До Тортуги добрались, когда уже совсем стемнело. Всё же на юге ночь приходит почти без прелюдий. Зашли в таверну к Марте. Там почти все столы были заняты. Но один стол всё же оставался свободным. Смотреть чудовище из морских глубин решил завтра, во время дневного света.

Посетители таверны не спускали с нас глаз с того момента, как мы зашли. Марта указала за свободный стол, где мы и разместились. Он стоял в углу, как бы чуть на особицу от остального зала. К нам подошла молодая женщина, лет 30. Но не в длинном платье с фартуком, как официантки, а в камуфляжных штанах с пистолетом в кобуре, такой же камуфляжной майке с коротким рукавом и штурмовой винтовкой М4, висевшей стволом вниз на ремне через плечо. Лицо смуглое, но это скорее всего от южного солнца. Сама классическая европейка со светлыми волосами. Волосы имели короткую стрижку, очень короткую.

— Марта, что там? — Спросила она.

— Всё плохо, Джейн. — Ответила Марта. — Мы нашли Асклепия, Саймона и Никандра. Точнее то, что от него осталось. И их баркас.

— А остальные? — Задала вопрос Джейн. Марта отрицательно покачала головой.

— Больше никого. Баркас повреждён. Находился в полузатопленном состоянии рядом с берегом. Я сначала думала, что они наскочили на камни где-то, но сумели добраться до острова. Но потом баркас мы вытащили на берег. Одним словом, его кто-то повредил. Это не на камни они наскочили. Кто-то повредил его. На досках остались следы от зубов.

— Ты хочешь сказать, что есть ещё одно чудовище?

— Джейн, ты же не глупая. Делай выводы сама. Но не это главное. Асклепий и Саймон обратились. Они стали мутами. Одного пристрелила Ольга, второго вот этот Антон.

В таверне наступила гробовая тишина. Джейн смотрела на Марту широко раскрытыми глазами.

— Как стали мутами? Ты ничего не перепутала, Марта?

— Нет. Не перепутала. Нам пришлось их там сжечь. Марк, покажи фото. — Попросила меня Марта. Я достал из кармана сотовый. Включил его, вывел на экран фото Асклепия, телефон протянул Джейн. Она взяла его. Смотрела шокировано на изображение.

— Дальше пролистни. Там Саймон. — Сказала Марта. Джейн пролистнула. Смотрела на второго албасту. Подняла взгляд на Марту.

— Как такое возможно?

— Мутация вируса. — Ответила Марта. — Марк лучше знает. Он нам объяснит. — Они все посмотрели на меня.

— Оля, переводи. — Сказал жене. Она кивнула. — Давайте начнём с самого начала, чтобы потом не возникло вопросов. Впервые мне об этом сказала наш биолог Софья, ещё там в России. Мы с ней много разговаривали на эту тему. И не один раз. Так вот, все мы, хомо сапиенсы, это результат эволюции, которая длилась сотни тысяч и миллионы лет. И не только мы, но и другие живые существа. Что такое эволюция, это цепь мутаций, изменения вида с одного типа на другой, более продвинутый. За счёт чего шли эти мутации? Конечно, большую роль играла внешняя среда. Её воздействие на тот или иной вид живого организма. Но по мимо этого, так же влияние на мутации оказывали и вирусы. Они появились гораздо раньше человека. Но Софья считает, что они принимали активное участие в мутационных процессах. Вирусы по своему воздействию на живой организм тоже разделяются. Одни, внедряясь в то или иное животное или растение, становились паразитом и убивали своего носителя, погибая и сами. Другие, наоборот, вступали с этим организмом в симбиоз. Они не убивали этот организм, но начинали его изменять на генетическом уровне, делая его более невосприимчивым и более приспособленным к окружающей среде, к её негативному воздействию. Софья привела пример на нас, людях. Сначала миллионы лет назад появились человекообразные обезьяны. Они стали эволюционировать, то есть изменяться. Что заставило их изменяться, точно мы не знаем, но скорее всего это и окружающая среда, и вирусы. И каждый раз мутации приводили к появлению более совершенных и приспособленных к тем условиям жизни существ. Древних приматов сменили питекантропы и прочие люди. Потом на их место пришли другие, более продвинутые хомо. Их сменили неандертальцы. И, наконец, появился хомо сапиенс, то есть мы с вами. Люди несколько раз проходили так называемое бутылочное горлышко. То есть стояли на грани исчезновения, как например, 50 тысяч лет назад, когда случилась природная катастрофа и взорвался какой-то там супервулкан. Хомо сапиенсов осталось совсем мало. Ещё чуть и они бы полностью исчезли, и нас сейчас бы здесь не было. Но человек проскочил, а потом расплодился по всей земле. На момент последней катастрофа, пандемии, на Земле жило более семи миллиардов человек. Но всё дело в том, что эволюция на хомо сапиенсе не закончилась. Она продолжается. Но теперь основным драйвером нового человека, стал именно вирус, а не окружающая среда. Причём, вирус, выведенный искусственно, самим человеком. Мутанты. Это новый вид человека. Да-да. Следующая ступень эволюции.

— Подожди, Марк, но они же тупые? Разума нет совсем. — Воскликнул Димитрис. — А ведь если так рассуждать, следующая ступень человека должна быть более умной. Обладать какими-то новыми свойствами.

— А кто тебе сказал, что они не обладают этим, Димитрис? — Спросил я и усмехнулся.

— Как это?

— Например телепатией. Мутанты не умеют говорить. Речевые функции утрачены. Но они общаются, поверь, я знаю это точно. Или как ты думаешь, я узнал о том, что на вашем острове появились два мутанта и направляются сюда?

— И как?

— Мне об этом сообщила Люся. Наша девочка. Я пока не могу этого объяснить, но она как-то сумела настроится ментально на меня. И я вижу то, что она хочет мне показать. Она чувствует мутантов. Причём, начинает чувствовать их даже на большом расстоянии.

— Ты говоришь о тех двух мутах, что у вас на корабле?

— Да. Если исходить из терминологии, то они тоже мутанты. Но они иные. Таких, как они мы, пока что, больше не встречали. Биологически, их тела, как наших мутантов, так и тех, которых вы знаете, более совершеннее, чем наши. Они быстрее, сильнее, при этом они так же, как мы всеядны. Они идеальные охотники. Плюс быстрая регенерация повреждённых частей тела и низкий болевой порог. У них лучше слух, чем у нас и лучшее многократно зрение. Они видят как в обычном режиме, так и в инфракрасном, и ультрафиолетовом диапазоне. Возможно, и в других диапазонах. Мы пока этого не знаем. Они очень быстро считывают информацию с лица человека. По его мимике, по взгляду, по ещё каким-то только им известным факторам, они заранее знают, что ты сейчас собираешься сделать. И естественно, опережают тебя в совершении того или иного действия. Ты ещё только подумал о том, чтобы убить его, а он или она уже это знают. По крайней мере, у наших Люси и её пары, это так. Поэтому при попытке причинить им вред, они начинают действовать. Ты не успеешь выстрелить, как они просто перережут тебе глотку, ну или ещё как-то убьют. Это уже без разницы. Но холодным оружием эти двое владеют просто виртуозно. Я сам в своё время дол Люсе нож и показал ей, что этим ножом можно сделать. И она научилась владеть им очень быстро. И намного лучше, чем я. Это говорит о том, что она обучаема, несмотря, что подавляющее большинство тех знаний и навыков, что она приобрела при жизни до мутации, она утратила. Как и способность говорить. Но, она очень быстро учиться. При этом восстанавливает те навыки, которыми обдала ранее. То есть, она любит, когда ей волосы заплетают в косички. Причём, обязательно с разноцветными лентами. Таким образом она восстановила в себе чисто женские пристрастия. Косички ей заплетает либо Софья, либо моя жена Ольга. Никому другому она этого делать не позволяет. — Раздался смех. Марта и Джейн улыбались.

— Что правда? Заплетать косички? — Спросила Марта. Я кивнул.

— Да. Кроме того, ей нравятся украшения. Например, она взяла у меня золотую монету показала мне, что она ей нравится. Я просверлил в монете дырочку и подвесил её на тесёмку. Так она с удовольствием носит этот медальон. Она научилась носить одежду и даже обувь. Научилась ходить в туалет. И ещё ей нравится вода, в отличии от других, тех, кого мы и вы привыкли видеть. Она умеет плавать. Тоже самое и с её парой, Лёней. Они одинаковы. Только он в отличии от неё к украшениям равнодушен.

— Тысяча дьяволов. — Усмехнулся Димитрис. — Даже в таком состоянии бабы остаются бабами. Марк, но как так получилось, что они отличаются от остальных? Джеймс видел их. Он говорил нам. И почему муты стали заразными?

— А вот тут мы подходим к самому главному. Всё началось с исходника. То есть, с которого началась сначала эпидемия, быстро переросшая в пандемию. По началу вирус действовал, как паразит. Большая часть населения Земли была уничтожена в короткий срок. Это все мы помним. В живых остались только те, кто имел природный иммунитет. То есть, мы с вами. А так же в живых остались те, кого вирус и атаковал, но не убил, а начал их трансформацию. При этом сам вирус тоже мутировал и в какой-то момент, как мне объяснила наш биолог, исходный штамм вируса разделился. Вместо одного, появилось два штамма. Которые уже не были паразитами, а стали симбиотами. То есть вошли в симбиоз с теми людьми, которые стали их носителями. Мутация на этом не остановилась, она продолжается. И в первую очередь у самого вируса. А из-за него и у его носителей. Так как наши Люся и Лёня были заражены исходным вирусом, то у них есть схожие черты с другими мутантами. Поначалу я её и не отличал от других. Мы её и захватили то, только из-за того, что меня попросила об этом Софья. Ей нужен был материал, для изучения. А ещё мне стало почему-то интересно, почему другие мутанты, пытались Люсю убить. Мы тогда подверглись атаки сразу нескольких мутантов. И их цель больше была не мы, а именно Люся. Эта странность меня заинтересовала. Но чем больше проходило времени, тем больше я видел различия между Люсей и другими мантикорами, по вашему мутами. Сначала нам пришлось держать её на цепи. Да такое было. Но она быстро адаптировалась и не пыталась убить кого-то из нас. А потом я вообще рискнул и отпустил её. Она убежала сначала. Но позже вернулась. Нет, она не пыталась напасть на нас. Она наблюдала за нами. И вскоре сама пришла. Мутации идут до сих пор. И прекращаться не будут. Сначала те, кто имел природный иммунитет вступая в близкий контакт с мутантами, даже если и получали раны, то не заражались. Иммунитет справлялся с этим. Так ведь?

Народ зашумел. Марта расстегнула свои брюки и чуть спустила их до колен. Я увидел на её правом бедре безобразный шрам. Она показала мне его, абсолютно никого не стесняясь, потом надела назад штаны.

— Это след от одного из мутов, ещё там, на большой земле. Я только чудом тогда живой осталась. — Сказала она. Я кивнул.

— Да. Тогда мутация вируса ещё не достигла того уровня, когда он мог бы справится с нашей иммунной системой. Но всё течёт и всё меняется. Очередная мутация вируса и появился новый штамм. Он стал более агрессивен, чем его предшественники. И научился обходить наш иммунитет. Мы с этим столкнулись ещё в России. И это нас шокировало, не скрою. С этого момента мы поняли, что стали абсолютно беззащитны перед вирусом.

В таверне стояла тишина. Все смотрели на меня. Я сделал глоток пива, которое нам принесли из кружки.

— Марк, вы же нашли выход⁈ — Больше не спрашивая, а утверждая, сказал Димитриус.

— Нашли. Мы создали вакцину, с помощью которой можем противостоять вирусу.

— У вас есть исходник? — Это спросил уже Джеймс, подойдя к нашему столу.

— Есть. — Ответил ему, делая ещё один глоток.

В таверне стоял гул голосов. Всё больше народа набивалась в «Пьяный боцман».

— Тихо все. — Рявкнул Димитрис, встав с лавки. В таверне наступила тишина. Он смотрел на меня. — Скажи, Марк, почему ты нам это рассказал?

— Про что? Про то, что вирус научился обходить наш иммунитет? Так вы сами в этом убедились. Ещё нужны доказательства?

— За эту информацию спасибо. Но я говорю про вакцину. Про то, что она у вас есть.

— А что, надо было молчать? Димитрис, сколько народа ещё осталось? Я имею вообще, на планете Земля? Мы не проскочили бутылочное горлышко, мэр Тортуги. Мы все ещё находимся в нём. Ничего ещё не закончилось. Всё только начинается. И вопрос, выживет ли род людской стоит как никогда остро. Или сгинет всё-таки.

— Я тебя понял. Скажи, что ты хочешь за вакцину?

— Ничего.

— Не понял? Как это?

— Я ничего за неё не хочу, Димитрис. Я дам её бесплатно. — Я горько усмехнулся, глядя на этого крепкого мужчину. — Ты мыслишь категориями прошлой жизни. По канонам погибшего мира, я бы мог потребовать всё, что угодно от оставшихся в живых. В той жизни, так и делали. Помнишь «Ковид-19». Как фармацевтические концерны наживались на этом. На вакцинах от этого вируса? Мне не надо наживаться. Да и что я могу потребовать с выживших такого, чего не могу взять сам, в опустевших городах и селениях? Я хочу, чтобы людей выжило как можно больше. Не хочу, чтобы всё вот так закончилось. И пусть не мы, но наши дети и внуки, построят всё же что-то стоящее на развалинах прежнего мира. Может у них получится? У нас навряд ли. Мы всё ещё несём в себе пороки прошлого. А наши потомки будут уже другими. Главное не скатиться в дикость. Хотя скатываться уже активно начали. Дошли до работорговли. Куда дальше дойдём? До какого дна? Для меня, чем больше людей выживет, тем лучше.

— То есть, ты нам дашь её? И мы получим защиту от вируса? — Спросила Марта.

— Дам. Да, получите.

— Если кого покусают или ещё что, он не станет мутом, как Асклепий и Саймон? — Спросил Димитрис.

— Не станете. — Я закатал гачу штанов. Показал шрамы на ноге, которую мне порвали там ещё в России албасты. — Когда мы были близко к точке окончания нашего маршрута, пройдя по железной дороге большую часть России и вышли на Черноморское побережье, на одной из станций попали в засаду мутантов. Их было очень много. Мы впервые тогда столкнулись с таким количеством. Меня сильно поранил. Мою ногу реально погрызли. Даже кости перегрызли. Я должен был умереть. То есть, сначала стать одним из них и меня бы пристрелили. Но вакцина уже была готова и мне её ввели. Как видишь, я не стал одним из мутантов, которых вы знаете. Я остался всё тем же человеком. Недавно, в Турции, на одну из наших групп напали мутанты, я вам показывал их. Натуральные чудовища, бегающие, как тараканы по стенам. Трое наших парней попались. Двое получили ранения и один заразился от крови мутанта, так как она залила всё лицо ему и, естественно попала на слизистую. Но они не умерли. Двое пока ещё остаются у нас в медблоке. А вот третий, здесь. Вот он, это Василий. А вот у Антона вообще не было иммунитета изначально. Но он тоже жив. И чувствует себя очень хорошо. Марта, Димитрис, вы же сами видели, как он стреляет⁈ Он потратил всего три патрона, чтобы убить мута. А не пол магазина, как тратите сейчас вы. А кто-то и весь магазин расходует. — Я вновь приложился к кружке.

— Что-то ты не договариваешь, Марк. — Неожиданно сказал Димитрис.

— Возможно.

— С вакциной что-то не так или ты всё же что-то потребуешь за неё?

— Я же сказал, дам её бесплатно. Но, есть одно но. — Я замолчал. Видел, как многие напряглись. Я продолжил. — У вакцины есть побочный эффект.

— Я так и знал. Бесплатный сыр бывает только в мышеловке. — Произнёс Димитрис. Я отрицательно покачал головой.

— Не спеши делать выводы. Что за побочный эффект, я тебе расскажу. А ты сам решишь, бесплатный сыр это в мышеловке или что-то другое.

Он сел. Взял свою кружку. Многие посетители таверны собрались вокруг нас.

— Понимаешь, вакцина, по сути своей, это модернизированный вирус штамма Люси. Я даже как-то про себя называю это эффект Люси. Я же говорил тебе, да ты и сам знаешь, что мутанты быстрее и сильнее. Так вот, после вакцинации, человек тоже, своего рода, модернизируется. Ты быстрее начинаешь двигаться. Гораздо быстрее реагируешь на опасность. Становишься точнее. За счёт регенерации, которая у тебя тоже повышается, твои клетки организма обновляются гораздо чаще, чем у не вакцинированного. То есть, элементарно, ты молодеешь. Если у тебя не хватало каких-то зубов или стояли импланты, то зубы вырастают. Импланты просто организм выталкивает, отторгая и на их месте, опять же, вырастает потерянный когда-то зуб.

— А зубы какие?

— Нормальные зубы. Но их структура не такая, как у обычных зубов. Они крепче. Точно так же структура у оставшихся зубов, целых, меняется. Повреждённые наращивают утраченные ткани. Это и есть регенерация. Твой слух, твоё зрение многократно улучшаются. И ещё ты начинаешь чувствовать мутанта, если он появляется поблизости, но ещё не попал в поле твоего зрения. А поэтому, к столкновению ты уже готов. Ещё из плюсов, ты больше не будешь болеть, ничем. Вирус уничтожает все болезнетворные бактерии и другие вирусы, которые попадают в твоей организм и вызывают те или иные заболевания. Ведь мутанты не болеют. — Я снял солнцезащитные очки, которые до сих пор были на мне. Как и у остальных моих людей. — Плюс, Люся наградила и своим зрачком. Смотри на меня, Димитрис. — Он смотрел, как и остальные. Его лицо вытянулось. По таверне прошелестел вздох. Я улыбнулся. Очки положил на стол. — Но не беспокойся. Такими зрачки становятся в момент опасности или когда тебе нужно что-то увидеть в темноте или на расстоянии. Увидеть детали. А в обычной жизни они такие же круглы, как и у тебя и остальных. Вот и всё. Так что думай, Димитрис, стоит ли тебе ставить себе инъекцию вакцины. Нужна ли вам такая вакцина⁈

— Вы сделали свою вакцину на основе крови этой вашей Люси? — задала вопрос Марта.

— Да. — Кивнул я. — Именно её штамм даёт защиту от новой, надвигающейся катастрофы. Поэтому, эта девочка и её мальчик для нас очень ценны. Хотя сейчас нам уже не нужна её кровь для производства вакцины. Мы научились воспроизводить её в лабораторных условиях.

— Каков срок действия этой вакцины? — Задал вопрос Джеймс. — Ведь ты сам сказал, что вирус у мутов постоянно мутирует.

— Так ваш то тоже мутирует. Это пожизненная прививка. Один раз и на всю жизнь. Софья провела недавно исследования. Сравнила образцы крови, которые она брала у Люси ещё в самом начале, с теми, которые взяла месяц назад и совсем недавно. Кровь по составу различается. Она меняется, вместе с изменениями нашего штамма.

— А вдруг, в итоге, ты тоже превратишься в такого мутанта? — Задал кто-то вопрос.

— Не думаю. — Ответил я. — Если бы это было так, мы бы давно стали сами мантикорами. Но Софья, наш биолог, мне сказала как-то, что в природе всё сбалансировано. Если есть яд, значит обязательно имеется и противоядие. Главное, найти это противоядие. Мы считаем, что штамм Люси и есть противоядие. Не даром же до всего этого бардака, из змеиного яда делали лекарства. Здесь тоже самое.

— Значит, ты тоже вакцинирован? — Спросила Марта Антона. Тот кивнул.

— Если бы не вакцина, я бы уже кормил червей. А так я жив и прекрасно себя чувствую.

— А что ты, Марта, испугалась? — Усмехнулась Ольга, глядя на женщину. Она тоже сняла свои очки и положила их на стол. — Ты не бойся. Наоборот, Антон, кроме тех, кто тоже уже испытал вакцину на себе, даст в сексе сто очков вперёд всем остальным здесь находящимся.

— Уверена? — Криво усмехнулась Марта, глядя на мою жену.

— Уверена. Я, конечно, с Антоном не была, но я сужу по своему мужу. Каким он был до того боя с албастами на станции, и каким стал после того, как ему ввели вакцину. Когда он восстановился, у нас была очень бурная ночь. Он и раньше был здоровым мужиком, как жеребец. А тут просто жесть. Хорошо в каюте кровать крепкая, а то бы сломалась. — Они с Кирой засмеялись. Остальные все, кто был в таверне тоже. Марта заинтересованно вновь посмотрела на Антона.

— Тогда может ты покажешь мне, на что способна вакцина в исполнении мужчины? — Задала вопрос Марта Антону.

— Уверена? — Усмехнулся он.

— Надо же попробовать. А то не попробую, жалеть потом буду.

— Марта, есть один нюанс. — Сказал ей. — Не напрягайся. Всё дело в том, что женщине не обязательно ставить себе прививку. Достаточно будет если у неё случиться секс с уже привитым мужчиной. Только секс должен быть не защищённым и не прерываться. И тогда ты получишь свою вакцину, только…

Я не успел закончить, как Илья продолжил:

— Только через другой шприц. — Он сказал это по-русски и засмеялся. Ольга перевела на английский, добавив, что именно так она получила свою вакцину. Я покачал головой.

— Илья, тоже мне шутник. — Взглянул на Марту. — И ещё. Если женщина ранее не могла по каким-то причинам иметь детей, например стала бесплодной, либо сама себя подвергла стерилизации. Либо это от рождения в результате какой-то патологии, то вирус устраняет это. Он перестраивает детородную функцию женщины делая её вновь способной к зачатию и рождению ребёнка.

Марта побледнела. Смотрела пристально мне в глаза.

— Ты не обманываешь меня?

— Нет, Марта. Это абсолютно точная информация. У тебя не было детей?

— Нет. Я в молодости сделала аборт. Он имел фатальные последствия. Я потом так и не смогла забеременеть. У нас с мужем детей не было. Мы удочерили девочку, но она умерла, во время пандемии, как и мой муж.

— Марк. — На меня смотрел молодой мужчина. — А от женщины, которая уже имеет это… Эту… Одним словом, уже вирус этот ваш, может мужчина через секс тоже получить? Как женщина от мужчины?

— Нет. Всё дело в мужской сперме. В ней вирус. С ней он и попадает в организм женщины. Ну а дальше и так ясно, что происходит. Фактически, это таже инъекция, как и у мужчины через шприц. Только здесь более естественным путём.

— Если вы не лжёте, хотя я думаю, что не лжёте, — говорила Марта, — я хочу попробовать. Тем более, если вакцину можно получить таким приятным способом, а не через иглу шприца. Ну так что, милый, может покажешь на что ты способен? — Она вновь посмотрела на Антона. В этот момент у меня ожила рация.

— Марк, с вами всё в порядке? Ответь. — Это говорила моя мать.

— Да, мама. С нами всё хорошо. В таверне тут. Общаемся.

— Марк, уже очень поздно. Когда вернётесь? — Наш разговор слышали те, кто находился рядом. Правда не все понимали, так как говорили мы по-русски. Я посмотрел на Антона, перевел взгляд на Ольгу и Киру. Взглянул на Василия и Илью.

— Вы можете переночевать. В таверне есть комнаты, на втором этаже. — Предложила Марта. Антон, глядя на меня, кивнул.

— Василий? — Спросил я. Тот пожал плечами.

— Что-то нет желания, Марк, сейчас по воде идти на резиновой лодке, после того, что увидели. Лучше переждать ночь здесь.

— Илья?

— Согласен. Тоже как-то нет желания сейчас лезть в воду.

— Девочки? — Взглянул на Ольгу с Кирой.

— Мне всё равно. Главное, что ты рядом. И я спокойна, что к тебе за прививкой никто не полезет. — Ответила Оля. Кира усмехнулась и кивнула.

— Согласна. — Ответила она.

— Хорошо. Мама, мы остаёмся на ночь. Завтра свяжемся по утру. Конец связи. — Я посмотрел на Марту. — Мы останемся. Завтра решим насчёт катера. Вакцину так же привезут завтра. Немного. Но много и не надо. Её можно произвести в лабораторных условиях. Надеюсь, у вас есть какое-нибудь оборудование?

— Смотря что. Нужен список. — Ответил Димитрис.

— Завтра прибудет Софья или Лида. Она привезет список необходимого. И скажет, какой специалист может произвести вакцину. Расскажет сам процесс производства. Достаточно мужчинам сделать инъекцию. А женщины могут получить её известным путем.

Нас разместили по комнатам. Мы остались с Ольгой одни. Она сняла свою сбрую. Винтовку прислонила к стене возле постели. Я тоже разделся. Положил на тумбочку кобуру с «Глоком». Сюда же положил и приобретённый «Heckler Koch USP». Автомат прислонил к стенке со своей стороны кровати. Кровать была довольно широкая. На двоих вполне её хватало. Ольга к этому времени уже полностью разделась. Даже трусы свои сняла. Я посмотрел на неё вопросительно.

— Что так смотришь, милый?

— А ты чего полностью разделась?

— Ну, Марк. Я сейчас представляю, как Антону эту Марту пластает… Я тоже хочу.

— Ты, Лёля, становишься какой-то сексуально-озабоченной. Я за тебя уже боятся начинаю. Как бы ты в нимфоманку не превратилась. — Оля ничего не ответила. Подошла ко мне вплотную. Прижалась ко мне, сцепив руки на моей спине.

— Марк, ну зачем столько слов. Давай просто займёмся сексом. Трахнешь меня, и я усну удовлетворённая. Для тебя это такая малость, а мне приятно, что ты заботишься обо мне.

Я был по пояс голый. Ольга помогла мне снять штаны и всё остальное. Даже присела и ботинки с меня стащила. Потом впилась в меня поцелуем. Целовались жадно, как в первый раз. Возбуждение у меня самого накатывалось всё больше и больше. Перевернулся, подминая жену под себя. Когда рывком вошёл в неё, она была уже мокрая. Из её губ раздался сладостный стон.

— Да! — Воскликнула она. Я опять накрыл её губы в страстном поцелуе. Ну что же, забота, значит забота. Пусть уснёт удовлетворенной и довольной. Главное, сдерживаться с ней больше не нужно, боясь, что она залетит…

Проснулся с первыми лучами солнца. Ольга ещё спала. Я тихо встал. Оделся. Надел кобуру со своим пистолетом. Снаряжённый «Heckler Koch» засунул себе за ремень штанов. Вышел в коридор. Увидел выходящего из комнаты, расположенной в самом конце второго этажа по коридору, Антона. Усмехнулся, глядя на него. Он тоже. Подошёл ко мне.

— Ну как Марта? — Спросил у него.

— Там, в комнате. Спит, без задних ног. Я думаю, проснётся через час, может чуть позже. — Ответил он. Я кивнул. — А твоя, что?

— Да тоже самое. Только Ольга проснётся раньше. Пошли вниз, перекусим что-нибудь.

Спустились на первый этаж. Зал таверны был почти пустым. Только за одним столом сидело двое. Девушка в платье и фартуке протирала остальные столы. Мы сели за один из них. Та, что протирала столы подошла к нам.

— Что, господа будут на завтрак? — Спросила она.

— А что есть? — Вопросом на вопрос ответил Антон.

— Есть осьминог по-гречески, мидии с овощами, пицца с креветками и оливками. Суп из мидий, креветок, кальмара с овощами и специями. Фаршированные барабульки. Запечённый морской окунь с овощами и специями… — Она замолчала, глядя на нас. Антон пожал плечами.

— Давай на твой вкус. Мне всё равно.

— У вас только из морепродуктов? — Спросил девушку.

— Есть жареная и варёная курица. Рагу из свинины с чоризо. Греческие мясные тефтели с тыквой. У нас хорошая кухня, лучшая на Тортуге.

— Верю. — Кивнул я. — А колбаса есть?

— Есть.

— Сами делаете?

— Конечно сами.

— А можете поджарить колбасу с яйцами?

— Конечно. — Кивнула девушка.

— Тогда поджарьте… Антон тебе сколько яиц?

— Три. — Ответил он. — И ещё суп из мидий, креветок и прочего.

— Поджарьте шесть яиц и две тарелки супа. И кофе.

— Хорошо. Суп я сейчас принесу. Поешьте его пока готовятся яйца с колбасой и кофе.

Она ушла. Антон посмотрел на меня.

— Ты серьёзно решил дать им вакцину бесплатно?

— Серьёзно. Какая нам польза от того, что они вымрут? Никакой. Людей и так мало. Главное, тут мужчин вакцинировать. А женщины уже от них получат всё, что надо. — Я усмехнулся. Он тоже, кивнул мне. Я продолжил. — Антон, не надо уподобляться фармкомпаниям, которые делали деньги на эпидемиях в прошлой жизни. К чему это привело, видишь сейчас сам. Сейчас, чем больше людей останется в живых, тем лучше. Вообще прививать надо всех, кого встретим по пути. Поэтому брать что-то за вакцину, это не есть хорошо. У нас и так всего достаточно. А если чего не будет хватать, либо поменяем, благо у нас есть на что менять, либо возьмём так, если хозяев нет. Вокруг кладбище сплошное.

— Согласен.

Нам принесли суп. Похлебали с Антоном. Суп мне понравился. Раньше я такого супа не ел. Съели всё, что нам принесли. Потом принесли большую сковороду с поджаренной колбасой и яйцами. И две кружки кофе.

— Девушка, а у вас кофе на продажу есть? — Спросил её, вспомнив, что мама жаловалась, что кофе мало осталось.

— К сожалению на продажу нет. Как и чая. Это всё ещё остатки, которые везут с большой земли. То, что нашли в ещё не до конца разграбленных магазинах и складах. Но мы уже начали заваривать чай из трав.

— Понятно. — Я выложил один царский червонец за завтрак.

— Это много, господин. — Сказала девушка.

— Нормально. Считай, что это чаевые тебе. Спасибо, накормила, красавица. — Она улыбнулась, слегка поклонилась. И вдруг неожиданно спросила.

— Скажите, а это правда, что мы тоже заболеть можем и стать мутами?

— Увы, но правда. Но мы вакцину вам дадим. Не беспокойся.

— Спасибо.

Доев глазунью, пили с Антоном кофе.

— Марк, я вчера ещё обратил внимание на бронекатера. Знаешь, что подумал?

— Что?

— Катер, это хорошо, особенно в свете последних новостей о морских монстрах. Но лучше всего, это бронекатер. У нас есть паром. Место под такой катер там есть. Лебёдки у нас там смонтированы, как раз для таких случаев. Единственное что, это сделать тележку, чтобы подгонять её под днище катера, и лебёдками затаскивать в паром, через пандус.

Я задумался. Да, бронекатер это, конечно хорошо. Тут Антон прав. Другое дело, что согласятся ли местные продать нам один из них.

— Думаешь продадут?

— Не знаю. Даже если не продадут, то может скажут, где они взяли?

— Хорошо. Димитрис появится, спросим у него. — Ответил Антону.

— А так катера хороши. — Продолжал рассуждать он. — Не новые, но это не важно. Зато вооружение у них приличное. Как я сказал, два 25-ти миллиметровых автомата, плюс крупнокалиберные пулемёты. Н2МВ. Американские, как у нас. Насчитал шесть пулемётов на турелях. Плюс бронирование. Пошли, посмотрим?

— Пошли. — Было ранее утро и пока делать было нечего. Не будить же местных паханов. Да и наши тоже ещё спали. В зал таверны спустился со второго этажа Василий. Зевнул. Увидев нас, подошёл и сел за стол. Мы пожали ему руку.

— Завтракали? — Спросил он.

— Да. Кофе допиваем.

— А чем тут можно перекусить?

Я подозвал девушку.

— Слушай, принеси суп, который мы ели. Одну порцию. — Спросил у Васи, что есть будет, курицу, рагу из свинины или жаренные яйца с колбасой. Василий, как и мы выбрал яичницу с колбасой и чай. Сказали ему, что хотим сходить на причал. Рассмотреть детально бронекатера.

— Меня подождите. Я тоже с вами пойду.

Дождались, пока Василий по завтракает. Потом прошли на причал. Подошли к тому месту, где и стояли оба бронекатера. С одного бронекатера к нам на причал вышел мужик, лет 45. В камуфляже и тельняшке. Шкиперская борода.

— Доброе утро, уважаемый. — Поздоровался я.

— И вам тоже. Что-то хотели увидеть?

— Да. — Кивнул Антон. — Это что за бронекатера?

— В Италии сделаны по лицензии. Клоны американских патрульных катеров Mark VI.

— Понятно. — Сказал я. Посмотрел на Антона. — Всё это хорошо, но как мы будем эту махину затаскивать в паром?

— Марк, надо думать. Георгича подключить. Он мужик умный, со смекалкой. Придумает что-нибудь.

— Понятно. Значит Георгич! Ладно. — В этот момент у меня заговорила рация.

— Марк ты где? Я проснулась, тебя нет. — Это была Оля.

— Солнце, я на причале с Антоном и Василием. Смотрим бронекатер.

— Господи, Марк!!! Ты бросил жену, ушёл.

— Я не бросил, Лёль. Спустись вниз, в таверну. Позавтракай там. Я скоро буду.

Поговорив ещё с матросом бронекатера, узнали характеристики судна. Вернулись в таверну. Там за одним из столов сидели Ольга с Кирой. Уплетали уху.

— О, мальчики появились! — Громко сказала моя жена. — Вам не стыдно? Бросили своих девочек и свалили. А если в это время, Марк, когда я спала голая, к нам в номер зашёл чужой мужчина? Ты об этом не подумал?

— Подумал. И решил, что ему ничего бы не обломилось.

— Это почему ты так решил, дорогой мой? — Ольга удивлённо посмотрела на меня. Кира усмехнулась, но промолчала.

— Это же элементарно, Лёля. У тебя под подушкой лежал твой пистолет. А под матрасом твой нож. И поэтому, я уверен, что у того, кто зашёл бы в наш номер в моё отсутствие, ему пришлось бы не сладко. Тем более, я знаю, как ты умеешь стрелять. Особенно после того, как стала беременной.

— Вот, Кира. В этом они все мужики. — Произнесла Оля и засунула ложку с ухой в рот. Мы сели за их стол. Нам принесли по кружке пива. Вскоре в таверну зашёл Димитрис. Сел за наш стол.

— Ну что, Марк, насчёт вакцины?

— Привезут. У меня к вашему совету пяти деловое предложение.

— Что за предложение?

— Продайте нам один из бронекатеров.

— Бронекатер?

— Да.

Димитрис смотрел на меня удивлённо.

— В обмен на вакцину? — Уточник он. Я покачал головой отрицательно.

— Нет. Я же сказал, вакцина бесплатно. Бронекатер мы готовы именно купить. Выберите сами, что будет средством платежа. Можем оружием, патронами, золотом.

— Хорошо. Мы подумаем и дадим ответ сегодня. А где Марта?

— У себя, наверху. — Ответил я, взглянув на Антона. Тот кивнул. В этот момент вниз спустилась Марта. Она была бледной. Шла, чуть пошатываясь. Подошла, села за наш стол.

— Марта, что с тобой? — Спросил её мэр Тортуги.

— Слабость. И мутит меня что-то. Марк, это нормально?

— Секс был незащищённый? — Спросила её Ольга.

— Нет.

— Тогда всё нормально. Это скоро пройдёт, Марта. У меня тоже, после ночи с Марком, такое было.

— Считай, Марта, что тебе вакцина не нужна. — Я усмехнулся. — Вирус сейчас встраивается в структуру твоего ДНК и РНК. Начинает исправлять повреждённые участки. Так же идёт процесс реанимации твоей детородной функции, Марта.

— То есть, я могу родить?

— Даже не сомневаюсь. Может поэтому тебя и мутит.

— Марта, — обратился к ней Димитрис, — ты в состоянии соображать?

— А что?

— Марк предложил продать им один бронекатер.

— Чем оплата будет? — Тут же спросила женщина.

— Сами скажите. — Пожал плечами. — Я Димитрису уже сказал, но повторюсь, можем оружием заплатить. Можем боеприпасами. Можем золотом.

Я замолчал. Некоторое время молчали все. Марта закрыла глаза. Сказала одной из девушек таверны принести воды. Ей принесли. Выпила молча стакан. Поставила его на столешницу. Посмотрела на меня.

— Зерно. — Сказала она.

— Что зерно? — Переспросил я.

— Зерном заплатите. Пять тон пшеницы, пять тон кукурузы и пять тон чечевицы. — Тут же ответила она. Я даже рот открыл от такого заявления.

— Ловко! — Засмеялся Василий.

— Марта. — Я улыбнулся, глядя на неё. — А можно, как у нас в России говорят, урезать осетра?

— Что значит урезать осетра?

— Давай так, всего по две тонны.

— Марк, у нас хорошие бронекатера. Плюс мы вам дадим боекомплекты, двойные. Как к двум 25-ти миллиметровым автоматам, так и к пулемётам.

Начался торг. В конце концов, пришли к соглашению. Приняли компромиссный вариант — зерна три тонны, а кукурузы с чечевицей по две с половиной.

— Вопрос, как будем взвешивать? — Задал вопрос Димитрису и Марте.

— У нас есть весы. Можно взвешивать до двух тонн. — Ответила Марта. Я кивнул.

— Хорошо. Теперь осталось решить, в чём будем взвешивать? Во что набирать зерно?

Марта с Димитрисом посмотрели друг на друга.

— У меня короб есть, примерно на полтонны. — Сказала Марта. Я опять кивнул.

— Замечательно. Наберём короб, взвесим. А дальше что? А остальные семь с половиной тонн куда денете?.. У вас мешки есть?

— Какие мешки? — Спросил Димитрис.

— Обыкновенные из мешковины или полиэтиленовые, на 50 или на 70 килограмм?

— Есть, Димитрис. — Тут же ответила Марта. — Комбикорм для скота и птицы помнишь привозили в мешках?

— Точно. — Кивнул он. — Там много было.

— Ну вот. — Сказал я. — Берём мешки, нагребаем в них. Потом укладываем на поддон. Поддон переносим краном на пристань. Там взвешиваем на весах. Если мешков не хватит, то просто найдите куда ссыпать будете. И вновь использовать мешки.

— Хорошо. Так и сделаем. — Хлопнул ладонью по столешнице Димитрис. — Но нам надо согласовать это с ещё тремя членами совета.

— Согласовывайте. — Ответил я. Взял рацию. Связался с ковчегом. — Ковчег, приём⁈

— Ковчег на связи.

— Передайте маме Веронике, что нужно прибыть на причал. Сама она, Георгич, Стас и Лида или Софья. Пусть с собой возьмут пробирки с вакциной. Заодно возьмут тут образцы с акулы-монстра. Да, ещё, на резиновых лодках не плавать. Это опасно. За ними придёт катер. Это всё.

— Понял тебя. Отбой.

Как я понял, за остальными челнами совета кого-то отправили. Вскоре явилось трое мужчин. Я их видел вчера. Димитрис обрисовал им наше предложение и чем мы готовы заплатить.

— Вакцина бесплатно? — Уточнил один из них, парень моих лет.

— Бесплатно. — Подтвердил я. — Ещё сейчас привезут представители нашей гражданской администрации. Они тут определят, что ещё мы у вас купим.

— Отлично. Что конкретно вас интересует? — Поинтересовался этот же парень.

— Продовольствие. Всё остальное у нас есть.

— Чем расплачиваться будете? Это я так, сразу, чтобы быть в курсе.

— А что именно интересует? — Смотрел на него. — Можем зерном, можем оружием, патронами, золотом.

— Золото хорошее?

— Конечно. Высшей пробы. Монеты, слитки.

— Я возьму золотом. — Ответил он.

— Это если у тебя что-то покупать будут, Эрик. — Усмехнулась Марта. — А то может ничего не купят у твоих торговцев.

— Купят. — Усмехнулся он. Посмотрел на меня. — Скажи, это правда, что у тебя женщин больше, чем мужчин?

— С какой целью интересуешься? Предупреждаю сразу, Эрик, так же тебя зовут? — Он кивнул. — Я людьми не торгую. И не советую кому-либо из нас такое предлагать.

— Я ничего такого не имел. Клянусь. Просто может познакомится с кем из твоих женщин.

— Они не мои женщины. Моя женщина только одна. Вот она, перед тобой сидит. Моя жена. — Ответил ему.

— Снайпер⁈

— Снайпер. — Ответила за меня Ольга. — И очень люблю разным неадекватам и насильникам с рабовладельцами, яйца отстреливать.

Эрик засмеялся. Выставил руки перед собой в защитном жесте.

— Ни в коем случае. Я не насильник. Просто мне жена нужна.

— У тебя же есть две жены⁈ — Сказала Марта, удивлённо глядя на него. — Тебе мало?

— Мало. Я сильный мужчина. Мне даже двух жён мало. Тем более, одна беременная, а вторая только недавно родила. Да ты и сама знаешь, Марта. А ты своих девок не даёшь, только на час-два, не более. А мне на постоянку надо. — Он посмотрел на Киру. — А у тебя есть мужчина, красотка?

— Нет. — Спокойно ответила молодая женщина, глядя на Эрика.

— Так может ты согласишься стать моей женой? Обещаю, не обижу. Золото, украшения. Всё будет.

— А ещё что? — Кира скривилась. — Что, под восточного падишаха закосил? — Говорила она. Ольга переводила. — Гарем устроил у себя?

— А что плохого в гареме? — Пожал плечами Эрик. — Жён я не обижаю. Наоборот, их люблю. Тем более, они детей мне рожают. Разве плохо? Защиту даю. Все знают, не дай бог кто тронет мою жену, голову уроду отрежу.

— Это всё замечательно и они у тебя по доброй воле. Вот только я не испытываю желания стать частью твоего гарема. И вообще чьего-либо гарема. Так что, отвали от меня с такими предложениями. Я тоже снайпер. И у меня есть хорошая, дальнобойная винтовка. С отличной оптикой. А голову я сама могу отрезать, без твоего участия, если что.

— Кайф! — Воскликнул Эрик. — Вот это женщина! Настоящая подруга, настоящего мужчины! Боец! Но ты подумай. Я серьёзно.

— Уже подумала. Ответ — нет! Это всё?

— Эрик, не нарывайся. — Сказала Марта.

— Всё, всё, всё. — Он опять выставил перед собой ладони в защитной жесте. Я обратился к Димитрису.

— Раз мы договорились, тогда отправь один бронекатер к парому. Оттуда забрать людей надо. Заодно и вакцину привезут.

— Добро. — Димитрис связался по рации с кем-то на бронекатере. Сказал, чтобы шли к парому, забрали оттуда людей. Я в свою очередь связался с балкером.

— Юрий Николаевич, приём?

— На связи.

— Давай, заводи балкер к причалу. Будем часть груза выгружать.

— Понял.

Я взглянул на мэра Тортуги.

— Димитрис, скажи, из ваших кто-нибудь ходил в Суэцкий канал? После всего, что случилось?

Он подумал немного, потом кивнул.

— Да, есть такие. Кстати, из ваших, русских. Они сегодня ночью пришли. Не с Суэца. Ходили к Греции. Позвать?

— Позови.

Где-то через полчаса в таверну зашёл мужчина в камуфляже. Лет 40. На поясе кобура с пистолетом. Аккуратная шкиперская борода.

— Привет, Димитрис. Вижу у нас гости? При входе в бухту корвет стоит и паром с балкером.

— Проходи, Андрей. — Пригласил его мэр Тортуги. — Как сходили?

— Нормально. Загрузились по самое. Правда под конец с мутами схлестнулись. Пришлось быстро уходить. Знаешь, что скажу… Что-то происходит.

— В каком смысле? — Задал вопрос Димитрис.

— Да муты какие-то совсем жуткие становятся. И ещё там обезьяну видели. Тоже мут. Я когда его увидел, чуть не обосрался. Реально. Ели свалили оттуда. Правда Мухаммеда зацепить успели.

— Зацепить, это как? — Тут же спросил Димитрис.

— Ну как, поранили. Руку ему сильно прокусили. Даже кусок мяса вырвали.

— Где он? — Это спросил уже я. Спросил по-русски. Андрей удивлённо посмотрел на меня.

— Русский?

— Да. Где этот Мухаммед?

— Да тут, в больничку к Зотикусу.

— Как давно это произошло? — Вновь задал вопрос.

— Вчера днём. А что происходит?

— То есть, почти сутки?

— Да. Чуть меньше.

Я вновь связался с паромом.

— Ковчег, приём.

— На связи.

— Где Лида или Софья? Нужна вакцина, срочно.

— Загрузились уже. Отходят от Ковчега. Что случилось?

— Одного сегодня привезли. Он инфицирован. — Ответил новому капитану парома.

— Может вернётесь?

— Нет. Время ещё есть.

— Понял. Будьте осторожны. Отбой.

— В смысле инфицирован? — Смотрел на меня Андрей.

— В прямом. Твой Мухаммед попался.

— Да ладно⁈ — Не поверил Андрей. — Я сам попадался мутам. И кусали, и царапали. И ничего же.

— То было раньше. Сейчас всё изменилось. Вирус мутировал. Теперь наш иммунитет больше не действует. Если тебя укусит мантикора, или по вашему мут, поцарапает, или его кровь попадёт на слизистую, то всё. Ты инфицирован. Инкубационный период пара дней. Хотя, я думаю, срок мог сократиться. Повторяю, вирус изменился. И ты сам станешь мутом. Начнёшь видоизменяться. Трансформация начнётся.

Андрей побледнел. Мы все встали из-за стола.

— А что делать? — Спросил он.

— Выход один. Или пристрелить его, или поставить ему инъекцию вакцины. Пошли в больничку. Василий, встреть наших. Лида пусть сразу идёт в больницу.

— Понял. — Василий вышел вместе с нами из таверны и пошёл к пристани. Димитрис повёл нас к больнице. Минут через десять, когда проходили мимо ещё одной таверны, увидел рядом с ней чучело акулы. Я даже с шага сбился. Смотрел на неё во все глаза.

— Вот ни хрена себе! — Услышал я Антона. Да, реально, ни хрена себе! Акула была метра четыре в длину. На голове безобразные наросты. И пасть огромная. Мы подошли к этому монстру. Глянул в разинутую пасть твари. Меня даже передёрнуло. Мать его. Пасть была полна зубов. Попытался посчитать сколько рядов у неё.

— Десять рядов. — Сказал Димитрис.

— А сколько должно быть? — Спросил его.

— От трёх до семи. Это смотря какой возраст акулы.

— А у этой десять? Старая?

— Нет. В том то и дело. Молодая. Не больше двух лет. Смотри зубы какие. У нормальных акул зубы пять сантиметров. А у этой восемь сантиметров. Причём зубы, что на верхней челюсти, что на нижней одинаковые по размеру.

— А какие должны быть?

— На верхней челюсти больше по размеру. На нижней меньше, но острее. А здесь все одинаковые. И пасть больше, для таких размеров. А ещё лишняя пара плавников. Боковых, видишь?

— Вижу. Какие-то странные они.

— Да, странные. Мы тоже обратили на это внимание. Чем-то напоминают конечности зародыша.

— Руки?

— Да. Наверное, не успели сформироваться.

— Твою мать. Вот это засада. И где-то в этой акватории кружит ещё одна такая тварь. — Сказал я, глядя на мэра Тортуги. Он кивнул.

— А может и похлеще, чем эта.

— Бля, не дай бог. Думал вода это препятствие для мантикор. А оказалось…

— Вода для них больше не препятствие, Марк. Ладно, потом посмотришь ещё. Сейчас в больницу пошли.

Больница или больничка, как её тут называли, это одноэтажное здание. Недавно, как я понял, построенное из сэндвич-панелей. Покрытое металлочерепицей. Мы зашли. Увидели суету. Мимо нас пробежала медсестра в медицинской маске. Потом врач или кто он, хрен знает, мужик, короче, в белом халате. Димитрис поймал его за руку.

— Что происходит? — Спросил он врача. Это оказался не врач, медбрат.

— Больного привезли ночью. Что-то ненормальное происходит. Его мут укусил. Доктор Зотикус ему вводил снотворное. Но всё бесполезно.

— Где инфицированный? — Спросил я.

— Какой инфицированный? — Медбрат смотрел на меня удивлённо.

— Тот, кого мут укусил.

— Там. В реанимационном блоке.

— Показывай.

Мы быстро пошли за парнем. Это была комната четыре на четыре метра. Там находилась кровать, на которой лежал мужчина. Рядом находились трое. Двое мужчин и одна женщина. Больной корчился в судорогах. Они все трое пытались его удержать. Один из мужчин оглянулся. Увидел нас.

— Кто пустил сюда посторонних⁈ Выйдите немедленно! — Воскликнул он. Я проигнорировал его требования. Подошёл вплотную. Больной был либо турком, либо арабом, смуглый. Но сейчас он был какой-то пепельно-серый. Его корёжило. Лицо искажено в болезненной судороге. Его выгибало. Руки и ноги дергались. Изо рта шла пена. Зрачки расширились, уже на полглаза.

— Зафиксируйте его. — Сказал врачам. — Привяжите ремнями.

— Зуля, принеси ремни. — Сказал один из мужчин-врачей. Женщина отпустила больного и метнулась из комнаты. Я сменил её. Прижал руку больного.

— Вы те, кто пришёл на трёх кораблях? — Спросил тот же мужчина.

— Да. А Вы кто? — Спросил его.

— Я врач, Зотикус.

— Понятно. Короче, вирус мутировал. Наш иммунитет больше не работает. В случае укуса, или иных повреждений, полученных от мута, или если его кровь попадёт на слизистую, всё. Начинается заражение. Этот человеку заражён. Сейчас идет процесс трансформации. Скоро он сам станет мутом. Это вопрос времени. Раньше инкубационный период длился два-три дня. Но судя по этому больному, период сократился. Это очень плохо.

— И что теперь? — Спросил Зотикус.

— У нас есть вакцина. Сейчас сюда прибудут мои люди с вакциной.

Прибежала медсестра с ремнями. Больного зафиксировали, привязав его к кровати. Я связался по рации с Георгичем.

— Георгич, приём?

— На связи, Марк.

— Где вы?

— На пристани.

— Лида с вами?

— Да.

— Быстро в больничку. Там инфицированный.

— Понял. Сейчас будем. Отбой.

Я продолжал наблюдать за инфицированным. Зрачки ещё больше увеличились, почти закрыв весь белок. Лицо искажено. Он хрипел. Пальцы его согнулась, словно он хочет кого-то поцарапать или разорвать. Его продолжало колотить.

— Блядь, совсем труба. — Вырвалось у меня. Вытащил из кобуры свой «Глок». Передёрнул затвор, загоняя патрон в патронник. Пистолет оставил в руке. Ждали минут двадцать. Наконец, к нам заскочила Лида со своей сумкой. За ней я увидел маму, Георгича, Стаса и… Раду. Нашу наглую цыганку. Она была в камуфляжных штанах, камуфляжной майке и с набедренной кобурой, откуда торчала рукоять ПММ. Лида подошла. Посмотрела на больного. Открыла сумку. Достала оттуда одноразовый шприц с розоватой вакциной. Мухаммед, несмотря на то, что был зафиксирован к кровати ремнями, продолжал дёргаться. Его корёжило в судорогах. Зрачки ещё больше расширились.

— Руку ему прижмите. — Сказала Лида. Я прижал его правую руку к кровати. Увидел, как на его руке вздулись вены. Лида ловко воткнула иглу шприца в одну из вен и сделала инъекцию.

— Что с ним происходит? — Воскликнул Андрей.

— Я не знаю. Первый раз такое вижу. — Ответил доктор.

Мухаммед закричал. Его ещё больше выгнуло на постели. Затрясло ещё сильнее. Кровать ходила под ним.

— Все назад. — Сказала Лида и отступила от кровати. Я тоже сделал шаг к выходу.

— Что вы сделали? — Андрей смотрел на Лиду. Та ответила, продолжая наблюдать за больным:

— Ввела вакцину. Она или вернёт его в прежнее состояние и вылечит, либо убьёт. С момента заражения, как я поняла, прошли сутки?

— Да. — Кивнул Андрей.

— Плохо. Похоже, инкубационный период сократился. Вирус становится всё более агрессивным. Новый штамм.

Я, слушая Лиду, продолжал наблюдать за Мухаммедом. Того продолжало корёжить судорогой. Увидел. Как его глаза стали наполняться кровью. Вены совсем вздулись и грозили вот-вот лопнуть.

— Внимание, все выходим их комнаты. — Произнёс я. — Быстрее. — Мухаммед напрягся изо всех сил, пытаясь освободится от ремней. В следующее мгновение его правый глаз лопнул, разбрызгивая вокруг кровь перемешанную с каким-то выделения похожими на гной. Он взревел, каким-то звериным рыком. Лопнул левый глаз. Кожа на руках стала трескаться и рваться на куски. Вздувшиеся вены тоже стали лопаться.

— Иизус Мария! — Воскликнул доктор. Лида стала выталкивать его из палаты. Все ломанулись на выход. Я отступал последним. Направив пистолет на бьющегося в конвульсиях Мухаммеда. Он уже весь был в крови и выделениях. Дохнуло смрадом. Я выстрелил, целясь ему в голову. Один выстрел, второй. Он рухнул на постель, но его тело продолжало корчится в судорогах. Постепенно он стал затихать. Вот дёрнулся пару раз и затих окончательно. Я вышел из палаты и закрыл дверь. Народ смотрел на меня шокировано. Даже Лида была растеряна. Доктор Зотикус, снял медицинскую маску. Я заметил капли крови на его лице. Он вытер их рукой и удивлённо посмотрел на свою ладонь.

— Поздравляю тебя, док. Ты тоже попался.

— Как?

— На тебя попала кровь Мухаммеда.

— Я тоже так умру?

— Нет. Если поставить тебе инъекцию вакцины, не умрёшь. — Я взглянул на Лиду. — Сколько у тебя вакцины?

— Четыре пробирки принесла. И один шприц с вакциной. Её использовали на того человека. Вакцина его убила, так как заражение зашло слишком далеко. Сутки, Марк. Это очень быстро. Раньше двое-трое требовалось, чтобы человек стал мантикорой. Сейчас сутки. Вирус становится всё более агрессивным. Мне надо взять образцы.

— Возьмёшь. Сначала посмотри, есть ли у них всё, для производства вакцины. Потом возьмёшь образцы. В том числе и у акулы. Видела её?

— Видела. Но не подходила. Мы сюда спешили.

Я взглянул на Раду.

— Так, дорогуша, ты чего на сушу сошла?

— Я прививку сделала. Вчера. — Ответила Рада и стрельнула глазами в сторону моей жены. Оля подошла к Раде.

— Рада, всё надеешься Марка заарканить?

— Оль, а давай я второй женой ему стану? Он мужчина сильный, а ты же беременная⁈ Ему что, целибат себе объявлять?

— Ну знаешь что, Рада!

— Тихо. Вы с ума, девчонки, сошли? Нашли о чём говорить! — Покачал я головой. Лида подняла руку, требуя внимания. Она смотрела на доктора. Тот сначала пытался проморгаться, словно ему что-то попало в глаз. Потом стал тереть.

— Тебя же Зотикус зовут? — Он кивнул. Лида говорила с ним по-английски. — Не три глаз. Не три, говорю. — Зотикус перестал тереть. Лида осмотрела его глаз. Просмотрела на меня. — У него сосуд лопнул.

— Значит точно попался.

— Да. — Согласилась она. Между собой мы говорили по-русски. Лида вновь взглянула на Зотикуса. — Доктор, Вы заражены. Где у вас лаборатория? Мне надо посмотреть какая у вас аппаратура. Пригодна ли она для производства вакцины? Я привезла всего четыре пробирки. Этого не хватит для вакцинации всех жителей. Центрифуга есть? Микроскоп? — Зотикус кивал, держась за глаз. Она ещё называла какие-то аппараты. Потом они пошли в лабораторию.

— Ждите здесь. — Сказал я всем остальным. — Димитрис, надо объявлять карантин. Никого из больницы не выпускать, кроме нас. На нас эта зараза не действует.

Димитрис с кем-то связался по рации, отдал приказ о оцеплении больницы.

— Мне тоже нельзя выходить? — Спросил он.

— Да. Надо убедится, что ты чист. Здесь ждите. В палату не заходить.

Я прошёл вслед за Лидой и Зотикусом. В лаборатории Лида взяла кровь у доктора. Образец поместила под микроскоп. Смотрела. Через некоторое время отодвинулась от микроскопа. Взглянула на меня.

— Посмотри, Марк.

Я подошёл к микроскопу. Взглянул в окуляры. В крови доктора был вирус, похожий на тот, который я видел ранее. Тёмные тела, выпускавшие руки-щупальца. Они захватывали кровяные тельца. Я посмотрел на Лиду.

— Я такое видел. Вы с Софьей мне показывали.

— Да. Но есть принципиальное отличие. Эти плодятся гораздо быстрее. А значит захват всего тела носителя происходит тоже быстрее. Поэтому инкубационный период и сократился. Как я и говорила, этот штамм вируса гораздо агрессивнее. Ладно, посмотрим, как наша вакцина среагирует на врага. Она — взяла на кончик одноразового шприца капельку вакцины и поместила в кровь доктора под микроскопом. Вновь приникла к микроскопу.

— Ничего себе! — Выдохнула она, продолжая смотреть в микроскоп. Помахала мне рукой, чтобы я подошёл. — Марк, смотри. — Освободила мне окуляры. Я приник к ним. Капля крови доктора превратилась в поле битвы. Золотистые ромбы вируса штамма Люси атаковали вирусы штамма мантикор. Одних сразу сожрали, но часть образовала что-то типа оболочки. Золотистые ромбы окружили такие оболочки. Я удивлённо взглянул на Лиду.

— Не понял??? Они словно защиту выработали?

— Что-то в этом роде. — Теперь уже Лида смотрела в окуляры. Спустя некоторое время он отпрянула.

— Марк! — Я придвинулся к микроскопу. Смотрел. Золотистые ромбы пробили сначала оболочку одного вируса и разорвали её. Это было что-то. Потом точно так же непрерывно атакуя оболочку другого, пробили и её.

— Слушай, знаешь, на что это похоже? — Смотрел на вирусолога.

— На что?

— На сцену из исторических фильмов. Когда осаждающие пытаются тараном пробить стену или ворота. И в итоге, пробивают.

Лида смотрела в окуляры.

— Точно, похоже. Ай да молодцы.

Лида оставила микроскоп. Смотрела на меня.

— Они вышли на новый уровень. Штамм вируса мантикор будет совершенствовать средства защиты, так как не может в прямом противостоянии одолеть штамм Люси.

Я пожал плечами.

Они будут совершенствовать средства защиты, а наши будут совершенствовать средства нападения. Это извечное противостояние секиры и кольчуги, снаряда и брони. Броня совершенствуется, но и снаряд тоже. В итоге, снаряд всегда пробивает броню. Таран выносит ворота и разрушает стену.

— А если они научаться противостоять нашему штамму?

— Лида, наш штамм тоже совершенствуется. Они отрастили оболочку. Наш малыш моментально с ориентировался и пробил её. Наверное, тоже что-то изменил в себе. Но с этим вы с Соней будете разбираться позже, на Ковчеге. А сейчас надо решить вопрос с производством вакцины. Как ты думаешь, он перешёл уже в стадию воздушно-капельного заражения?

— Не знаю. Но случай с Зотикусом показателен. Он попал ему на кожу лица. В глаз не попал. Рядом с глазом. Но Зотикус оказался инфицированным. Причём, первым на заражение среагировали именно органы зрения. — Она посмотрела на дока. — У вас плазма крови есть?

— Есть. Привезли ещё полгода назад с материка. Да и я организовывал здесь сдачу крови, потом с помощью центрифуги получал плазму. В холодильнике.

— Вот и хорошо. Плазма станет питательным раствором. Плюс надо будет ещё физраствор, для приготовления самой вакцины. — Лида взяла один из одноразовых шприцев. Набрала из пробирки вакцину. Подошла к Зотикусу. — Док, давайте руку. — Зотикус закатал рукав. Лида перетянула ему её жгутом. Он поработал кистью. Вены хорошо обозначились. Лица поставила в одну из них инъекцию. — Док, первое время будете испытывать слабость. Головокружение. Возможно, тошноту и даже боль в суставах, так как Вы инфицированы. Но это быстро пройдёт. Вирус ещё не внедрился в ваш организм сильно, как это было у того несчастного. А я пока начну делать вакцину.

Лида открыла холодильник. Стала вытаскивать оттуда пластиковые упаковки с плазмой. Набирала в этот же шприц вакцину из пробирок и делала впрыск прямо в упаковки. Прокалывая их шприцем. Зотикус показал, где физраствор.

— Надо выждать, как минимум десять часов. — Сказала она.

— Лида, сколько наших вакцинировалось? — Спросил по-русски.

— Половина. На остальных Софья сейчас делает дозы. Я забрала последние четыре пробирки.

Вышел из лаборатории. Народ всё так же толпился в коридоре. Подошёл к ним.

— Лида начала делать вакцину. Ждём десять часов. Потом можно ставить прививки. Зотикус уже получил свою порцию. — Посмотрел на Андрея. — Ты зачем ходил на материк?

— На военную базу нато.

— Вам что, оружия не хватает? — Удивился я.

— Нам то хватает. Но я не только за оружием ходил. Сухпаи натовские взял там достаточно. А оружие, так тут одна группа из Магриба предложила им стволов подкинуть.

— А у них что, в Африке оружия нет? Что-то сомневаюсь.

— Я не знаю. Заказ был, я его и везу. Сюда зашёл сухпаи сгрузить. Да и с Мухаммедом что-то надо было делать.

— Андрей, ты в Суэцкий канал ходил?

— Ходил. Три месяца назад.

— И что там? Пройти можно?

— Забудь. Там пара контейнеровозов затоплено. И ещё куча стоит. Полное дерьмо. Не пройдёте.

— Понял. Действительно, дерьмо. — Кивнул я.

— А вы куда идёте?

— Ищем остров. Чтобы там мантикор не было, желательно вообще никого не было. Но были долины, чтобы можно было фермерством заняться. И чтобы зимы там не было.

— Здесь ты такого не найдёшь. Либо острова маленькие и земля бедная, либо народ есть или муты. Крит не пойдёт, как и Кипр. Сразу тебе говорю. Там муты имеют место быть. Сицилия, Корсикой, Сардиния такая же фигня. Балеарские острова тоже муты. В Эгейском море островов много, но они навряд ли вам подойдут. Одни скалы сплошные. Гористая местность. В Адриатике… Есть там острова, но там тоже ловить нечего. Либо люди, которые с материка сбежали, либо муты. В Тихом океане или в Индийском можно найти такой остров. Но так, как Суэц заблокирован, то идти придётся вокруг Африки. А это не близкий путь.

— Твою мать! — Выругался я. И что теперь делать? Вокруг Африки идти? Знать бы заранее, пошёл бы на бронепоезде на Дальний восток. Андрей смотрел на меня. Потом усмехнулся.

— Слышь, Марк. Вон те три девчонки, они тебе кто?

— Какие? — Я даже не понял, про кого он, так как гонял мысли, куда рвануть⁈

— Ну вон те. Это же твои? — Он указал на Киру, Ольгу и Раду.

— Одна из них моя жена. Вон та. Остальные свободные. Вон ту зовут Кира. А вторую, смугленькую — Рада.

— Цыганка?

— Да. Симпатичная да? — Усмехнулся я.

— Симпатичная. И вторая тоже.

— Губу не раскатывай. Девочки хорошо стрелять умеют. А Рада ещё и ножом неплохо владеет. Когда она училась в институте, ходила к одному спецу, училась ножевому бою. Так что яйца моментально отчекрыжит.

— Какая женщина! Обожаю таких!

— Только они навряд ли здесь останутся. Что Рада, что Кира. Но скажу сразу, Андрей, мужчин у нас не хватает. Женщин больше.

Он внимательно смотрел на меня, потом усмехнулся.

— Я тебя понял, Марк. И вот что скажу. Я знаю, где такой остров, который ты ищешь, есть. Только для этого Атлантику перепрыгнуть надо будет.

— И где это?

— Недалеко от Южной Америки. На этом острове никто не жил. Кроме двух смотрителей. Один там менялся раз в месяц, а второй жил постоянно, вместе с семьёй. Там есть и долины, и лес, и горы. Среднесуточная температура +25 по Цельсию. Перепады два-три градуса, не более. Много солнца. Постоянно теплый бриз дует. Электричество для смотрителей там как раз из солнечных батарей и ветряка. Одним словом, вечная весна или вечное лето. Но климат не удушливо влажный, как на Амазонке. Это благодаря океану. Всего в меру.

— Большой остров?

— Где-то, пятьдесят на тридцать километров.

— А почему там никто не жил, раз, по твоим словам, там чуть ли не рай?

— Остров принадлежит Бразилии. Расположен в ста милях от побережья. Там создали заповедник. На острове какая-то уникальная флора и фауна. Короче остатки от былых эпох. Некоторые растения и животные якобы чуть ли не со времён динозавров. Больше нигде таких нет. Там попугаи живут, которые только на этом острове. Ещё кто-то из птиц или животных. И ещё только на этом острове морские черепахи откладывают яйца. Причём какой-то очень редкий вид этих черепах. Их очень мало, они в красную книгу занесены были. Поэтому там и запрещали жить. Уникальный заповедник. Кроме смотрителей, туда только учёным разным разрешалось ездить, но для этого надо было специальный пропуск и разрешение от правительства Бразилии получить.

— Ты там бывал?

— Да. Один раз. Я тогда подрядился в Бразилии на одно судно сезон отходить. И мы на этот остров группу учёных из пяти человек завозили. Сами мы на остров не сходили, запрещено. Учёных высадили и сразу ушли. А забирали их другие уже.

— Я смотрю, ты много, где побывал. — Он кивнул.

— Да. Походил по свету. Ну а что, молод был. Семьи не было. Я детдомовский. С детства мечтал стать путешественником. Вот и стал, только путешествовал в качестве матроса на разных кораблях. Даже отучился незадолго до всей этой свистопляски на штурмана. Меня пандемия на Кипре застала. Жесть была полная. А потом я сюда попал, на Тортугу и здесь осел.

— Но семьи нет до сих пор?

— Нет. Женщин мало. Мужиков больше. Где жену найдёшь?

— Мужиков больше, чем женщин, я смотрю, это везде так?

— Ну да. Из-за этого и свары идут. Некоторые бабы живут с двумя мужьями. Так что, с женщиной только тут можно время провести. У Марты-бандерши или у Маврикия. Только они держат по борделю.

— То есть, тебя по сути ничего здесь не держит? — спросил его.

— Нет. Ну, если только моя команда. С мной ещё двое наших, русских. Остальные сборная солянка. Француз, итальянцы два, два турка были, сейчас один остался. Африканец один, из какого народа, хрен знает, да я и не выяснял. Ну и всё.

— Чем с тобой хотели расплатиться магрибцы?

— Золото и двух женщин обещали.

— Ты веришь, что они двух женщин дадут?

— А по другому обмена не будет.

— Андрей, сам подумай, если везде так, что мужчин больше, а женщин меньше, разве стали бы они своих женщин разбазаривать? Я думаю, вас просто хотели кинуть.

— Вполне может быть. Сейчас везде один сплошной риск. Закон джунглей. Марк, а почему у вас женщин больше?

— Не знаю, но у нас как-то так сложилось. Мы из Сибири шли, на бронепоезде. Там мужчин меньше, чем женщин. Да по дороге к нам молодые женщины и девушки присоединялись, особенно если мы их фактически из рабства вытаскивали. А так как мужчин мало, то у нас и женщины в руки оружие взяли. Никто безропотной рабыней быть не хочет.

— Это правильно.

— Так может ты с нами пойдёшь? Жену себе найдёшь, среди наших дам?

— Хорошо бы. Я подумаю.

— Думай.

К нам подошла Рада. Смотрела на Андрея. Улыбалась. Он тоже ей в ответ.

— Привет, красавчик. — Сказала она.

— Привет, красавица. Тебе никто не говорил, что ты ослепительно прекрасна?

— Говорили. Особенно когда хотят в койку затащить и желательно без обязательств. Так чего только не наговорят.

— Ну так всё верно. Мы, мужчины чего только женщине, особенно молодой и красивой не наговорим, главное в койку затащить.

— С тобой всё понятно. Ну бывай, красавчик.

— А может погуляем с тобой. Тебя же Рада зовут?

— Рада. Погулять? Даже не знаю. Чего мне с тобой гулять? Перепихнуться что ли? Так на это я всегда желающих найду. Это не проблема, учитывая сколько тут мужиков и сколько нас, женщин. Так что просто секс, не интересен.

— А давай я на тебе женюсь? — Вдруг сделал предложение Андрей Раде. Она выгнула дугой в удивлении брови.

— Да ты что? Женишься? — Он кивнул. — Как мило. И где жить будем?

— Здесь. Я дом построю. Обещаю.

— Не интересно. Так как жить тут меня совсем не прельщает. К тому же как только наши уйдут, сразу небось хозяина включишь так, что придётся тебя зарезать.

— Ух ты какая! Рада, а если я с вами пойду?

— С нами?

— Да.

— Ну если с нами, то тогда можем продолжить разговор. Мужчина ты, я вижу бывалый, симпатичный. Я тоже не страшила. Так почему бы и нет? Так что думай, Красавчик. — Она повернулась и отошла, виляя бёдрами. Мы засмеялись.

В этот момент у Андрея ожила рация.

— Андре, у нас проблема. — Сказал кто-то по-английски.

— Что за проблема?

— Джустино плохо.

— Не понял. Как плохо?

— Короче, его всего трясёт и температура у него высокая.

— Блин. — Андрей посмотрел на меня. — Марк, меня не выпустят сейчас из больницы. Что делать?

— Похоже, дела совсем плохи. Он тоже как-то попался. Чёрт. Жди тут. — Прошёл в лабораторию. Зотикус лежал на кушетке, укрытый белым медицинским халатом. Я посмотрел на Лиду с вопросом.

— Слабость у него. Что-то случилось?

— Случилось. Ещё одному из команды Андрея плохо. Трясёт его и температура высокая.

Лида замерла.

— Неужели началось? Дьявольщина. У меня вакцина готова будет максимум через 10 часов. Не меньше, а может и больше времени понадобится.

— Но на пару доз у тебя осталось?

— Да, на пару осталось.

— Давай тогда шприц с одной дозой. Сходим с Ольгой. Она инъекцию сделает.

— Хорошо…