Тайлер

Это ничего не значит. Да, мне сложно перестать на нее смотреть, но только потому, что она выглядит сегодня иначе. Ее джинсовые шорты непривычно короткие, а полосатая красно-белая рубашка не застегнута, и я могу любоваться… Нет! Я могу видеть ее ключицы. Две аккуратные тоненькие косточки и маленькую выемку между ними, в которой поблескивает золотым кулон-сердце. Я отвожу взгляд от Скай, но он цепляется за ее колено.

– Сильно болит? – Я едва касаюсь ее кожи чуть выше синяка, который стал уже сине-желтым.

– Не особо, хотя долго ходить неприятно.

Всю неделю я избегал лишних встреч с ней. Мы все так же вместе обедали, иногда я провожал ее от кабинета к кабинету, но на парковку не выходил. У меня было для этого правдоподобное объяснение – плавание. Я действительно задерживался в бассейне дольше обычного, но не ради тренировок.

Решение проводить вместе меньше времени было логичным и правильным, но не сказать что помогло. Я все равно смотрел только на нее все уроки. Как она первая поднимает руку на любой вопрос, как доводит до трясучки учительницу обществознания спором о границах свободы слова.

В прошлом году я бы вклинился в эти дебаты с прямо противоположным мнением, просто ради спора и чтобы посмотреть, как Скай, разойдясь, вскочит с места и будет отчаянно сдерживаться, чтобы не обругать меня. Она всегда спорит с такой страстью, словно от этого зависит ее жизнь. И я постоянно был готов подлить масла в этот огонь, но теперь мне хочется просто наслаждаться звуком ее голоса и тем, как быстро, с лету она перебирает аргументы.

Я так зациклился на идеи выкинуть Скай из головы, что только о ней и думал. Как она улыбнулась, увидев букет. Это было спонтанным решением, и я жалел о нем три дня, переживая, как бы она не сочла это чем-то… не решила, что действительно нравится мне. Не хотел вспоминать, как мы ходили в кино. И сколько бы ни повторял, что это ради рейтинга, правда в том, что я пригласил ее, не ожидая, что там мы встретим знакомых.

Она же вела себя отстраненно, делая ровно столько, сколько нужно для спора. Лишний раз не смотрела, не касалась и писала только по делу. И говорила тоже. Единственным исключением стала та ночь после дебатов. Но дело не во мне: ей нужно было выговориться, а я оказался рядом.

Высокомерная холодная зазнайка. Чем я так сильно ее раздражаю?

Я едва говорил с ней, даже не спросил, как она себя чувствует после падения. Как добиралась до школы, начала пользоваться автобусом?

Чувство вины все-таки заставляет спросить:

– Ты ездила на автобусе, или тебя подвозила Кэс?

– Иногда Кэс, но в основном пешком, – едва слышно отвечает она.

Музыка в кафе негромкая, но я сомневаюсь, что верно услышал ее.

– Пешком? Тебе же идти километров семь!

Она тихо объясняет, что это не так уж плохо: якобы успевает послушать аудиокнигу или обдумать домашнее задание. А я пытаюсь сдержаться, чтобы не спросить, в чем проблема с автобусами. В прошлый раз она странно и резко отреагировала на такой вопрос, не хочется сейчас портить ей настроение. Вместо этого я говорю, что буду подвозить ее, пока она не починит велосипед.

– Это слишком, Тайлер.

– Пф, слишком будет, если кто-то узнает, что моя девушка ходит пешком. Прощай репутация.

Строго говоря, о репутации я не думал, выпалил, чтобы она не решила, что слишком о ней переживаю. Скай хмурится, но поспорить не успевает: в этот момент приносят коктейли и она отвлекается на напиток. Пьет свой и жмурится от удовольствия, а потом говорит, что это определенно один из самых вкусных коктейлей.

– А твой тебе как?

Я выбрал наугад «Арбузный тайфун», недостаточно сладкий, на мой вкус, о чем я ей и сообщаю. Она смеется и предлагает поменяться.

– Почему хочешь отдать мне свой коктейль, он ведь тебе понравился?

Она пожимает плечами.

– Ну, тебе ведь твой нет. – Скай пододвигает ко мне стакан. – Бери, я привыкла. Братья вечно капризничают из-за еды.

– Я не капризничал.

– Эм… – она смущается, – я не это хотела сказать.

– То есть ты всегда отдаешь самое вкусное братьям, только потому, что они просят? – спрашиваю я.

– Ну да… Мне не жалко, а они радуются.

– А что насчет твоих желаний? Твоей радости?

Скай хлопает глазами, как будто ей никогда не приходило в голову подумать об этом.

– Но… делиться ведь правильно, – наконец выдавливает она. Похоже на типичную фразу, которую говорят родители детям.

– Что ж, со мной не нужно. Я вполне в состоянии сам о себе позаботиться и хочу, чтобы ты выпила этот коктейль, если он тебе действительно понравился, а потом мы прогуляемся по берегу. Только совсем немного, чтобы не напрягать твое колено еще больше. Идет?

Скай кивает и улыбается, отводя взгляд, ее щеки немного краснеют. А я ловлю себя на абсолютно идиотском и неуместном желании обнять ее прямо сейчас.

Мы допиваем коктейли, а потом идем по мягкому горячему песку до пристани. Скай сама берет меня за руку, но это ничего значит. Просто вокруг полно народа, и она хочет выиграть не меньше меня.

– Могу я тебя обнять? – не выдерживаю я, когда мы доходим до конца пристани. И это тоже ничего не значит, просто нас очень хорошо отсюда видно остальным – обнимаясь, мы выглядим влюбленной парочкой. Это просто игра.

Она вздыхает и кивает, а потом говорит, что сегодня красивый закат. Я спрашиваю, что у нее за духи, просто чтобы отвлечься от ощущения ее теплой спины, прижимающейся к моей груди, от моих ладоней на ее талии.

– Духи? – удивленно переспрашивает она, чуть повернув ко мне голову. – Это просто лосьон для тела с кокосом.

– Кокос, точно. Вкусно пахнет.

– Боже, Тайлер, ты такой сладкоежка. Надеюсь, меня не укусишь? – Она смеется, а думаю, что, вообще-то, действительно не против коснуться зубами ее плеча через тонкую ткань рубашки, а потом чуть выше, легко прикусить нежную кожу на шее. Скай так вздрагивает каждый раз, когда я ей что-то шепчу… Как бы она отреагировала, если бы я поцеловал ее прямо за ухом, где сейчас заправлена прядь золотистых волос?

– Нам стоит пробежаться еще раз по вопросам интервью.

Точно. Это ничего не значит, потому что она не хочет, чтобы я ее целовал. Наверняка она предпочла бы «сыграть» в пару с Заком. От этой мысли вмиг портится настроение и пропадают все дурацкие желания.

Мы снова обсуждаем вопросы, которые только приходят в голову. Все их не предугадать, как и день, в который устроят интервью. Нас опросят по отдельности, а потом оценят, как хорошо мы знаем друг друга. Например, у Скай узнают ее любимый цвет (зеленый, как мокрая трава), а потом тот же вопрос зададут мне. Моим любимым цветом до прошлого месяца был голубой, теперь это коричневый, как растопленный шоколад.

– Шоколад? – фыркает Скай, не догадываясь, что в этот раз дело вовсе не в сладости, а потом предлагает вернуться к остальным.

Она снимает сандалии и, взяв их в одну руку, идет по щиколотку в воде. Протягивает мне ладонь и с легкостью переплетает наши пальцы. Ее глаза сияют, а на губах улыбка. Конечно же, это значит только то, что она научилась хорошо притворяться, а не то, что ей на самом деле приятно проводить со мной время.

Мы приближаемся к шумной толпе, и ее взгляд скользит по играющим в волейбол парням, среди которых есть и Зак.

– Мне нужно переброситься парой слов с Блейзом насчет завтрашней тренировки. Подождешь здесь или пойдешь со мной?

– Иди, я поболтаю с Кэс.

Оставляю ее неподалеку с подругой и отхожу. Блейз протягивает мне бутылку холодной колы, и, пока мы говорим, я смотрю, как Скай смеется над словами Кэссиди, как скидывает рубашку и завязывает волосы в хвост, а потом они вместе присоединяются к играющим.

Похоже, синяк на ее колене выглядит более болезненно, чем есть на самом деле, раз она все же решилась поиграть. Я точно знаю, что Скай не любит спорт: ни смотреть, ни играть. Это было в списке вопросов, который мы обсуждали. Но, видимо, она не может отказать подруге.

– Тай-тай, да ты совсем поплыл.

– Куда? – переспрашиваю я, а в ответ Блейз хохочет и хлопает меня по плечу.

– Не куда, а по кому!

– М-м, ну да… – мямлю я.

– Да сто процентов. Боже, да ты оторваться от нее не можешь! А как же «отношения отвлекают»? С Шелли ты так себя не вел.

Блейз поверил в нас. Неожиданно, я предполагал, что он как лучший друг быстро меня раскусит. Даже подготовил речь-оправдание с просьбой держать язык за зубами. Хорошо, что она не пригодится, но почему-то обсуждать с ним Скай неловко и странно, поэтому я возвращаю разговор к тренировкам и осенним сборам, краем глаза продолжая следить за полем.

Блейз задает вопрос, но я его не слышу, потому что в этот момент прямо на Скай несется Зак. Он пытается поймать мяч и замечает Скай, только когда врезается в нее. Они падают на песок.

Вот придурок!

Ну, по крайней мере ему хватило ума сгруппироваться и не падать на нее всем весом – удар пришелся на него, а Скай оказалась сверху. Но теперь я уверен, что он это спланировал.

Пока иду к ним, закипая от злости, он успевает перевернуть ее на спину и что-то говорит, она заливается румянцем.

– Зак!

На мой окрик он лениво поворачивает голову, насмешливо кривит губы и только потом неторопливо поднимается, помогая Скай встать. И как будто мало того, что он зажимал мою девушку на глазах у всего пляжа, так еще и начал отряхивать ее шорты от песка. Скай отшатывается.

– Убери от нее руки!

Я успеваю врезать ему и получить ответный удар, прежде чем нас растаскивают в разные стороны. Зак сплевывает на землю слюну, смешанную с кровью из разбитой губы.

– Слабоват удар для спортсмена. Тренировки прогуливаешь, Харт?

– Остынь, он этого не стоит, – говорит Блейз, сжав мое плечо.

Парни отпускают Зака, и он оглядывает меня с головы до ног, складывая руки на груди.

– Какое хрупкое эго у золотого мальчика. Кто бы мог подумать, что ты настолько не уверен в себе. Я просто помог ей встать, а ты уже увидел в этом угрозу?

– Ты лапал ее!

– Тайлер! – Скай встает между нами и кладет ладони мне на грудь. – Давай уйдем.

– Он…

– Тайлер, мне нужно домой, – настойчиво повторяет она, и я киваю.

Я злюсь на себя, что сорвался, злюсь, что не ударил сильнее, злюсь, что это действительно задело меня. Я не играл ревность, черт возьми, а на самом деле потерял способность соображать, когда увидел их рядом, когда Зак касался ее так, как даже я себе не позволял.

– Что на тебя нашло? Это ведь была случайность, – спрашивает Скай, едва мы оказываемся в машине.

– Где твоя рубашка?

– О… – Она оглядывает себя, как будто ей надо проверить, что она и правда в одном только верхе от купальника и шортах. – Забыла и сандалии… Напишу Кэс, чтобы захватила.

– Я схожу.

Скай хватает меня за запястье, останавливая.

– Тебе не кажется, что так себя вести ради какой-то короны – это чересчур?

– Какой-то? Для меня это важно. Мне казалось, я ясно объяснил все еще в первый наш разговор. Но если ты хочешь виснуть на этом… Если хочешь развлекаться с Заком – вперед. Я еще успею сменить напарницу, – резко отвечаю я, стараясь держаться, чтобы не повысить голос.

Скай отпускает мою руку и отворачивается к окну.

– Кажется, нам обоим не помешает выдохнуть. Просто отвези меня домой, пожалуйста. И для протокола: я не висла на нем. Это была случайность.