Проект «101» (кодовое наименование «Донар») — опытная разработка под эгидой главного Императорского Конструкторского Бюро Дискрема и Инженерного Корпуса Высшего Дома Лихтари. Засекречена особым указом Его Императорского Величества Фридриха II Хардалена.

Длительность разработки и постройки — семнадцать лет. Экипаж — 1840 человек. Вооружение — засекречено. Силовая установка — засекречено. Размеры — засекречено.

— Реестр Императорской Канцелярии по разработке оружия для Императорского Воздушного Флота Дискрема.

Они сбивали наши ракеты, но тяжёлые артиллерийские снаряды, которые прошли по берегу, здорово пустили врагу кровь. Танки горели, самоходные установки пылали, пехота рассредоточилась, чтобы спастись.

А у нас были новые задачи.

— Будем держаться, сколько надо, — пообещал капитан Вихрев, когда я с ним поговорил.

— Обеспечивайте связь любой ценой, — приказал я. — И докладывайте обо всём.

У меня аж кипело в голове, настолько много информации было, и мне надо было учитывать всё. А как ещё, когда идёт такая масштабная высадка? И это не говоря о том, что всех разметало.

До сих пор не было связи с начальником штаба Ван Ли. Похоже, его вертолёт сбили, но неизвестно, куда он упал. И связь с базой Пятой бригады не восстановлена до сих пор, неизвестно, держатся они или нет.

Но Бронин наладил связь с блокпостами огранцев в своём секторе без напоминаний, а вместо Ван Ли докладывал и занимался штабной работой его зам. Военная машина движется дальше.

— Майор, слушай приказы, — я подозвал Бронина. — Нам нужна сеть наблюдательных пунктов по всему острову. Каждое движение этой заразы, — я показал на вражескую крепость, которая поднималась выше, — нужно передавать нашим корректировщикам. И не давать врагу следить за нашей.

— Сделаем, командор.

— Любое место, откуда они за нами следят, нужно подавлять нашей артиллерией сразу. Радары нас не увидят, а вот они увидят. И про морпехов не забывай. Они должны высадиться.

Вражеская крепость развернулась и дала сокрушительный залп из пушек куда-то по нашим позициям. От залпа даже уши заложило. Бронин скрипнул зубами. И что хуже, вокруг крепости роились самолёты.

Но штурмовики далеко не отлетали, ведь у нас тоже было ПВО. Один из вражеских летунов хотел сбросить бомбы на нас, но со стороны деревьев вылетел снаряд из переносной установки ПВО.

Ракета, оставляющая дымный след, полетела следом за штурмовиком, тот сбрасывал тепловые ловушки, но она его настигла. Вскоре горящий самолёт рухнул в море.

Десантники встретили попадание радостными криками.

Но крепость выпускала и вертушки, одну за другой. Скопировали не только крепость, но и тактику имперского десанта, даже придерживались той же манеры полёта, чтобы избежать попаданий ракет.

Причём им сейчас не было необходимости высаживать десант, когда вокруг основные силы и бронетехника, но командующий хотел похвастаться своей мощью. Или впервые опробовать тактику в реальном бою.

И у меня возникла идея. Дерзкая, но которая может сработать.

Они пользуются тактикой врага, но и мы можем так делать. И не так давно враг, ещё в Инфиналии, хотел нас взорвать, но мы не дали. А ведь тактика-то у него была хорошая.

— И ещё, Боря, — я притянул Бронина к себе. — Добудь мне их вертушку. С живым пилотом. Они же высаживаются постоянно.

— Э-э… понял, — без привычной уверенности сказал он, не спрашивая, для чего мне это понадобилось.

— Хочу отправить им подарок. Гвоздь! — позвал я радиста. — Такси мне.

Он засмеялся и вызвал вертолёт по рации.

— Я к Флетчеру, — сказал я. — Работаем, парни!

Бронин кивнул. Но у меня в части всё сделано так, что даже без меня они смогут продолжать драться. Может, не так эффективно, но десант не отступит. Ночь в разгаре, а до утра нам ещё многое нужно сделать.

Мне же нужно заняться крепостью. Не смогу навредить ей своими силами, ведь свеча Небожителя, стоящая в реакторе, не даст мне сделать ничего.

Зато смогу вызвать вулкан, давно этого не делал, и силы вполне себе восстановились. Но он должен появиться в нужной точке, ведь я смогу сделать так всего один раз без подпитки.

А вокруг столько наших, что можно навредить своим, и сделать хуже. Да и солдаты-пехотинцы могут запаниковать. Поэтому держим это как козырь. Даже Небожители прошлого выжидали нужный момент для удара.

Так что вражескую крепость нужно уничтожить без этого.

Наш вертолёт летел низко, чуть ли не задевая верхушки деревьев, петлял, избегая вражеских маршрутов и ПВО. Кого-то из наших даже стошнило, настолько это непривычно и страшно. Иногда вообще казалось, что пилот вот-вот куда-нибудь врежется.

А бой кипел. В нас иногда стреляли. Могли лупить местные партизаны и сепаратисты, могли бить пехотинцы, которые после обстрела не знали, где свои, а где чужие.

— Что-то горит, — Гвоздь показал вперёд.

И правда. Горела техника, потому что дым казался очень жирным и чёрным, но в пламени иногда показывались ярко-оранжевые вспышки пылающего игниума. Танки подожгли или цистерны с топливом.

Но вертолёт благополучно приземлился на нужную площадку, и под ногами снова твёрдая земля. Я, пригибая голову, скакнул в вырытый окоп и пробежал по нему. Бойцы куда-то стреляли, а впереди…

Ого.

Целая колонна танков горела в джунглях. Флетчер со своей бандой (а мы в последнее время называли его батальон только так) смогли подбить первую и последнюю машину, замыкая их.

И хвалёные «Преторианцы» горели, даже не в силах ответить. Даже их шатуны не могли помочь им отбиться, они горели тоже. Даже не было слышно призывов сдаться из их мощных динамиков.

— Хана дискарям! — восторженно вопил десантник из гранатомётного отделения, едва выпустив ракету.

— Сдохните, хардосы долбанные!

Прозвища врагам из империи Дискрем и бойцам дома Хардален дали быстро. Хотя могли вспомнить истории воевавших с ними отцов и дедов, те тоже как только их не называли.

Флетчер стоял на пригорке и смотрел, как пылают вражеские танки. А после вдруг удивил меня. Он снял каску и тяжело выдохнул.

— Пацанов-танкис-с-стов наш-ших вс-спомнил, — прошипел он. — Как горели на улицах. Эти-то тоже куда прутс-с-ся колоннами? Дебилы, что ли?

Юджин надел каску обратно.

— Зорин говорит, что танкис-сты всегда находят с-с-свечу после смерти, — он невесело хмыкнул. — Потому что умирают в аду и ис-с-скупают все грехи. Врагов тоже кас-сается?

— Вряд ли, у них большинство в предков не верит, кроме накамур, — сказал я. — Да и мы в последний год воевали, пока они ходили на парадах. Вот и дохнут.

— Я тоже с-самое говорил.

— Но не расслабляться, парни. Они тоже потом научатся. Поумирают и научатся воевать. И их больше.

Бах! Снова взорвали очередной танк. Он загорелся, а потом бахнуло так, что с него сорвало башню сложной геометрической формы. Кто-то сделал снимок.

Я передал Флетчеру приказы, такие же, что и Бронину. Чтобы он наблюдал за их крепостью и не давал им наблюдать за нашей, чтобы эта гадина не сорвала нам вылазку, и восстанавливал связь с пехотой.

Но если получится погубить их крепость, это сразу изменит ход кампании. Вот я и передал ещё один приказ.

— Найти их вертолёт? — удивился Флетчер последнему приказу.

— Неужели ты не сможешь? — я усмехнулся. — У тебя же талант находить бесхозные вещи.

— С-с-смогу, — решительно сказал он.

— За работу, майор!

После поговорил с разведчиками, ведь Смирнов тоже менял позицию и оказался здесь.

— Смотри, лейтенант, — мы сели с ним в окопе.

Молодой лейтенант уже выглядел увереннее, чем раньше, и его взвод уже действовал слаженно, уже настоящие разведчики. Я слышал, как кого-то подгонял Шутник, и как где-то рядом допрашивали взятого в плен взводного Хардаленов. Допрашивали жёстко, но и нас тут не курорт. С нашими обходятся куда хуже.

Земля здесь настолько влажная, что по ней чуть ли не бежала вода. Один из солдат неподалёку сматерился и зарубил лопаткой упавшую в окоп змею. Джунгли же хреновы, здесь кто только не водится. А когда начинается пожар, вся живность ползёт оттуда.

— Вертолёт? — удивился Смирнов. — Мы… так точно, господин командор, раздобудем!

— И это не всё. Обеспечь мне связь с Пятой бригадой. Разведкорпус будет только утром, а сейчас это всё на тебе.

База Пятой бригады находится на самой высокой точке острова, и враг тоже захочет её взять. Ведь оттуда можно будет наблюдать как за высадкой морпехов, так и за нашей крепостью.

Ну а время шло, битва продолжалась, и мне передали, что первая волна морской пехоты выдвинулась в нашу сторону.

Храни их предки. А мы пока выносим мобильную артиллерию и взрываем все самоходки, какие можем.

Я вернулся в вертолёт. Не хотелось делать то, что я собирался, но я уже убедился, что отряд не надо вести за ручку. Да и я мог вмешаться, ведь со мной были радисты и связисты.

— На базу, — приказал я пилоту и показал на запад, где была наша крепость.

— Есть!

* * *

В это же время, ставка командования имперской армии, архипелаг Меркато…

— Господин генерал, вы не можете говорить с ней, — вполголоса настаивал начальник штаба.

— Разберусь сам, что я могу, а что нет, — пробурчал генерал Загорский. — Ведите их сюда.

— Её надо арестовать!

— Вы самый умный, полковник?

— Никак нет…

Генерал отмахнулся, и вскоре в его кабинет вошли послы. Среди военных в форме без знаков различия шла женщина в мундире, которую Загорский знал лично.

Он удивился и встал, но смотрел хмуро и недовольно.

— Генерал, — произнесла Анна Хардален. — Не желаете ли вы оказать должные знаки внимания законной императрице Юнитума?

Она была в чёрной форме гвардии Дома Хардален. Но больше всего внимания привлекал её амулет, ведь в нём горела настоящая свеча духа. Раньше она носила его при себе, но он никогда не светился.

— Вы не можете называть себя законной императрицей, — медленно проговорил Загорский, — ведь вы были замужем за самозванцем.

— Такие слова — измена, генерал, — произнесла Анна. — Нет никаких доказательств, что мой муж, император Алексей Громов, был самозванцем. Зато сколько угодно свидетельств, что мятежники возвели на престол узурпатора и самозванца. В их числе находитесь и вы.

— Вам есть, что сказать по существу? — грубо спросил генерал. — У меня война идёт. Против вашего дома.

— Высший Дом Хардален не воюет с вами, — отрезала Анна. — Но в данный момент патриоты империи Юнитум не готовы мириться с узурпатором, и бросили ему вызов. Здесь, на этих землях.

— Не рассказывайте мне сказки. Там вся армия — переодетые бойцы вашего отца.

Его взгляд то и дело скользил к амулету, будто его притягивало туда силой.

— Нет, это частная компания, — заявила Анна, — и отношения к империи Дискрем они не имеют. Но мне есть, что вам сказать, господин генерал. И раз вы согласились нас выслушать, то явно хотите что-то услышать.

— Зависит от того, что вы скажете, — произнёс генерал.

— Не мешайте нам, — тихо сказала Анна Хардален. — И мы этого не забудем.

— Кто именно вы? — спросил Загорский.

— Те, кому суждено править обеими империями. Мы не забываем друзей. И ещё, генерал, запомните, что за последние пятьдесят лет никто не смог победить Железный Легион. А им сейчас командует мой брат.

— И вот, вы сами сказали, кто нападёт, — генерал хмыкнул.

— Я этого не говорила. Но от вас требуется только подождать. Мы вернём себе остров, и война закончится, дальше начнётся перемирие и переговоры. Но если продолжите операцию — проиграете. Вам нужно только подождать. А взамен за это мы…

* * *

Вертолёт поднялся высоко в небо, почти до облаков, где укрывалась крепость. Но всё равно даже через них были видны вспышки маневровых двигателей и залпы из огромных пушек.

Крепость вела бой против другой крепости на огромной дистанции.

Я смотрел на остров. Хотел быть там, но у меня есть и другие задачи, чем просто стрелять. Этот бой нужно закончить быстрее, и в нашу пользу. Меньше людей погибнет, чем если я просто буду торчать там с автоматом.

Вертолёт сел на платформу, которая опустилась в глубины. Я тут же вышел и быстрым шагом пошёл к подъёмнику.

Навстречу мне выскочил Зорин.

— Господин командор, — официально обратился он, но глаза пылали. — Сколько нам тут сидеть? Там наши…

— Оставайтесь в резерве, капитан, — отрезал я.

— Но мы…

— Вам непонятен приказ?

— Всё понятно, господин командор, — сказал Зорин, тут же отступая.

— На палубу! Готовьтесь высаживаться в любой момент.

Он переживал за своих, хотел выдвигаться, ведь знал многих, кто был внизу. Притёрся за время службы. Но его рота будет в резерве. Бронетехнику там развернуть негде, но ограничено мы применить её сможем, когда восстановим связь с Пятой бригадой. У них есть подходящие места, где будет развернуться танкеткам.

Для этого я и держу Зорина с его ротой бронетехники и ещё одну роту десанта.

Я приказал караульному гвардейцу вызвать Варга в боевую рубку, и сам поднялся туда. Пока поднимался, крепость трясло от залпов своих же пушек, и лифт пару раз останавливался.

В рубке полно народа, но контр-адмирал Извольский сидел на своём месте, спокойный и уверенный, потому что он был здесь в своей стихии. Он вёл бой, а на столике перед ним помимо карт лежала старая пыльная книга с потёртой обложкой.

«Тактическое пособие. Теоретические возможности боя крепости против крепости». Автор — генерал Роман Загорский, тот самый Молот империи, который и придумывал первые тактики для нового оружия.

Наша крепость вела бой вслепую, даже не видя врага. Только глазами разведчиков и моих людей.

— Разведка докладывает! — кричал связист, прижимая трубку к уху. — Цель в квадрате 4−7-1–2, высота двести метров, курс северо-запад. Движется вдоль хребта со скоростью около пятнадцати узлов

— Дистанция? — спросил старпом.

— Тридцать шесть километров!

Извольский выдвинул перископ, но вряд ли он что-то там видел. Ведь слишком далеко был враг, прямой видимости не было. Но стрелять всё равно можно.

— Первая и вторая башня, — сказал адмирал абсолютно спокойным голосом. — Фугасными.

Артиллеристы на своих башнях уже работали с массивными баллистическими вычислителями и передавали данные в рубку, а автоматические системы заряжали тяжёлые снаряды.

— Ветер северо-западный, четыре метра! Данные введены, поправка учтена, башни готовы к стрельбе.

— Открыть огонь, — сказал Извольский.

— Залп! — заорал старпом в переговорную трубку.

Крепость аж содрогнулась. Со стола штурмана скатился карандаш, но тот привычно его поймал. Балансировщики выравнивали крен, но это не происходит мгновенно, и пол какое-то время был наклонён.

— Попадание не зафиксировано!

— Маскировка. Ждём ответный огонь.

Донеслось шипение. Это особые кассеты выбрасывали игниумную пыль с частичками металла, скрывая нас от радаров.

— Враг тоже всем этим пользуется, — раздался голос Станислава Варга. — Мы его совсем не видим. Ваши люди — наши глаза.

— Десант передаёт с земли, — подал голос второй связист. — Обнаружена наблюдательная позиция противника в квадрате 4−9-0–8! Смотрят за нами!

— Подавить, — распорядился Извольский.

Приказ пошёл по цепочке, и меньше, чем через полминуты сухо застучали орудия среднего калибра. От этих мощной отдачи не было, но на земле всё равно получать такое неприятно.

— У меня важный вопрос, полковник, — сказал я официально.

— Слушаю вас, командор, — отозвался Варга. — А после вернусь в штаб. Морпехи начали высадку.

— Сегодня вспоминал «детство».

Мы, ветераны войны на юге, иногда так называли штурм Фледскарта. Ведь тогда, можно сказать, многие из нас были детьми и учились всему там. Даже года не прошло, а казалось, что это было очень давно.

— Тогда генерал Рэгвард направил нас на важную задачу. Мы должны были разминировать секретные бомбы «Вечное пламя», пока враг их не взорвал на дамбе и под нашей крепостью.

— Я хорошо помню, — Варга кивнул.

— Высотный, снижение на шестьсот! — крикнул старпом.

— Есть снижение на шестьсот!

— Четыре вражеских штурмовика! Направление северо-восток, двадцать километров! Летят к нам!

— Перехватчики, — коротко сказал Извольский.

— Выслать перехватчики, — рявкнул старпом. — Зенитным батареям — подготовиться!

Суета продолжалась, крепость палила и вела бой.

— Мне нужны эти бомбы, — сказал я. — Они должны быть на крепости. И кроме того… раз эта крепость скопирована, то мне нужно знать точное расположение реактора. У них наверняка там же.

— Это секретные данные, я сам их не знаю, — Станислав удивился.

— Кто знает?

— Главный инженер, контр-адмирал…

— Вот и поговорим с ними. Я хочу разместить эти бомбы у врага. Или под ним, или внутри.

— Но их невозможно взорвать, Дмитрий! — всполошился Варга. — У нас нет детонатора, ведь там нужна…

— Душа Небожителя, я знаю. Найду что придумать.

Варга уставился на меня, но в его глазах скользнуло понимание. После он кивнул.

— Я поговорю с адмиралом. Бомбы будут.

* * *

Порт, база Третьей бригады морской пехоты РВС Калиенты…

Морпехи готовились отплывать. Первая волна уже штурмовала побережье, вторая была в море и готовилась к высадке, а третья рассаживалась по десантным катерам и кораблям.

Некоторые с тревогой смотрели на восток, где всходило солнце. Говорят, что у врага есть крепость.

Полковник Загорский занял своё место рядом с одним из десантных кораблей. На нём был бронежилет и каска, в руке он держал автомат. От него не требуется принимать прямое участие в бою, но ситуация может пойти по-всякому.

— Господин полковник! — обратился к нему офицер-связист. Вид у него был встревоженный. — Только что пришёл приказ из штаба. Нам приказано… отменить операцию, — он осёкся и сглотнул.

— Что значит отменить операцию?

— Отступить, — робко сказал связист.

Загорский потёр лоб под каской. Издалека доносились взрывы. Прямо сейчас первый батальон штурмовал укреплённый берег при поддержке пехоты и десанта, которые сражались там всю ночь.

— Это приказ генерала, — произнёс связист. — Вашего…

— Я помню, кто мой отец.

Полковник посмотрел на восток, затем на часы, принадлежавшие его прадеду, которого он никогда не знал, но о котором столько слышал. Он собирался передать их своему сыну, который был где-то на островах.

— Я не понял приказа, — сказал полковник Загорский. — Пусть повторят.

— Что?

— Вы плохо слышите, капитан? Пусть повторят приказ!

— Я… — связист замялся, но откашлялся и оживился. — Уже связываюсь с ними, господин полковник.

Он вернулся к рации, а полковник залез на борт десантного корабля. Третья, основная волна атакующей морской пехоты двинулась вперёд.