистр улыбнулся.

– Как ты, Лиза? Мне так жаль, что ты попала в руки этих средневековых варваров. Надеюсь, моё маленькое колдовство смогло защитить тебя от ожогов.

Лиза не ответила, но прислушалась к собственным ощущениям. Как ни странно, у неё ничего не болело. Она подняла к глазам руки, осмотрела ноги, приподняв оборванный подол, – и не увидела на коже ни отвратительных пузырей, ни ожогов, ни даже следов от тугих верёвок. Ничего. Словно пару минут назад она не была в роли курицы гриль над раскалённой плитой.

Наверное, стоило поблагодарить Магистра за спасение и чудесное исцеление? Но Лиза не могла заставить себя сделать это. В конце концов, разве не по его вине она оказалась в Теневом городе? Нет, ему не следует доверять ни на мгновение. Но лучше пусть Магистр по-прежнему считает её наивной глупенькой девочкой. Лиза выдавила из себя благодарную улыбку.

– Дайте этой милой девушке воды! – приказал Магистр, не оглядываясь.

И Лизе тут же поднесли кувшин, наполненный свежайшей прохладной водой. Это было как нельзя кстати – в горло будто насыпали песка, во рту было так сухо, что даже если бы она захотела что-то сказать, то всё равно не смогла бы. Лиза пила, и её зубы сводило от холода. Но это было потрясающее ощущение – просто делать глоток за глотком, просто дышать и чувствовать, как воздух наполняет лёгкие и вместе с водой возвращает тебя к жизни. Она была жива! Она ещё не выбыла из игры!

– Знаешь, Лиза, у тебя красивая улыбка. Ты мне нравишься… – Магистр склонился к ней близко-близко, и она смогла рассмотреть в мельчайших деталях его почти незаметный при других обстоятельствах шрам, рассекающий глаз с бело-голубой пеленой вместо радужки. – Тебе не надо меня бояться. Мы с тобой должны быть заодно. Мы же оба хотим, чтобы всем вокруг было хорошо.

Лиза почувствовала на своей щеке его ледяное дыхание и поскорее отпрянула, отвернув голову в сторону. Она случайно встретилась глазами с Верушкой, которая, как оказалось, тоже была здесь и стояла чуть в отдалении. Её стройная фигура выражала напряжение, а руки нервно теребили край пелерины. Во взгляде Верушки Лиза прочитала явную неприязнь и будто бы что-то ещё. Лиза пока не слишком хорошо разбиралась в человеческих чувствах, она и со своими-то эмоциями порой не могла совладать. Но сейчас ей показалось, что юная помощница Магистра смотрела на неё как на… соперницу. Это продолжалось лишь мгновение, после чего Верушка развернулась и лёгкой походкой направилась к замку.

– Вот изверги! Чуть не сгубили мою прекрасную гостью! – Магистр то ли не заметил исчезновения Верушки, то ли сделал вид, что не заметил. Он помог Лизе подняться на ноги и даже попытался по-дружески приобнять её за плечи. Это стало последней каплей.

– Я всё равно вам не верю! – Лиза вывернулась из его рук.

– И правильно делаешь, – невозмутимо согласился Магистр. – Наверное, ты думаешь, что в прошлый раз смогла сбежать из моего замка со своим недорыцарем благодаря тому, что победила меня в подземелье? А-ха-ха. Знай, дорогая, в моём замке никто не может победить меня, если только я сам этого не захочу.

Магистр взглянул на Лизу с притворной жалостью.

– Что вы имеете в виду? – насторожилась она.

– Это я позволил тебе сбежать и вернуться в реальный мир, чтобы ты отыскала ещё один янтарный ключ. И ты отлично справилась. Спасибо тебе, дорогая Лиза, что помогла мне. Теперь давай камень сюда.

Лиза убеждала себя, что это очередная провокация тёмного мага. Что он специально пытается напугать её, лишить веры в себя, продемонстрировать свои непобедимость и могущество. Нет, она не попадётся в эту ловушку!

– Вот ещё! – Лиза непроизвольно сунула руку в карман платья и сжала янтарный камень.

– Ты уверена? – Магистр пошевелил в воздухе пальцами, словно смахивая с них невидимую пыль.

Толпа, которая всё это время серой безликой тенью стояла у замка и следила за своим повелителем, вдруг снова закричала:

– На костёр ведьму! Сжечь!

Люди принялись окружать Лизу, протягивая к ней руки и посылая проклятья. Это было как в дурном фильме ужасов, где одно и то же страшное событие повторяется вновь и вновь. Магистр, будто дирижёр, управлял своим отвратительным «оркестром» едва заметными движениями пальцев, а «музыканты» безоговорочно ему подчинялись. Лизино сердце учащённо затрепыхалось – она не хотела вновь пережить весь этот кошмар.

– Остановите их. Я согласна!

– Как скажешь, моя хорошая.

Магистр опустил руку, и мгновенно настала тишина. Даже собаки не решались нарушить её своим лаем. Обитатели замка так и замерли на месте, с искажёнными лицами и открытыми ртами. Они были как изваяния из Музея восковых фигур мадам Тюссо.

– Я отдам янтарь… – Лиза закусила губу так сильно, что почувствовала привкус крови. – Но только при одном условии. Во-первых, после этого вы отпустите меня и сэра Роберта. А во-вторых…

Лиза огляделась, судорожно пытаясь придумать какой-то план. Она не собиралась расставаться с янтарным камнем так просто, ведь это была её единственная возможность вернуться домой. Может, попробовать ещё потянуть время?

– А во-вторых, давайте поскорее уйдём отсюда. Мне здесь нечем дышать.

– Я мог бы забрать камень силой, – задумчиво протянул Магистр. – Но это против моих убеждений. Я принимаю твои условия.

Он галантно подал Лизе руку, и той ничего не оставалось, как опереться на плечо самого могущественного тёмного мага в мире. Ноги слушались плохо, и Лиза ковыляла, как измученная артритом дряхлая старуха. Люди расступались, пропуская эту странную пару вперёд. Лиза чувствовала, что их взгляды прожигают ей спину не хуже, чем языки огня. Среди глаз, следивших за удаляющимися Магистром и Лизой, были две пары особенно внимательных. Первая принадлежала красавице Верушке, наблюдавшей за своим повелителем из окна в портретной галерее замка. Вторая – голубые глаза сэра Роберта, всё ещё заточённого в одной из комнат.