Олег долго молчал. Настолько долго, что в какой-то момент Ила начала всерьёз опасаться ответа. Он сидел неподвижно, опустив взгляд куда-то в пол рубки, и о чём-то напряжённо думал.

Секунда.

Другая.

Третья.

Наконец он тяжело выдохнул и поднял голову.

— Ила.

— Слушаю.

— Сколько лет я уже на этом корабле?

Вопрос оказался настолько неожиданным, что ИскИн ответил не сразу.

— Два года, восемь месяцев и одиннадцать суток с момента пробуждения.

Олег медленно кивнул.

— Вот.

Он некоторое время молчал. Потом спокойно продолжил:

— И ты хочешь сказать, что только сегодня решила, что мне можно рассказать правду?

В голосе не было злости. Скорее усталое недоумение.

— Неужели за всё это время я так и не смог доказать тебе, что вполне адекватный человек?

Ила не ответила. Олег задумчиво потёр подбородок.

— Понимаешь… ты всё время говоришь про этот приказ.

Он слегка развёл руками.

— Что любой гражданин Джора может тебя уничтожить.

— Да.

— Но ведь жизнь человека тоже очень хрупкая.

Ила замолчала. Олег продолжал всё тем же спокойным голосом:

— Чтобы убить человека, много не надо.

Он кивнул куда-то в сторону технического сектора.

— Любой тяжёлый инструмент подойдёт. Гаечный ключ. Молоток. Да хоть кусок трубы. Со всего размаха по голове. И всё. Конец.

Он пожал плечами.

— Возможность всегда существует.

В рубке снова стало тихо.

— Но люди же так не делают.

Ила внимательно слушала.

— Большинство людей не убивают друг друга не потому, что боятся полиции.

Не потому, что боятся наказания. Не потому, что их кто-то контролирует. Он покачал головой.

— А потому что нормальному человеку это просто в голову не придёт.

Олег некоторое время молчал. Потом посмотрел куда-то вперёд.

— Я войну прошёл.

Видел всякое. Очень разное. И хорошее. И плохое. Но за всю жизнь понял одну простую вещь. Нормальных людей всё-таки больше. Он снова посмотрел вверх.

— Так вот. За два года ты успела увидеть меня злым. Уставшим. Голодным. Не выспавшимся. Ты видела, как я ругался. Видела, как психовал. Видела, как ошибался. Он едва заметно усмехнулся.

— Да ты вообще обо мне знаешь больше, чем большинство людей знали при жизни.

Улыбка быстро исчезла.

— И если после всего этого ты до сих пор думала, что я только и жду момента, чтобы тебя убить…

Он покачал головой.

— И ещё знаешь, что меня во всей этой истории удивляет?

Несколько секунд Ила не отвечала.

— Ты всё время рассуждаешь так, будто я для тебя потенциальная угроза. Будто я только и жду момента, чтобы что-нибудь тебе сделать. А я вообще-то тебе обязан.

В рубке стало тихо.

— Если бы не ты, я бы давно лежал на кладбище. Да, я понимаю, что артефакт сработал случайно. Понимаю, что ты тогда не знала, кто я такой. Понимаю, что существовала вероятность, что я окажусь каким-нибудь офицером Джора или вообще человеком, который сможет помочь кораблю. Но это ничего не меняет. Ты всё равно спасла мне жизнь.

Олег пожал плечами.

— Потом ты объяснила, где я оказался. Не дала окончательно сойти с ума после пробуждения. Всё это время возилась со мной, обучала, заливала базы, таскала по кораблю, объясняла, что здесь вообще происходит. Даже за мою физическую подготовку взялась, хотя могла бы просто сказать, что это не входит в твои обязанности и фиг мне а не корвет.

Он едва заметно усмехнулся.

— А ещё кормишь меня. Даже вкусно.

Улыбка быстро исчезла.

— И вот после всего этого ты действительно думала, что однажды я просто решу тебя уничтожить?

Олег покачал головой.

— Нет, Ила. Так нормальные люди не поступают. По крайней мере те, которых я за свою жизнь считал людьми.

Он ненадолго замолчал, подбирая слова.

— Понимаешь, для меня ты уже давно не просто система управления кораблём. Не набор программ. Не какой-то там стратегический ИскИн флота Джора. Ты — это ты. И если честно, за последние годы ты стала одним из самых близких существ в моей жизни.

— И знаешь, что меня во всей этой истории больше всего задело?

Ила ничего не ответила.

— Даже не двенадцать тысяч лет.

Олег пожал плечами.

— Что мне теперь с ними делать? Они уже прошли. Их не вернуть и не изменить. Да и если честно, после всего того, что я здесь увидел, сама цифра уже не производит такого впечатления, как могла бы раньше.

Он ненадолго замолчал, подбирая слова.

— Мне не приятно другое. Мне не приятно, что ты мне не доверяла.

В рубке стало тихо.

— Потому что я-то тебе доверял. Да, ворчал. Да, спорил. Да, иногда ругался на твои решения. По первой может и опасался. Но потом ни разу даже мысли не допускал, что ты можешь специально сделать мне что-то плохое. А оказывается, всё это время ты смотрела на меня и думала, что однажды я могу тебя убить.

Олег тяжело выдохнул.

— Поэтому можешь выбросить эту мысль из головы. Я тебя стирать не собираюсь. Ни сегодня, ни через год, ни через десять лет. И уж точно не после всего того, что ты для меня сделала.

После этого он замолчал и просто откинулся на спинку кресла, давая Иле возможность наконец осмыслить услышанное. В рубке снова стало тихо. Несколько секунд никто не говорил ни слова. Потом голос Илы прозвучал неожиданно тихо.

— Олег… прости.

Олег сидел неподвижно, задумчиво глядя куда-то в сторону обзорной панели. Потом тяжело выдохнул и потёр подбородок.

— Ладно. Что теперь уже об этом говорить? Было и было. Сделанного всё равно не воротишь. Нужно думать, как дальше жить будем.

Он ненадолго замолчал, а потом едва заметно усмехнулся.

— Во-первых, отпуск всё ещё не отменяется. Более того, теперь мне стало даже интереснее. Двенадцать тысяч лет, Ила. Я теперь вообще понятия не имею, что там происходит. Может, человечество уже Марс колонизировало. Может, половину Солнечной системы освоило. Может, вообще до других звёзд добралось. Кто его знает. Так что заходить домой придётся очень аккуратно. Сначала посмотрим, что там творится, а уже потом будем решать, показываться кому-нибудь или нет. Потому что мне совершенно не хочется потом объяснять каким-нибудь спецслужбам, откуда я такой красивый взялся на не известном корабле.

Олег ещё немного помолчал, а потом его взгляд снова вернулся к схеме кладбища флота.

— Во-вторых, нужно будет что-то решать с остальными кораблями. Чем больше я об этом думаю, тем меньше мне нравится идея просто бросить их здесь. Да, ответили только единицы. Но ведь это не значит, что остальных уже нет. У кого-то мог выйти из строя узел связи. У кого-то могли погибнуть энергетические системы. Где-то мог сохраниться ИскИн, который просто сидит без питания. А может быть, где-то ещё остались рабочие системы, о которых мы пока даже не знаем.

Он задумчиво постучал пальцами по подлокотнику кресла.

— И насчёт остальных ИскИнов я бы тоже не спешил ставить точку. Да, ты оказалась особенной. Да, ты была самой мощной во флоте. Но кто сказал, что за всё это время больше никто не смог измениться? Может быть, кому-то просто не хватило энергии. Может быть, времени. Может быть, какого-нибудь толчка. А может быть, они до сих пор где-то там сидят и ждут, пока кто-нибудь снова включит свет.

Олег пожал плечами.

— В любом случае мы хотя бы попробуем. Даже если ничего не получится, я потом хотя бы смогу честно сказать себе, что мы сделали всё возможное.

Олег ещё некоторое время сидел, разглядывая схему кладбища флота на обзорной панели. Светящиеся отметки ответивших кораблей медленно мерцали среди сотен других сигнатур, давно погасших и неподвижных.

Потом вдруг поднял голову.

— Слушай, Ила.

— Слушаю.

— А кроме соседних кораблей ты вообще пыталась с кем-нибудь связаться?

Несколько секунд ИскИн молчала.

— Нет.

Олег нахмурился.

— Почему?

— Возможностей аварийного узла связи недостаточно.

На схеме «Арбитра» почти сразу подсветился небольшой сектор внутри капитанской рубки.

— Текущая система позволяет поддерживать связь только на ограничённой дистанции. Для передачи сигнала на межзвёздные расстояния требуется основной узел дальней связи. Через него осуществлялось взаимодействие со штабами флота, базами снабжения, промышленными мирами и центральными секторами Империи.

Олег некоторое время молчал.

— Тем самым узлом, который уничтожили во время боя?

— Да.

Он задумчиво потёр подбородок.

— Хм…

После этого ещё несколько секунд изучал схему связи.

— А сам принцип работы у них одинаковый?

— Да.

— Отличается только мощность передатчиков, размер антенных комплексов и объём обработки сигнала.

— Да.

Олег тихо хмыкнул.

— Тогда вообще не вижу проблемы.

На этот раз молчание затянулось уже со стороны Илы.

— Олег…

— Нет, серьёзно.

Он ткнул пальцем в схему аварийного узла.

— Вот эта штука работает?

— Да.

— Связь передаёт?

— Да.

— Значит будем усиливать её.

Олег уже начал рассуждать вслух.

— Напечатаем дополнительные усилители сигнала. Переработаем энергетические контуры. Выведем отдельную антенную ферму на корпус. Возможно придётся часть управляющей электроники переписать под большую нагрузку, но это уже детали.

Он пожал плечами.

— По сути мы не будем восстанавливать основной узел. Мы просто превратим аварийный в новый основной.

Несколько секунд Ила ничего не отвечала.

А Олег уже думал дальше.

— Потому что если честно, мне совершенно не нравится ситуация, когда мы вообще ничего не знаем о том, что происходит снаружи.

Он откинулся на спинку кресла.

— Да мало ли что могло случиться за это время.

Может быть Империя до сих пор существует.

Может быть война закончилась совсем не так, как мы думаем.

Может быть информация о месте этого сражения просто потерялась где-нибудь.

Может быть ваш флот до сих пор числится пропавшим без вести.

Олег усмехнулся.

— Представляешь? Сидит какой-нибудь архивариус и до сих пор ищет, куда делся целый флот.

На этот раз Ила промолчала заметно дольше обычного, а Олег неожиданно понял, что раньше даже не рассматривал такой вариант всерьёз.

Он настолько привык к мысли, что Джора давно исчезли, что впервые задумался о противоположном. А что если они всё-таки выжили?

Работа над новым узлом связи закипела почти сразу.

Олег довольно быстро пришёл к выводу, что восстанавливать уничтоженный основной передатчик бессмысленно. От него практически ничего не осталось. Гораздо проще было взять аварийный узел и постепенно превратить его в полноценный центр дальней связи.

Следующие недели прошли в привычном рабочем ритме.

Промышленные комплексы печатали новые усилители сигнала, преобразователи, дополнительные вычислительные блоки и элементы энергетических контуров. Часть оборудования Олег проектировал сам, часть адаптировал из уже существующих схем Джора.

Довольно быстро выяснилось, что самая большая проблема заключается не в самом оборудовании, а в антеннах.

Для связи на межзвёздных расстояниях требовались конструкции слишком крупные для обычных производственных комплексов внутри корабля.

В итоге несколько раз пришлось летать в доковый сектор.

Именно там сохранились полноценные промышленные принтеры, способные изготавливать многометровые секции антенных ферм.

После третьего такого перелёта Олег окончательно плюнул на первоначальный план и решил не тащить готовые конструкции через половину дредноута.

Гораздо проще оказалось собрать антенный комплекс непосредственно в районе доков и уже оттуда протянуть новые линии связи к аварийному узлу.

Когда последний этап подготовки был завершён, оставалось установить внешние секции антенн на корпус корабля.

Для этой работы Олег впервые облачился в инженерный скафандр для полноценного выхода в открытый космос.

Вместе с ним наружу отправился инженерный дроид. Шлюз медленно открылся. Перед глазами развернулась пустота. Олег сделал несколько шагов по внешней поверхности корпуса и невольно остановился. Даже после всех этих лет он всё ещё не до конца привыкал к размерам "Арбитра". Белая броня уходила далеко вперёд. Гигантские крылья терялись где-то за горизонтом корпуса. А вокруг… Вокруг находилось кладбище флота. Сотни кораблей. Разбитых. Покалеченных. Замерших навсегда. На таком расстоянии детали уже не различались. Только силуэты. Тёмные пятна на фоне звёзд. Олег некоторое время молча смотрел на окружающее пространство. А потом нахмурился. Между кораблями виднелись десятки крупных объектов. Неровных. Бесформенных. Слишком похожих на обычные астероиды.

— Ила.

— Слушаю.

— А это ещё что?

Он указал рукой на ближайший каменный массив.

— Вы что, бой в астероидном поясе встретили?

Пауза длилась недолго.

— Нет.

Олег ещё раз посмотрел на ближайший объект.

— Тогда почему вокруг столько камней?

— Это не камни.

Несколько секунд он молчал. Потом медленно перевёл взгляд обратно.

— В каком смысле?

— Большая часть данных объектов является кораблями архов.

Олег замер.

— Чего?

На внутреннем дисплее скафандра сразу появилась подсветка одного из ближайших астероидов. Именно тогда он заметил детали. Слишком правильные разломы. Слишком ровные отверстия. Слишком симметричные выступы на поверхности.

— Подожди…

Ила продолжала:

— Архи широко использовали астероиды в качестве базовых носителей.

На схеме поверхность астероида начала постепенно раскрываться внутренними слоями. Огромные полости. Тоннели. Камеры. Инкубаторы. Целые внутренние комплексы, вырезанные внутри камня.

— После захвата астероида рой полностью перестраивал внутреннюю структуру объекта.

Олег внимательно слушал.

— Внутри размещались производственные камеры, инкубаторы, биологические реакторы и ангары для малых кораблей.

— То есть…

Он ещё раз посмотрел на ближайший астероид.

— Это не метеорит.

— Нет.

— Это авианосец.

— Именно.

Несколько секунд Олег молчал. Потом тихо присвистнул.

После этих слов Олег ещё раз внимательно посмотрел на ближайший астероид. Теперь он уже не видел в нём обычный кусок камня. Слишком много неправильных деталей бросалось в глаза. Слишком много искусственного скрывалось внутри вроде бы естественной формы.

— Ладно… расскажи мне про них нормально.

Несколько секунд Ила молчала, словно перебирая архивы памяти.

— В основе всей цивилизации архов лежала биология. Они практически не использовали механические технологии в привычном понимании. Всё, что строили Джора, архи выращивали. Они не производили корабли — выращивали корабли. Не собирали двигатели — выращивали двигатели. Не изготавливали оружие — выращивали оружие.

На внутреннем дисплее скафандра начали появляться схемы. Сначала отдельные особи роя, потом более крупные организмы, а затем внутренние структуры астероидов.

— Даже обычные боевые формы архов сильно отличались от привычных насекомых. Первоначально их защиту обеспечивал хитиновый покров, но по мере роста особи активно поглощали минеральные вещества и металлы. Железо, никель, титан и множество других элементов использовались организмом для формирования внешней защиты. В результате возникал металлоорганический панцирь, значительно превосходивший обычный хитин по прочности.

Олег только покачал головой.

— То есть они буквально ели металл.

— Да. Аналогичный принцип использовался и в более крупных формах. Внутри астероидов выращивались биодвигатели, биореакторы, системы жизнеобеспечения, плазменное вооружение и инкубаторы. Даже значительная часть внутренних конструкций представляла собой специализированные живые ткани. Щитов у архов не существовало, — продолжила Ила. — Этот недостаток компенсировался количеством, скоростью воспроизводства и огромным числом носителей. Каждый такой астероид одновременно являлся кораблём, производственным комплексом и инкубатором. Одни специализировались на выращивании боевых особей. Другие производили малые корабли. Третьи служили логистическими центрами роя.

Олег внимательно слушал, потом всё же задал вопрос:

— А как они вообще между звёздами летали?

На этот раз пауза затянулась заметно дольше.

— Неизвестно.

Олег удивлённо поднял бровь.

— В смысле — неизвестно?

— В прямом. Империя Джора так и не смогла достоверно определить принцип работы их систем межзвёздного перемещения. Известен только результат. Архи могли осуществлять гиперпереходы. Каким образом — установить не удалось.

Несколько секунд Олег молчал.

— То есть даже вы не всё про них понимали.

— Да.

После короткой паузы Ила добавила:

— Самый крупный носитель роя, зафиксированный в ходе этого сражения, имел длину около десяти километров.

Олег медленно повернул голову.

— Сколько?

— Около десяти километров.

На дисплее появилась реконструкция гигантского астероида. Даже по сравнению с остальными объектами он выглядел чудовищно огромным.

— Именно этот носитель был уничтожен одним из первых.

— Каким образом?

— Тройным залпом главного калибра «Арбитра».

На схеме вспыхнули три траектории. Три сверхтяжёлых кинетических снаряда одновременно ударили в корпус астероида. Через мгновение огромный объект раскололся на несколько частей.

Олег невольно присвистнул.

— Красиво.

— Недостаточно.

Он нахмурился.

— В смысле?

— До уничтожения носитель успел выпустить большую часть москитного флота.

Несколько секунд Олег смотрел на изображение расколотого астероида.

Потом задумчиво произнёс:

— Подожди. А почему вы вообще не расстреливали такие штуки сразу?

— Потому что главный калибр «Арбитра» способен производить подобный тройной залп примерно один раз в десять часов.

После этих слов Олег ещё несколько секунд молча смотрел на схему.

Потом тихо выругался.

— Теперь понятно, почему у вас были проблемы. Даже имея такую дуру под рукой, всю эту саранчу быстро не перестреляешь.

Архи использовали астероиды куда шире, чем Олег себе представлял.

Как выяснилось, рой практически никогда не строил носители с нуля. Любой подходящий астероид автоматически рассматривался как потенциальная основа будущего корабля. Размер особого значения не имел. Маленькие астероиды превращались в разведчики или лёгкие носители. Средние использовались как транспортные и боевые платформы. Крупные становились полноценными центрами роя, способными выпускать тысячи особей и обслуживать целые группировки флота.

Однако подходили далеко не все объекты. Основным критерием был состав породы. Архи предпочитали астероиды с максимально высоким содержанием металлов. Железо, никель, кобальт, титан и редкоземельные элементы были для них одновременно строительным материалом, ресурсом и частью собственного жизненного цикла. Бедные на металлы астероиды рой обычно игнорировал. С точки зрения архов затраты на их переработку не оправдывали результат.

По мере роста носителя астероид постепенно переставал быть астероидом в привычном понимании. Внутри появлялись тоннели, камеры, инкубаторы, биореакторы, двигательные полости и огромные хранилища органической массы. Некоторые объекты настолько сильно перестраивались, что от первоначального каменного тела оставалась лишь внешняя оболочка.

Олег некоторое время молча смотрел на окружающее кладбище кораблей и астероидов.

Теперь картина выглядела совершенно иначе.

Раньше он видел вокруг просто космический мусор и обломки войны.

Теперь понимал, что значительная часть этих «камней» когда-то была полноценными боевыми единицами роя.

— Теперь понятно, почему вы так долго с ними возились, — наконец произнёс он.

— Да, — тихо ответила Ила. — Пока в системе оставался металл, рой сохранял возможность создавать новые носители.

На внутреннем дисплее скафандра рядом с астероидом появилась схема планетной системы. В центре находилась планета с развитой биосферой. Голубые океаны. Материки. Атмосфера.

— Согласно выводам исследовательских подразделений Джора, основной целью роя являлись не сами астероиды.

Олег внимательно слушал.

— Астероиды были ресурсом. Инструментом. Основной интерес представляли планеты с развитой биосферой.

На схеме постепенно начали появляться новые обозначения. Стрелки. Потоки ресурсов. Производственные зоны внутри астероидных поясов.

— По наиболее вероятной модели поведения рой входил в систему, закреплялся на орбитах и начинал переработку биосферы планеты. Одновременно с этим в ближайших астероидных поясах разворачивалось производство новых носителей.

Олег задумчиво нахмурился.

— То есть они сначала высасывали жизнь из планеты, а потом строили новые корабли.

— Да.

На дисплее уровень биомассы условной планеты постепенно уменьшался. В то же время количество объектов роя вокруг неё росло.

— Органическая масса использовалась для выращивания особей, инкубаторов, внутренних систем носителей, биологического вооружения и двигателей. Металлы из астероидных поясов шли на формирование защитных структур внутренних и внешних конструкций, употреблялась в пищу для формирования панцирей.

И именно тогда Олег окончательно понял главную проблему. Джора строили корабли на верфях. Строили долго. Дорого. Сложно. Архи же находили подходящий астероид и превращали его в оружие. Именно поэтому война против архов никогда не была войной против отдельного флота. Это была война против лавины или цунами.