Парень резко развернулся и подойдя к топору, подхватил его, после чего посмотрел в своё отражение на сером лезвии. В отражении был небритый уставший человек с длинными грязными волосами и печальными тусклыми глазами. Вейлор не походил сам на себя и хоть его сила была ещё при нём, его ментальное состояние ухудшалось. Северянин убирал топор за спину, после чего посмотрел на демонессу. На его белом, почти бледном лице была маска безразличности ко всему на свете.

— Я не знаю…

Произнёс он подавленным голосом, вскарабкиваясь на верёвку, оставленной Астрид.

— Опостылела тебе такая жизнь, верно? Ты совсем запутался, даже для демонов это нормально. Я не буду мешать тебе в поиске твоего пути, но знай, что я всё равно на твоей стороне.

Вейлор лез, оперевшись обоими ногами в отвесную стену, Астрид же медленно парила рядом, скрестив руки на груди.

— Ты обрела часть своего тела, ты больше не привязана ко мне. Можешь идти куда хочешь.

— Заставишь меня или опять бросишься с топором?

— Нет…

— Тогда не говори то, чего не желаешь.

Северянин промолчал, продолжая свой подъём.

Вейлор вскарабкался наверх и посмотрел на квартал, что был под ним. Тумана аномалии не было, будто город накрыл невидимый купол. Тень былого величия Лайстронга поражал его, Игнир не был даже и в половину таким прекрасным, как забытый покинутый город. Он был наполовину разрушен. Вейлор отвязал верёвку и спустился в низ. Как только он коснулся ногами потёртой брусчатки, то сразу же насторожился. Посреди пепла, что был повсюду витали запахи гнили и разложения, от которых его желудок сводила невыносимая судорога. В глазах потемнело, но как только Вейлор заслонил нос рукавом, то ему полегчало, и он вновь увидел белый свет.

— Твою же… Какой ужасный смрад.

— Тут воняет логовом чернокровок. Не расслабляйся!

Нервно сказала Астрид и уже через секунду её голос затмил другой звук. Вдали, на самой границы слышимости под далёким разрушенным мостом донёсся крик умирающего, его рвали заживо на мелкие клочья, Вейлор лишь глубоко вздохнул, ведь тот был далеко, и он был не в силах помочь. Он взял в руки своё оружие и двинулся дальше вверх, к следующим воротам. Путь лежал через тот самый разрушенный мост, под которым остался лишь разорванный труп человека в броне добытчиков осколков, что звали себя Искатели.

Северянин напряг все свои чувства, ибо шестое, самое потаённое и древнее, говорило о том, что тут витает смерть. Не было никого, он не чувствовал смрада низших демонов и не слышал их уродливой поступи, он не видел их хаоситских рыл, просто тишина, мёртвая и скупая, и больше ничего. Перейдя мост, Вейлор очутился на входе в городские улочки, что словно лабиринт раскинулись до следующего яруса, ворота которого выглядывали из-за крыш подобно дворцу. Дома были богатыми, в этом не было никаких сомнений. Построены из гранита, у каждого резные ворота, черепица из красной и бурой глины, остеклённые окна, печные чугунные трубы. В родных краях парня только зажиточные и уважаемые члены общества могли позволить себе такую роскошь, только дома строили из полярных пикт.

— Посмотришь не ждёт ли меня кто-то в подворотнях?

Спросил у Астрид Вейлор, и та, кивнув, воспарила над землёй со скоростью стрелы понеслась по воздуху, наблюдая за тем нет ли движения. Странно, но ни малейшего шороха, она чувствовала их присутствие, но не могла увидеть. Вейлор же рассматривал архитектуру домов, поражаясь тому, как же можно искусно обработать камень.

Демонесса вернулась и бесшумно спикировала на плечо северянина, свесив свои длинные ножки. Её большие чёрные крылья сложились и втянулись в лопатки, оставляя кожу не тронутой.

— Никого.

Констатировала она, а Вейлор лишь прикусил губу, оглядываясь на останки растерзанного человека.

— Быть может это тот, что смертельно ранил ту громадную тушу?

Предположил Вейлор, а Астрид пожала плечами.

— Понятия не имею. Но думаю тебе лучше пойти по крышам. Справишься?

Парень утвердительно кивнул, а Астрид спрыгнула с него на землю. Вейлор вынул из портупеи топор и используя его бородовидное лезвие как крюк подцепился за одну из крыш крайних домов и подтянулся наверх. Первое, что он сделал это проверил черепицу на прочность. Она выглядела как новая, но как говорится, лучше сто раз проверить, чем бежать напролом. Не выпуская из сжатых рук топора, северянин не спеша двинулся к следующему ярусу, непринуждённо перепрыгивая с крыши на крышу.

— А ты довольно полезна, когда дело доходит до разведки и общей мобильности. Вот бы мне такие крылья…

Астрид, что парила поблизости, усмехнулась и гордо сложила руки на своей пышной груди.

— Демоны во всём лучше людей, а тебя удивляют лишь крылья? Знаешь ли, даже у чернокровых ублюдков бывают они, а уж у меня подавно. Всё это мелочи, не более. До той поры, когда ты едва не убил меня я могла творить чудеса, которые тебе и не снились.

Вейлор нахмурился и оскалив зубы посмотрел на свою спутницу.

— Например оживлять моего покойного друга, чтобы он сражался на твоей стороне?

Демонесса закатила глаза.

— Да. Долго ты будешь злиться на меня за прошлое?

Северянин обогнул очередную трубу и перешагнул с крыши на крышу.

— Я никогда не смогу забыть то, через что я прошёл по твоей вине. Никогда…

— Но ты не против моей компании? Тебя гложут сомнения? Ты не веришь в то, что демоны, ровно, как и люди могут измениться во имя чего-то или кого-то?

— Я не уже ни в чём не уверен…

— Вейлор… Может ты хочешь обсудить то, что у тебя накопилось? Я хочу помочь тебе, не убить, не поработить, не погубить, а именно помочь. Мне не по вкусу твои ментальные мучения.

С искренним сожалением о прошедшем в Игнире проговорила та. Астрид хотела узнать, что у парня на душе, но тот был замкнут так сильно, что едва ли его раскусят даже пытки, по крайней мере физические.

— Забудь. Не сейчас.

Сказал, как отрезал северянин и после чего задумался. А ведь что он хочет на самом деле? Убить её или путешествовать с ней? Уничтожить тех, кто его презирал и не считал за равного с помощью легендарного сигила или спасти всех? Вступить в схватку с теми, кто бросил ему вызов и не щадить никого, или же быть тем, кто дарит второй шанс? Аномалия, что должна была сломить его, лишь надломила, открывая новые вереницы подавленных вопросов из его подсознания. Вейлор уже не был хоть в чём-то уверенным и это давило на мозг. Он встряхнул головой и решил оставить самокопания на потом, будет ещё время и место. Наверное… Вглядываясь в виды, которые были под его ногами, Вейлор только дивился тому на сколько этот город продвинут. Тут в каждом из кварталов было всё, что только нужно для жизни. Как он это понял? Да очень просто. На вывесках увеселительных заведений была табличка с бутылью вина, на пекарнях ломоть хлеба, у цирюльника лист растения.

И вот северянин увидел то, что никак не ожидал. Когда он учуял запах крови и гноя, то заглянул за угол и обомлел. Над кожевенной мастерской была отнюдь не табличка, там висел человек, живой, но непонятно каким образом. По одеянию это был всё тот же искатель, но раны, а соответственно страдания, что он испытывал, тронули Вейлора, который видел многое. С балки, подвешенное на своей коже свисало тело, пронизанное сотнями крючьев. Кожа, натянутая будто струна была местами отодрана, местами опалена, видимо, чтобы остановить кровотечение. Человек не имел глаз, их вырвали и прижгли глазницы, нос был отрезан и так же прижжён. Людское, покрытое сочащееся гноем тело походило больше на растерзанную псом тряпичную куклу и это вызывало жалость и отвращение.

— Ублюдки…

Прошептал Вейлор, чувствуя, как гнев заливает его глаза.

Мужчина тихо стонал от нестерпимой боли и когда его безгубый рот открылся и искривился в приступе невыносимой боли, Вейлор увидел, что у него нет и языка. Вероятно, этот несчастный мечтал о смерти, но он не мог это показать или сказать, ибо не было у него глаз и языка.

— Вейлор, не надо. Ты выдашь нас.

Тихо сказала Астрид, хватая Вейлора за руку.

— Я не могу оставить его так.

Парень перемахнул через пару крыш и тихо подошёл со спины к страдающему и агонизирующему бедолаге. Он поднёс топор к его горлу.

— Не держи зла, я лишь избавляю тебя от мучений…

Голова человека кивнула, он всё не утратил свой слух и лезвие прошло по его глотке. Закапала кровь, тот тихо захрипел и потом задёргался и в конце концов его голова опала, и он умер, избавившись от страданий. На конце древка тихо засиял огонёк в алом осколке.

Северянин сделал шаг назад, и черепица предательски съехала с места, после с грохотом рухнула на плитняк, расположенный снизу. Из появившейся дыры со скоростью молнии вынырнула чёрная когтистая лапа. Она вцепилась в ногу Вейлора и сжала так сильно, что кости его едва не треснули. Пять острых когтей пронзили кожу и готовы были содрать хоть и с крепких, но человеческих костей плоть, но северянин сжал лапищу в ответ, да так, что хватка ослабла. Он вскричал и взмахом секиры обрубил поганую жилистую руку. Клинок топора воспылал, а существ снизу взревело, бросаясь прочь.

— Вейлор! Бежим!

Вскричала Астрид, но Вейлор не слышал её, ибо под его ногами началась неразбериха. Дома распахивали свои покрытые паутиной двери и из них огромными ордами хлынули создания хаоса. Множество чёрных уродов побежали по улицам, твари ползли по стенам и давили друг друга, ведь добыча была куда важнее сородича. Они выглядели неразумными муравьями, которые устремились на зов королевы, приказавшая им убивать. Великое разнообразие низших из теневого народа выглядели куда отвратительнее однотипных бурокровых демонов из Игнира. Эта чёрная процессия клацала зубами, стучала копытами, драла когтями мраморные стены, когда лезла наверх. В их отвратительных рожах была ненависть ко всему живому, казалось голые антропоморфные создания не имеют ничего, кроме иступлённого желания убивать, чтобы пожрать. В их чертах иногда прослеживались заимствование от фауны, что видел Вейлор в своих странствиях. Вот у одного из ублюдков за место одной из рук громадная клешня, которой он перекусил сородича пополам и используя его потроха, как верёвки полез за ним, у другого, более крупного, когтистые отростки, напоминавшие клинки льва, зверей, что редкий раз можно увидеть в оазисах гиделита. Многие из них ползли на четырёх конечностей, но всё же подавляющее большинство чудовищ подобно людям брело на передних ногах. Вейлор бросился прочь по крышам, слыша омерзительные вопли и чувствуя, как под ногами трескается черепица. Северянин ещё пару раз не стал жертвой рук, которые подобно арбалетным болтам выстреливали из крыш, но в этот раз он готов. Громадная секира одним взмахом срубила сразу двоих наполы, когда они преградили путь немного хромающему парню. Топор сиял в застенках Лайстронга, будто факел, привлекая собой ещё больше врагов рода человеческого. Вейлор с омерзением смотрел на то, как чернокровые сородичи накинулись и начали жрать разрубленных пополам представителей их же расы. Похоже у них не существовало даже такого простого понятия, как родство.

Астрид не могла помочь Вейлору, как бы не хотела. В былые времена она бы с лёгкостью уничтожила их всех, но сейчас её оболочка слаба и самое большее, что она сейчас может сделать это подсобить разведкой сверху.

— Вейлор, направо, держи топор наготове! Давай, руби, как только выйдешь из-за поворота!

Кричала она, развиваясь по ветру над ним, будто соколица. Северянин внимательно вслушивался в её предупреждения и делал так, как она велела. Лезвие топора сметало тех немногих, кто всё же настигал несущегося на всех порах северянина, будто то была не прочная плоть, а гнилой фрукт. Вейлор увидел конец этого однотипного района и это предало ему ещё больше сил. Прорубившись через несколько небольших демонов, Вейлор достиг ворот, которые были не менее огромными, чем вход в город.

Вейлор достал верёвку из своей сумки и швырнул один конец в сторону летящей Астрид, второй конец был спешно привязан к кушаку. Она перехватила её и без слов поняла, что делать. Пока она взлетала вверх, юноша принял бой с целой текучей ордой. Он схватил топор в обе руки и разрубал каждую тварь, посмевшую приблизиться к нему на расстояние удара. Он срубал их головы и вскрывал ударами их уродливые тела из которых хлестала чёрная зловонная кровь, Вейлор уклонялся и делал перекаты в ограниченном пространстве подле громадных ворот, лишь затем, чтобы взмахнуть оружием вновь, и вновь уйти от смертоносных когтей и зубов. Чёрная кровь покрыла его тело и Вейлор впервые за долгое время ощутил шёпот смерти, да, именно шёпот, ненавязчивый зов прямиком с другой стороны мироздания, там всё ещё помнили, что он должен был умереть ещё очень давно. Голоса тихо шептали «мы ждём тебя», «скоро ты будешь нашим», этот зов пробирал до мурашек и это было тем немногим, что действительно боялся Вейлор. В такие моменты сердцебиение его учащалось, разум захлёстывала тихая ярость и он всем своим естеством отдавался неистовой схватке за свою бессмертную душу.

Северянин накидывался на чудовищ, словно сам был диким зверем, такой прыти он добился, переступая через трупы тех, кто хотел отнять у него жизнь. Оттолкнувшись от спины поверженного врага и запрыгнув на плечо одной из человекоподобных туш, что напоминала великана, Вейлор в последний момент отрубил пальцы, что вознамерились схватить его и превратить в кровавый кисель. Демон закричал и заярился, после этого двумя амплитудными ударами по позвоночному столбу посадил великана на колени. По телу исполина ползли множество более мелких созданий, иные же вцепились в плоть раненого собрата.

— Прочь! Прочь куски дерьма!

Вейлор отсёк голову раненого громадного создания ночи и сбежал по его спине вниз, на ходу сметая тех мелких уродцев, что вгрызались в икры ныне мёртвого громилы. Туша, из которой фонтаном шла кровь придавила тех, кто полз по ней за северянином. Вейлор и не заметил, как его окружили со всех сторон, а кровотечение из ноги делали его тело слабее с каждой минутой.

Оказавшись в кольце, он смотрел на уродливые лица своих противников, в коих были лишь голод и иступлённая жестокость. Они набрасывались по несколько особей, но привыкший сражаться в одиночку парень поспевал за ними, благо отменная сталь топора без труда перерубала крепкие мускулы низшекровных демонов. Топор горел и вихлял в кольце из демонов, словно благодать, что давно покинула угрюмую умирающую Лакриму. Описанная восьмёрка создавала всполохи, что ослепляли боявшихся огня тварей хаос, они отступали прочь, в те Вейлор моменты, когда сталь проходила через очередное тело и очередной всплеск из огня останавливал их натиск на доли секунды. В эти секунды Вейлор искал лазейку, чтобы уйти и скрыться, но брешь никак не попадалась ему.

— АСТРИД, ПОСПЕШИ!

Вскричал он, пропустив подступившего к нему громадину на четырёх ногах. Она подскочило за мгновение ока. Чёрное существо вцепилось в руку парня, где был топор и его зубы впились в кость, только чудом не расщепив её на множество мелких обломков. Вейлор вскричал от острой боли и уронил топор, который был зажат в схваченной руке, пока здоровенное, похожий на крокодила демон всё сильнее сжимал свои могучие челюсти.

Странно, что остальные отошли чуть назад, видимо это был вожак их нечестивого собрания. Северянин напряг пальцы на руках и извернувшись, с силой вонзил их в глазницу, а затем сжал похожий на слизня глаз и вырвал его. Послышался треск костей, а затем слегка приоткрылась челюсть. Поняв, что сегодня он не останется одноруким, Вейлор подцепив ногой древко упавшего рядом топора, после резко рванул ногой за него и пылающее лезвие, сделав разворот в воздухе подскочило и обрубило нижнюю челюсть. Вейлор освободил руку, схватился сразу обоими ладонями за древко и вырвав лезвие из плоти чернокрового, а затем одним ударом раскроил его толстый череп. Тварь грузно упала на землю и из её пульсирующей головы начали вырываться всплески чёрного ихора.

— Ну! Давайте!!!

Демоны не сдвинулись с места, чернокожие уродцы лишь кружили вокруг, пристально всматриваясь в добычу, которая истекала кровью из двух конечностей. Вейлор ощутил, что за верёвку дёрнули и увидев наиболее слабых из тварей, закричал, что есть мочи и рванул в их сторону. На полном ходу он смёл их будто смерч из клинков. Вейлор вырвался из круга и закинув топор в портупею, схватил верёвку обоими руками. Северянин услышал, как они побежали за ним, но тот оттолкнулся от земли и оперевшись ногами в стену, полез наверх, перебирая верёвку в руках так быстро, как только мог. Было больно, но желание жить и всплеск адреналина заставили его рваться вперёд, игнорируя свои тяжёлые раны.

Существа остановились и подняв в голову просто смотрели за тем, как северянин сбегает от них, они не пытались преследовать его, будто то место, куда он направлялся было для них запретной зоной. Кровь Вейлора капала с руки и ноги вниз и те, кто больше всего напоминал падальщиков слизывали её прямо с плитняка, крича вверх с просьбой дать им ещё. Они кошмарно имитировали голос человека своими непредназначенными для речи голосовыми аппаратами, и от этого даже Вейлору стало не по себе

— Какая мерзость…

Северянин на последнем издыхании влез наверх, где его уже ждала перепуганная Астрид. Она в один прыжок подскочила к улёгшемуся на спину парню. Демонесса уселась перед ним на колени и начала разглядывать кровоточащие раны своими пурпурными глазами.

— Сильно досталось?

Проведя по одной из ран проговорила она, отмечая, что тело парня стало на столько крепким, что даже проникающие раны крепких зубов не смогли разрушить его руку до конца и она скорее всего восстановится без последствий.

— Мне хватит… Кость треснула, потерял много крови, но жить буду.