Остров Ла-Грасиоса и правда оказался небольшим. Зашли в небольшой пролив, который отделял Ла-Грасиосу на северо-западе от острова Лансароте.

— Вообще с той стороны, тоже с северо-запада от Ла-Гарсиоса, есть ещё один крохотный островок. — Сказал Колосков, когда я пришёл в капитанскую рубку. — Называется остров Монтанья-Клара. Но он не обитаем. Там вообще никто не живёт. Источников воды нет. Одни скалы.

— Понятно. Нам он точно не нужен. — Ответил капитану. Порт Калета де Себо находился на юге острова, на его восточном побережье. Он тоже, как и остров, оказался небольшим. Вход в портовую гавань защищён с двух сторон искусственными молами. Зашли в порт уже по темноте, ориентируясь по прожекторам наших кораблей. Встали на рейде. К причалам не подходили. Я вышел на вторую палубу. Смотрел на городок. Тишина. Ни одного огонька. Рядом появились Люся с Лёней. Оба смотрели на порт.

— Что видишь, дорогая?

Люся взглянула на меня. Её зрачки были ромбовидные. У Лёни тоже.

— Хочешь сказать, что там мантикоры?

Она продолжала смотреть мне в глаза. Стал входить в транс…

«Они есть. Но немного. Мы их можем всех убить» — Услышал я её.

— Уверена, что их мало? — Спросил я вслух.

«Да. Мало. Всех убьём. Они слабые»

Тряхнул головой, выходя из транса. Люся смотрела на меня и улыбалась своей фирменной улыбкой, при виде которой у непосвящённого может случиться энурез с диареей или инфаркт. Лёня так же смотрел на меня.

— Ладно. Посмотрим. Но не сейчас. Утром, при свете дня. Хорошо? — Люся коснулась ладошкой моей щеки и убежала. Лёня за ней. — Ну вот и ладушки. — Сказал я самому себе.

Ушёл в каюту. Ольга сидела в одних трусах и мазала себя каким-то кремом. Я снял кобуру. Положил её на стул. Снял тактическую майку. Разулся.

— Милый, намажь мне спинку. — Сунула мне в руки тюбик. Легла на постель на живот и оттопырила попку. Погладил её по заду.

— Чем это ты мажешься?

— Кремом.

— Я вижу, что кремом, а не гудроном. Что за крем?

— Он увлажняет мою кожу, делает её нежнее и бархатистее.

— Ты сейчас серьёзно? Тебе куда ещё нежнее кожа? Она и так у тебя бархатная. Особенно грудь, живот, зад и то, что между ног у тебя. Нежное и бархатистое.

— Марк, не говори ерунды. Мажь давай.

— А зад тоже мазать?

— Обязательно.

— Так он у тебя трусами кружевными скрыт. И вообще, могла бы и простые трусы носить. Цвета хаки. Камуфляжные.

Ольга перевернулась на спину и села. Смотрела на меня возмущённо.

— Что значит цвета хаки? Камуфляжные? Ты совсем уже? Я женщина, а не солдат Джейн! Может мне ещё панталоны надеть, тоже камуфляжные?

— Ну а что? Я думаю, очень сексуально бы смотрелось. В стиле милитари… Ладно, ладно. Чего глазищами засверкала. Если ты не солдат Джейн, зачем тогда винтовку свою таскаешь и пистолет?

— А это чтобы всякие озабоченные не приставали. — Усмехнулась она.

— Это что? Тонкий намёк на толстые обстоятельства в отношении моей персоны?

— Возможно. Последний раз ты меня изнасиловал.

— Что??? Это кто кого изнасиловал⁈ Я тебя или ты меня?

— Я слабая и хрупкая. Как я могла изнасиловать такого лося, как ты? Ты на меня посмотри и на себя.

— Ну знаешь, что… — Я встал.

— Куда? Сядь немедленно. Марк, я же не сказала, что мне не понравилось. Мне понравилось. Честно. Так что можешь ещё раз меня изнасиловать. Я буду не против.

— Да, мля… Я дурею с тебя, Оля! Ложись на живот. — Она легла. Стал втирать ей крем в спину. Ольга лежала и чуть постанывала. Дошёл до её ягодиц. — Зад приподними. — Велел ей. Она приподняла. Стащил с ней трусики. Дала снять их. Натёр ей кремом ягодицы. Потом ноги. Посмотрел на неё, усмехнулся и поцеловал её в левую ягодицу.

— Марк, это всё?

— Не понял?

— Что ты не понял? Я требую продолжения. Я что, зря своё нижнее бельё сняла?

— Вообще-то это я снял его с тебя.

— Какая разница кто. Главное, что оно снято. Продолжай, дорогой.

— Что продолжать?

— Ты поцеловал только одну. А вторую? Это не честно.

Поцеловал ей вторую. Она перевернулась на спину.

— Теперь здесь намажь. — Указала на грудь, на живот, на свои бёдра. Начал намазывать. Лежала, закрыв глаза, опять чуть постанывать начала, когда намазывал ей грудь. Я видел, она возбуждена. Соски твёрдые и увеличились, став похожими на виноградины. Намазал живот. Потом коснулся низа живота.

— Тут тоже мазать?

— Обязательно. Здесь особо хорошо надо всё смазать. — Она развела ноги. Намазал ей, в том числе и внутреннюю сторону бёдер. Я видел и чувствовал, что она уже мокрая. Её лоно блестело, выделяя смазку.

— Ну вот и всё, дорогая. Я закончил. Всё, как ты хотела. — Закрыл тюбик и положил его на столик.

— Что значит ты закончил? Мы ещё не закончили. Мы можно сказать, только начали. Мне массаж нужен. Внутренний. Здесь. — Она накрыла ладошкой своё лоно. — Давай, милый, помассируй меня.

— Насчёт этого уговора не было. Ты просила намазать. Я намазал.

— Что значит не было уговора? Мы с тобой муж и жена, а значит уговор у нас на любовь по умолчанию идёт. Так сказать автоматом. Марк, ну не ломайся а? Вот скажи кому, что жена мужа упрашивает любовью с ней заняться, от смеха умрут. Марк, я вижу, что ты тоже хочешь. Вон у тебя в штанах напряглось. Давай, вытащи своего малыша и вставь в меня. Не заставляй страдать супругу.

— Ты не мытьём, Оля, так катаньем. — Встал, снял штаны с трусами. Ольга жадно смотрела на мой возбуждённый член. — Что-то у тебя глаза, дорогуша, какие-то ненормальные. Я всё больше начинаю опасаться за тебя. Ты становишься совсем озабоченной до секса.

— Это на меня твой ребёнок действует. Который растёт во мне. Марк, ну иди ко мне. — Лёг на Ольгу. Она тут же обхватила меня ногами. Сунула руку между нашими телами, сама вставила мой член себе в лоно. Толчок и я вошёл в неё полностью.

— Боже, как классно! — Простонала она и стала активно мне помахивать…

Утром встал с первыми лучами солнца. Ольга спала, разметавшись по постели.

Я надел трусы, штаны. Потом обулся. Умылся в нашей маленькой душевой. Потом надел майку и сверху кобуру с пистолетом. Вышел из каюты. Прошёл к выходу на внешнюю палубу. Сейчас при свете начинающегося дня, можно было рассмотреть лучше сам порт и городок. Сам Калета де Себо на самом деле оказался небольшим населённым пунктом. Я бы даже не назвал его городом. Так, посёлок. Дома одноэтажные и двухэтажные. У причалов стояли парусные и моторные яхты. Небольшие рыболовецкие суда, катера. Посмотрел в бинокль. Ага, катер можно выбрать.

Рядом опять появилась Люся. Смотрела на порт. Потом взглянула на меня.

— Ладно, Люся, сходим. Тем более, нам катер нужен. А тут есть из чего выбрать. Но сначала завтрак. Пошли, поедим. Надо поднять мою засоню.

Прошли к нашей с Олей каюте. Зашёл. Она сразу открыла глаза.

— Доброе утро, душа моя. Солнце уже встало, и ты давай вставай. На берег пойдём.

— Правда?

— Правда. Люся вчера сказала мне, что мантикор мало тут и они слабые. Что она их всех убьёт.

— Ладно. — Ольга соскочила с постели. Люся смотрела на неё. Сделала шаг к Ольге и коснулась её живота.

— Ну да, Люся, беременная, как и ты. Обе мы с тобой страдаем от этих мужиков ненасытных. Всё им мало.

Я чуть не подавился от её спича. Это кому мало?

Так, как поесть Люся никогда не отказывалась, то из нашей каюты сразу направилась в столовую. По дороге к нам присоединился Лёня и Лола, которую Лёня привёл за руку. Нас накормили. Люсе с Лёней и Лоле мясо, мне кашу рисовую, глазунью с ветчиной и чай с двумя ватрушками, с клубничным джемом. Ольга тоже ела глазунью с ветчиной и овощной салат. Потом пила кофе с булочкой с марципаном. Сюда же подтянулись Антон с Лидой и Софья.

— Антон, сейчас на берег пойдём. — Сказал ему. — Нам катер надо выбрать. Там есть из чего взять. Люся сказала, что мантикоры тут есть, но их мало и они слабые. И что она их всех убьёт.

— Точно мало? — Переспросил он.

— Точно. Она так сказала. Да и откуда им тут быть много то. Юрий Николаевич вчера мене сказал, что тут население было меньше тысячи. Я думаю, основная масса людей умерла ещё в первую волну вируса. Кормиться тут особо нечем. Источники дохода местных были, это туризм и рыболовство. Всё.

— Хорошо. Ты прав, катер нам нужен. Тем более, одну лодку мы потеряли.

— Марк, а что значит мантикоры тут слабые? — Спросила меня Лида.

— Не знаю, что имела ввиду Люся. Но она так мне сказала. Не верить ей оснований нет. Но почему слабые, чёрт его знает. Может потому, что им есть больше нечего?

— Марк, принесите мне образец местных мантикор. — Попросила наш вирусолог.

— Хорошо.

Связался по рации с Артёмом, Павлом, Николаем. Сказал им, чтобы шли в столовую, завтракать, так как будем высаживаться в порту. За катером. До Ильи достучаться по рации не смог. Похоже, спит, засранец.

— Артём, ты там Илью пни, этого суслика, а то я до него докричаться не могу.

— Добро. — Услышал в гарнитуре рации смех. Потом связался с Кирой.

— Кира, приём.

— На связи.

— Кира, в столовую иди, завтракай. Будем после завтрака высаживаться в порту. За катером пойдём. От Люси узнал, что мантикор мало и они слабые. Пусть наши ребятишки побегают за ними, разомнутся.

— Поняла. Уже иду.

Я лениво прихлёбывал вторую чашку чая, когда пришли все бойцы из моей команды. Артём поднял Илью. Тот был недовольный, когда они зашли в столовую.

— Марк, а что, позже нельзя было? Чего так рано постоянно встаём?

— В смысле, Илюша, рано? Ты на время посмотри. Девятый час утра. Давай, ешь и на выход.

Через час, мы загрузились в лодку. С нами ещё решил идти Василий со своими людьми. Все в лодку бы мы не вошли. Поэтому пошли в два захода. Первыми на причал высадился я со своей командой. Форма одежды уже привычная. Плюс бронежилеты. Карабины за спину, в руках автоматы. Антон, как всегда, с пистолетом в руках. Хотя автомат за спиной у него имелся. Лодка ушла за второй партией десанта. Мы тут же рассредоточились по причалу. Ольга со своей «СВТ». Кира взяла СВДК. Обе взяли подходы к причалу на прицел. Люся и Лёня смотрели на меня.

— Люся, уверена, что их мало? — Она улыбнулась. — Хотите побегать? — Опять улыбка. — Ладно, работайте.

Сладкая парочка сорвалась с места. Рванули сразу, по правому молу, куда мы высадились, к домам. В руках у обоих мачете. У Люси ещё и нож в другой руке…

…Самка смотрела на бухту, куда зашли два больших корабля. Третий большой корабль встал у входа в бухту. Она всю ночь наблюдала за ними. Утром с одного из больших кораблей к молу причалила лодка. Из которой стали высаживаться люди. В животе у самки заурчало. Она не ела уже три дня и её сильно мучил голод. Но найти что-то съедобное становилось всё труднее и труднее. Подъели всё, что только можно. Даже гнилые остатки людей, умерших давно и то съели. Иногда она ловила рыбу, руками. Но это было редко, когда могла хоть что-то поймать. Рыба к берегу подходила не часто. А здесь еда сама к ним пришла. Она уже хотела подобраться ближе, спрятавшись в самом крайнем доме от причала, как увидела две приближающиеся фигуры. Сначала обрадовалась, но потом ощутила страх и чувство опасности. Смертельной опасности. Эти двое двигались очень быстро, даже быстрее, чем она и ей подобные. Самка заметалась, потом выскочила из дома, который облюбовала и бросилась из посёлка к горе. Но далеко убежать не успела. Её догнали. Она успела развернуться. Увидела этих двоих. Это были враги, смертельно-опасные. Она от страха зашипела и замахала руками с согнутыми пальцами, на которых были острые когти. Но это врагов не испугало. Против неё тоже была самка и второй — самец. Они рванули на неё. Самец отвлекал. Она поняла это слишком поздно. Удар и она покатилась по каменистой земле. Последнее, что она увидела, это хищный оскал самки-противника и отблеск солнца на лезвии ножа. В следующее мгновение наступила тьма…

Люся вытащила, уперев ногу тело убитого врага, свой нож, который вогнала к голову самки мантикоры, пробив ей черепную коробку. Посмотрела на Лёню. Оба улыбались. Ещё раз бросила взгляд на труп и оба рванули назад к домам…

Катер нашли быстро. Нормальный такой, десять человек поместится. И у катера были водомёты, двигатели которых работали на солярке, а не на бензине. Это замечательно. Хотя бензин тоже был нужен, особенно когда придём к точке назначения. Строится начнём. И ладно если на земле, рядом с кораблями. Можно кинуть силовой кабель и запитать электроинструменты. А тем, кто пойдёт в глубь острова? Там по началу только бензин подойдёт. Либо тащить туда дизель-генераторы.

— Марк, прогуляемся в городок? — Предложил Василий.

— Пошли.

Оставили у причала катер, который присмотрели и лодку, на которой пришли. Пошли прогуляться, посмотреть, что здесь и как⁈ Шли, постоянно в напряжении. То, что сказала мне Люся, не давало повода для расслабона. Так как, постоянная готовность к опасности и её отражению въелась в нашу кровь и плоть. Наши мозги, сознание просто отказывалось воспринимать окружающий мир, как что-то безопасное. Но на немногочисленных улочках этого городка было пустынно. Лишь лёгкий бриз с океана шевелил мусор, тоже, кстати, его было не так много. Кусок газеты, несколько полиэтиленовых пакетов, ещё что-то.

Увидели местный супермаркет. Зашли туда. Полки с товаром. Практически не тронутые. Только на некоторых, где лежали чипсы и ещё какие-то сухие завтраки, несколько пакетов было разорвано и валялись на полу, среди содержимого пакетов. Смотрели консервы. Многие банки были вздуты. Уже испортились на жаре. Всё верно, кондиционеры и холодильники не работали. Подошли к прилавкам с заморозкой. Вот здесь ничего не было. Они были пусты. Зато рядом валялись многочисленные упаковки из-под мясных нарезок и других охлаждённых мясопродуктов. Упаковки с копчёной и солёной рыбой и морепродуктами, тоже были разорваны и без содержимого. Кто-то всё это съел, как и колбасы на других полках. Полный ноль. Всё ясно, это съели мантикоры, добравшись до них. Мы ничего здесь не брали, кроме чая и кофе в пачках и банках. Но и то не много. Прошли к хозяйственным товарам. Я смотрел на упаковки с батарейками.

— Как думаешь, работают ещё или нет? — Спросил рядом Антон.

— Понятия не имею. Но можно проверить. Там, в соседнем отделе, фонарики есть. Можно вставить и посмотреть будут гореть или нет.

Проверили. Батарейки работали. Набрали их, всяких разных. На всякий случай. Появились Люся с Лёней. Оба забрызганные кровью. Я посмотрел на Люсю. Покачал головой.

— По аккуратней нельзя было, Люся? — Естественно, она ничего не ответила. — Ну что, всех мантикор зачистили? — Задал ещё один вопрос. Она улыбнулась довольно. И коснулась рукой моей щеки. Всё понятно. Взглянул на Антона. Он усмехнулся.

— Точно всех зачистили. — Сказал он. Я кивнул.

— Не сомневаюсь. Но это не значит, что мы можем расслабится.

— А расслабится не получится. У нас это уже вторая натура. Или вторая кожа, всегда быть готовым к любым неожиданностям.

Ещё погуляли по супермаркету. Нашли стеллажи с моторами для катеров. Как бензиновые, так и электрические. Электрические был как небольшие, маломощные, так и более мощные. Для лодок, катеров и даже для небольших яхт и катамаранов. Я смотрел на них.

— Что думаешь? — Услышал Антона.

— Да вот. Может стоит взять несколько моторов? Особенно электрических. Ну для рыбной ловли в прибрежных водах, например.

Антон тоже смотрел на моторы. Подошёл Василий.

— Думаешь понадобятся? — Спросил он.

— Думаю понадобятся. Особенно электрические. Бензин не нужен, а зарядить их всегда можно будет, от тех же солнечных батарей или от ветряков. С бензином постепенно напряг будет нарастать. А с электричеством нет.

Некоторое время молчали. Потом Василий сказал:

— Согласен. Берём?

— Берём.

Взяли тележки, стали грузить, сначала небольшие маломощные моторы. Потом более большие, мощные. Оттаскивали к катеру и к лодке. Стали перевозить на Ковчег. В итоге, забрали все, какие там были электромоторы. Даже со склада. Плюс несколько бензиновых. На всякий случай. Так же нашли отдел снаряжения для подводного плаванья и дайвинга. Там забрали баллоны, маски, ласты, костюмы. Компрессоры для закачки воздуха в баллоны. Ещё пошарились. Нашли портативные газовые плитки. Тоже взяли, как и газовые портативные баллоны к ним.

Больше здесь было делать нечего.

— Всё, уходим. — Скомандовал я. Посмотрел на Люсю. — Люся, где мантикоры, которых вы с Лёней убили? — Она указала куда-то позади себя рукой. — Пошли.

Люся вела меня. Мы шли вчетвером — я, Антон, Люся и Лёня. Отошли от супермаркета метров на пятьсот. Люся направилась к двухэтажному дому. Зашли туда. Почувствовал вонь. Натянул на нос платок, обрызганный духами. Поднялись на второй этаж. Люся зашла в одну из комнат. Куча одеял и ещё каких-то тряпок. Всё сложено так, словно кто-то свил тут гнездо. Стены забрызганы кровью. Свежей. Я понял, это Люся постаралась. Так же тут валялись обглоданные кости. Скорее всего человеческие. Так как в углу увидел пару черепов. Но старых, как и сами кости. Тут же лежала мантикора. Самец. Брюхо распорото, кишки вывалились на пол. Череп пробит, залит кровью. Я смотрел на него. Тело истощено. Худое. Лицо мантикоры, как и у многих, кого видел до этого. Скошенный лоб, мощные надбровные дуги. Ушу заостренные. Носа почти нет. Обнажил ему зубы. Ну да. Все острые, без разделения на резцы и простые жевательные. Сфотографировал на мобильник, который давно использовал в качестве фотоаппарата. Отрезал палец с правой руки с когтём. Положил в полиэтиленовый пакет.

— Всё, Люся, уходим. Больше нам здесь делать нечего.

— Марк, приём. — Услышал голос Василия.

— На связи. — Ответил ему.

— Мы тут АЗС нашли. Рядом с портом.

— И что? На хрен она нам?

— Ну она полная. Дизель есть, бензин.

— Вась, у нас дизеля выше крыши, особенно с последней доливки. Мы можем идти до пункта назначения через Атлантику без проблем.

— Ну давай тогда бензина ещё возьмём? Нам для бензоинструмента надо будет. Сам же знаешь.

— Так у нас есть вроде бы. Примерно с тонну.

— Запас лишним не будет. Я в супермаркете канистры видел. Зря не взяли. Давай мы вернёмся туда. Наберём канистр и в них бензина нальём. Марк, повторюсь, запас лишним не будет. Особенно когда будем обустраиваться и строится.

— Ладно, давай. Но Вась, долго не задерживайтесь. Нам выдвигаться надо дальше.

— Да мы быстро, туда-сюда.

— Добро. — Посмотрел на Антона. — Пошли на пристань. Надо сваливать отсюда.

— Согласен. Делать тут больше нечего.

Вернулись на причал к катеру и лодке. Парни, что мои, что Василия таскали канистры, заполненные бензином.

— Бля, хомячат всё подряд. — Усмехнулся Антон.

— Мародёры, что хотел то ещё? У мародёров это высший приоритет, хомячить всё, что попадается под руку. Жизнь такая, Антон. Ты и сам знаешь. Сам мародёр. А Вася мародёр даже не в квадрате, а в кубе. Этот всё под себя подгребёт. Очень хозяйственный мужик.

Мы засмеялись. Потом переправляли канистры на Ковчег. Вася намародёрил пять десятков двадцатилитровых канистр. Да, очень хозяйственный.

Наконец, мы на Ковчеге.

— Ну что, душа моя вредная, побывала на земле? — Улыбаясь спросил Ольгу. Она посмотрела на меня недовольно.

— Марк, ты издеваешься? Я даже ни разу не выстрелила. Отстой какой-то. Тишь да гладь сплошная. Даже не интересно.

— Так радуйся, что стрелять не пришлось.

Связался из капитанской рубки с капитаном корвета.

— Корвет, приём.

— На связи.

— Сергей Семёнович. Пусть Викинг на вертушке поднимется и облетит соседний остров.

— Лансароте?

Я посмотрел на Юрия Николаевича. Он кинул.

— Да, Лансароте. — Подтвердил я.

— Хорошо.

— Горючки то для вертушки достаточно?

— Да есть пока.

— Ну и ладно. — Я завершил связь. — Юрий Николаевич. Обойдём этот Лансароте с запада.

— А следующий остров? Фуэртовентуру?

— Ну и названия! — Я усмехнулся. Капитан кивнул, тоже улыбаясь. — да, и его тоже с западной стороны.

— Добро.

С корвета поднялся вертолёт. Полетел в сторону Лансароте. Мы начали двигаться вдоль западного побережья этого острова, смещаясь южнее. Самое, что интересное, но на западном побережье острова селений практически не было. А если и есть, то совсем крохотные. Хотя сеть автомобильных дорог здесь имелась. Прошли небольшую деревню Ла Санта. Юрий Николаевич рассказал, что сюда ездили любители сёрфинга. Так как имелся искусственный пляж с мелким белым песком, длинной почти с километр. Идеальное место для занятий сёрфингом и плаванья на доске. Как раз волны тут с Атлантики. Жители и зарабатывали в основном тут на туризме и на любителях сёрфинга. Имелись хорошие гостиницы. На самое знаменитое тут спортивный комплекс, где вели подготовку по более 60-ти олимпийским видам спорта. Недалеко от деревни имелись плантации табака и томатов. Я рассматривал Ла Санта в бинокль. Побережье скалистое, обрывистое и берега довольно высокие.

— Ковчег, это балкер, приём. — Услышал я Андрея.

— Ковчег на связи. — Ответил капитан.

— Марк там?

— Да, я слушаю, Андрей. — Взял рацию у капитана.

— Видишь какие скалистые обрывистые берега? — Спросил он.

— Вижу. Не слабая высота. — Ответил ему.

— Так вот, там, куда мы идём, с трёх сторон у острова такие же берега.

— Так это хорошо, Андрей. Там можно высадится с этих сторон?

— Высадится можно, не везде, так как скальная порога обрывается в море на большую глубину. Но есть места, где можно, на лодках. Вот только смысла нет. Так как, чтобы попасть на остров, надо карабкаться на верх по отвесной скале метров 50 или даже 100. На остров можно попасть, только с западной стороны и небольшой кусок с юго-западной, где пляжи. А с Восточной и северной, к берегу даже подходить опасно, о камни разбить может.

— Понял. Это просто замечательно. Значит под контролем будем держать западную и южную часть острова. А на востоке и севере, просто наблюдатели будут. И то не везде.

Продолжая двигаться на юг, вдоль западного побережья Лансероте, прошли мимо маленького поселения. Я рассматривал его в бинокль.

— Эль Гольфо. — Услышал голос Юрия Николаевича. Посмотрел на него. Он кивнул в сторону деревушки. — Тоже популярное место для туристов. Кстати, там фильм снимали «Миллион лет до нашей эры». Если ты смотрел его. Именно тут, на пляже Эль Гольфо американская кинодива шестидесятых прошлого века, Ракель Уэлч позирует в кожаном бикини.

— Ракель Уэлч???

— Была популярна тогда. Я этот фильм несколько раз смотрел, ещё пацаном и влюбился в неё, представляешь? — Мы засмеялись. Я если честно не помнил никакой Ракель Уэлч. — Фильм сам по себе наивный, — продолжал капитан, — там всё в кучу смешали и первобытных людей, и динозавров. Да и сами динозавры и прочие древние монстры наивные. Всё же это шестидесятые годы были. По сравнению с тем, что снимали позже, особенно перед пандемией, используя компьютерную анимацию и искусственный интеллект. Но всё же, мне нравилось.

— Понятно. А он в нашей фильмотеке есть?

— Не знаю. Надо посмотреть. Может есть. — Пожал плечами Юрий Николаевич.

— Ковчег, приём, это Викинг. — Услышали по рации голос нашего скандинава.

— Ковчег на связи. — Ответил я. — Говори, Викинг.

— Остров облетел. Тишина полная. Никакого движения не заметил. Спускался низко. Здесь довольно много маленьких селений, деревень. Покружил над Сан-Бартоломе. Город в центре острова. Тихо, как на кладбище. А вот в Арресифе — город порт ихний, я тут бывал три года назад, видел кого-то. Но кто это, человек или мантикора не понял. Он смысла быстро. В порту много катеров и яхт. А ещё суда стоят. Танкеры, сухогрузы и круизных два. Я возвращаюсь, Марк, а то у меня горючее на исходе. — Эрикссон говорил с акцентом, но вполне внятно.

— Возвращайся. Я тебя понял.

— Марк, а как там Кира?

— Нормально Кира. Ты побольше на корвете торчи, она тогда точно кого-нибудь себе найдёт

— Но меня туда направили, как пилота вертолёта.

— А когда мы на стоянку останавливаемся, чего на Ковчег не прибываешь? Вот то-то. Ладно, не суетись. Конец связи.

— Будем обходить остров и заходить в порт? — Спросил меня Юрий Николаевич.

— Нет. Идём дальше. Горючего у нас с лихвой. Вот если бы танкер ещё прихватить с соляркой, тогда можно было бы. Да людей нет на него. Сам знаешь. А заправляться смысла нет. Мы и так под завязку. До конечной цели нам хватит. А там посмотрим. Танкер мы и в Америке найдём, как и всего остального. Надоедать стало этот морской круиз. На землю уже охота, на постоянку.

— Понятно. Я с тобой согласен. Тогда отсюда сразу возьмём курс западнее. На последний крупный остров архипелага, на Пальму, куда должны дойти до захода солнца. Там переночуем, на рейде порта Санта-Круз-де-ла-Пальма и утром уйдём окончательно в океан. Последний бросок к Южной Америке. Острова Фуэртевентура, Гран-Канария, Тенерифе, Ла-Гомера и Иеро игнорируем?

— Да. Не хрен там шариться. Ничего нового там не найдём, только время будем терять. А цеплять разный геморрой, желания нет.

Капитан кивнул. Передал по рации новую вводную для корвета и балкера. Лансароте остался позади. Впереди показался остров Фуэртевентура. Но мы взяли курс ещё западнее. Вскоре очертания и этого острова скрылись за горизонтом. Потом сместились чуть южнее, судя по компасу и карте на экране монитора. Вечером, когда солнце приблизилось к горизонту, прошли мимо острова Тенерифе. Но к нему так же не приближались. Солнце погрузилось на половину в океан, когда перед нами появились очертания Пальмы. Шли прямым курсом в порт Санта-Круз-де-ла-Пальма. Зашли в портовую гавань. Она была отделена от океана искусственным молом и пирсом в одном лице. Тут стояли пара сухогрузов, один танкер. Увидел у противоположного пирса, на самом острове, круизный лайнер на подобии нашего парома. А ещё куча катеров, яхта и других маломерных судов. Зайдя в гавань, бросили якоря. Я рассматривал в лучах заходящего солнца город, лежащий на склонах гор острова. Небоскрёбов не заметил. Дома от двух до шести этажей. Может где и выше были, просто я не увидел.

Стоило солнцу полностью скрыться за горизонтом, как южная ночь сразу опустилась на остров и океан. Почти без перехода. Словно свет выключили. Вышел на вторую палубу. Стоял ещё некоторое время, просто смотрел в темноту, облокотившись на перила. Около меня появилась Люся. Тут же нарисовался и Лёня. Она тоже смотрела в темноту. Потом взглянула на меня.

— Враги там есть? — Спросил её, кивнув в сторону порта. Увидел Василия, который подошёл к нам и слушал. Люся молчала, глядя на меня, потом кивнула. Указала рукой на порт. Потом перевела руку на север острова, после в другую сторону — на юг. — Понятно. Но мы не собирались здесь высаживаться. Так что, пусть и дальше суетятся.

— Люся, а там есть? — Он указал в сторону сухогрузов и танкеров возле мола-причала. Люся посмотрела на него. Отрицательно качнула головой. Василий перевёл взгляд на меня. Я понял, что он сейчас предложит.

— Вась, не сейчас и вообще, что мы там найдём? У нас всего выше крыши. Последняя затоварка консервами, просто жесть. Все свободные помещения забиты. На корвете тоже самое. На балкере. Горючего тоже до хрена. Нам хватит с лихвой до нашего острова. И останется для набега на побережье Южной Америки. Вот туда пойдём, за солнечными батареями. За материалами для ветряков. За строительными материалами. Я не хочу вырубать деревья на острове. Строить всё будем из привезённых материалов. А сейчас что? Сам подумай. Утром уйдём сразу в океан, сначала на юг, потом на запад до Амазонии.

— Я тебя понял. Просто жалко, вдруг там что-нибудь нашли? Те же солнечные батареи?

— И куда мы их грузить будем? На первое время обойдёмся генераторами кораблей. Балкера и Ковчега. В набег пойдём на корвете. Там в каком-нибудь порту найдём судно, загрузим его и домой. Это будет более продуктивнее, чем сейчас тут лазить. Наберись терпения. У нас впереди длительный переход. Не знаю, дней 8–10, для балкера, а может и больше. Он самый тихоходный. И здесь самое узкое место Атлантики, если считать от островов Зелёного мыса и до Амазонии, порядка 1700 миль. Если идти от Канар до Карибов, тогда на целую тысячу миль больше. Это от двух до трёх недель пути.

— Ладно, я тогда пошёл спать. — Сказал Василий.

— Давай. Я тоже сейчас пойду.

Постоял ещё немного. Потом прошёл в нашу с Олей каюту. Ольга лежала на постели и читала какую-то книжку. Посмотрела на меня, когда я вошёл.

— Что, спать будем, Марк? — Спросила она.

— Да. Я сейчас умоюсь и спать. Завтра трудный день. Начнём переход через Атлантику. Дай бог, проскочить её без напряга в виде шторма или ещё чего-нибудь.

Разделся, умылся. Лёг в постель. Ольга положила мне голову грудь, руку и ножку закинула на мои ноги.

— Марк, ы меня сегодня любить не будешь? — Тихо спросила она.

— Оль, я тебя каждый вечер люблю. Я тебе там не натёр ещё?

— Не натёр. У меня смазка хорошо на тебя идёт.

— Давай перерыв сделаем, хотя бы на один вечер?

— Хорошо. Но пусть это не войдёт у тебя в привычку. Я женщина беременная и мне нужна разрядка и забота.

— Спи давай, беременная женщина, любительница разрядок…

Утром, после завтрака. Прошёл в капитанскую рубку. Мы начали выдвигаться. Первым шёл корвет, вторым балкер, третьими мы.

— Юрий Николаевич, мы, как, до островов Зелёного мыса идём?

— Нет. До них доходить не будем. Уйдём южнее, точнее на юго-запад. Выйдем на одну широту с островами, а дальше пойдём на запад, но продолжая смещаться южнее.

Больше суток шли в юго-западном направлении. День, потом ночь, потом ещё полдня, не останавливаясь.

— Вышли на широту островов Зелёного мыса. — Сказал ближе к обеду Юрий Николаевич. Повернули строго на запад.

— Юрий, а спутники хоть ловятся? — Спросил его.

— Иногда. Много спутников уже сошли с орбиты и рухнули на землю, сгорев в атмосфере. Но некоторые ещё работают, особенно те, кто находился на орбите выше. Спутники «старлинга» Илона Маска уже практически все сошли с орбиты. Они слишком низко висели над землёй. Им постоянная корректировка нужна была. А её не стало. Вот они и посыпались. Джи Пи Эс и Глонасс ещё более-менее работают, через раз. То спутник Джи Пи Эс поймаем, то спутник Глонасс. Но и они сходят с орбит тоже. Корректировки с Земли нет. Вот сейчас спутник Джи Пи Эс поймали. Выравниваем курс, мы немного на север отклонились. А нам южнее надо. Знаешь, что нам ещё помогает идти быстрее?

— Что? — Я вопросительно посмотрел на капитана.

— Течение. Сначала мы шли по Канарскому течению, уходя на юг, как только проскочили Гибралтар. Дошли в этом течении до Канар. Потом ушли ещё южнее и перескочили на Бразильское течение.

— Как на Бразильское? То есть идём против течения?

— Нет. Как раз наоборот. Это течение проходит с севера на юг вдоль Южной Америки. Потом поворачивает на восток к Африке. У берегов Африки встречается с Бенгальским, разворачивается на 180 градусов и начинает идти от Африки назад к Южной Америке. Достигая американского континента, оно разделяется. Одна часть уходит севернее, к Карибам, и там переходит в Гольфстрим. Другая часть поворачивает на юг и движется вдоль побережья Южной Америки. И всё по новой. Понял? А учитывая, что тут самое узкое место Атлантического океана, то я рассчитываю на примерно восемь суток хода. Заодно проскочим место зарождения штормов и ураганов. Оно в Атлантике находится севернее.

— Ну дай бог, Юрий Николаевич.

Океан был спокойным. И это было хорошо. Небольшие волны, примерно в метр высотой можно было не считать. А иногда вообще наступал штиль. Капитаны следили за показаниями барометров. Главное, чтобы давление не начало падать. Это первый признак приближающегося шторма. Но пока барометры вели себя нормально.

— Балкер, приём! — Запросил Андрея Юрий Николаевич.

— На связи.

— Ход увеличить можете? Нам проскочить надо, как можно быстрее это место.

— И так идём максимальным ходом. Куда ещё наращивать?

— Ладно, я понял. Конец связи.

— Юрий Николаевич. Вас что-то тревожит?

— Да просто, переживаю. Слишком у нас всё спокойно. На четвёртый день пути, увидели дрейфующее судно. Меня тогда вызвали на капитанский мостик. Я как раз был в медицинском отсеке. Парнишка, которого мы вытащили вместе с дамой, ещё в Средиземном море с Мальты, уже вполне себя хорошо чувствовал. Заживало на нём все с поразительной скоростью. Рядом со мной, Лидой и Ольгой неизменно присутствовали и Люся с Лёней. Люся за руку привела и Лолу. Ольга с Лидой осматривали пацана. Он смотрел на Люсю. Та на него. Её зрачки становились то ромбовидными, то вновь обретали круглую обыкновенную форму. Пацан не двигался. Позволял Ольге и Лиде его трогать. Бинты с него сняли. Я видел его шрамы. Розовые ещё, но выглядели так, словно прошёл, как минимум месяц, а может и больше. Все раны зарубцевались.

— Марк, — сказала Ольга после осмотра, — на мой взгляд его уже не надо больше держать здесь. Пора переводить в обыкновенную каюту. Парень он вроде спокойный. Ни на кого не кидается.

— Конечно, не кидается. — Я вспомнил тот транс, в который вошёл, когда Люся морально и психологически задавила пацана, заставив его признать, что она главная, что она Альфа. Типа Альфа-самка и её все слушают иначе секир башка и вспоротое брюхо гарантированно. — Его воспитанием Люся занимается. А она уже спец в дрессировке себе подобных. Отточила мастерство на Лёне сначала, потом вот на этих двоих. С этим Львом вообще действовала жёстко. Сразу предупредила, что убьёт его, если попытается на кого-нибудь здесь напасть.

Лида покачала головой и взглянула на Люсю.

— Люся, можешь забирать его. — Сказала она девчонке. — Я тоже согласна с Ольгой, что делать ему здесь больше нечего. И парней тоже пора отсюда выпроваживать. А то хорошо устроились. Спят, едят, в потолок поплёвывают. Видать понравился им санаторий. — Это она про Васиных боевиков. Которые ещё в Турции нарвались.

В этот момент меня вызвали по рации. В гарнитуре услышал голос нашего капитана.

— Марк, это я. — Говорил Юрий Николаевич. — У нас судно по правому борту.

— Что за судно?

— Да тоже балкер какой-то. Что-то везёт. На палубе четыре крана. Но он дрейфует. С корвета доложили. Они мили на пару миль вперёд ушли. Вот они и засекли судно.

— Запрашивали его по рации?

— Да. Но в эфире тишина. Похоже, там экипажа нет.

— Я сейчас приду.

Ольга с Лидой посмотрели на меня.

— Корвет ушел вперёд на пару миль. Обнаружил по правому борту какое-то судно. Вроде тоже балкер. Но на радиозапрос никто не отвечает. Судно дрейфует. Возможно там нет экипажа. Я на капитанский мостик.

Прошёл в рубку управления Ковчегом.

— Юрий Николаевич, как так возможно, что судно без экипажа?

— Да бог его знает. Там вариантов много. Например, во время шторма сорвало судно с якоря и утащило в море.

— Как болтало? Всё это время?

— Ну а почему и нет? Например, болтало его по океану, пока не пригнало к какому-нибудь острову, где судно село на мель. Сидело там всё это время, пока другой шторм вновь не сорвал его с мели и не угнал вновь в океан. А там течения. Вот оно и дрейфует по ним, пока либо на скалы наскочит где-нибудь, либо во время шторма его не перевернёт. Или по другому, экипаж просто покинул судно по какой-то причине. Сел в лодки и свалил, бросив судно. Вот оно с тех пор и дрейфует по океану. Или все умерли. Тоже вариант. Корвет подошёл к судну довольно близко, на сотню метров. Никакого движения на корабле не обнаружили. Высаживаться не стали. Сообщили на Ковчег.

— Правильно сделали. — Я связался с корветом. — Сергей Семёнович, вы правильно сделали, что не стали высаживаться на это судно. Как Вы думаете, откуда оно?

— Не знаю. Название «Санта Моника». Страна приписки Панама. Это всё. Какой груз везло и вообще есть ли он, не знаю.

— Сергей Семёнович, будьте рядом с судном, но к нему не приближайтесь слишком близко. И не высаживайтесь. Дождитесь нас.

— Понял.

Вскоре увидели брошенное судно. Рядом с ним на расстоянии метров 300–350 находился корвет.

— Ковчег, это корвет, приём.

— Ковчег на связи. — Ответил Юрий Николаевич.

— Близко к судну не подходите. Встаньте на таком же расстоянии, на каком стоим мы.

Я взял микрофон у Юрия Николаевича.

— Поясни, Сергей Семёнович?

— Да я сам ни хрена не понял. Попробовали подойти ближе, началась какая-то… Я так и не понял, что⁈ У меня больше половины команды стала впадать в какой-то коматоз. Я и сам почувствовал какое-то давление. Не могу описать это состояние. Словно кто-то тебе на мозги давит… Очень похоже на гипноз или что-то в этом роде. У меня трое даже попытались за борт прыгнуть, по направлению к этому балкеру. Я своего рулевого, который завис, как памятник, в чувство привёл подзатыльником. Велел отойти подальше. Отошли на это расстояние, как всё прекратилось.

— Я тебя понял, Сергей Семёнович. Конец связи. — Связался с балкером. — Андрей, слышал разговор с корветом?

— Слышал. Я за корветом встану.

— Давай.

Посмотрел на Юрия Николаевича. Он кивнул.

— Я понял. Близко подходить не будем.

Я вышел на палубу, где располагалась капитанская рубка. Вся моя группа была предупреждена и уже стояли наготове, чтобы перейти на балкер. Все смотрели на дрейфующее судно. Тут же находилась и Люся с Лёней, а так же, чему я удивился, Лола со своим дружком — Львом. Оба в длинных майках до колен. Одежду им ещё рано. Но думаю, с помощью Люси мы быстро их приучим к цивилизации. Эти все четверо тоже смотрели на балкер. Я, глядя на судно, испытал странное состояние. Нет, не коматоз, как сказал капитан корвета. Другое. Чувство словно в предчувствии чего-то. Чего-то опасного.

— Кто, что чувствует?

— Да хрен знает. Беспокойство. — Ответил Артём. Илья, Николай, Павел кивнули, соглашаясь.

— Там что-то есть. — Сказала Кира.

— Марк, с этим судном что-то не в порядке. — Произнёс задумчиво Антон.

— Что делать будешь, дорогой? — Спросила меня Ольга, удерживая стволом вниз свою винтовку.

— Понятия не имею.

К нам подошли Лида и Софья. Тоже смотрели на судно. Вообще все, кто плыл на Ковчеге высыпали на палубы. Смотрели на балкер. Я взглянул на Люсю. Она, Лёня, Лев и Лола смотрели на сухогруз не отрываясь.

— Марк, что происходит? Почему встали? Что за судно? — Спросила Лида. Я рассказал ей то, что услышал от капитана корвета.

— Очень интересно. Ментальный контакт? Попытка взять под контроль экипаж боевого корабля?

— Что-то в этом роде. А сама ничего не чувствуешь?

— Есть такое. Дискомфорт. Словно в ожидании чего-то нехорошего.

— Как предчувствие, да? — Спросил её.

— Да. — Кивнула она. Софья молчала. Вновь посмотрел на Люсю.

— Люся. — Позвал её. Она повернула голову. Посмотрела на меня. Вслед за ней синхронно это сделали остальные трое из теперь уже её команды. Зрачки у всех четверых были ромбовидные. И они не меня конфигурации. Даже чуть расширились. Она смотрела на меня. Переход в транс был резким. Раз и картинка сменилась. Судно резко приблизилось. Потом мы оказались в каком-то темном месте. Я понял, что это один из трюмов. Там лежали какие-то толи большие брикеты, толи мешки, я не понял. И в этой темноте что-то шевелилось. Никак не мог понять что.

«Оно там». — Услышал голос Люси, который слышал ни один раз во время предыдущих трансах.

— Кто? — Прошептал я.

«Тварь».

— Мантикора?

«Да. Но другая. Более опасная, чем предыдущие, кого мы видели до этого».

— Почему более опасная?

«Тварь может заставить человека делать то, что ей надо. И она очень голодная».

— Покажи мне её. Как она выглядит?

«Она мешает. Я пытаюсь, но не могу увидеть её всю. Только часть».

— Покажи часть?

Картинка резко приблизилась. Я увидел и меня передёрнуло. По спине пробежал холод, словно позёмка зимой.

— Бляха-муха, твою дивизию… — Я видел только часть, голову и часть груди. Голова странно, жутко деформирована. Уши уже видел подобные. Большие и заострённые вверху. Волос нет вообще. На лбу большой уродливый нарост. Глаза большие и чёрные. Нет разделения на зрачок и белок, или как он там называется. Полностью всё чёрное, как антрацит. И рот. Нет, там не было пасти с острыми, привычными зубами. Вместо них было что-то типа хоботка, но не как у слона, а как… Как у комара. Он шевелился. На нём какая-то прозрачная слизь, которая иногда, собираясь капала вниз. И часть груди. Жёлтая, сморщенная кожа. Картинка пропала.

«Теперь ты видел».

— Видел. Отвратительная тварь.

«Я должна её убить».

— Нет ничего проще. Расстреляем судно из пушек корвета и Ковчега.

«Нет. Я должна сама её убить и сжечь. Всё сжечь».

— Люся, давай просто утопим его и всё.

«Нет. Ты не понимаешь. Надо всё сжечь»

— Хорошо. Пойдём и сожжём.

«Только двое».

— Не понял?

«Снами пойдут только двое. Мы идём все. Твоих идёт двое. Мы только двоих можем прикрыть. Остальных не сможем. И они будут делать то, что оно хочет. Поэтому, только двое».

— Я тебя понял.

«Дай им оружие, как нам».

Я понял, о ком она сказала. О Льве с Лолой.

— Ты уверена, что им можно дать оружие?

«Да»

Транс прекратился так же резко, как и начался. Я потряс головой. Посмотрел на Льва с Лолой. Потом на Люсю. Кивнул ей.

— Мачете у меня больше нет. Потом, позже что-нибудь придумаем. А сейчас… — Я вспомнил, что среди инструмента для строительства были топоры. Несколько на металлической рукоятке прорезиненной. Что-то типа походного топора. Сходил на склад с инструментами и взял его. Это для Льва. Для Лолы взял на кухне ресторана разделочный топорик. Которым мясо мелко рубят. С широким рубящим лезвием, японский фирмы «Samura». Ещё даже усмехнулся. Лола реальная самурай теперь. Ну, почти самурай. Топорик вместо катаны. Харакири делать, только не себе.

Вернулся назад на палубу. Вручил Льву и Лоле по топору. Ему походный, ей кухонный. Лола сразу вцепилась в рукоятку теперь уже её оружия. Лев посмотрел на меня, держа свой топор.

— Теперь это твоё оружие. Позже ещё получишь. Нож, например. Лола тоже. Сейчас это.

— Марк, что происходит? — Спросила меня Ольга. Смотрела на меня тревожно.

— Значит так. На балкере находится очень опасная тварь. Мантикора, но не такая, которых мы привыкли уже видеть. Другая. Какой-то новый вид. Люся показала мне её, не всю, так как всю она сама увидеть не может. Только часть. Голову и немного груди. Вид жуткий. Но её опасность не в быстроте и силе. Всё намного хуже. Она может брать под ментальный контроль людей. Человек становится марионеткой. И делает то, что этой твари нужно.

— Гипноз? — Спросил Антон.

— Не знаю. Но что-то типа того. Парни с корвета уже это испытали на себе, но успели вовремя слинять из зоны действия этой твари. Как я понял, радиус её воздействия до трёхсот метров. На балкер мы пойдём вшестером. Люся, Лёня, Лев и Лола. И я с ещё одним из вас.

— Почему только двое из нас? — Спросил Антон.

— Потому, что они, — я кивнул на Люсю и её команду, смогут прикрыть от ментального воздействия твари только двоих. Поэтому иду я и ещё один. Кто из вас. Приказывать не хочу. Только доброволец.

— Я пойду. — Тут же сказал Антон. — И это не обсуждается, парни.

Я кивнул.

— Хорошо. Броники снимаем. Они не понадобятся.

— Марк? — Спросил Василий, бывший тут же с двумя своими людьми. — Почему просто не пустить балкер на дно, расстреляв из орудий?

— Люся сказала, что тварь надо убить и сжечь. Обязательно сжечь. Почему, не знаю. Она не объяснила. Но сказала следующее: «Ты не понимаешь. Надо всё сжечь». Это дословно, что она сказала. Значит убить её, отрубив что-нибудь или прострелив голову, не достаточно. Поэтому мы там всё сожжём.

К балкеру подошли на катере, приватизированном на Канарах.

— Антон, тварь сидит в трюме, в каком не знаю, но скорее всего в первом от кормы. Надо бы крышку трюма открыть.

— Зачем?

— Чтобы был доступ воздуха к огню и дым чтобы выходил. А то заполнит трюм и погаснет всё там.

— Понятно.

Подошли к балкеру. Закинули «кошку» с привязанной к ней верёвкой, с узлами.

Первой на судно полезла Люся.

— Люся. — Крикнул ей. Она оглянулась. — В трюм без нас не лезете. Вы нас прикрываете. — Она смотрела на меня. Потом кивнула. И вскарабкалась, как обезьяна. За ней на балкер залез шустро Лёня. Потом Лев и Лола. Причём, оба свои топоры держали в зубах. Антон смотрел на них. Покачал головой и усмехнулся.

— И как они в зубах топорики свои держат? Особенно пацан?

— Ну зубки у него хорошие, чего не держать⁈ — Ответил ему, тоже усмехнувшись. Потом мы залезли. Ребятишки находились на палубе. Без нас не полезли в трюм. Молодец Люся, дисциплинированная девочка. Я ей улыбнулся и кивнула, поблагодарив. Зашли в капитанскую рубку. Везде были разбросаны какие-то бумаги. Увидел потемневшие пятна крови, уже разложившиеся.

— Ищем сопроводительные на груз. Что он вёз, интересно. — Произнёс я. Стали с Антоном методично проверять все разбросанные бумаги. Наконец Антон нашёл то, что нужно.

— Ничего интересного. Медный и железный концентрат везли. Короче руду. Везли в Южную Корею. — Сказал он, бросая бумаги.

— Да не срослось.

— Не срослось. — Согласился он. Я тряхнул головой. Антон посмотрел на меня.

— Что, Марк, тоже чувствуешь давление?

— Да. Поганое такое состояние. Словно кто-то давит на тебя бетонной плитой. Давай попробуем запустить двигатели. — С самого начала, как только мы подошли к балкеру, почувствовали давление. Даже какой-то далёкий тихий шёпот, словно кто-то меня звал. Но, похоже, ребятишки нас хорошо страховали. Я взглянул на Люсю. Что у неё, что у остальных зрачки были неестественно большими. Ромбы заняли чуть ли не весь белок глаза. — Спасибо, Люсь. Потерпите ещё немного.

Я сильно не надеялся, думал крышки трюмов придётся открывать вручную. Антон нажал на кнопку пуска. Услышали, как заработал пускач. Сначала крутил в холостую. Потом двигатель схватился и заработал. Антон посмотрел на меня.

— Получилось. Если честно, не ожидал. — Сказал он.

— Такая же херня. Давай, открывай трюмы.

Крышка первого от кормы трюма стала раскрываться. Неожиданно что-то заскрежетало и крышка, открывшись на треть, замерла. Потом раздался металлический лязг и звук, словно лопнул как-то металлический трос.

— Что за хрень? — Спросил Антон, глядя на меня.

— А я знаю? Такой же спец, как и ты. — Вышел на палубу. Створки крышки открылись на треть. — Бля. Заклинило что ли?

— Да по хрен. Доступ воздуха есть. Дым выйдет. — Сказал Антон, вышедший вслед за мной. В общем-то да. Дыму есть куда выходить. Я подошёл и глянул вниз. Вернее, попытался заглянуть. Видно было плохо. Я напряг зрение. Мне показалось, что там что-то шевелится.

— Антон, у меня глюк? Посмотри, что видишь?

Антон попытался заглянуть. Всматривался в полумрак.

— Ни хрена не понятно, но там кто-то или что-то есть.

Мы попытались открыть крышки оставшихся трёх трюмов, но открылся только самый последний, носовой. Остальные даже не дрогнули. Мы с Антоном посмотрели друг на друга.

— Вот же, блядь, засада. — Ругнулся он.

Попытались вручную открыть, с помощью специального механизма. Не получилось. Что-то заклинило и не давало. А вот что, понять не могли.

— Ладно, хрен с ним, пошли в трюм. — Сказал Антон.

— Пошли. — Посмотрел на «сестрёнку». — Люся, идём в трюм.

Она улыбнулась и кивнула. Вытащила из ножен свой мачете. В другую руку взяла нож. Лёня тоже. Лев с Лолой и так держали своё оружие в руках.

Спустились вниз. Звук двигателей стал громче. Так как двигатели работали, в помещениях горели лампочки освещения. В машинном отделении увидели забрызганные давно стены кровью. Но останков людей не нашли. Ни людей, ни костей. И вот дверь в трюм. Она была чуть приоткрыта. Люся открыла её шире и зашипела разъярённой кошкой, прыгнув во внутрь. Оскалился Лёня, тоже нырнув туда. Зашипела Лола. А Лев завыл. Оба кинулись внутрь.

— Что там за хрень? — Антон взглянул на меня, держа перед собой двумя руками пистолет.

— Не знаю. Пошли. — Я вскинул карабин, сняв его с предохранителя. Патрон уже был в патроннике. Мы шагнули в трюм.

— Блядь, это что за на хрен? — Выдохнул Антон. У меня у самого от того, что я увидел, глаза чуть из орбит не выскочили.

В полумраке я увидел на самом деле нечто. Это был не он и не оно. Это было ОНО. Здоровая тварь, метра три в высоту. И ещё больше в ширину. Какое-то бесформенное тело. Бледное. Кожа морщинистая, висела безобразными складками. От него в разные стороны к потолку и стенам, к каким-то большим брикетам тянулось что-то, напоминающее паутину. Но не паутина. Это тоже была плоть. Словно тварь держалась на них за потолок, за стены, за всё, за что можно держаться. Две уродливые толстые руки. Точнее то, что раньше было руками. Толстые как сардельки пальцы с когтями. Ноги очень короткие, почти полностью скрытые складками тела. И голова. Я её уже видел. Глаза этого нечто было большими и в их черноте, словно плясали дьявольские искры. Хоботок длинный, метра полтора извивался. Но это не всё. Вокруг твари на полу лежали тела людей. Но не погрызанных или разорванных. Тела были целые, но такие, словно из них всё высосали. Пергаментная кожа обтягивала кости. Много тел. Тут были не только взрослые мужчины, но и женщины и даже дети. Как женщины и дети попали сюда, я не понимал! И они все были словно плоские. Меня передёрнуло.

— Вот же сука. — Произнёс Антон.

Люся, и остальные ребятишки надвигались на тварь с трёх сторон, Люся и Лола постоянно шипели. Лёня молчал, только скалил свои зубки. Лёв подвывал. Но двигались все четверо синхронно, словно управлялись из одного центра. Я нервно сглотнул. Достал на автомате мобильник и стал снимать. Антон вскинул пистолет в своих руках и начал стрелять в голову твари. Хлопки выстрелов. И тут Люся со своими рванула на тварь. С ходу, в прыжке, она рубанула мачете по руке твари, практически отрубая её. Чудовище забилось. Попыталось достать Люсю хоботком. Лёня тут же рубанул по нему своим мачете. С другой стороны, на тварь заскочил одним прыжком Лёв и вогнал топор твари в грудь. Лола рубила своим топориком вторую руку. Я смотрел на эту мясорубку, словно замороженный, но продолжал снимать. Плеснуло какой-то дрянью. Зеленовато-жёлтой жидкостью. Это кто-то из ребятишек распорол твари брюхо. Тут и так стоял смрад, но сейчас вообще накатило. Меня вывернуло. Блевал, как не в себе. Антон тоже. Опустив правую руку с пистолетом вниз.

— Блядь, какая сука вонь. Не могу тут находиться. — Он рванул из трюма. Я за ним. Люся с командой на это не обращала внимания, продолжая пластать на куски монстра.

Проблевались с Антоном. Он засунул пистолет в кобуру. Я перекинул карабин, из которого так и не выстрелил ни разу, за спину.

— Тут реально надо всё сжечь. Люся права. — Сказал Антон.

— Согласен. Но канистры бензина, что мы с собой привезли явно не хватит.

— Ничего, есть топливо балкера. Надо только найти посудину, в которую будем сливать из бака.

— Пошли на кухню. Там поищем. — Предложил ему.

Поднялись наверх. В пищеблоке нашли бак алюминиевый литров на двадцать пять. Он был с двумя ручками.

— Во, то, что надо. — Усмехнулся Антон. Схватили его и спустились вниз, туда, где были расположены топливные баки. В них оказалось не дизтопливо. Какая-то смесь мазута.

— Наплевать. Мазут тоже хорошо горит. — Сказал я, открывая вентиль крана. Наполнили бак и потащили его в трюм. Ребятишки уже закончили рубить монстра. Смотрели на нас.

— Люся, поднимайтесь на верх, на палубу. Ждите нас там. Лёв, Лола, снимайте свои маки, бросьте здесь. — Велел я. Пацан с девчонкой посмотрели на Люсю. Потом сняли полностью залитые кровью и выделениями твари. Бросили в лужу с внутренностями. Нам с Антоном блевать уже было нечем, хотя рвотные позывы опять начались. Вылили бак с мазутом на останки твари. Хорошо наши мясники поработали. Я поднял голову мантикоры. Её не только отрубили, но ещё кто-то, Люся или Лёня рубанул по голове, прорубив кость и достав до мозга или что там у твари в уродливом наросте на лбу было. Одно ухо было так же отрублено. Я взял голову за оставшееся.

— Что хочешь делать? — Спросил меня Антон.

— Лида просила образец. Вот и пусть покопается, что у твари за мозги, раз оно могло брать под свой контроль столько народа.

Вернулись назад к топливному баку. Голову оставил там. Ходили туда-сюда раз пятнадцать. Все останки залили мазутом. Потом я облил всё бензином из канистры.

— Всё, валим. — Сказал Антону.

— Поджигать через трюм будем? — Спросил он.

— Да. Кинем туда факел из тряпки и уйдём на Ковчег.

Оставили кран топливного бака открытым. Мазут стал выливаться на пол, растекаясь чёрной лужей. Поднялись на палубу. Нас там ждали все четверо наших ребятишек. Лев с Лолой были голыми. Но всё равно в крови и прочей гадости этой твари. Люся с Лёней тоже все измазаны. Так как двигатели работали, запустили механическую помпу. Стал окатывать ребятишек из брандспойта, пока не отмыл более-менее.

— Так, всё, достаточно. В катер спускаемся. Подождал пока они спустятся. Хорошо, что катер к «кошке» привязали, а то точно бы уплыл. Сделали с Антоном из тряпки и куска трубы, что тут нашли, факел. Пропитали его остатками бензина из канистры. Я держал его, Антон поджёг от своей зажигалки. Я подошёл к приоткрытому трюму и бросил туда факел. Мы с Антоном быстро спустились в катер. Он завел двигатель, и мы рванули к Ковчегу. Голову монстра я вёз в мешке, взятому тоже на балкере.

Когда попали на Ковчег, балкер уже горел. Чёрные клубы дыма поднимались из трюма и из палубной постройки с капитанской рубкой.

Все, кто был на Ковчеге вывалили на палубы. Смотрели. Смотрели на пожар и команда корвета и команда нашего балкера. Нас встретили мои ребята из команды, плюс Стас, моя мама, Георгич, Василий со своими, Софья и Лида. Софья сразу увела четверку Люси к себе, переодеваться и мыться. Я передал мешок Люде.

— Здесь крутой образец, Лида, для исследования. Ребятишки постарались хорошо. Тварь изрубили в куски. Но я скажу вам всем, то, что мы там увидели, это вообще нив какие ворота. С таким мы ещё не сталкивались. Я достал мобильник. Включил на нём видео, сделанное в трюме. Отдал матери. Она смотрела с широко раскрытыми от шока глазами. Остальные ничем от мамы Вероники не отличались, кто смотрел вместе с ней видео. Потом видео перезапускали, кто не посмотрел сразу.

— Твою мать. — Выругался Василий, глядя на видеозапись.

— Боже, меня сейчас стошнит. — Сказала Ольга и, закрыв рот ладошкой, убежала к нам в каюту.

— Давай, беги. Мы с Антом уже успели там проблеваться. — Усмехнулся я, глядя вслед жене.

— А наши малыши то молодцы. — Произнёс Артём. — Красавцы. Я бы сам испугался к такой твари подойти, а они смотри ка, как рванули к ней, с пробуксовкой. И уделали её на раз-два.

В итоге, видео запись, сделанную мной, посмотрели все взрослые на Ковчеге и подростки старше 16 лет. Так же я передал копии записей на корвет и на балкер. Люсину четвёрку после этого зауважали ещё больше. А Фаина Аркадьевна, наш главный шеф-повар стала стараться побольше положить им всем четверым мяса, рыбы, курятины. Люсе персонально булочек с яблоками. А вот Лоле понравились почему-то булочки и ватрушки с клубничным джемом. Лёня с Львом оставались равнодушными к сладостям.

Мы продолжили наш путь. Оставив позади полыхающий балкер. Ещё через два дня мы сумели выловить в океане космонавтов. Ближе к обеду заметили в небе купола парашютов. Спускался какой-то круглый, как мячик аппарат.

В тот день, ближе к обеду я, Ольга, Анна, Кира, Илья, Свен Эрикссон и Николай, сидели в шезлонгах на верхней палубе. Загорали. Викинг тогда попросился на Ковчег. Я ему разрешил. А то не дело это. Как он Киру обхаживать будет, находясь на другом корабле? Вот и сейчас он сидел рядом с ней. Успел сбегать в ресторан и притащил коктейли. Кира нацепила солнцезащитные очки и с равнодушным видом потягивала через трубочку принесённый Викингом коктейль. Свен страдал, это было видно не вооруженный глазом, что предмет его чувств старается не обращать на него внимания. Но я то видел, как иногда уголки её рта, нет-нет, да дрогнут в улыбке. И Ольга мне как-то призналась, что Свен нравится Кире, просто она осторожничает. Глядя на эту парочку сейчас, я решил подшутить над ними.

— Кира, ну что ты так с нашим Викингом? Парень страдает, а ты ноль эмоций. Улыбнись ему хотя бы.

— Ему улыбнёшься, а он сразу мне в трусы полезет.

— А разве плохо? Любовь, Кира спасёт мир. Это старая истина. Вот и надо мир спасать. — И погладил жену, которая встала с шезлонга и стояла, распахнув руки навстречу солнечным лучам, по заднице, через трусы её купальника.

— Правильно, Кира. Им только улыбнись, как не заметишь, что он не только в твои трусы залез, а уже снял их и устроил у тебя между ног свой причиндал. Мол, ничего личного, дорогая, просто я спасаю мир. — Тут же прокомментировала мои слова Ольга, продолжая стоять и получать солнечную ванну.

Девчонки засмеялись. Свен посмотрел на меня вопросительно.

— Давай, Викинг, дерзай, не останавливайся. — Усмехнулся Илья. — Видишь, Кира тебе уже улыбается.

И в этот момент кто-то крикнул:

— Смотрите! Парашюты!

Я сразу посмотрел вверх. Сначала ничего не увидел.

— Вон там, слева по борту. — Опять крикнул кто-то. Я встал. Подошёл к левому борту. Точно, высоко в небе были раскрыты два или три больших парашютных купола. Под ними висел шарообразный аппарат.

— Не понял⁈ — Услышал я Николая. Он тоже подошёл, как и остальные к левому борту. — Из космоса что ли?

— Похоже. — Ответил я, глядя на спускающийся аппарат.

— А я думал там никого уже нет. — Сказал Коля.

— А международная станция? Там же был кто-то, когда всё началось? — Спросил его. Тот пожал плечами.

— Не знаю. Может и был.

У меня заработала рация.

— Марк, приём.

— На связи. — Вставил гарнитуру в ухо. Это был Антон.

— Ты где? Видишь это, по левому борту?

— Вижу. Мы на верхней палубе. Тут достаточно народа загорает.

— Как ты думаешь, что это? Послание с орбиты?

— Вполне возможно. Я сейчас спущусь. Надо к ним подойти. Может там живые есть. Давай вдвоём с тобой сбегаем. Глянем? — Предложил Антону.

— Давай. Я тогда в грузовой отсек пошёл, катер готовить.

Народ смотрел на меня.

— Пойдём с Антоном. Посмотрим.

— Марк, можно я с вами? — Спросил меня Эрикссон.

Я посмотрел на него. Потом перевёл взгляд на Киру. Она сделала вид, что её это не интересует. Я усмехнулся.

— Ну пошли.

— Марк, а мы? — Спросил меня Илья. Они стояли вместе с Колей.

— А вы останетесь тут. Нельзя наших женщин оставлять одних.

Я надел свои штаны, футболку. На этот раз у меня были не тактические ботинки, а кроссовки. Надел кобуру скрытого ношения с глоком, поверх футболки. Свен тоже оделся. Зашли в капитанскую рубку.

— Видел? — Спросил меня Юрий Николаевич.

— Видел. Мы сейчас метнёмся к ним. Подойдите ближе. И на корвет с балкером передай, чтобы замедлились. Проверить надо. Вдруг там живые есть.

— Понял. — Капитан связался с корветом и балкером. Передал им мою просьбу, остановится, подождать. Мы со Свеном спустились в грузовой трюм.

Антон был уже там. Ковчег подошёл к спустившемуся аппарату. Тот плавал на поверхности. Опустил пандус, мы выкатили катер и спустили его на воду. До космического аппарата, а то, что это космический никто уже не сомневался, было метров сто-сто двадцать. Антон завёл двигатель катера, и мы подошли к нему. Сам аппарат оказался накрыт одним из парашютов. Остальные распластались вокруг в воде. Пришлось нам со Свеном взять вёсла, которые имелись на катере и отталкивать парашюты со стропами. Наконец ткнулись в металлический бок шара. Я залез на него. Ножом вырезал круг там, где находился люк. Постучал рукояткой ножа на поверхности люка.

— Эй, народ! Есть кто живой? — Сначала ничего не происходило. Я ещё постучал. Наконец, запорный механизм люка сработал и люк открылся. Я чуть в воду не свалился от неожиданности. Но успел уцепиться за него. Заглянул внутрь. Там находилось трое в скафандрах. Сидели в креслах, пристёгнутые. Все трое смотрели на меня. Заметил у одного из них эмблему с российским триколором. Улыбнулся.

— Никак наши? Добро пожаловать, космические странники на Землю. Выбраться сможете? Или помочь? А то ваш аппарат, если сейчас волнение станет больше, утонет на хрен. И Вы вместе с ним. Тот, с кем я говорил, и у которого был российский триколор, убрал зеркальное стекло шлема. Это оказалась женщина. Я заткнулся, глядя на неё. Потом взгляд скользнул на её грудь. Там был шеврон с именем «Мария Скороходова». Вторым российским космонавтом оказался мужчина, Константин Леонов и третьим американец, судя по нашивке со звёздно-полосатым флагом — Томми Крамер. Всем троим было на вид 30+.

— Мы не утонули бы. У нас спасательный плот есть. — Ответила Мария.

— Плот, это хорошо. — Говорил я, помогая им выбраться из капсулы. В катер они спускались по стропам парашютов. Антон со Свеном их принимали в катере, помогая разместиться. Томми чуть не свалился в воду. Но обошлось, его успели перехватить Антон со Свеном. — Вопрос только в том, уважаемая Мария, сколько бы вы смогли продержаться на этом плоту? — Я смотрел на Марию. Мы находились уже в катере. Спасательный плот мы забрали с собой. — Понимаете, Маша, можно я так буду Вас звать? Всё же мы ровесники, как я понимаю?

— Да, конечно, и можно на ты. — Ответила она.

— Замечательно. Так вот, оказаться на плоту, пусть и спасательном по среди Атлантики, это конечно, лучше, чем сразу пойти на дно, но всё равно не гарантия, что всё равно останетесь живы. Спасательный плот могут прокусить. Мало того, вы стали бы зависимы от течения. И вас могло таскать по океану не понятно сколько. Вы бы элементарно умерли бы от голода и жажды. И кричать по радио в эфир: «Спасите наши души» бесполезно. Вас никто бы не услышал. А если кто и услышал бы, то не пришёл бы на помощь.

— Почему? — Спросил Томми. Он говорил по-русски, но, как и Свен, с сильным акцентом.

— А потому, сэр, — Антон усмехнулся, — все спасатели кончились.

— Вообще все? — Переспросил американец.

— Yes. — Подтвердил Эрикссон по-английски.

— Вы ребята везунчики, причём, два раза. — Сказал им.

— Почему два раза? — Спросила Мария.

— Первый раз вам повезло, что вы сумели отчалить с МКС и спуститься на Землю нашу грешную. Второй раз везунчики, что приземлились, вернее приводнились по среди океана как раз тогда, когда мы проходили мимо. Окажись вы или мы на пару миль южнее или севернее, мы бы вас не увидели. Так что, везунчики вы. — Я усмехнулся. Они смотрели на корвет, на балкер и на наш паром.

— Это же военный корабль? Американский? — Спросил Томми, указывая на корвет.

— Да, это военный корабль. Корвет. Но не американский, а русский. Мы идём из Новороссийска. Изначально шли на двух кораблях. На корвете и на пароме. Балкер подобрали в водах Турции. Он гружён зерном. Пшеницей, кукурузой и чечевицей. Сейчас это очень ценный ресурс.

— А куда вы идёте? — Спросил Константин.

— В одно место, безопасное. На остров, который располагается в 100 милях от побережья Бразилии.

— Почему он безопасный? И что значит безопасный? Что вообще на земле произошло?

— Сколько вы пробыли на орбите? — Задал вопрос Антон.

— Полтора года. — Ответила Мария. — Хотя изначально мы летели туда на восемь месяцев. Но потом стали происходить какие-то не понятные вещи. Связь с ЦУПом стала прерываться и вскоре вообще исчезла. Связь с НАСА тоже. На все наши запросы Земля отвечала молчанием. Никакие грузы к нам не приходили. Потом стали заканчиваться продукты. Мы рассчитали траекторию полёта. Должны были приземлится… Вернее приводнится здесь, в Атлантике. Какие тут координаты? Долгота, широта? — Я назвал. Мария, Константин и Томми переглянулись. — Где-то допустили ошибку или так автоматика сработала. Мы промахнулись, больше чем на полторы тысячи километров. Должны были приводниться севернее. Вообще это был запасной вариант. Основной, это сесть в Казахстане. Резервный, это в районе Флориды. На основной не получалось, тогда решили лететь по резервному. Но где-то всё равно ошиблись, раз здесь сели. А что на Земле произошло? Почему связь прекратилась?

— Давайте мы на наш Ковчег переберёмся и всё вам там расскажут. Что, как и почему. Скажу одно. На Земле полный трындец. Апокалипсис. Большей части населения Земли больше нет. Совсем. Умерли. Пандемия мощная. В живых остались только те, кто имел природный иммунитет… И не только они. Но об этом на Ковчеге.

— Ковчег??? — Они все трое посмотрели на меня удивлённо.

— Ковчег. На библейский мотив. Мы так паром наш назвали. А почему Ковчег, так узнаете, когда поживёте на нём. — Я усмехнулся.

По возвращению на Ковчег, всех троих космонавтов положили в медицинский блок. Им надо было вновь адаптироваться к земной силе притяжения. Они же полтора года в невесомости. Да и прививки им поставить надо было. И рассказать подробнее, что за эти полтора года произошло с цивилизацией. В том числе и о мутантах…