Всё это время рыцарь, плотно прикрыв за собой дверь в ванную комнату, страдал. Его средневековое одеяние смотрелось крайне нелепо на фоне сверкающего хромом смесителя и разноцветных бутылочек с гелями, шампунями, бальзамами и прочими душистыми благами цивилизации. Сэр Роберт и сам видел в зеркале, как он нелеп. Где его рыцарская стать, гордо поднятая голова, решимость во взгляде? Жалок и размазан, как переваренная гороховая каша. Всё верно сделала Лиза, что предпочла ему другого. А знала бы она, что именно сэр Роберт от неё скрывает, то и вовсе одарила бы презрением.

«Как тяжела жизнь, – сокрушался рыцарь. – Гораздо тяжелее смерти. И при этом быть призраком ничуть не легче. Да, сердце не гонит кровь по жилам, но всё равно болит…»

– Прекрасная Лиза, что же ты делаешь со мной? – простонал сэр Роберт, опустившись в изнеможении на край ванны.

Внезапно комната наполнилась тусклым белым светом, струившимся из висящего на стене зеркала. От него потянуло могильным холодом. Сэр Роберт быстро сообразил, что это значит, – то было дыхание Теневого города. Серебристая зеркальная гладь пошла рябью, будто кто-то кинул в воду камень. В бликах и тенях проступил знакомый силуэт.

По ту сторону зеркала стоял Великий Магистр. Он с брезгливостью смотрел на терзающегося от несчастной любви сэра Роберта.

– Ох уж эти девы… – изрёк Магистр с ухмылкой. – Хоть в тринадцатом веке, хоть в двадцать первом. Все одинаковые. Не стоит им доверять!

Рыцарь ничуть не удивился появлению Магистра и не испугался. Он знал, что тонкая поверхность зеркала, несмотря на кажущуюся хрупкость, надёжно разделяет два мира – явь и тень. И Магистр неспособен эту грань переступить. Пока неспособен.

– Когда-то давно я тоже страдал… – продолжил Магистр. – Я готов был весь мир положить к ногам моей возлюбленной. Мы были с ней так счастливы.

Лишь на секунду в одном его глазу, который не был затянут леденисто-голубой пеленой равнодушия и жестокости, мелькнуло нечто человеческое – печаль.

– Она тоже выбрала другого? – спросил сэр Роберт.

– Аха-ха-хах… – внезапно расхохотался повелитель Теневого города. – Другого? Да ни один другой не сравнится со мной. Нет, она поступила ещё подлее, ещё безжалостней. Поэтому я точно знаю, что страдать бессмысленно. Я выбрал никогда больше не страдать. Для этого и создал Теневой город. Для этого мне и нужен реальный мир…

– Но что же такого сделала ваша возлюбленная?

– Она умерла.

Ошарашенный сэр Роберт поднял глаза к зеркалу, но увидел в нём лишь собственное отражение. Едва заметная тень соскользнула с зеркальной глади и метнулась к груди рыцаря. Он вздрогнул, схватился рукой за то место, где должно было стучать сердце, но потерял равновесие и упал в ванну. Словно бы сам собой повернулся кран, и на сэра Роберта хлынул поток кипятка. Не будь он призраком, то сварился бы заживо. Тесная комната быстро заполнилась густым паром.

Когда Лиза вошла в ванную комнату, кран был выключен, а клубы пара почти рассеялись, осев каплями воды на стенах и потолке. Лиза торопливо стянула с себя футболку и швырнула её в корзину с грязным бельём. Следом туда же отправились юбка и гетры. Надевая комбинезон поверх чёрного лонгслива, Лиза размышляла:

– Куда спрятался Роберт? Он же не дурак, чтобы покидать квартиру без меня…

– Не дурак! – раздался приглушённый голос из ванны.

Лиза чуть на грохнулась в ванну от неожиданности.

– Сэр Роберт вернулся к своей прекрасной даме, – произнёс всё тот же слабый и тихий голос.

– Что ты здесь делаешь? Ты что, подглядывал? – Лиза покраснела до самых корней волос. Но очень быстро её смущение сменилось гневом. – Да… Да… Как тебе не стыдно! Я же почти голая была.

– О, Лиза, я бы не посмел… Да и другое меня тревожит.

Лиза заглянула в ванну, на дне которой лежал рыцарь. И сразу же заметила, что кроме головы и плеч от него почти ничего не осталось.

– Ой! – спохватилась она, мысленно укоряя себя за чёрствость. – Ты же почти совсем… Это не больно?

– Мне не может быть больно, я же призрак.

Рыцарь одарил Лизу грустной улыбкой.

– Так! В общем, хватит разлёживаться. Я нашла ещё один ключ от портала в Теневой город.

– Слишком поздно… – В голосе сэра Роберта ясно чувствовалась обречённость.

– Ничего не поздно! А ну, мигом вылезай из моей ванны!

Ох, как же Лизе надоело это нытьё. А ещё говорят «сильный пол». Один не может ради неё совершить настоящий мужской поступок и позаимствовать из музея небольшой камушек, другой, вместо того чтобы бороться до конца, лежит и стенает, как… как… Лиза была так зла, что даже не могла подобрать подходящего слова. Что там по этому поводу говорят психологи в соцсетях? «В наше время женщины взяли на себя часть мужских функций. Они и карьеру строят наравне с мужчинами, и во всяких технических новшествах разбираются не хуже». А что, разве не правда? Вон мама, пока папа в своих нескончаемых командировках, научилась даже забившийся унитаз прочищать и игрушки Луки чинит на раз-два. Теперь и Лиза ведёт себя куда более решительно, чем эти двое. Хотя она ждала от них более рыцарского поведения.

– Ты как тюфяк недобитый! – высказалась Лиза, когда сэр Роберт с неохотой выбрался из ванной и потащился за ней следом. – И, пожалуйста, постарайся не попадаться Максу на глаза. Мы сейчас все вместе отправимся в музей, чтобы раздобыть янтарный ключ. От тебя требуется только одно – прикрывать собой камеры наблюдений, чтобы нас не спалили.

– Ничего не понимаю, Лиза. Какие камеры? Тюремные? И кто нас должен спалить? Неужели и в ваше время жгут ведьм и еретиков на огне?

– О-о-о, – простонала Лиза. – Я и забыла, какой ты древний. Никто у нас никого не жжёт. А про камеры – я тебе на месте покажу.

И Лиза заскочила ненадолго в свою комнату, чтобы забрать оттуда рюкзак с вещами и второго «рыцаря».