Тайлер

– Это последнее предупреждение, мистер Харт! – Лицо учителя покрывается красными пятнами, а подбородок дрожит. Мы спорим уже пятнадцать минут. – Займите свое место и закройте рот!

Но это слишком важно, чтобы оставаться в стороне.

– Юбка – не просто пережиток прошлого, это форма скрытого контроля над телом. Они неудобны в ветреную и холодную погоду, ограничивают движения, вызывают тревожность. В ношении юбок нет преимуществ, кроме того, чтобы угодить таким старым закостенелым козлам, как вы!

– К директору! Живо! – рявкает мистер Симонс.

– Отлично!

Я едва успеваю взяться за ручку двери, как начинает верещать пожарная сигнализация. И почему мне кажется, что это как-то связано с Кэс, которая совсем недавно отпросилась в туалет?

Коридоры мгновенно наполняются гулом, хлопками дверей и криками дежурных.

– Все встали! Спокойно, без паники! – перекрикивает шум грубый голос учителя. Напуганным он не выглядит, может быть, только немного рассеянным. Значит, точно не учебная тревога.

Ученики высыпают в коридор. Кто-то хихикает, кто-то закатывает глаза – обычная реакция на учебную тревогу.

– В линию, быстро! По парам!

– Что за фигня? – Блейз поднимает с пола одну из листовок. Они разбросаны повсюду, приклеены к стенам, торчат из шкафчиков.

– План ГОВ.О, – отвечает внезапно появившаяся Кэс. Она выглядит невозмутимой, и на наши недоуменные переглядывания поясняет: – «Гори оно все огнем».

– Что еще кроха удумала? – Зак следует прямо за нами, и мне хочется послать его куда подальше, особенно за то, что он опять ее так называет, но в этот момент мы выходим на крыльцо и видим Скай.

На нее орет охранник, размахивая руками. Зак обходит нас и быстрым шагом идет к ней, но замирает на полпути, когда Скай поднимает рупор к лицу и говорит:

– Привет всем! Я Скайлер, а сегодня день «Пошли они к черту со своими правилами»! Я не сдвинусь с этого места, пока администрация не отменит обязательное ношение юбок!

Охранник раздосадованно машет рукой, пытаясь вырвать у нее рупор, но она цитирует статью закона, запрещающую применять к ученикам силу.

Директор выскакивает во двор и идет к Скай, приказывая всем остальным стоять на месте. Нужно что-то делать. Я наклоняюсь к Блейзу, рассказывая свою идею, он увлеченно кивает, и мы расходимся в разные стороны, чтобы переговорить с несколькими девчонками.

Зак разворачивается и идет обратно к школе, по пути хватая Мию за руку. Странно, но у меня нет на это времени.

Скай тем временем продолжает говорить в рупор:

– Согласно федеральному закону об образовании 1972 года, никакая учащаяся не может подвергаться дискриминации по половому признаку в любой школе, получающей государственное финансирование. А если вы заставляете девочек носить юбки, то навязываете гендерные стереотипы, ограничиваете свободу выбора и нарушаете равные условия.

Она делает паузу, чтобы подчеркнуть мысль:

– У Верховного суда уже были прецеденты, когда принудительное ношение юбок признавалось дискриминацией. В 2019 году в Северной Каролине родители и ученицы выиграли дело против школьного округа, где девочек заставляли носить только юбки. Суд постановил: это нарушает их конституционные права на равную защиту по 14-й поправке.

– Ее же исключат! – говорит кто-то в толпе.

– Просто хочет привлечь к себе внимание, – продолжаются шепотки.

– Это же она вертела сразу двумя парнями?

– Я имею право чувствовать себя комфортно, безопасно и не быть объектом сексуализации из-за школьной формы. Школьная политика не может быть выше гражданских прав. Если вы продолжите игнорировать это, я подам жалобу в офис гражданских прав при Министерстве образования США.

Директор что-то говорит, размахивая перед ней руками, должно быть, угрожает, но она не обращает на него внимания, продолжая говорить в рупор.

Маленькая моя, смелая.

Если бы я уже не был влюблен в нее по уши, то влюбился бы прямо сейчас. Я набираю отцу и кратко обрисовываю ситуацию. Скай понадобится любая поддержка.