В столовой будто только нас и ждали, хотя я не удивлюсь, что всё было именно так.

Когда мы вошли, за столом сидели все. Сэм с Вероникой, Мишель с Аяной, Сириус с Марией и Марисой, Бель, близняшки, Гектор… И дети, почуяв, что происходит что-то важное, притихли с набитыми ртами.

Я успел сделать ровно один шаг, когда Мишель поднялся.

— Я же говорил! — торжественно произнёс он. — А вы мне не верили!

— Да тебе все верили, — осадил его Сэм. — Просто…

— Просто — что? — не унимался Мишель.

— Просто, мы не могли это… осознать, — улыбнулся Сэмюель, и с этим же выражением лица подошёл к нам.

— Нанали… клана Синих драконов? Прошу меня простить, если я что-то неправильно сказал. Вчера мой младший брат, — укоризненный взгляд в мою сторону, — не удосужится нормально Вас представить.

— Не волнуйтесь, глава рода Арес. Вы всё правильно произнесли, — ответила Нанали.

— Очень рад. Меня зовут Сэмюэль Арес.

— Очень приятно, — улыбнулась Нанали и тут же спросила. — А вы всегда такие формальные? Вам нравится соблюдение этикета даже внутри семьи?

Сэм запнулся.

— Это вопрос или наблюдение? — осторожно уточнил он.

— И то, и другое, — сказала Нанали.

— Когда у нас нет гостей, мы разговариваем, как обычные люди, — ответил Сэм. — Но…

— Ну что ж, тогда я прошу не делать для меня исключений.

Мишель всё это время смотрел на меня с нарастающим ехидством.

— Андер Арес, — произнёс он, показывая на меня пальцем, — только не говори, что собрался жениться⁈

Все уставились на меня. Абсолютно все… даже Нанали.

Я усмехнулся и посмотрел на Сэма.

— Ну, ты ж давно хотел, чтобы я женился… Вот и решил, что самое время. Тем более, что у нас веские обстоятельства появились.

— Какие обстоятельства? — Мишель слегка растерялся.

— Вот же ж настырный, — произнёс я. — В общем, я сделал Нанали предложение руки и сердца, — произнёс я, на что она чуть кивнула, — и она ответила мне согласием. Более того, через девять…

— Через десять месяцев, — тихо поправила Нанали.

— Через десять месяцев у нас будет малыш.

И-и… тишина по всему залу… Гектор перестал жевать. Близняшки переглянулись…

— Ты мне ничего об этом не говорил, — произнёс наконец Сэм.

— Ну, так получилось, — ответил я. — Но вообще, благодаря этой ментальной связи я и смог выйти на контакт с Нанали. Вернее, она со мной, но не суть важно.

— Поразительная продуктивность, братец, — усмехнулась Бель. — Ты единственный мужчина в этом роду, который ухитрился сначала стать отцом, потом сделать предложение и только в конце сообщить об этом семье. Это что, новый порядок?

— Ой… — махнул я рукой, — вот тебе-то лучше вообще молчать, с твоими загулами, — ответил я, но при этом ещё раз осмотрелся, чтобы Гаррика здесь не было рядом. Не успела Бель хоть что-то мне ответить, как прилетела плюха вообще с неожиданной стороны.

— Бедная девочка, — покачала головой Вероника, выражая искреннее сочувствие. — Ты хоть понимаешь, на что согласилась? Андер — это же ходячее стихийное бедствие. Оглянуться не успеешь, как он ввяжется в очередную войну. А его враги с каждым разом всё сильнее и сильнее!

— Так, кажется, мне надо выпить, — объявил Сэм.

— И мне, — тут же подхватила Аяна.

— И мне тоже, — добавила Бель.

— И мне, — произнесла Вероника.

— Я только что проснулся, — сказал Сириус. — Но, пожалуй, тоже не откажусь.

Я, прищурившись, посмотрел на двоюродного брата.

— И ты Брут…

— Не знаю кто он, но ты так долго тянул с женитьбой, что он, — показал он пальцем на Сэма, — предлагал мне третью жену, только чтобы Пауль отвязался от него.

— ЧЕГО? — взглянул я на Сэма.

— Ну а что ты хотел? — тут же сказал брат. — Чтоб ты знал, твоими стараниями мне уже поступают предложения о помолвке близняшек и одно на Гектора! А он даже искру не пробудил, но всем на это глубоко похрену!

Мишель всё это время стоял и наблюдал с блаженным видом человека, наслаждающегося происходящим. Я понимал, что он, как и все остальные, меня троллит, но судя по улыбке Нанали ей всё это пришлось по нраву, и я не стал как-то это пресекать.

В столовой стало шумно. Слуги суетливо накрывали на стол, и добавляли приборы и новые блюда.

Нанали устроилась рядом со мной и внимательно следила за поднявшейся суетой.

— Нанали, — произнесла Бель, когда за столом немного поутихло, — расскажи о себе. Как вы вообще познакомились с Андером?

Вот тут я насторожился.

Не потому, что вопрос был с подвохом. А потому что я успел перехватить взгляд, который Нанали бросила в мою сторону за долю секунды до ответа.

— Нанали, — негромко произнёс я.

— Да? — она повернулась ко мне.

— Расскажи нормально, — сказал я.

— Я и собираюсь рассказать нормально, — спокойно ответила она.

— Итак, — произнесла Нанали, обращаясь уже ко всему столу. — Мне сто семнадцать лет.

— Ого, — сказала Вероника.

— По меркам дракона это, примерно, как ваши двадцать с небольшим, — пояснила Нанали. — Так вот, когда Андер приехал к нам, я была… — она сделала театральную паузу. И по интонации я понял, что она что-то задумала. НО ТАКОГО! Я аж подавился, когда он произнесла вслух. — Довольно невинна.

— Кха-ха… — закашлялся я.

— Андер… он клялся мне… — смахнула она несуществующую слезу. — Воспользовался ситуацией, а я была молода, доверчива…

— ВСЁ! — повысил я голос. — Хватит извращать правду! Всё было не так!

— Как скажешь, дорогой, — потупила взгляд Нанали.

— Андер, — произнесла Аннабель. — Так ты был первым или нет?

— Она всё переиначивает, — сказал я из-за ладони. — Там была взаимность, и вообще, почему тебя такое волнует?

— Взаимность, — с усмешкой повторил Мишель.

— Полная! — И добавил. — И вообще, она первая начала.

— Андер, — с укором произнесла Нанали, — будь мужчиной.

— Именно поэтому я не понимаю, что ты сейчас делаешь, — ответил я.

— Что я делаю?

— Переворачиваешь всё с ног на голову.

— Я рассказываю, как было, — возразила она чуть ли не с ангельским видом. — Просто со своей стороны.

— Тебе сто семнадцать лет.

— Я говорила, что неопытна в определённых вопросах.

— Это неправда, — сказал я. — Ты знала, что делаешь с самого начала, и даже лучше, чем я.

— Ой, смотри-ка, — тут же подал голос Мишель с притворным удивлением, — Андер признаётся, что кто-то знал больше, чем он. Запомните этот день.

— Миша, — произнёс Сэм.

— Что?

— Помолчи.

— Я просто констатирую, — брат невинно поднял руки. — Это исторический момент.

Гектор, который всё это время молчал, вдруг спросил.

— Дядя Андер, а тётя Нанали теперь будет жить у нас?

— Скорее всего, — ответил я.

— А она настоящий дракон?

— Настоящий.

— А она может превращаться, как и ты? — Гектор с нескрываемым любопытством уставился на Нанали.

— Могу, — ответила та.

— Прямо здесь?

— Гектор, — сказала Вероника.

— Ну, мам…

— Потом, — сказала Нанали мальчику, и улыбка у неё была просто тёплой. — Договорились?

Гектор подумал секунду и кивнул. Сэм же снова взял кружку и долго смотрел в неё.

— Ну что ж, — произнёс он. — Добро пожаловать в наш род, Нанали. Думаю, скучно у нас точно не будет. Извини за представление. Но нам уж очень хотелось поиздеваться над Андером.

— Всегда пожалуйста, мне тоже доставило это незабываемое удовольствие.

После обеда я вышел с Нанали из замка, покосился на неё.

— Ты же понимаешь, что я этого не забуду.

На что Нанали слегка улыбнулась, и провела пальцем по губам.

— Дорогой, думаю, ты сможешь меня простить, ведь я знаю волшебный способ для этого.

— Может сейчас? — тут же сменил я гнев на милость.

— Ммм… — сомнением произнесла она. — Оставим сладкое на вечер.

Немного подумав, я сказал.

— Предлагаю прогуляться в город.

Нанали открыла глаза и с сомнением посмотрела на меня.

— Зачем? Мне и здесь неплохо.

Я хмыкнул, окинув её взглядом.

— Ну, а тебе самой вообще приятно ходить в одной мантии? В Виндаре, конечно, климат тёплый, но там трусики прикупить, ещё какой одежды тебе не надо?

Она несколько секунд прищурившись смотрела на меня.

— Впрочем, да, ты прав, — произнесла она. — Кое-чем мне действительно стоит закупиться. Только вот есть одна проблема… — Она развела руками. — У меня с собой нет денег.

Я картинно схватился за сердце.

— Обалдеть. Мы ещё даже до свадьбы не дошли, а ты уже из меня вымогаешь деньги. Вот она женская сущность, ещё браслета нет, а кошелёк уже общий.

Нанали звонко рассмеялась.

— Что я могу поделать? — произнесла она. — Такова, видать, твоя судьба, Андер Арес. Привыкай.

Мы вышли за ворота, и было сложно не заметить, как на нас начали оглядываться. Всё-таки внешность Нанали была, мягко говоря, вызывающей, так ещё и светящиеся оранжевым светом глаза прямо намекали на её драконье происхождение.

Нанали же шла рядом, словно не замечая этого, и вертела головой с искренним любопытством.

— У вас тут шумно, — заметила она.

— Это ещё спокойно.

— Ты к этому привык?

— Я здесь родился и вырос.

Мы провели в городе около двух часов. К моей радости, Нанали оказалась тем редким типом женщин, которые в магазине не теряют времени попусту. Она смотрела, выбирала и быстро принимала решение. Без «ой, а вот это» и «нет, подождите, я сначала посмотрю то». В общем, она набрала несколько платьев, нижнее бельё, сапоги, дорожный плащ и понравившуюся в одной из ювелирных лавок заколку в форме дракончика.

У одной лавки она остановилась перед витриной и некоторое время смотрела на простые браслеты из черного камня.

— Нравятся? — спросил я.

— Нет, — ответила она. — Просто думаю.

— О чём?

— О том, как много у вас всего. И мне всё это дико… Вещи, лавки, люди, деньги, договоры… — она повернула голову. — Ты точно не пожалеешь, что связался с драконом?

Я помолчал.

— Точно не пожалею, — ответил я. — Хотя лучше спросить меня об этом через двадцать лет.

— Через двадцать лет я всё равно буду выглядеть как сейчас. — усмехнулась Нанали и отошла от витрины.

Через несколько дней стало окончательно ясно, что новость о нашей предстоящей свадьбе разлетелась не только по Виндару. Она разошлась по всему Ирвенту, а вскоре доберётся и до других государств.

Но мне было на самом деле на это плевать. Это у Сэма снова дел прибавилось, потому как он всегда очень подолгу работал с бумагами в своём кабинете.

В один из дней Нанали отбыла домой, но ненадолго, а для официального разговора с родителями и подготовки к переезду. И именно тогда на пороге появился Сэм.

Он вошёл, прижимая к груди внушительную толстую стопку пергаментов.

— Что это? — спросил я.

Брат ухмыльнулся.

— Ты такой интересный, Андер. Женишься на драконше и думаешь, что всё так просто? Сказал «да» и пошёл пировать? Нет уж. Здесь брачный договор.

Я нахмурился.

— И зачем он мне? Ты всерьёз думаешь, что она отберёт у меня половину моего имущества? Так мне ничего принадлежит… или тебе напомнить мою очерёдность в иерархии рода? (Главная ветвь = Сэм — Гектор, потом Мишель — Бастиан и только потом я. И то только если у старших братьев, больше не родится мальчиков). Сэм, я поберегу твоё время, — перебил я брата, когда он попытался что-то сказать. — Ты судишь по человеческим меркам. Но драконы они другие. Начать хотя бы с того, что они буквально живут под открытым небом. Им не нужны дома в нашем понимании, у них есть пещеры и горы. Они купаются в океане, охотятся в диких лесах. Одежду носят самую простую, а дорогие наряды надевают только в исключительных случаях, когда идут на приёмы к другим разумным. Им не нужны деньги по природе своей. Дракон сам себе добыча, сам себе казна. У них нет налогов, займов и права собственности на землю. Зачем ей договор?

Брат внимательно слушал, пока я не замолчал.

— То есть ты хочешь сказать, что брачный договор заключать вообще не надо?

— На мой взгляд, нет. Но решать, конечно, тебе, ты у нас за старшего. Но скажи мне… — я прищурился. — Когда ты на Веронике женился, я что-то не помню такой кипы бумаг. Наш отец разве требовал контракта? И с Аяной у Мишеля такого не было. С чего это вдруг на тебя сейчас снизошло озарение?

Сэм тяжело вздохнул.

— Да это всё после случая с дроу. Помнишь?

— Нет, — я покачал головой.

— Дело в том, что Владлен Цепеш очень… ну очень хотел женить тебя на Алесе. И его предложения были порой очень заманчивые, вот только договоры…

— Он присылал договоры? — я подался вперёд от удивления. — И я об этом узнаю только сейчас?

Сэм усмехнулся.

— Ну, ты мне сразу сказал, что жениться не собираешься, поэтому я к тебе с этой темой и не лез. Но ты бы видел, что он там писал… Первый ребёнок вам, второй — нам. Обязательное зачатие с артефактом наследования дара, — он тяжело вздохнул. — Вот я и решил сразу этот вопрос убить на корню. Прописать в нашем варианте, что в случае рождения детей, одного, двоих или десятка, все они будут носить имя рода Арес. И воспитываться будут здесь, и решения по ним будут приниматься исходя из интересов нашего рода.

Я нахмурился.

— Сэм, ты мало изучил вопрос.

— О чём ты?

— Скажи, как ты думаешь растёт ребёнок драконов? И как ты будешь его воспитывать?

Сэм задумался.

— Ну, как обычного ребёнка…

— Нет, — сказал я. — Как обычного не получится. Драконы это не эльфы, дроу или гномы. Они совершенно другие. Возьми хотя бы созревание детей. Они рождаются в драконьей ипостаси, Сэм. И так живут до четырнадцати-пятнадцати лет, до момента пробуждения искры. Ты хочешь, чтобы он рос здесь, в замке, где его никто не понимает? Где он будет чувствовать себя буквально запертым в клетке?

Брат посмотрел на свою стопку пергамента.

— Даааа, уж, — произнёс он.

— Именно, — сказал я. — Так что мне в любом случае придётся часто бывать в землях драконов. Как минимум, пока он там не повзрослеет немного.

— А если перейти в человеческую форму раньше? Можно как-то…

— Нельзя. Это их природа, не наша. — И, покрутив в руке стопку пергамента, я сказал. — Брат, кажись, ты потратил несколько дней впустую.

— Идею с именем рода и правами наследования всё равно надо будет проговорить с Нанали, — сказал Сэм.

— Это уже другой разговор, и я с ней сам это обсужу, когда придёт время. Но думаю, она не будет против, чтобы наш ребёнок носил имя древнейшего Великого рода.

— Ты уверен?

Я задумался и уклончиво ответил.

— Как только я поговорю с Нанали, сразу же тебе сообщу.

Сэм кивнул, поднимаясь.

— Только не тяни с этим. Договорились?

— Договорились.

Уходя, он бросил через плечо.

— Всё-таки в следующий раз посоветуйся сначала со мной, прежде чем делать предложение.

— В следующий раз? — я поднял бровь, чувствуя подвох.

— Да, — ответил он. — И я не говорю, что он обязательно настанет, но, чтобы я был к этому готов.

— Ты что-то имеешь против драконов? — спросил я.

— Напротив. Этот союз поднимает нас на новые высоты, но… — сделал он паузу, и когда она затянулась, я спросил.

— Сэм, говори, как есть. Неужели ты думаешь, что я не пойму.

— Хорошо, — ответил он, после чего посмотрел мне в глаза. — Я — глава рода, и слабее тебя и Мишеля. Гектор, в отличие от Бастина, не унаследует дар тени от Мишеля. У тебя ребёнок будет драконом. И всё это приводит меня к не очень приятным мыслям.

— Ты боишься, что начнётся борьба за власть? — спросил я.

— Да, — ответил Сэм.

Я подошёл к брату и, обняв его, сказал.

— Пока я жив, твоя ветвь будет оставаться главной.

Сэм посмотрел мне в глаза.

— Спасибо, брат. Честно, мне нужно было это слышать.

— Пожалуйста, — ответил я, и посмотрев на стопку пергамента добавил: — Должен же кто-нибудь заниматься делами рода и тратить время на всю эту хрень. Нет уж, избавь меня от этого!

Сэм несколько секунд смотрел на меня, а потом рассмеялся.

Поздравления с помолвкой начали прилетать почти сразу. И, что меня искренне удивило, самым первым отметился Брайн Трез. Письмо от него было написано по-простому… без аристократического лоска.

'Назначай мальчишник. Назначай пир. Выпивка с меня. Свидетелем на свадьбе буду я, и не дай тебе Арес взять кого-то другого. Обижусь смертельно.

Герцог Трез.'

Я прочитал это послание дважды и усмехнулся про себя. Надо же, как жизнь повернулась. Когда-то мы были врагами, и я наложил на него рабскую печать, под которой он остается и по сей день.

— «Интересная сложилась судьба», — подумал я.

Второе письмо было от Алесы. Дроу поздравляла меня, но ограничилась лишь дежурными фразами. Хотя чего можно было ещё ожидать.

От Пауля II пришло нечто похожее на официальное послание. Красивая бумага, государственная печать, витиеватые обороты о «радости за союзника».

А в самом конце, между парой строк о «процветании рода», читалось намёком то, что столь сильному одарённому негоже замыкаться на одной женщине.

Владлен Цепеш написал прямее. Он вообще любил говорить прямо. Суть его послания была той же, что и у Пауля, просто без витиеватости и если совсем кратко, то можно перевести послание одной фразой: «На одной жене свет клином не сошёлся».

Я дочитал второе письмо, сложил оба вместе и подвинул подальше на край стола.

В дверь постучала Мария.

— Милорд, ещё несколько писем доставили.

— Мария, — сказал я, — зайди.

Она вошла с подносом и внимательно посмотрела на меня.

— Значит так, с сегодняшнего дня письма первой просматриваешь ты. Зайдёшь к Планше, возьмёшь у него артефакт, с помощью которого будешь проверять на скрытые чары и проклятия.

— Я? — она едва заметно подняла брови.

— Да, ты. Сортируй их по принципу, если содержание касается дел рода и семьи, сразу ко мне. Если поздравления, намёки, приглашения и политические тонкости, разбирайся сама. Что сочтёшь важным, доложишь. Что нет, можешь откладывать или сразу в камин отправлять.

Мария несколько секунд смотрела на меня.

— Мария, — позвал я её, стараясь вырвать из оцепенения.

— Да, милорд?

— Ты справишься. — И тут же добавил. — Коли ты решила посвятить свою жизнь служа мне, то пора тебе расти.

Она коротко кивнула.

— Слушаюсь, милорд.