Вообще остров Манмара идеально бы нам подошёл. Довольно большой. Есть горы и есть низменности, где хорошо заниматься сельским хозяйством. И климат здесь мягкий, зимы нет, можно сказать. Но увы, он был густо заселён. А значит количество мантикор могло быть критическим. Да ещё они мутировали здесь как-то совсем жутко. Конечности могли выворачивать в любую сторону, да ещё эти присоски, с помощью которых они могли передвигаться спокойно по стенам и даже по потолку, как тараканы. Так что от острова отошли на рассвете. Двинулись к проливу Дарданеллы.
Я сидел на самой верхней палубе и смотрел на море. Хороший у нас паром. Был построен в конце 80-х годов прошлого века на датских верфях. В конце 90-х годов прошлого века паром прошёл капитальный ремонт и модернизацию. В начале 2000-х его купила одна итальянская компания. Тоннаж почти 14 с половиной тысяч регистровых тонн. Дидвейт почти 3 с половиной тысяч тонн. Длинна почти 153 метра, ширина 23 метра. Внутри корпуса три уровня, рассчитанные на 470 автомобилей. На палубе в виде палубных построек ещё два уровня, для экипажа и тысячи пассажиров. Имелся ресторан, две сауны, зал для игры в биллиард, спортзал с тренажёрами. А так же бассейн. Внутренние уровни переделали, под стойла для крупного рогатого скота, для мелкого, а так же для птицы. Кроме этого, на уровнях размещали продовольствие, задействовав в том числе и холодильники парома. Но они были не большие, поэтому число холодильных камер увеличили, взяв оборудование на берегу. Ну и места для нашей техники, оружия и боеприпасов осталось много. Хватило всё погрузить и разместить. Как этот паром оказался в Новороссийске, не понятно. Как мне сказал Юрий Николаевич, паром зашёл в порт, когда уже началась пандемия. Экипаж и те пассажиры, которые находились на борту, разбежались. На борту оказалось несколько десятков умерших. И ещё, в чём было преимущество этого парома, его пандус для загрузки находился в корме, а не в носу, как у некоторых паромов. И нос не был застроен палубными надстройками, капитанской рубкой в том числе. Он был свободен. Именно это позволило воткнуть туда башенную артиллерийскую установку.
Зашли в Дарданеллы. По сути, тоже узкий пролив. По берегам много селений. Проходили их спокойно. Василий иногда запускал дрон. Но ничего интересного не увидел. Подошли к самому узкому месту пролива. Возле города Чанаккале. Ширина 1300 метров. По левую сторону находился сам Чанаккале. У его пирсов было настоящее столпотворение яхт, лодок, катеров и кораблей. Как грузовых, так и пассажирских. Все эти суда стояли как попало. Некоторые частично затонули. Похоже, здесь так же швартовались в спешке. Таранили уже стоявшие корабли. Всем было плевать, главное свалить с превратившихся в ловушки кораблей. По правую сторону, на берегу, увидел старую крепость. Натуральный бастион.
— С февраля 1915 года по январь 1916 года тут шли ожесточённые бои в ходе так называемой Галлиполийской операции. Англо-французский флот пытался прорваться к Константинополю и захватить его, выведя Османскую Турцию из войны. Даже десант высадился. Однако англо-французские войска, в конце концов, потерпели поражение и убрались отсюда. Османы за это время потеряли более четверти миллиона человек, безвозвратными потерями. Вон видишь на склоне композиция. Это в честь погибших сделали. — Говорил мне Юрий Николаевич.
Да, всё это замечательно, только экскурс в историю оставил меня равнодушным. Меня гораздо больше волновали три наливных танкера, один сухогруз-контейнеровоз, один просто сухогруз, не понятно, что вёз и большой круизный лайнер. Они стояли по середине самого узкого места Дарданелл. Причём стояли на якорях. Кто-то специально так их поставил. Позади них имелся самый длинный подвесной мост в мире. Его построители и открыли для движения в 2022 году. Всё верно, если, где и строить мост через Дарданеллы, так только здесь, в самом узком месте пролива. Я встал. Рассматривал корабли в бинокль. Никакого движения не заметил. Рядом со мной появились Люся и Лёня. Они тоже смотрели на стоявшие по середине пролива корабли. Вот Люся посмотрела на меня. Её зрачки то принимали ромбообразную форму, то вновь становились круглыми.
— Что сестрёнка? Тебе тоже подозрительно всё это? — Она пристально смотрела на меня, потом указала рукой в сторону кораблей. Зрачки ромбом.
— Капитан, видишь танкеры, сухогрузы и круизный кораблик?
— Вижу. — Кивнул мне Юрий Николаевич.
— Давайте ка тормознём? — Предложил я.
— Марк, но проскочить то можно. Это, конечно, самое узкое место пролива, но не настолько, что пятью, пусть и большими кораблями его можно перекрыть.
— Можно. Вопрос только в том, что под водой, между этими судами? Следующий вопрос, кто их так расположил и зачем? Какова цель? — Я связался с корветом. — Сергей Семёнович, танкеры, два сухогруза и круизный лайнер видите?
— Вижу. Странно расположены. Кто-то специально их так поставил.
— Давайте тормознём. Пошлём птичку. И это, проверить бы, что под водой, между этими судами заграждения.
— Я тоже об этом подумал.
— Сергей Семёнович, и ещё. У меня, похоже, есть пилот на вертушку.
— Это кто?
— Потомок викингов. Свен Эрикссон. Говорит, что летал на натовских боевых вертолётах. Что учили его.
— Ладно. Давай тогда его сюда. Посмотрим, как он справится. Заодно, если поднимется на нашей стрекозе, облёт сделает. Посмотрит, что да как. А корвет с «Ковчегом» пока на месте постоят, двигателями поработают, чтобы течением не сносило. Надо бы водолазов пустить, чтобы глянули.
— А у тебя есть такие?
— Есть, двое. Дайвингом раньше занимались.
— Хорошо. Пусть проверят ближайший к нам проход между танкером и контейнеровозом.
С «Ковчега» к корвету отошла резиновая лодка. В ней повезли Эрикссона. Потом в ту же лодку загрузились двое в водолазных костюмах. Туда же загрузили и баллоны с воздухом. Лодка ушла к танкеру и сухогрузу. Мы ждали, оба судно легли в дрейф. Я смотрел на бинокль. Лодка остановилась. Пара водолазов спиной перевернулись через борт и ушли под воду. Не было их минут десять. Потом я увидел сначала одного, а после второго. Их головы, как поплавки. Они подплыли к лодке. Третий, кто был там, помог им залезть. Через некоторое время со мной по рации связался капитан корвета.
— Марк, плохо дело. Там мины. Рогатые. От одного судна, до другого. Находятся в метре от поверхности. Висят на цепях с якорями. Не пройдём. Что корвет, что «Ковчег», зацепим. Сейчас парни проверят остальные проходы, но думаю там тоже самое.
— Хорошо. Пусть проверят. Может всё же проход есть?
Ждали ещё минут двадцать. Наконец, отозвался по рации вновь капитан корвета.
— Марк. То же самое.
— Понял тебя. Пусть возвращаются. Остальные проходы между судами тоже перекрыты, к бабушки не ходи. Кто и с какой целью перекрыл пролив, не важно. Не знаю и знать не хочу. Но как говорится, умный в гору не пойдёт, умный гору обойдёт. К сожалению, мы не можем обойти гору, значит пойдём сквозь гору, ибо мы наглые до безобразия и сообразительнее самых мудрых мудаков.
— Что ты задумал, Марк?
— Надо проверить второй сухогруз, что ближе к нам. Если есть возможность, запустить двигатели, то просто отгоним его в сторону. Пусть даже он подорвётся. Это уже не имеет значения.
— А если не сможем запустить двигатели? Я думаю, те кто это сделал, предусмотрели такой вариант.
— Тогда взорвём сухогруз. Но надо взорвать его так, чтобы он лёг на бок. Взрывчатка у нас есть. Осталось найти такого, чтобы правильно произвёл подрыв, а не абы кабы. Какая глубина тут?
— Сто метров.
— Отлично. Если сухогруз ляжет на дно, да ещё боком, мы спокойно пройдём. Я буду готовить группу для высадки на сухогруз. Что там наш пилот?
— Разбирается с птичкой.
— Пусть разбирается. На лодке пусть водолазов высадит на корвет и к нам двигается.
— Понял. Отбой.
Я связался по внутренней связи с Антоном.
— Антон, зайди в капитанскую рубку. — Вскоре к нам зашёл Антон. В камуфляжной майке с коротким рукавом. Таких же штанах, в ботинках с высокой шнуровкой, с пистолетом в набедренной кобуре и ножом в чехле на поясе.
— Что случилось?
— Фарватер перегорожен кораблями, как видишь, между ними морские мины, углублённые на метр от поверхности воды. Так что не пройдём. Обойти не сможем. Поэтому, пойдём прямо. Видишь сухогруз?
— Вижу. С право от него пассажирское судно, слева танкер.
— Выдвинемся на сухогруз. Если есть возможность, попытаемся завести его силовые установки и отодвинем в сторону.
— Если там мины, как ты говоришь, он подорвётся.
— На это наплевать, главное, чтобы он освободил проход. Чтобы мы могли проскочить. А если запустить его двигателя не получится, подорвать самим. Здесь глубины порядка ста метров. Нам хватит. Но взорвать надо бы так, чтобы сухогруз лёг на дно на бок.
Антон смотрел на сухогруз. Потом кивнул.
— Это можно сделать. Взрывчатка у нас есть. Нужен сотовый, чтобы выставить таймер. Либо что-то другое, что может отсчитывать время. Минут на пять-семь. За это время успеем свалить.
— Тогда давай готовится. Пойдём я, ты, Люся и Лёня. И ещё моторист. Чтобы посмотрел на счёт запуска двигателей. — Антон кивнул.
— Согласен. Остальные пока не готовы. Люди из группы Василия, как и он сам пока никакие.
— И ещё, ты внимательно смотрел на мост?
— Что с ним не так?
— На нём машины. Но не просто так стоят, их специально поставили так, чтобы они словно баррикаду образовали по бокам моста, на всю его длину. С нашей стороны точно. Как с другой, не знаю. Не вижу. Надо бы дрон поднять, пусть посмотрит, что там и как. А то у меня нехорошие ощущения, как бы нам с верху какую-нибудь гадость на головы не сбросили.
Антон приложил свой бинокль к глазам. Смотрел на мост.
— Согласен. Слишком кучно стоят вдоль всего борта моста. Некоторые даже поставлены на другие машины.
Я обратился к капитану «Ковчега».
— Юрий Николаевич, что скажите о сухогрузе?
— Это сухогруз, балкер. Судно для перевозки сыпучих грузов.
— И что там может быть?
— Да всё, что угодно. Песок, гравий ещё что-либо. Даже зерно. Пшеница, например, кукуруза, чечевица и так далее. Либо он пустой. Если взрывчатку закладывать изнутри, то это машинное отделение. Либо в отсеках, но в том случае, если он пустой. А так только машинное отделение.
— Понятно. Ладно. Антон, пошли экипироваться.
Вернулись каждый в свою каюту. Я надел бронник. На него разгрузочный жилет. Пристегнул набедренную кобуру, сунул в неё «глок». Сунул в карманы разгрузки пару магазинов к карабину. Автомат решил не брать. На корабле ограниченное пространство, если что, особенно в машинном отделении. Автомат там только даст рикошет. Так что, пусть остаётся. Проверил нож на поясе. На всякий случай взял пару гранат. Одну РГД и одну Ф-1. Вроде всё. В каюту зашла Ольга. Смотрела на меня.
— Марк, ты куда?
— На сухогруз.
— Я тоже с тобой.
— Лёль, ты нет. Возьми лучше снайперскую винтовку и с Кирой займите позиции так, чтобы держать под прицелом всю палубу балкера.
— Какого балкера?
— Сухогруза. Такие сухогрузы называются балкеры. Мне Юрий Николаевич это пояснил. В них перевозят сыпучие грузы. Песок там разный, гравий, зерно и прочее.
— А что вы там делать будете?
— Попробуем запустить двигатели, чтобы отодвинуть его.
— Зачем? Пусть себе стоит. Между ним и другим судном мы же можем пройти.
— Не можем, в том то и дело. Мины там. Круглые, рогатые. Видела такие в фильмах? На цепях закреплены с помощью якорей на дне. Сами мины заглублены на метр. С поверхности их не видно, но если пойдём, подорвёмся.
— А кто их поставил и зачем? — Ольга удивлённо смотрела на меня.
— Солнышко, сие есть великая тайна, кто их поставил. Но ещё большая тайна, зачем и с какой целью их поставили. Могу только догадываться, чтобы закрыть проливы, наверное. Но с какой целью, не понятно. Но нас это уже не должно волновать. Нам надо пройти, и мы пройдём. Хочет кто-то этого или нет. — Я взял шлем с забралом ЗШ-1−2МР. Был у меня такой ещё дома его себе подобрал и иногда, уже в походе, я его надевал. Этот шлем в своё время активно использовали в войсках МВД, позже в Росгвардии. Особенно мне нравилось в нём его поликарбонатное двойное забрало. Это была последняя версия шлема перед всей этой случившейся катастрофой. Имелась у него и встроенная гарнитура, как у «Алтына» и разъём для подключения рации. Подключил её.
Надел шлем, застегнул ремешок. Карабин забросил себе за спину. Взял в руки арбалет и мачете в ножнах, которое специально приготовил для Лёни.
— Пошли, чудо моё. — Подхватил Ольгу под руку.
— Почему чудо? — Спросила она, идя рядом.
— А кто ты, Лёля? Натуральное чудо в перьях. Да к тому же ещё и горе моё луковое. И вредное.
— Я уже не вредная, Марк. Я исправилась.
— Исправилась, исправилась. Винтовки возьмите дальнобойные. До сухогруза метров триста. Может чуть больше. И с Кирой свяжись.
Подошли к капитанскому мостику. Там меня уже ждал Антон. Тоже экипированный. За плечами рюкзак. Но вместо шлема бандана.
— Чего шлем не надел? — Спросил его.
— Так обойдусь. Где Люся с дружком?
— Сейчас. — Взял в руки микрофон внутренней связи. — Люся, Лёня, вы где? Бегом на капитанскую рубку. — Посмотрел на Антона. — Сейчас появятся. — И точно, вскоре в рубку зашла сладкая парочка. Люся смотрела на меня вопросительно. Подошла, потянулась ко мне. Потёрлась носом о мой.
— Люсь, идёте с Лёней с нами. — Подошёл к парню. Повесил ему на перевязи мачете, закрепив на спине, над левым плечом. Отрегулировал. Показал, как выхватывать. Что Лёня тут же и сделал. Смотрел на мачете во все свои глаза. Зрачки то и дело становились ромбовидной формы, то вновь круглой. Держа мачете в руках, вновь посмотрел на меня. Я усмехнулся. — Нравится? Смотри, мачете острый, как бритва. Себя не порань и других, кого нельзя. Остальных можешь пластать на ленты.
Люся с интересом смотрела на оружие своего дружка. Потом перевела взгляд на меня. Показала на мачете, потом прижала руку к своей груди.
— Ты тоже хочешь? — Спросил её. Все, кто был на капитанском мостике улыбались, с интересом наблюдая за нами. — Люся, вернёмся назад, я тебе тоже дам такое же. У меня ещё есть. — Попытался убедить её. Но похоже, девочка упёрлась. Я даже не ожидал от неё таких эмоций. Она посмотрела на Лёню. Протянула руку к мачете. Тот сделал шаг назад и спрятал свою игрушку себе за спину. Смотрел на свою подружку с вызовом, мол отдыхай, это моё, не дам! Люся насупилась. Да мать моя женщина! Ещё не хватало, чтобы они подрались из-за железяки. Антон заржал. Ольга тоже засмеялась.
— Марк, блин, сейчас подерутся. Что-то ты не подращитал. — Смеясь сказал Марк. Меня такая фигня стала напрягать. Было не до смеха. Ещё не хватало, чтобы эти две натуральные машины для убийства начали выяснять отношения на высоких тонах.
— Люся, ну что за детский сад, вторая группа, трусы на лямках? У тебя нож есть. Отдай Лёне, а он тебе мачете даст. — Предложил я. Но Люся прижала рукой нож к телу. Вторую руку продолжала тянуть к Лёне. — Да твою дивизию, Люся.
— Правильно, Люся. — Улыбаясь сказала Ольга. — Настоящая женщина, у которой всегда должен быть эксклюзив. И ни у кого больше.
— Очень смешно, Оля. Иди возьми второй мачете. В каюте у нас. Для себя готовил. Но придётся отдать. Люся успокойся. Сейчас Лёля принесёт тебе. — Посмотрел на Антона. Тот продолжал усмехаться. — Не думал, что Люся такая завидущая и жадная до этих девайсов. Самое что интересное, но огнестрел её вообще не интересует. А вот режуще-рубящих инструмент пожалуйста. За милый мой у неё идёт.
— Скоро она себе коллекцию собирать начнёт, беря пример с тебя, Марк. Ты же всё себе тащишь, как хомяк.
— Оружия много, как и денег, не бывает. — Парировал я. Антон весело кивнул. Вскоре вернулась Ольга. Принесла второй мачете в ножнах с перевязью и снайперскую винтовку «Сумрак». С ней в рубку зашла и Кира. У этой в руках была её любимица, СВДК. Снайперская винтовка Драгунова крупнокалиберная. Я посмотрел на винтовку в руках жены.
— Лёль, уверена, что из этой стрелять надо? Справишься?
— Ну мы же стреляли уже из неё. — Пожала она плечами. Кира усмехнулась, глядя на меня.
— Справится, Марк. У неё хорошо получается. Свен занимался с ней с этой винтовкой.
— Ладно. — Кивнул я. Посмотрел на капитана. — Юрий Николаевич, моториста надо. Хотя отставить. Вали где?
— Хочешь его задействовать? — Спросил Антон.
— А почему нет? Он в двигателях хорошо разбирается. Тоже механик хороший. Я думаю, запустить двигатели сухогруза сможет или посмотреть, всё ли с ними в порядке.
Вызвал Вали. Я сразу велел ему экипироваться. Брать его было рискованно. Когда он зашёл в рубку, спросил его:
— Вали, что у тебя насчёт сыворотки Люси?
— Я не знаю, Марк.
— Боишься, что ли?
— Если честно, то да, боюсь. Вдруг стану албастой.
— Вали, ты албастой станешь, если не сделаешь прививку. А с прививкой ты гарантированно не станешь. И даже если тебя ранит албаста или укусит, не станешь одним из них. Посмотри на меня, на Антона. Мы же не стали албастами. Хотя меня вообще они, можно сказать на британский флаг порвали. Я, по сути, ещё на койке лежать должен, в себя приходить, после того, что случилось в Дагестане. А я уже бегаю. И теперь те, кто без прививки, на берег вообще сходить не будут. А нам мехводы нужны будут. Так что думай, Вали. Да, скажу ещё кое-что. — Я усмехнулся. — В сексуальном плане, твой потенциал значительно повысится, раза в два, как минимум. Отвечаю. Вон у жены моей спроси. Она подтвердит.
Мы с Антоном засмеялись. Ольга тоже. Вали смотрел на неё. Она кивнула.
— Да, Вали. Это было нечто! — Продолжала смеяться. Кира смотрела на Ольгу удивлённо.
— Оль, что правда, что ли? Хотя Марк и так здоровый, как конь.
— А сейчас, Кира, он ещё здоровее. И знаешь, что самое интересное?
— Что?
— Нам женщинам даже прививку ставить не надо. Переспи с мужиком, который уже привит. Не предохраняйся при этом и всё. Ты уже одна из них. Правда и бебик тебе будет обеспечен.
— Да ладно? — Кира недоверчиво смотрела на мою жену.
— Не веришь, спроси Соню с Лидой. — Ответила Ольга.
— То есть, Оль, ты уже всё, беременная? — Ольга кивнула. — Но ты же хотела забеременеть, когда на место придём⁈
— Кир, ну мало ли, что я хотела. Знаешь же, человек предполагает, а Господь располагает. И никакие противозачаточные не помогут, против привитого мужика! Если только презерватив.
— И сколько уже? — Допытывалась Кира.
— Не знаю. Я вообще пока ничего не чувствую. Но Лида сказала, что она поняла, что беременная спустя неделю, как они с Антоном переспали. Я думаю, что тоже через неделю пойму. Неделя ещё не прошла.
— Так может ты не беременная?
— Нет. Соня с Лидой сказали, что я однозначно попалась. Люся иди сюда. Дай я на тебе ножны закреплю.
Ольга закрепила ножны с мачете у Люси на спине, чтобы рукоятка торчала над левым плечом. Хотя для Люси это было не принципиально. Она одинаково владела, что левой, что правой руками. У неё, как и у Лёни разделения на правшей и левшей не было. Люся тут же выхватила своё новое оружие.
— Спокойно, Люся! — Воскликнул я. — Не надо махать этим свинорезом. Зацепишь кого, не дай бог.
Люся смотрела на Лёню с превосходством, даже улыбалась. Он смотрел на неё спокойно.
— Ну, красавцы, насмотрелись друг на друга? Теперь мечи свои в ножны и нам пора. — Сказал им. Помог обоим засунуть мачете в ножны. Люся тут же опять выхватила клинок. Но вновь засунула назад, попав с первого раза в ножны. Я кивнул. — Умница. — Лёня, глядя на подружку, проделал тоже самое.
— Знаешь, Марк, я, наверное, тоже прививку поставлю. — Сказал Вали, глядя на Люсю и её дружка. — Ты не соврал насчёт повышения… Ну ты понял⁈
— Не соврал. Ольге очень это по душе пришлось. А после тебя, Гуле не надо будет прививку ставить. Антон, взрывчатку взял?
— Взял. В рюкзаке. И пару сотовых забрал у народа. Так что таймер установлю на подрыв.
— Кто-то ещё мобильники таскает? — Удивился Вали.
— Их, как фотоаппараты используют и для снятия видео. — Пояснил Антон. — Марк, от корвета лодка подошла.
— Пошли. — Сказал я и направился из рубки. Сели в лодку впятером. Плюс боец, который управлял ей. Подплыли к сухогрузу. Я оглянулся. Что на корвете, что на «Ковчеге» народ высыпал на палубы, смотреть шоу, как будут взрывать судно. Об этом все уже знали.
Я зарядил арбалет специальной «кошкой» с закреплённой на ней верёвкой с узлами. Поднял арбалет и выстрелил. «Кошка» перелетела через борт. Я дёрнул за верёвку. Нормально, крюк зацепился там за что-то. Первой, как обезьяна полезла Люся. За ней Лёня. Потом я. За мной Антон и последним Вали. Когда я перелез через борт и вступил на палубу, Люси и Лёни уже не было в пределах видимости. Забрало на шлеме пока не опускал. Перехватил поудобней карабин. Подождал остальных.
— Интересно, он полный или пустой? — Задал я вопрос, больше себе, чем кому-либо.
— Да, очень интересно. Если полный, то взрывать придётся машинное отделение. А значит погружаться будет кормой вниз.
— Если будет. Там же перегородки.
— Точно. Между бункерами. Марк, может лучше рвануть вон тот, пассажирский?
— Посмотрим. Давай уж проверим этот. Заодно узнаем, что везёт, если везёт что-то.
Прошли в капитанскую рубку. Стали смотреть документацию. Вали тем временем изучал приборы. Что-то включил. Приборы ожили.
— Во, значит аккумуляторы ещё не сдохли. — Сделал вывод Антон. — Вали, попробуй запустить двигатель.
Вали опять нажал кнопку «Launch», то есть «Запуск». Ничего не произошло.
— Не понял? Может не на ту кнопку нажал? — Спросил Антон.
— Да вроде других нет. Только одна кнопка «Запуск». Надо в машинное спускаться. Смотреть, что там. — Ответил Вали. В рубку заскочили Люся с Лёней. В руках держали по мачете. Лезвия чистые, значит никого не рубили и не пластали. Смотрели на нас.
— Что, друзья мои? Всё проверили? Чужих нет? — Спросил их, усмехнувшись. Сначала Люся, а потом и Лёня засунули свои свинорезы в ножны. Опять выскочили. Стали носится по палубе, то появляясь, то исчезая.
— Вот молодцы. Никаких забот. Накормили, напоили, дали побегать, а если есть возможность, то и порезать на ленты албаст, в качестве развлечения, и никаких проблем. — Засмеялся Антон.
— Да пусть себе бегают. А то они уже весь «Ковчег» облазили. В каждый уголок и в каждую дыру залезли. — Махнул я рукой. Спустились в машинное отделение. Буферные батареи находились на своих местах. А вот стартерных не было. Мы некоторое время тупо пялились на пустые места для аккумуляторов.
— Так вот почему он не запустился. Мать его. — Наконец, выругался Антон. — А с этих, буферных можно запустить двигателя?
— А бог его знает. — Пожал я плечами. — Это надо специалиста. Давай на верх. Посмотрим, что везёт.
Покинули машинное отделение. Вернулись на капитанский мостик. Проверили пульт управления. Нашли кнопки открытия бункеров. Включили. Слава богу, буферные батареи работали, правда были разряжены на три четверти. Потом пошли на палубу. Я заглянул в первый бункер от кормы. Стоял опять и тупо пялился. Бункер был полностью заполнен зерном. Антон, заглянув туда, присвистнул.
— Ни хрена себе. Зерно. — Он слез в низ. Зачерпнул горсть. — Марк, это пшеница.
Я смотрел на богатство и у меня в душе моментально активизировалась большая, зелёная, пупырчатая жаба. Мать моя женщина, полный бункер пшеницы. Это сколько же тут тонн? Я быстро вернулся в капитанскую рубку, оттуда в судовую столовую, или как там она называется. Нашёл полиэтиленовые пакеты. Вернулся назад к бункеру. Попросил Антона взять образец. Сам прошёл к следующему. Тоже пшеница. Мать, мать вашу. Да у меня сейчас сердце разорвётся. Слез сам. Взял пару горсточек, высыпал их в пакет. Завязал его. Ручкой, которую всегда таскал с собой написал: «Бункер № 2». Следующий бункер. Кукуруза. Следующий, тоже кукуруза. Там тоже взял по образцу. Подписал пакеты. Ещё один, последний. Стоял всматривался, даже слез вниз в бункер. Это, что за фигня? Зелёного цвета, похожа на горох, но не горох, однозначно.
— Это чечевица, Марк. — Услышал я сверху. Поднял голову. На меня смотрели Вали и Антон. Тут же стояли Люся и Лёня. — У нас такую выращивают. — Добавил Вали. — Очень питательная. Одна из древнейших культур, которую стали выращивать люди, как только занялись земледелием.
Я кивнул, взял образец. Вылез из бункера.
— Вали, ты не смотрел на датчики? Топливо есть?
— Есть, но мало. Четверть от объёма.
— Марк, что ты задумал? — Задал вопрос Антон.
— Антон, ты понимаешь какой это стратегический запас? Мы только на этом на одном можем жить хрен знает сколько⁈
— Я понимаю всё. И спрашиваю тебя, что ты намерен делать?
— Антон, а если нам угнать отсюда балкер?
— Марк, ты в своём уме? Угнать! Ага, как будто это мотоцикл или катер. Ты посмотри какой он длинный. А у нас спецов нет. Люди есть, а спецов нет, особенно вот для такого судна. Кто его поведёт?
— Да тут надо то, пара человек.
— В смысле, пара? Ты с ума сошёл?
— Антон, смотри, один человек механик, смотреть за двигателями. Вали справится. Второй рулевой. Ему только надо идти след в след за корветом. Мы пойдём вслед за балкером, прикрывая его с кормы. 'Ковчег не боевой корабль, но всё же вооружения на нём есть. Артиллерийская установка на носу. ЗУ-23–2 и С-60, плюс пулемёты. Пулемёты мы можем и здесь установить. На всякий случай. Пару тройку штук у каждого борта. Бойцов дадим. Заодно они и как простые матросы поработают. Но оставлять такое тут, это натуральное преступление. Кто знает, что там впереди будет.
Антон и Вали долго смотрели на меня. Молчали. Я тоже. Антон, в итоге, покачал головой.
— Вот ты и хомяк, Марк. Хомячишь всё подряд. Оружие, продукты, золотишко, скот.
— Ладно, пусть я хомяк. Но ты сам то понимаешь, что это такое?
— Понимаю. Но мы не можем разорваться. На корвете не полная команда, которая положена по штату. Но даже среди тех, кто составляет якобы команду, нормальных спецов раз-два и обчёлся. Остальные любители. По сути балласт. Их учить и учить.
— Повторюсь, Антон. Здесь нужен моторист и рулевой. И пара тройка человек на подхвате. То, что балкер большой, понимаю. У нас «Ковчег» тоже не маленький.
— Марк, на «Ковчеге» настоящий капитан, который моря исходил вдоль и поперёк. А здесь кто будет? Нет у нас больше капитанов и нормальных рулевых.
— Ладно, Антон. Давай сделаем перерыв.
Я связался с капитаном «Ковчега».
— Юрий Николаевич, тут такое дело, короче, на судне нет пусковых батарей. Завести двигатель с кнопки не можем. Может есть какой-то выход?
— Посмотрите, возможно, там имеется пневматический запуск двигателей. Сжатым воздухом. Это как раз на тот случай, если электрический пуск не сработает.
— Пневмо? Там должны быть тогда компрессоры?
— Да. На панели посмотрите. Там должен быть переключатель электропуска на пневмо.
Мы с Вали вернулись в капитанскую рубку. Стали смотреть панель приборов. Всё написано по-английски. Но я понимал английский. Переключателя не нашли на пневмо. Пришлось спускаться в машинное отделение. Компрессоров не нашли. Я вновь связался с Юрием Николаевичем.
— Николаич, приём.
— Слушаю.
— Переключатель на панели не нашли. Проверили машинное. Компрессоров нет.
— Значит, здесь отсутствует запуск сжатым воздухом. Тогда остаётся одно, запустить двигатели механически. Это должно быть. Стартер пружинный. Его надо взвести. И с помощью него завести двигатели.
— Понял.
— Марк, проверьте, топливо то есть? И уровень масла в двигателях.
— Топливо есть. Четверть от нормы. Масло сейчас проверим.
Проверили. Масло имелось в достатке. Вали первым нашёл пружинный стартер. Он был частью двигателя.
— Смотри, Марк, похоже, вот этим надо взводить пружину. Потом сюда давим на кнопку и он срабатывает. Попробуем?
— Подожди. Давай лучше проверим пассажирское судно. Что там и как? Может у него двигатели запустить можно сразу?
— Хорошо, давай.
Поднялись на палубу. Антон ждал нас. Я позвал Люсю с Лёней. Вылезли откуда-то, где располагались каюты. Оба что-то жевали, похрустывая.
— Люся, а что мы едим? Ты чего опять нашла? — Спросил её. Она мне протянула пару галет. Довольно улыбалась. Я попробовал. Ничего, есть можно. Антон хохотнул.
— А молодец, Люся. Красавцы натуральные. Обязательно что-нибудь найдут в топку закинуть. Голодными явно не останутся. — Я, глядя на Люсю и на её дружка, покачал головой.
— В лодку садимся. — Взглянул на Антона. — Посмотрим пассажирское.
— Как скажешь.
Вернулись в лодку. Подошли к круизному лайнеру. Вновь выстрел из арбалета. «Кошка» за что-то крепко зацепилась. Первой, как до этого на балкер, залезла на судно Люся. За ней Лёня. Потом я, за мной Антон и последний Вали. Круизный корабль, это не сухогруз. Здесь кают и других помещений гораздо больше.
— Вали, держись рядом с нами. — Сказал я, перехватывая поудобней карабин. Люси с Лёней видно не было. Уже успели куда-то исчезнуть. Хотя чего удивляться? Судно было большим. Я даже не понял, сколько тут палуб. Шариться по всему лайнеру мы не планировали, а то точно застряли бы тут до утра следующего дня.
Зашли в капитанскую рубку. Вали нашёл кнопку пуска двигателей. Нажал. Ожидаемо, ничего не произошло. Зато тут был переключатель на пневмопуск. Переключил. Посмотрели давление воздуха в компрессоре. Приборы показывали норму. Здесь тоже топливо имелось. Но мало.
— Ну что, заводить будем и направлять на мины или так взорвём? — Спросил Антона.
— А может проще сделать? Откроем кингстоны и всё. Судно и утонет. — Предложил Антон.
— Точно. Открыть кингстоны. Подожди, а если заслонки закроются, между отсеками? Я помню, в «Титанике» это показывали. Там кочегары из-за этого погибли. Выскочить не успели. А если и здесь так же произойдёт?
— Понятия не имею. Тогда есть ещё предложение. Взорвать цепи якорей, кормовой и носовой, на которых стоит судно. В проливе течение, оно и отнесёт судно в сторону.
— А вот это очень здравая мысль. — Ответил я. — Давай так и сделаем.
Антон наложил взрывчатку на цепи. Выставил время на таймере взрывателя. Хорошо, что сладкая парочка — Люся с Лёней тёрлись рядом с нами, а не бегали по круизному лайнеру. Мы сели в лодку и отплыли. Успели доплыть до корвета, как сначала рванула носовая якорная цепь, а потом и кормовая. Я увидел дрон в воздухе. Мы всё ещё сидели в лодке, как лайнер стало сносить. И тут у его противоположного борта сработала мина. Судно содрогнулось. Его продолжало сносить и оно начало крениться на правый борт, у которого и взорвалась рогатая. Прогремел второй взрыв. Лайнер опять вздрогнул и ещё больше стал крениться. Наконец, опрокинулся на бок. Смотреть такое эпическое зрелище вышли на палубы корвета и «Ковчега» все, кто там находился.
— Знаешь, что меня тревожит? — Сказал Антон, глядя на тонущий лайнер.
— Что?
— А где те, кто всё это тут нагородил?
— Понятия не имею. — Пожал я плечами, тоже глядя на тонущий корабль. — Ты думаешь, что появятся после такого?
— По идее должны. Иначе зачем вся эта петрушка?
Я взял рацию.
— Внимание, корвет.
— На связи.
— Полная боевая готовность. На случай, если пожалуют авторы этой всей городьбы. «Ковчег»?
— Слышим.
— Вы тоже, полная боевая готовность. Особенно артиллерийским расчётам.
— Поняли. Полная, боевая готовность.
Подплыли к «Ковчегу». Нам подали трап. Оказавшись на палубе, связался с матерью и Станиславом. Сказал, чтобы пришли в капитанскую рубку. Вскоре подошли мама, Стас и Георгич.
— Марк, что случилось? — Спросила мама.
— Вон тот сухогруз, который балкер, как назвал его Юрий Николаевич, доверху загружен зерном. Два бункера полны пшеницы, два кукурузой и один чечевицей. — Сказав это, посмотрел на маму и на Стаса.
— Зерновоз? Полный? — Переспросил Стас. Я кивнул.
— Полный. Представляете на сколько нам его хватит? Я захватил образцы с каждого бункера. — Выложил их на стол. — Надо проверить, зерно живое или нет. А то может оно всё уже, кончено?
Стас забрал образцы.
— Я отдам их Софье. Пусть она посмотрит и определит. Но я тебя понимаю, Марк. Зерновоз полный зерна, это очень значимый актив. Что ты предлагаешь?
— Предлагаю увести его. — Ответил Станиславу.
— И как ты себе это представляешь, Марк? — Спросил меня Георгич.
— Нужен механик для обслуживания двигателей. Дать ему кого-нибудь в помощники. И рулевой.
— Допустим, механика мы найдём. Слава богу, у нас есть люди, которые разбираются в двигателях. Но где взять рулевого? Сухогруз, да ещё такой большой, в пять бункеров, это не жигули.
— Давайте думать. И как-то пытаться решить эту проблему. Но просто так оставить такое, это я даже не знаю. Можно сказать проведение нам в руки даёт такое, а мы пройдём мимо, даже не попытавшись?
— Юрий Николаевич, а Вы что скажите? — Обратилась к капитану мама.
— Балкер большой. Вывести его оттуда, это довольно непростая задача. Там ведь мины вокруг.
— А Вы бы как сделали? — Спросил его я.
— Выходить из этой ловушки собственным ходом смертельно опасно. Вероятность, что зацепим рогатую, процентов 90. Но сначала надо проверить, проход открылся, после того, как круизный лайнер затонул или нет? А то начнём ворочать балкер, а окажется, что всё напрасно.
— Согласен. — Кивнул я. Связался с капитаном корвета. Попросил его водолазов проверить проход. Потом посмотрел на Юрия Николаевича.
— Капитан, так всё-таки, выход есть или нет?
— Выход всегда есть, Марк. Оставить балкер и уйти. Но я вижу для тебя это наихудший выход. С одной стороны, ты прав. Зерновоз, доверху набитый зерном, это очень значимый ресурс. Сейчас оставшиеся люди подъедают остатки былой роскоши. Скоропортящиеся продукты давно испортились. Продукты более длительного хранения, тоже уже портятся. Остались очень длительного хранения. Но и они, если нет условий для такого хранения, тоже приходят в негодность. Сельское хозяйство становится приоритетом. Но тут проблема в виде албаст или по другому мантикор. И этот балкер нам по идее очень нужен. Из пшеницы можно делать муку, а это хлеб и все сопутствующие продукты. Та же пшёнка. Да много чего, вплоть до макарон, спагетти и вермишели. Из кукурузы тоже много что можно делать. Чечевица, вообще очень полезная и питательная. Что не маловажно в наших условиях. С другой стороны, мы рискуем. Где те, кто всё это устроил? Чем больше мы тут задерживаемся, тем больше повышаются риски. Нам надо уходить. И не факт, что мы сможем вытащить балкер.
— Вывод? — Задал я вопрос.
— Если вытаскивать балкер, то с помощью второго судна. Это единственный выход, Марк. Например, корветом. Кинуть трос на нос балкера и попытаться развернуть, а потом вытянуть его. И когда она окажется на свободной воде, завести двигатели. Только так. Но риск того, что он подорвётся на мине, во время его разворота, очень высок. Рулевого, я думаю можно найти. Я сам пойду на нём. С «Ковчегом» справится парень, Михаил, которого я натаскивал. Времени мало, конечно, прошло. Но он справляется.
Я посмотрел на маму, Стаса и на Георгича.
— Ну что, так и сделаем? Если получится вытащить, значит нам повезло. Если нет, значит пойдём дальше. Жалко, конечно, будет. Но мы сделали всё, что могли.
— Я за. — Сказал Стас.
— Ладно, я тоже за то, чтобы попробовать. — Сказала мама. — Ну не получится, значит не получится.
— Тогда можем считать, что решение принято. — Констатировал Георгич. — Трос найдётся у нас, чтобы зацепить зерновоз. Главное, чтобы корвет справился.
Связался с капитаном корвета.
— Сергей Семёнович, что с проходом?
— Нормально. Круизное судно расчистило проход. Можем идти. Только что водолазы наши доложились.
— Это хорошая новость. Но есть ещё кое-что. — Я объяснил ему проблему и задачу, которую надо выполнить. — Сергей Семёнович, Вы как на это смотрите?
— Дело хорошее, конечно. Давайте попробуем. Если что, трос просто скинем и всё.
— Согласен. Тогда трос мы зацепим на носу балкера. Потом вам передадим, второй конец. Дальше сами должны понять, как вытаскивать.
— Да понятно уже всё. На себя ювелирно тащить. Мы постараемся. Судя по всему, позади балкера пара мин стоит. Главное их не зацепить и те, что с боков.
— Давайте. А мы пока вы тащить будете, постараемся прикрыть вас.
— Не суетись, Марк. Мы сами в состоянии себя прикрыть. Ладно, давайте трос.
Поехали вновь к балкеру уже втроём. Я, Антон и тот, кто управлял лодкой. Наверх поднялся я. Сбросил вниз верёвку. Антон привязал к ней трос. Я поднял. Антон тоже залез на палубу. Закрепили с ним трос на носовой части. Потом вернулись к корвету. Они подняли второй конец троса. Пока мы катались, корвет успел развернуться и стоял кормой к зерновозу в пятидесяти метрах от него. Мы отошли от корвета. Сидели в лодке. Я волновался. Как, впрочем, и Антон, просто он старался не показывать это. На корвете взвыл ревун, сирена. Заработали его винты. Он двинулся. Трос натянулся. Корвет чуть тормознул и немного просел. Постепенно пошёл на самом малом ходу вперёд. Нос балкера стал разворачиваться. Медленно, но разворачивался в нашу сторону. Я замер. На палубы «Ковчега» вывалил народ. Все пассажиры. Я даже сам не понял, как от волнения сжал кулаки…
… Нос балкера разворачивался. Подводная часть носовой части стала сближаться с миной, застывшей в метре от поверхности воды. Рогатая смерть ждала, затаившись. Сближение продолжалось. Два метра… Полтора метра… Метр… Полметра… Тридцать сантиметров… Двадцать…. Десять…
…Я смотрел и молился. Господи, пронеси. Еже си на небеси, да святиться имя твое, да придёт царствие твое…
Корма судна остановилась в двадцати сантиметрах от рогатой мины. Замерла… И стала удаляться… Тридцать сантиметров… Полметра… Метр…
Балкер выходил. Когда он выпрямился за корветом, я выдохнул. Твою мать! Получилось. Я готов был заорать. Антон тоже улыбался.
— Марк, вот ты жучило! КрасавчЕГ. Настоял на своём! Ты реально, прирождённый мародёр! Это же надо, столько зерна хапнуть! — Он засмеялся. Я тоже. На «Ковчеге» народ радостно кричал. На корвете тоже. Махали руками.
Корвет вывел балкер на чистую воду. Трос отцепили. Юрий Николаевич, оставив вместо себя своего ученика, перебрался на зерновоз. Туда же пошёл и Вали с женой. Я тоже туда пошёл.
— Оль, собираемся.
— Куда? — Она смотрела на меня непонимающе.
— На зерновоз. Будем ставить там пулемёты. Возьмём крупнокалиберные. Американские Браунинги и наши ДШКМ. По два пулемёта на борт. Оль, зерновоз, это наш стратегический запас. Мы будем его охранять до потери сознания. Поняла меня?
— Поняла. Марк, просто здесь более комфортно. Каюта у нас хорошая. Столовая. Тренажёрка. Даже внутренний бассейн есть и парная… — Она замолчала, глядя на меня. У меня щека дёрнулась.
— Добро. Оставайся. Здесь комфорт. Там отстой, хотя каюты тоже есть. Но дело твоё. Не хочешь, не надо. — Связался со своей командой. Попросил их прийти ко мне.
Пока ждал, Лёля пристала ко мне.
— Марк, чего сразу так смотришь на меня?
— Как я смотрю?
— Как на предателя.
— Ты не предатель, Оля. Ты просто женщина. И я понимаю, что там условия чуть хуже, чем здесь. Я всё понимаю. Можешь остаться здесь.
— То есть, ты там один, а тут я одна? Нет, так не пойдёт. Мы же с тобой говорили, в горе и радости, в богатстве и бедности. Я, конечно, не довольна, ворчу. Но, Марк, я всё равно пойду с тобой. Пусть и спать мы будем на палубе. Плевать, главное быть рядом с тобой.
— Спать на палубе не надо, есть каюты для членов экипажа. Есть душевая. Это не сауна, конечно, но мыться можно. Воду только туда в резервуары накачать надо. Возьми с собой своё оружие. Постельное бельё, на всякий случай. Ну ещё возьми свои женские приблуды.
— Какие ещё приблуды?
— Ну я не знаю, какие у вас там есть? Прокладки, трусы… Что ты так на меня смотришь?
— А как мне на тебя смотреть, дорогой мой? Трусы я и так возьму. А прокладки, так они мне ближайшие девять месяцев не понадобятся.
— Почему?.. Так, подожди… Оль, ты, что реально, беременная? Я думал это просто…
— Что просто? Не просто, Марк. Соня и Лида сказали, что однозначно беременная. Просто я ещё этого не почувствовала. Но я возьму, приблуды, как ты сказал. Они не только прокладками ограничиваются.
— Хорошо. Бери, что тебе надо.
Пришли члены моей команды. Я пояснил им, что перебираюсь на зерновоз. С собой возьму четыре пулемёта, чтобы установить по два с каждого борта. Два в районе кормы и два в районе носовой части. Два браунинга из натовского запаса и два ДШКМ из наших уже. Два автомата — АК-12 и АК-15. Американскую снайперскую винтовку М2010. Остальные оставил на «Ковчеге». Ольга забрала свою СВТ и «Сумрак». Из пистолетов взял себе глок и «Гюрзу». Ольга взяла свой ГШ-18. И два карабина КС-К. Со мной пошли Павел, Николай и Артём. Илья тоже хотел, но я его тормознул.
— Остаёшься здесь. У тебя Анна беременная. И ещё, свояк, поставь себе прививку. И без разговоров. Перенесёшь её легко. Болезненнее будет, если тебя мантикора укусит, как вон у Васи с его парнями. Потом займёшься любовью с женой. Ей после этого прививку ставить не надо будет. От тебя получит. Понял?
— Понял.
— Вот и хорошо. Пойдёшь к Лиде с Софьей, они тебе сделают. — Посмотрел на парней. — Вы тоже, если хотите на берег сходить. Но сейчас пока со мной на балкер. Установим пулемёты. Потом по одному будете на «Ковчег» переправляться для вакцинации. Если боитесь, то из команды будете исключены. Это всё, парни.
Пулемёты перевезли, как и БК к ним. Георгич сварил турели, которые по ходу дела закрепили на бортах зерновоза. Накрыли пулемёты чехлами. Простояли ещё сутки. Потом двинулись дальше. Мост трогать не стали. Пока под ним проходили, над мостом постоянно висели пара дронов. Но движения на мосту так и не засекли. Странно всё это. Зачем кто-то всё это нагородил? Смысл в этом? Поняли это гораздо позже. Свен сумел поднят вертушку, когда прошли мост. Взлетел. Постоянно был на связи.
— Внимание. — Докладывал «Викинг», такой ему позывной дали. — Вижу в полумиле отсюда военный корабль. У левого берега. Там какое-то селение. Стоит у причала.
— «Викинг» близко не подходи. Не дай бог собьют. — Сообщил ему.
— Понял.
— Что за корабль? — Задал вопрос капитан корвета.
— Фрегат, типа «Барбарос».
— Разбираешься в типах кораблей? Ты же сухопутный, «Викинг»? — Тут же спросил Сергей Семёнович.
— Я в Турции два года служил, на натовской военной базе. Видел такие фрегаты. У них ещё два типа фрегатов, серия «Явуз» и серия «G».
Носовое орудие корвета повернулось к левому берегу. На «Ковчеге» сделали тоже самое. Вскоре показался фрегат. Он действительно стоял у причала, небольшого селения. Первым шёл корвет. За ним балкер и замыкающим «Ковчег». Я смотрел в бинокль. Ольга стояла рядом со мной и тоже смотрела в бинокль.
— Марк, движение.
— Где?
— Смотри на корму. — Сказала она, продолжая смотреть на фрегат. Я перевёл бинокль на корму. Точно. Увидел, как кто-то метнулся от края кормы к палубной надстройке.
— Внимание, вижу движение. На носовой части. — Услышали по рации голос капитана корвета.
— На корме тоже кто-то есть. — Передал я. Орудие корвета начало стрелять. Снаряды били фрегат в борт, по палубе и надстройке. Первыми двумя выстрелами попали в башенную артиллерийскую установку на носу фрегата. Начала стрелять и носовая пушка «Ковчега». На фрегате что-то загорелось. В какой-то момент я увидел в окулярах бинокля мутанта.
— Прекратить огонь! — Крикнул я в рацию. — Там живых нет. Там мантикоры.
Огонь с корвета прекратился. «Ковчег» тоже перестал стрелять. Пожар на фрегате разгорался. Я увидел ещё двух мантикор. Один выскочил на корму и застыл, глядя на нас.
— Марк, один на корме. — Сказала Ольга.
— Вижу. Возле палубной надстройки ещё один.
— Ага, тоже вижу. На носу видела ещё одного. Хотя это может быть кто-то из этих двоих. Ольга отложила бинокль. Взяла в руки снайперскую винтовку СВЛК «Сумрак». Поставила её на палубу на сошки. Легла. Загнала патрон в патронник. Приникла к оптическому прицелу.
— Марк, хорошая тренировка будет, да, милый?
— Хорошая. Хочешь его снять? Тут больше полукилометра будет. — Мутант продолжал стоять не шевелясь. Смотрел на нас. — Поправку на ветер, Оль. И поправку на наше движение. — Она подкрутила настройку прицела. Десять секунд. Грохнул выстрел. Я смотрел в бинокль. Албасту снесло. Я успел заметить, как верхняя часть его головы словно взорвалась. Я посмотрел на жену. Оставил бинокль и похлопал в ладоши. — Браво, дорогая. Я в шоке, если честно. — тут же захлопали в ладоши Павел, Артём и Николай, которые тоже наблюдали за фрегатом.
— Хороший выстрел, Оль. — Сказал Артём.
— Классный выстрел. — Услышал голос Киры в гарнитуре. — Марк, кто стрелял?
— Как кто, Кира? Твоя напарница по ремеслу убиВцев. Ольга.
— Оля! — Тут же переключилась Кира на мою жену. — Ну ты красава! С одного выстрела на такой дистанции. Со «Светки» стреляла?
— Нет. С «Сумрака». Зачётная винтовка. Мне она сразу понравилась. — Смотрела на меня и самодовольно улыбалась. Я покачал головой. — Что не так, дорогой?
— Да вот, думаю, кровожадная ты, Лёля, становишься. Вот стоял себе албаста, никого не трогал, на нас любовался, на красавцев таких, а ты бац и снесла ему пол черепушки. Не стыдно?
— Не стыдно. Стыдно пусть будет тому, у кого видно. Тебе жалко мутанта?
— Мы все мутанты, Оль, в той или иной степени. Все живые существа, это плод эволюционных мутаций.
— Ерунда. Этот албаста, скорее всего, закусил кем-то из экипажа этого корабля. — Ответила Ольга.
— Ты права. Я думаю, что экипаж совершил ошибку. Они пристали к берегу. А к берегу приставать нельзя. На берег можно высаживаться только с лодок. Возможно, они тут базировались. Если так, то скорее всего они и наворотили все эти баррикады, что на воде, что на мосту. Решили контролировать пролив. Идея не плохая, но увы, слишком рискованная. Если бы мутантов не было, то было бы идеально. Контролировать пролив, брать плату за проход. Но они не учли до конца проблему албаст-мантикор. И это стоило им жизни. Возможно даже сначала мутантов в округе не было. Появились неожиданно и застали всех врасплох. Первых кого сожрали, это наблюдателей на мосту. А потом и до фрегата добрались. Либо там трап был сброшен на берег, либо они просто с разбега запрыгнули на борт. И всё, трындец всем. В тесном пространстве внутренних помещений фрегата, шансов у экипажа против мантикор не было. Поэтому, ещё раз говорю, корабли к берегу не подходят. Высадка на берег с последующим возвращением, только с лодок. Или с боевых машин, типа БРДМ, БМП, БТР или плавающего танка. — Смотрел на разгорающийся пожар. — Надо бы побыстрее свалить отсюда, пока боекомплект на фрегате не рванул. А то не дай бог до нас что-нибудь долетит не хорошее.
Боекомплект начал взрываться, когда шедший последним «Ковчег» отошёл от фрегата на безопасное расстояние. Самое узкое место Дарданелл мы прошли. Дальше ширина канала стала расширятся. Подошли к порту Кепез на Азиатском берегу канала. Нам нужно было дизельное топливо. Всё же балкер пополнили из запасов «Ковчега», ополовинив наш паром.
В бинокль рассматривал порт. Длинный пирс, вдающийся в пролив. Терминалы, как прямоугольной, так и круглой формы, словно банки. Я понял, что это резервуары, где хранится топливо. Вопрос только — какое? У пирса, по мимо сухогрузов, стояла и парочка наливных танкеров.
— Что скажешь, Юрий Николаевич? — Спросил я нашего капитана и рулевого в одном флаконе.
— А что я скажу. В Кепезе можем заправится. Здесь, среди прочих услуг, по обслуживанию морского транспорта и продают судам жидкое топливо. Видишь круглые терминалы?
— Вижу. Резервуары?
— Да. Склады, так называемые. Так что дизель тут должен быть однозначно.
— Сначала проверим танкеры. Вдруг там дизель есть и можно их запустить и подвести к «Ковчегу» и балкеру. Тогда проще будет. А то не хочу я рисковать, подгонять суда к пирсу.
На судовой кухне, который называется камбузом рулила Гуля, жена Вали, который пошёл на балкер в качестве судового механика. Опускался вечер. Я связался с Антоном:
— Антон, завтра с утра подойдёшь к балкеру на лодке. Пойдём к пирсу, точнее к двум танкерам. Посмотрим, что в них. Нужно дозаправить «Ковчег» и сухогруз.
— Понял тебя. Хорошо. Тут Люся тебя бегает ищет по всему парому. Постоянно подходит к вашей с Ольгой каюте.
— Скажи ей, что завтра она и Лёня идут с нами. Она понимает. Скажи ей, что я на сухогрузе и пусть спать ложится. Завтра утром увидимся.
— Добро.
Увидел Люсю на носу парома. Возле артиллерийской установки. Она смотрела на наш сухогруз. Я помахал ей рукой.
— Марк, — со мной связался Илья, — я поставил прививку. Лида мне поставила.
— Ну и как себя чувствуешь?
— Слабость чувствую. Надеюсь, к утру пройдёт.
— Если слабость пройдёт, завтра утром пойдёшь с Антоном и Люсей. Полная экипировка. Но, Илья, если слабость не пройдёт, останешься. Ты меня понял?
— Понял.
Ночь прошла спокойно. Все три наших теперь уже корабля стояли на рейде порта Кепез. Я смотрел в ночную темноту, в которую погрузился азиатский берег Дарданелл. Ни одного огонька на суше. У нас на кораблях горело немного освещения, только на палубах парочка фонарей — в носовой части и в кормовой, и всё. С парнями разбили ночь на вахты. Ещё днём на балкер, как только подошли к порту и решили задержаться, привезли пусковые аккумуляторные батареи. Это чтобы не дергать пружинный стартер. Вали и Юрия Николаевича от вахт освободили. Они должны быть отдохнувшими.
Поужинали тем, что приготовила Гуля. Картошка с мясом. Лепёшки, которые она испекла, пусть и не в тандыре. Чай. Не богатый рацион, но очень питательный.
— Марк, я чечевицу замочила. Утром сварю похлёбку из неё с мясом, с картофелем и овощами. Будет очень вкусно, обещаю. — Сказала она.
— Добро. Попробуем. А то, если честно, я блюда из чечевицы как-то ещё не пробовал. — Ответил ей.
— Ну из гороха то ел? — Спросила она, улыбаясь.
— Ел, конечно. Гороховый суп, гороховую кашу с тушёнкой. Особенно в поездках в лес. Очень вкусно.
— Ну вот. Что-то типа того, из чечевицы.
Я лёг в нашей с Олей каюте, которую мы с ней выбрали сами. Я лёг первым. Лежал на спине, блаженно закрыв глаза и прикрыв их согнутой в локте правой рукой. Ольга скользнула ко мне в постель, чуть позже. Прижалась. Стала гладить по груди.
— Марк, ты уже всё, спать собрался?
— А что Лёля хочет? Любви или просто секса?
— Марк, не будь грубияном. Лёля хочет всё. И любви, и секса. — Её рука сместилась с моей груди и пройдясь по животу, проникла под резинку моих трусов. Ухватилась за моё хозяйство. Оно в её ручках стало напрягаться. Убрал с глаз руку и открыл глаза. Увидел блестящие глаза жены и её улыбку. Смотрели друг на друга, улыбались. Вот Ольга села на постели на коленки.
— Марк, оцени, какая на мне ночная рубашка!
— Я вижу. Она хотя бы зад тебе прикрывает или только поясницу?
— Прикрывает. Вот нет в тебе никакой романтики. Нет, чтобы сказать, какая я красивая и неотразимая.
— Ты самая прекрасная и неотразимая. Словно солнышко. Я уже почти ослеп. У меня солнечные зайчики в глазах мельтешат. Можешь даже не снимать… Хотя нет, лучше сними свои тряпки.
Она вздохнула и сняла через голову свою ночнушку. Под ней у Ольги ничего не было. Потом она стащила с меня трусы. И залезла на меня. Поёрзала, устроилась, впустив в себя меня. Даже глаза прикрыла от удовольствия.
— Я чувствую, Лёля, ты уже готова к любви.
— Давно уже готова. Ты ещё раздевался, а я уже мокрая была. Все представляла, как мы с тобой любовью занимаемся. Марк, за грудь меня возьми. Поласкай её. — Взял её груди в обе ладони, сжал. Она охнула и начала двигаться. — Да, любимый, сильнее… Я тебя обожаю, моё чудовище.
— Почему я чудовище? — Задал ей вопрос, сжимая соски между пальцев.
— А кто ты после вакцинации? Натуральное чудовище. У тебя зрачки ромбом сейчас, Марк… Боже, как хорошо…
Смотрел на неё. Переместил руки на её бёдра и сжал их. Глаза жены были закрыты. В какой-то момент она открыла их и посмотрела на меня. У неё у самой зрачки имели ромбовидную форму. Весь её вид излучал удовольствие и наслаждение. Она облизала свои губы язычком. Хищно, словно тигрица посмотрела на меня.
— На себя посмотри, дорогуша. — Прохрипел я, насаживая её поглубже на своё хозяйство и прижимая её бёдра к себе.
— Конечно, — простонала она, — с кем поведёшься, от того и наберёшься… — Наклонилась и впилась в мои губы своими, в страстном поцелуе…
Уснули далеко за полночь…
Утром успели позавтракать, как со мной связался по рации Антон.
— Марк, мы к вам идём. Ты готов?
— Готов, подходите. Люся с тобой?
— Со мной. Куда же без неё и её дружка? Самые первые в лодку залезли. И Илья ещё идёт.
— Хорошо.
Я был уже одет и экипирован. Бронник, пистолет «глок» в набедренной кобуре. Карабин и запасные магазины в разгрузке. На голове шлем. Мы стояли с Олей у борта балкера, обращённого к «Ковчегу». Я скинул верёвку с узлами. Хотел уже перелазить через борт, как появилась Люся.
— Люся⁈
Она ловко взобралась по верёвке, перепрыгнув через борт. Ольга засмеялась.
— Люся потеряла тебя, дорогой. Любит она тебя. Жить без тебя не может, Марк. Смотри, а то заревную.
Девчонка осмотрела меня. Потёрлась своим носом о мой.
— Люсь, ты чего? — Усмехнулся я. Над бортом показалась голова Лёни. Он тоже перелез через борт. Люся не обращала на него внимания. Взяла меня за руку. Стояла улыбалась. — Всё нормально. Целый я. Видишь? Полезли назад в лодку. — Посмотрел на жену. — Не надо ревновать. У нас с ней родственные чувства. Я её люблю, как сестру. Она меня, как брата. А для такой любви у неё вон, Лёня есть. Два сапога пара.
Ольга подошла к Люсе. Погладила её по голове.
— Люся, девочка наша, ты случайно не беременная? — Спросила Ольга девчонку, поглаживая её и улыбаясь. Люся улыбалась в ответ.
— Это почему ты решила, что она беременная? — Спросил я Ольгу удивлённо.
— А ты ничего не замечаешь за своей сестрёнкой? Посмотри, у неё грудь стала больше.
Я внимательно посмотрел на Люсю. Вроде бы…
— Ты уверена, что у неё грудь больше стала? Вроде такая же маленькая была.
— Марк, поверь, стала больше.
— И поэтому ты считаешь, что она беременная? — Я продолжал смотреть на Люсю.
— Я уверена в этом.
Люся тем временем. Одной рукой держась за мою руку, второй погладила Ольгу по животу. Смотрела на мою жену и продолжала улыбаться.
— Ну вот. Если Люся меня погладила по животу, значит я тоже в залёте. Правда я ещё ничего не чувствую, а вот Люся уже как-то это видит.
— Ладно, специалисты по беременностям. Полезли в лодку.
— Марк, может я тоже с вами пойду?
— Пойдёшь, но позже. Нас и так там много для одного танкера. Лучше винтовку приготовь и займи позицию, на всякий случай.
— Как скажешь.
Я спустился в лодку, как и Люся с Лёней.
— Илья, ты точно хорошо себя чувствуешь?
— Да. Вчера была слабость, а сегодня уже всё хорошо. Даже лучше, чем раньше.
Подошли к первому танкеру. Выстрелил из арбалета, забросив на борт «кошку». Подёргал. Нормально, зацепилась. Первой вскарабкалась Люся, за ней её дружок. Потом я, Илья и Антон. Когда я взобрался на борт танкера, Люси с Лёней уже на палубе не было. Шустрые какие. Подождал Антона и Илью. Прошли к кормовой надстройке, где находилась рубка управления. Внутри чувствовался запах разложения. Нацепили на лица медицинские маски, пропитанные одеколоном. Зашли в саму рубку. Здесь никого не было. Стали искать бумаги на груз. Наконец, Антон нашёл. Стоял читал их. Я глянул ему через плечо. Всё верно, текст на английском.
— Мазут, мать его. — Произнёс он. И передал бумаги мне, указав, где говорилось о характере груза. Всё верно, мазут. Я бросил бумаги на пол.
— Зачем столько мазута? — Задал вслух вопрос, больше самому себе. Антон пожал плечами.
— Может быть на ТЭЦ какую привезли. А ещё некоторые корабли до сих пор ходят на мазуте. Я слышал, что мазут вроде мешают с дизелем. Получается гибрид.
— Предлагаешь нам тоже смешать? А какова пропорция? И пойдут ли наши двигателя на этом гибриде?
— А я откуда знаю? — Ответил он.
— На фиг. Лучше не рисковать. А то не дай бог кончим двигателя и что делать будем? На вёсла перейдём?
Антон с Ильёй засмеялись. Я тоже улыбнулся.
— Мля, представил, как «Ковчег» на вёслах идёт. — Смеясь, ответил Антон. — Это жесть!
Люся с Лёней посмотрели на нас удивлённо. Я качнул головой.
— Всё нормально, дорогая. Это мы так, шутим. — Посмотрел на Антона. — Надо искать дизель. А пока, пошли, посмотрим лучше камбуз и каморку судового врача.
— Уверен, что каморку врача смотреть надо? — Спросил Антон. И я даже увидел его ухмылку под маской. — Чувствуешь, как тухлятиной несёт?
— Просто заглянем и всё. Мало ли, может бинтов возьмём. Не лишние будут.
— А на камбузе что искать будешь?
— Продукты, которые ещё не испортились. Это тоже лишним не будет. Даже если там только одна пачка макарон. Сейчас жалею, что круизный лайнер не прошмонали на эту тему. Там, я думаю, много чего взять можно было бы.
— Ладно, пошли.
Нашли каюту судового врача. На ней имелась табличка с красным полумесяцем. Заглянули. Никого нет и трупов тоже. Нашли бинты, ватные и марлевые тампоны. Разные лекарства. Гипсовые бинты для фиксации переломов. Хирургические инструменты. Всё забрали с собой. Пусть девчонки разбираются, что можно использовать, а что выкинуть. Потом прошли в камбуз. Тут тоже никого не было. Нашли кофе в зёрнах. Консервы. Половина из них были вздутыми. Брать их не стали. Забрали то, что казалось нормальным. Потом разберёмся. Крупы, макароны, сахар, чай. Нашли мешок муки, но он был вскрыт. Брать не стали. Весь хабар разложили по тактическим рюкзакам, которые брали с собой. Сунулся в пару кают, но открыв их тут же закрыл. Вот откуда несло падалью. Там лежали разложившиеся останки людей. В закрытом помещении, да ещё на жаре. Трындец аромат, сдохнуть можно, хотя вроде мы уже привычные.
Вышли на палубу. Там находились и Люся с Лёней. Они посмотрели на нас. Я снял маску.
— Всё проверили, сладкая парочка? — Улыбаясь спросил их. Люся улыбнулась в ответ своей фирменной улыбкой с зубками своими. Подбежала ко мне. Погладила по груди. — Всё нормально. Немного прибарахлились. Поехали на следующий танкер.
Танкер стоял метрах в ста от нашего. Спустились в лодку. Первой, как обычно Люся, за ней Лёня. А мы следом. Всё повторилось как обычно. Арбалет, «кошка» и верёвка с узлами. Первой Люся поднялась на борт, потом Лёня. В этом танкере гнилой плотью не воняло. Прошлись по каютам, заглянули в камбуз и к судовому врачу. Везде полный голяк. Никого и ничего. Ни разложившихся трупов, ни медицинских препаратов, бинтов, тампонов и прочего. Камбуз тоже был пуст, кроме вскрытой пачки чая.
— Похоже, давно стоит. У меня смутные подозрения, что танкер пустой. Успел слиться ещё до всего. — Сказал Антон. По документам, обнаруженным в рубке управления, танкер вёз дизтопливо, то, что нам было нужно. Проверили емкости. Увы, облом. Пусто.
— Я так и думал. — Произнёс Антон. — Надо на берег, к терминалам. Там по любому есть.
— Не хотелось бы на берег. — Ответил я ему.
— Смотри сам. Доливать всё равно надо, как в сухогруз, так и в «Ковчег».
— Да я знаю. Ладно, давай на берег. Пробежимся. Надо только запросить, чтобы дрон послали. Проверить сверху, что там и как? — Я связался по рации с «Ковчегом». Попросил послать дрон к терминалам порта. Вскоре к порту прошло два дрона. Мы ждали.
— Марк, приём. — Услышал в гарнитуру.
— Прочесали территорию с терминалами. Никакого движения не увидели. Тихо, как на кладбище.
— А сейчас везде кладбище. — Усмехнулся я. — Спасибо. Выдвигаемся к портовым терминалам. Пусть один дрон повисит.
— Хорошо.
Прежде, чем залезть в лодку, провел инструктаж Люсе с Лёней.
— Так, дорогие мои. Слушаем оба. Тебя, Люся, это касается особо. От меня никуда не отходить. По порту не бегать, как угорелые. Люся, ты меня поняла? — Смотрел ей в глаза. Её зрачки становились то круглыми, обычными, то обретали форму ромба. Она коснулась моего плеча рукой. Это был знак, я словно услышал: «Да, я поняла». Я кивнул. — Спасибо, Люся. Вы, конечно, оба с Лёней крутые до невозможности, но сила силу ломит, если уродов окажется слишком много. И я даже не знаю, какие они здесь. А то что-то слишком много, в последнее время, их разновидностей появилось. Какой ещё фокус вирус выбросит, не знаю. Поэтому, дорогая моя, держись рядом. Ты будешь рядом, значит и Лёня будет рядом. Он за тобой вторым номером везде.
Когда грузились в лодку, Антон сказал:
— Марк, всегда удивлялся. У тебя с Люсей какая-то своя, особая связь. Ты её слышишь, так ведь?
— Да, что-то в этом роде. Это после противовируса появилось. Когда мне антидот поставили.
Подплыли к пирсу. Вылезли на него. Что мне понравилось, так это трубы, которые шли от терминалов, по всей длине пирса. По трубам, как я понял, поступало топливо, либо в терминалы, когда приходил танкер с грузом, либо с терминалов, когда на заправку вставало то или иное судно.
— Замечательно. Можно сказать, натуральная АЗС. Только морская. — Сказал я, высаживаясь на пирс.
— Ну да. — Кивнул Антон. Наши кораблики будем подгонять к самому дальнему концу пирса. Там цеплять в разъёмы шланги, по которым пойдёт топливо. Даже к самому причалу не обязательно подходить. Теперь осталось найти терминал с дизелем, подключить его к системе и открыть вентили. Электричества нет. Поэтому придётся делать вручную. Ну что, пошли?
— Пошли. Илья, предельное внимание. Нормально себя чувствуешь?
— Нормально. Даже лучше, чем раньше, я уже говорил.
Люся с Лёней далеко не убегали. Крутились рядом. Но в какой-то момент оба замерли. Мгновение и в их руках оказалось их же оружие. Причём, Люся в правой руке держала нож, в левой мачете. Лёня держал свой мачете в правой руке. Оба смотрели в сторону терминалов. И оба застыли так, словно перед стартом. Тела напряжены, готовые в любой момент сорваться и унестись, как марафонцы по беговой дорожке.
— Похоже, сладкая парочка почувствовала албаст. — Сказал Антон.
— Согласен. Ты сам чувствуешь что-либо? — Спросил его.
— Есть такое. Не то, что чувствую, но некое беспокойство. Дискомфорт. А ты?
— Я пока ничего не чувствую. Может надо ближе подойти. А у тебя Илья? Чувствуешь «диких»?
— Пока нет. Но я совсем недавно прививку поставил.
Я смотрел на Люсю с Лёней. За всё это время, когда он появился у нас, парень поплотнел. Резче обозначились мышцы. Они нарастали у него довольно быстро. Мало того, в первый день, когда его в бессознательном состоянии принесли в вагон, Софья замерила его рост. Он был 170 сантиметров. Два дня назад, Софья вновь измерила рост у парня.
— Марк, представляешь, Лёня подрос. Четыре сантиметра. У него сейчас 174! — Сказала она мне.
— Я тоже заметил, что он словно выше стал. И посмотри, бицепсы, трицепсы, пресс у него обозначились довольно заметно. Не то, что тот доходяга, которого мы увидели в Казахстане. — Ответил я ей. Вот и сейчас смотрел на них. А ведь Люся и правда тоже изменилась. И грудь вроде стала больше, пусть и не значительно. И вроде бы бёдра чуть больше, самую малость и как-то округлились. Оба были одеты в кожаные шорты, кожаные жилетки. На запястьях у обоих кожаные наручи с заклёпками. На ногах кеды. Вообще Лёня адаптировался гораздо быстрее, чем Люся. Хотя это возможно, происходило и благодаря именно Люси. Он смотрел на неё и брал пример. Сейчас они оба смотрели в сторону терминалов. В обычной обстановке они бы уже давно сорвались и унеслись исследовать новую, незнакомую местность и обстановку. А тут стояли. Люся чётко выполняла поставленную перед ней мною задачу — никуда от нас не уходить, находится рядом. Вот она повернула голову, посмотрела на меня. Я смотрел в её глаза, она в мои. У обоих нас зрачки стали ромбовидные. Реальность дрогнула, и я вдруг чётко увидел. Около одного из закруглённых сторон терминала стояли, замерев, двое. Оба лысые. Глаза полностью чёрные, никакого белка не было. Носы приплюснуты и ноздри вывернуты, как у обезьян. На них какие-то грязные обрывки одежды. Понял, что одна из этих тварей женщина. Вернее, была когда-то женщиной. Увидел женские груди, но довольно маленькие. И один мужчина. Он чуть выше и его мускулы, которыми было перевито его тело, больше, чем у самки. Хотя и у неё тоже не слабые. Когти на пальцах рук. Небольшие, но острые и толстые. Такими вспороть брюхо, как нечего делать. Но в отличии от обезьян, у них не было шерсти. Кожа имела коричневый оттенок. И ноги не были короткими и кривоватыми, как у горилл, орангутанов и прочих приматов. Ноги у них были длиннее. Самка потянула отвратительным носом, принюхиваясь. Глухо заворчала. Откуда-то сверху спрыгнула ещё одна тварь. Такая же. Понял, что этот тоже был когда-то мужиком. Самка опять заворчала. И указала рукой. Понял, что указывала она на пирс. Оба самца напружинились. Ничего себе! Ими самка рулит! Весело! Картинка исчезла. Люся смотрела на меня. Я кивнул.
— Спасибо сестрёнка. Ты мои глаза. — Посмотрел на Антона и Илью. — Значит так, там трое албаст. Два самца и самка. Рулит самцами самка. Она отдаёт приказы. Самцы здоровые под два метра. Мощные. И ноги длинные. Значит хорошо бегают.
— Уверен, что их только трое? — Спросил Антон.
— Не знаю. Люся мне показала только трёх.
— Знаешь, Марк, у меня какое-то нехорошее чувство.
— У меня тоже. Но что делать? Нам топливо надо. Мы можем и дальше пойти, вопрос только, а где и когда найдём место, где можно будет пополнить запас солярки? Не знаешь? Я тоже, Антон, не знаю. Поэтому надо попытаться здесь залиться насколько можно.
— Если их только трое, мы их помножим на ноль. — Вставил свои пять копеек Илья. — И Люся с Лёней тоже не слабые бойцы и не когтями работают и зубами, а железом.
— Ладно, чего вату катать? Пошли. Не попробуем, не узнаем. Иммунитет у нас от их укусов есть. Даже если зацепят нас. Не так страшно. Главное, не дать себя сожрать. — Сказал я парням. Приклад карабина упёрся в плечо. Снял карабин с предохранителя. Патрон в патроннике. Рюкзаки мы оставили в лодке, чтобы не мешали. Антон закинул карабин за спину. Достал из кобуры пистолет, «Беретту — М9». Держал её обеими руками. Мы двинулись по причалу к терминалам. Люся с Лёней двигались впереди нас, но не отрывались далеко, максимум на двадцать шагов. Двигались плавно, готовые в любое мгновение ускорится и крутили головами по сторонам. Причал закончился. Чуть дальше и с левой стороны располагалось длинное, прямоугольное здание. Возможно, это склад, а так же конторы администрации порта. За ним виднелись круглые резервуары терминалов, в каких хранят топливо и прочие продукты нефтепереработки. С правой стороны тоже имелись такие же круглые резервуары, но гораздо дальше. Пошли к тем, что левее от нас располагались. Напряжение нарастало. Подошли ближе. Увидели надпись на ближайшем: «Fuel oil».
— Мазут, мать его. — Выругался Антон. — Что в следующем?
Двинулись ко второму резервуару. Подошли ближе. Надписи не видно. Стали обходить. А вот и надпись: «Diesel fuel». Я облегчённо выдохнул.
— То, что надо. Антон, контролируем прилегающую местность. Илья, открывай вентиль на резервуаре. Видишь его?
— Вижу.
— Всё, пошёл. — Мы с Антоном разбежались в разные стороны от вентиля. Большой такой. Люся и Лёня крутились рядом. В какой-то момент замерли и рванули за резервуар.
— Антон, приготовились, албасты! — Крикнул я. Илья пытался в это время открыть вентиль. За этими большими резервуарами находился ещё один, поменьше. И рядом с ним два ещё меньше. Что в них не знаю. Да и не обращали уже внимания. На верху резервуара с мазутом мелькнула фигура и тут же скрылась. За самим резервуаром, возле которого мы находились, раздался вой, потом визг, который, казалось, ударил по ушам. Там Люся с Лёней сцепились с кем-то из мутантов.
— Марк! — Услышал вопль Ильи. Резко повернулся к нему. — Не получается. Помоги.
Закинул карабин за спину. Подскочил к свояку. Вцепился в вентиль. Напряглись. В этот момент грохнул сухо выстрел из пистолета. Стрелял Антон. Потом ещё один. Кто-то завизжал.
— Давай, Илюша, напрягаемся, твою дивизию. Мы должны эту хрень открыть.
— Марк, а если он пустой? — От натуги Илья покраснел.
— Тогда всё будет плохо. — Мы вновь навалились на вентиль. Он чуть дрогнул, немного провернулся и застыл. — Да, сука такая! — Заорал я. Огляделся. Увидел толстый кусок арматуры или что-то подобного. Подбежал, схватил его. Стрельба со стороны Антона нарастала. Вот он быстро сменил магазин. Отстрелянный упал на землю. Около Антона увидел двоих албаст, дохлых. А за резервуаром вопли, визг и вой увеличились. И кричала не одна тварь, а несколько. Ни хрена себе трое! Да тут не трое, твою душу. Рванул со всех ног к вентилю. Вставил его в вентиль и упёр нижний конец арматуры в трубу. Надавил на него. Илья тоже напрягся со своей стороны. Вентиль вновь дрогнул и пошёл помаленьку.
Как мутант оказался позади Ильи, я не понял. Словно из ниоткуда. Хватать карабин времени не было. Ослабил нажим на арматуру. Выхватил её. Одной рукой схватил Илью за бронник и рванул на себя. Рванул так сильно, что он перелетел через трубу и грохнулся на землю.
— Марк! — Крикнул он и тут же заткнулся. Время замедлилось. Я кинулся навстречу мутанту. Он на меня. Словно в замедленной киноленте. У меня в руке кусок арматуры, как дротик. Вогнал его в грудь албасте со всего маху. Металлический штырь пробил его, но не остановил. Он в меня врезался. И мы покатились по земле. Я упёрся ему руками в нижнюю челюсть. Забрало шлема у меня от удара опустилось, закрыв лицо. Кусок штыря упёрся мне в бронник. Хорошо, что надел, иначе сам бы им проткнулся. Албаста оказался сверху на мне и с размаху ударил меня когтями по шлему. Голова загудела, как колокол. Но шлем выдержал. И даже забрало не разлетелось на куски. В этот момент голова монстра разлетелась на куски, одновременно по ушам ударил грохот выстрела. На какие-то мгновения я замер. Кровь с кусками мозга мутанта залила мне забрало. Я скинул тело с себя, вскочил. Поднял забрало. Мать вас всех, уроды! Грохнул ещё один выстрел карабина. Илья вёл огонь по ещё одному. Ему понадобилось два выстрела, чтобы разнести чудовищу голову. — Марк! — Она смотрел на меня глазами с ромбовидными зрачками. Но по нему было видно, что он в шоке. Я выдернул металлический прут из тела дохлого мутанта.
— Стреляй давай. — Крикнул ему и вновь вставил окровавленную арматуру в вентиль. Навалился. Вентиль пошёл легче. Потом уже крутил руками до упора. Грохот выстрелов нарастал. Что со стороны Ильи, что со стороны Антона.
— Марк, уходить надо. Их тут, как тараканов! — Заорал он, стреляя в появляющихся мутантов.
— Всё, уходим. Я открыл вентиль! Где Люся?
— Не знаю. Марк, уходим.
— Уходите. На причале я видел шланги. Подсоедините к самому дальнему фланцу. И пусть сухогруз подходит метров на двадцать к причалу.
— Марк, уходим! — Подскочил ко мне Антон. — Ты с ума сошёл?
— Мне надо найти хотя бы Люсю. Без неё я не уйду. — Переместил карабин из-за спины. — Антон, уходите. Надо заправить сухогруз и «Ковчег». Быстрее. Это приказ, майор!
— Приказ, мать твою. Илья, побежали. — Они рванули на причал. Из-за резервуара появился албаста. Выстрел, голова в куски. Упал откатившись, заскрёб своими конечностями. Я кинулся туда, куда убежали Люся с Лёней. По пути застрелил ещё двоих. Мля, и правда, сколько же их тут? За резервуаром было настоящее месиво. Изрубленные в куски тел албаст-мантикор. Везде кровь, кишки. На меня кинулся очередной монстр, выстрел, даже не целясь. Левое плечо и левая часть головы взорвались кровавым фонтаном. Но я уже не обращал внимания.
— Люся! — Заорал я что есть мочи. — Люся! Ко мне! Люся!
Сначала увидел Лёню, он выскочил из-за среднего резервуара. Был весь в крови. С ног до головы. С другой стороны резервуара выскочила Люся. Тоже вся уделанная. В правой руке нож, в левой мачете. У меня словно тяжесть с души свалилась.
— Лёня, Люся, уходим быстро. Быстрее. — Показалось ещё двое албаст. Одного пристрелил я, второго рубанул, разваливая на две части голову, Лёня. Мы бросились бежать к причалу. Антон и Илья уже добежали до конца причала и стали подсоединять толстый штанг к фланцу трубы. Там тоже был вентиль. Сухогруз издал длинный и протяжный гудок. Двинулся к нам. У пулемётов правого борта, которым и подходил балкер к причалу, стояли парни. Мы все трое бежали со всех ног. Я оглянулся на ходу. Мать перемать. За нами скачками неслись с десяток монстров. Но я увидел, что к причалу стекаются ещё албасты. У меня под шлемом волосы, пусть и короткие, но встали дыбом. Это мы что тут разворошили???
Балкер разделяла с причалом полоска воды метров двадцать-двадцать пять. В лодку залез Илья. Антон сунул ему конец с шланга с фланцем. Илья завёл двигатель лодки и одной рукой, прижав к себе шланг, второй управляя лодочным мотором поплыл к сухогрузу. Антон начал стравливать шланг. Парни на сухогрузе начали стрелять из пулемётов по албастам на причале.
— Не стрелять! — Заорал я. — Потом тоже самое крикнул в гарнитуру. — Не стрелять. Юрий Николаевич, пусть перестанут стрелять. Они мне тут все трубы перебьют и продырявят…
…Ольга заняла позицию. Перед этим сбегала в каюту и принесла ещё дополнительно свою СВТ-40 к «Сумраку», положила рядом. Дальнобойная снайперская винтовка СВЛК-14С стояла уже на сошках на крыше палубной надстройки с рубкой управления сухогрузом. Патрон в патроне. Идеальная позиция. Рядом в упаковке лежали патроны к «Сумраку». Здесь же Ольга положила свою СВТ-40 и запасные, снаряжённые патронами, магазины к ней. Легла, устраивая себе лёжку. Несмотря, что до резервуаров было далеко, всё же выстрелы она услышала. Стреляли часто. В какой-то момент всё стихло. Ольга смотрела в оптический прицел дальнобойной винтовки. Сначала никого не видела. Потом заметила двух человек, они бежали по причалу. Приглядевшись, поняла, что это Антон и Илья. Оба неслись в самый конец причала. А где же Марк? Её сердце бешено заколотилось. Она продолжала всматриваться туда, откуда появились эти двое. Тем временем, Антон и Илья добежали до конца причала. По пути схватили конец длинного толстого шланга. Стали устанавливать его на конец одной из труб, которые протянулись по всей длине причала и уходили к резервуарам терминалов. Наконец, увидела три фигуры. Они тоже бежали на причал. Выскочили на него и рванули со всех ног к самому концу пирса. Ольга с облегчением выдохнула. Это был Марк, а с ним Люся и Лёня. Правда все трое были в крови. Особенно Люся с Лёней. Люся и Лёня притормаживали, чтобы не оторваться от Марка. Ольга видела, как Марк на ходу обернулся и прибавил скорость. Она перевела прицел туда, куда посмотрел Марк.
— Мамочка! Когда же закончится этот ужас⁈ — Тихо проговорила она. За мужем и Люсей с её дружком неслись скачкообразно с десяток мутантов. Здоровых таких. Ольга пару раз глубоко вздохнула и выдохнула. Все мысли вылетели из головы. Мозг заработал, как компьютер. С помощью оптики она сразу определила расстояние. Учла машинально направление ветра, даже сама не поняв этого. Положила палец на спусковой крючок. Задержка дыхания. В прицел попала голова впереди бегущего албасты. Выстрел. Голова монстр разлетелась и тот покатился по причалу, разбрызгивая веер кровавых брызг и мозгов. Толчок приклада в плечо. Передёрнула затвор, выбрасывая пустую гильзу. В этот момент сухогруз начал движение к причалу. Ольга глянула вниз. У правого борта, возле пулемётов встали ребята. Она вновь приникла к прицелу. Сунула в патронник патрон, загнала затвор до упора. Следующий, голова в прицеле, выстрел. «Минус два» — Машинально отметила она. Передёрнула затвор. Гильза вылетела. Сунула новый патрон. Затвор встал на своё место загоняя патрон в патронник. Ещё выстрел. Ольга работала, как автомат. Каждое её движение выверенное. Ни эмоций, ни мыслей, ничего. Острый взгляд, холодная голова и мозги работающие, как надо. Успела уничтожить ещё четверых, прежде чем заработали пулемёты сухогруза. Балкер в этот момент подошёл к причалу максимально близко. Между ними оставалось метров 20–25, не более. Илья уже плыл в лодке со шлангом. Антон стравливал шланг в воду вслед за лодкой. Когда заработали пулемёты, троих мантикор сразу срезали, фактически перерубив их крупнокалиберными пулями пополам. Остальные резко замедлились и повернули назад. Ольга слышала, как с причала что-то кричали. Потом пулемёты замолчали. Сухогруз включил реверс винтов, гася движение. Наконец, балкер остановился. Ольга глянула вниз на правый борт. Илья подплыл к борту. Вставил во что-то конец шланга. Провернул его, закрепляя. Антон и Марк закрутили большой вентиль на трубе. Шланг провис. Юрий Николаевич удерживал судно двигателями на месте.
— Топливо пошло. — Крикнул кто-то внизу на палубе. Ольга вновь посмотрела в сторону резервуаров и тихо выругалась. Оттуда скачкообразно двигались ещё десятка два или три мутантов. Она навелась. Начала стрелять. Не всегда попадала в голову, но хватало и попадания в тело. Всё же калибр в 10,3 миллиметра, это очень серьёзно. Но она не успевала. Они приближались. Ольга встала в полный рост.
— Артём, Николай, почему из пулемётов не стреляете?
— Нельзя, перебьём топливопровод.
— Но что-то надо делать⁈
— Только если стрелять из автоматов. Но ранения на них мало действуют. Надо или в голову, или в сердце.
— Какая разница, пусть это их немного притормозит.
Ольга оглянулась. С другой стороны причала, левым бортом к нему, подходил «Ковчег». У левого борта собрались вооружённые люди. Мужчины, женщины. С автоматами, нарезными карабинами. Мутанты приближались. Ольга взяла в руки СВТ-40. Нацелилась на них. Начала стрелять. Всё же СВТ была автоматическая. Не надо было передёргивать после каждого выстрела затвор. Темп стрельбы Ольги увеличился. Она успела поменять один магазин на винтовке, как албасты приблизились к Марку и Антону на расстояние эффективной стрельбы из гладкоствольного карабина. Марк и Антон открыли огонь. С балкера парни открыли огонь из автоматов. С «Ковчега» тоже. Люся и Лёня напружинились, готовясь в любой момент сорваться с места и кинуться в свалку. Мутанты остановились. Начали метаться по причалу. Их выбивали одного за другим. Огонь был очень плотный и интенсивный. Наконец, потеряв больше половины, они бросились назад. Ольга стреляла им вдогонку, пока не расстреляла третий магазин. Потом опустила винтовку. Марк с Антоном тоже перестали стрелять. Марк отстегнул магазин от карабина. Он был пустой. Засунул его в разгрузку, а карабин закинул за спину. Вытащил из кобуры пистолет. Она поняла, что у мужа кончились патроны для карабина. Стрельба прекратилась. Люся с Лёней сорвались с места и устремились за убегающими албастами. Марк пытался звать их, но они не послушали. Догоняли мутантов и рубили их на ходу так, что в разные стороны летели кровавые брызги.
Балкер наполнялся четыре часа. Потом подсоединили «Ковчег». Сухогруз отошёл подальше от причала. Люся с Лёней вернулись спустя час…
Смотрел на Люсю. Она на меня. Лицо в крови. Не понятно, её или чужой. На лице улыбка.
— Люся! Я по моему тебе кричал: «назад»! Что за самодеятельность? Ты почему не слушаешься? — Я был зол. Люся подошла ко мне и протянула мне руку, сжатую в кулак. Кулачок раскрылся. Я сначала не понял, что она мне показывает? Какой-то камень или ещё что. Он весь был в крови. Я взял. Смотрел на него. Обтёр от крови.
— Ни хрена себе! — Воскликнул Антон. — Это что, алмаз?
— Нет, это бриллиант. Какой большой. И огранка какая красивая. Интересно, сколько он карат?
— А чёрт его знает. Меня другое интересует, где она его взяла? — Он засмеялся.
— Что ты ржёшь, Антон?
— Люся всё-таки умная девочка. Поняла, что накосячила и притащила камень, в качестве примирения и прощения. Я дурею! — Он продолжал хохотать. Люся тоже улыбалась. Смотрела на меня. Я перевёл взгляд с камня на неё. Хотел сохранить строгое выражение лица, но губы сами расползлись в улыбке. Покачал головой.
— Люся, а ты где взяла это?
Она указала рукой себе за спину, мол там. Я взглянул на Лёню. Он, глядя на меня, тоже указал рукой в сторону резервуаров, но не тех, к которым мы подсосались на счёт дизеля. А на те, что дальше, с правой стороны от пирса. Люся ножом провела, не касаясь меня, мне по животу и указала на камень. Лёня тоже показал это, но на себе. Типа вспороли живот. Я недоумённо посмотрел на Антона.
— Ты что-нибудь понял? Она что, кому-то из этих уродов брюхо вспорола и оттуда вывалился бриллиант?
— Похоже на то. Хочешь проверить?
— Нет. Сейчас «Ковчег» заправим и свалим отсюда на хрен. Хватит с меня таких приключений.
— Согласен. Какая-то Турция, не приветливая. Но зато зачётный бриллиант хапнули. — Мы оба засмеялись. Я обнял Люсю и прижал к себе.