Предвкушая обучение у старой ведьмы и долгожданное погружение в тайны невероятного искусства, которое казалось нарушает все известные ему законы физики, Пол возвращался по узким улочкам обратно в трактир. В руках он нес одолженный ему для самостоятельных тренировок магический шар и связку книг, свитков и отдельных листочков.

- Вы же говорили у Вас нет книг! – сделал старухе замечание Пол, принимая связку.

- Нет книг на продажу, наглый неофит! – ответила ведьма, одним взглядом выбив дыхание из Пола. – Но раз ты теперь мой ученик - можешь пользоваться. И да – деньги вперед! И помни – не пытайся самостоятельно освоить контроль маны! Шар тебе нужен только для того, чтобы изучать течение магии внутри него! Иначе станешь инвалидом!

- Да, я понимаю! Спасибо за заботу! – сказал Пол, про себя отметив, что шар станет для него еще и зарядной станцией.

О том, что у него нет своих резервов и регенерации маны он ведьме пока не собирался рассказывать. Мало ли что – вдруг это отличительная особенность Призванных, и она раскроет его сразу же, когда узнает? Или те, у кого нет своей маны – это какие-нибудь особые волшебные звери и их сердца в самый раз для темных ритуалов? Имея нуль информации и столько же способов защитить себя, Пол решил быть настолько осторожным, насколько это для него вообще возможно. Учитывая его характер.

Пол почти бежал по узким деревенским улочкам. Однако причиной этому было не только его нетерпение и желание поскорее начать изучать сакральные тексты. Нет – не только. Так уж вышло, что с тех самых пор, как орк чуть не размазал его по дощатой телеге и хорошенько отдубасил, пока он выковыривал тому глаз - Пол ни разу не справлял нужду по большому. Переломанное тело оттягивало любое напряжение, сдерживая все жизненные процессы. И вот именно сейчас оно решило, что Пол уже достаточно здоров и готов поработать задницей.

Не в силах терпеть, он уже вприпрыжку несся к месту своего нынешнего обитания. Вбегая во двор, он выискивал глазами любую пристройку, которая могла бы служить туалетом. На удивление, ничего похожего на деревенский сортир вокруг не было. «Не может же туалет быть внутри» - изумлялся Пол, вбегая в обеденный зал.

- Хозяин! Где у Вас тут туалет? Скорее! – с разбегу выпалил Пол, уже едва сдерживаясь.

- Дык наверху! В конце коридора. Неужто ты не заметил, когда в первый раз поднимался, «Ваше первыскордие».

Игнорируя дурачества хозяина, Пол уже стрелой летел на второй этаж, недоумевая, неужели одна из дверей ведет не в спальню, а в уборную. И только вбежав в коридор, он понял, о чем говорил хозяин. И в самом деле – он не мог не заметить этот туалет, когда поднимался в первый раз. И нет – ни одна из дверей никуда не ведет.

В самом конце коридора сидел, спустив портки, Гешоран. Тот самый мужчина, с которым Пол торговался за официанта. На том самом месте, которое Пол принял за балкон. Ничем не скрываясь – просто сидел посреди коридора. Почуяв, что облегчение близко, мышцы сфинктера начали предательски расслабляться. Пол стиснул булки, сдерживая прорыв, на что тело ответило недовольным урчанием, которое, наверное, услышали даже на кухне.

Мужчина недовольно посмотрел на Пола, который прерывал его посиделки. Тем не менее, сжалившись над недотепой с репутацией подгорного дурачка, он ворчливо поднялся и вытер зад губкой, плававшей в коричневой воде. Сделав свое дело, при этом пролив изрядное количество коричневой жидкости на сидение, он просто бросил грязную губку обратно в воду и вернулся к себе в комнату.

Мнение Пола о гигиене местных в мгновение ока пробило дно и устремилось в ту же дыру, на которой только что сидел один из них. «Унитаз» освободился, но Пол боролся с собой, как Давид с Голиафом.

- Да что же это такое?! – чуть не кричал Пол, - Даже в шахте я условия получше оформил! Что же делать то? Во имя Парижской Канализации!

К счастью, паника и урчащий живот подгоняли его мыслительные процессы не хуже Ускорения Сознания! Рывком распахивая дверь в свою спальню и переполошив сидевших там старика и девчонку, пол схватил мешок и высыпав из него содержимое на кровать, стремглав вернулся в коридор. Брезгуя сидеть на мокром сиденье, он взобрался на него ногами, прикрыв себя спереди курткой.

Из спальни недоуменно выглянул Иптон. Поняв на какой пожар так спешил Пол, он смеясь закрыл дверь, не пуская в коридор такую же любопытную Ирис. И на том спасибо! Пол тем временем, по ходу процесса, разрывал плотную мешковину на куски привычной ему квадратной формы. Получалось туда-сюда, но Полу было все-равно! Он скорее будет подтираться тремя ракушками, чем прикоснется к губке, которой пользовались все, кому не лень. И возможно мыли только по большим праздникам, если мыли вообще когда-либо!

Наконец-то облегчившись, Пол решил изучить дьявольскую конструкцию, которую похоже встретит в этих местах еще не раз. По крайней мере «туалетный балкон» не выходил прямо на улицу, а нависал над стойлом, в котором разводили свиней. Всеядные животные без затей поедали продукты человеческой жизнедеятельности. Пол сиюмгновенно принял законы Шариата – никогда больше в этом мире он не возьмет в рот свиное мясо! Уж лучше жрать гноллов!

Пережив кризис, Пол чувствовал себя морально уничтоженным. Он вернулся в комнату, и игнорируя свитки и магический шар, повалился на кровать. Воспоминания об оранжевых овечках, которые помогли ему пережить невероятную физическую боль, теперь были вызваны, чтобы помочь Полу справиться с болью психологической. Он зарылся в подушку, и отдался на милость бога Ирмо, надеясь, что, хотя бы в мире снов увидит нормальную сантехнику.

Пока Пол пребывал в прострации, переживая душевные травмы, Ирис заинтересовано ковырялась в его книгах и свитках. Но более всего её привлек хрустальный шар. Она зачарованно изучала тонкую ювелирную работу, проделанную над когтистой лапой, обхватившей кристалл. Она чувствовала, словно не драгоценный камень удерживался металлом оправы – а скрытая в нем сила.

Она переливалась внутри, вихрясь и вспениваясь. Девочка почти вплотную прильнула к камню, силясь увидеть больше. Кристалл мерцал и вокруг него поднималась легкая красная дымка, обволакивая руки Ирис. Девочка играла с дымом, пропуская его сквозь пальцы, веля лететь кольцами или обвивать её руки, словно виноградные лозы.

Иптон, который наблюдал как малышка балуется с камнем, видел только красивый полупрозрачный бесцветный шар. Его не особо интересовало, что такого удивительного девочка пытается сквозь него разглядеть. Были заботы понасущнее – он как раз собирался договориться с рейнджерами об обучении Пола. Вряд-ли профессиональные следопыты, называющие Пола «другом рейнджеров» потребуют плату, но даже если потребуют – Иптон попробует убедить Пола заплатить любые деньги.

Иптон был опытен, и ясно видел, что Пол сильно отличается от тех Призванных, что были знакомы ему. Герои, с которыми он путешествовал в молодости, были призваны в специальные тела, усиленные магией и прошедшие баснословно дорогие ритуалы. А потому, готовые сразу же выступить против Короля Демонов, после недолгой тренировки.

Пол же, в отличие от них попал в тело обычного человека. Даже не обычного – его тело было слабее тела нормального человека! Каторжная жизнь отнюдь не накачивает банки и не способствует улучшению здоровья. Поэтому, Иптон поставил своей целью помочь Полу набрать физическую форму и поднять навыки боя, чтобы тот не оказался избитым первым же крестьянином.

Еще одной заботой было подходящее снаряжение. Наемники, которые вытащили их из пещер, снабдили их добротной броней и всякой полезной мелочью, но совершенно не озаботились вооружением! А оружие стоит дорого! Хорошее оружие же – стоит огромных денег! Иптон рассчитывал, что Пол отправился в деревню искать кузнеца, чтобы не отбиваться от следующего орка все той же ложкой. Как же он ошибался! В очередной раз он поражался легкомысленности парня, ставшего его спутником. Вместо пары мечей или хотя бы дубинок, тот приволок кучу свитков и странный шар.

Иптон понимал, что магия интересует Пола больше, чем обычные тренировки – но надо же уметь расставлять приоритеты! Сначала ходить – потом бегать! Вздохнув, он взял из мешочка пять золотых монет, а остальные запер в сундуке. В том числе деньги, украшения и прочие ценные вещи, которые Пол высыпал из мешка. А также мешок, висевший на шее Пола.

Сундук запирался и отпирался только одним ключом – так был зачарован навешанный на него замок. Это гарантировало клеймо Мандоса, выбитое на нём. Это значило, что магический кузнец, изготовивший замок, работал под протекторатом Имперской Академии – а это Вам не то! Поэтому Иптон не опасался ни жадности воров, ни недобросовестности хозяина. Единственный способ открыть сундук – отнять у него ключ.

Но и ключ не был прост. Сделав пару пассов руками, Иптон вложил ключ в руку Пола, и тот растворился в его коже. Эта магия не требовала никаких навыков от тех, кто ей пользовался – зато требовала невероятного мастерства зачарователя. Если магию наложить неправильно, вместо того, чтобы незаметно исчезать в теле, предметы будут вгрызаться в него, разрывая плоть. Но ключ и замок изготавливаются одним мастером, а Имперская Академия свою печать всяким дилетантам не раздает! И потому, Иптон вовсе не переживал, совершая привычное и обыденное для него колдовство.

Закончив с ключом, Иптон пошел в деревню, оставив девочку играть с кристаллом, а Пола принимать жестокую реальность. В которой не было ни многокилометровых канализационных труб, ни грузовиков-ассенизаторов, чтобы качать это самое из выгребных ям.

Пройдя тем же путем, что и Пол, он преодолел ворота во внутреннюю часть, тоже оценив деревенские укрепления. Его мнение было справедливо низким – трехметровый частокол едва ли станет препятствием для кого-то обладающего силой выше человеческой. А от людей с осадной техникой не спасет тем более.

К тому же леса, образующие боевой ход, по которыму прогуливались часовые, располагались на метр ниже стен. Иными словами, стоя в полный рост, защитники стены были прикрыты ею лишь по пояс. Не было никаких дополнительных сооружений – ни выступающих выше остальных бревен, которые бы служили аналогом зубцов у каменных стен. Ни сооружений для навесного боя– гурдиций, которые можно соорудить из досок или щитов.

[Гурдиция - крытая деревянная галерея, крепящаяся на балках и вынесенная на внешнюю сторону оборонительной стены. С XIV в. в каменных фортификациях их заменили машикулями. В данном контексте имеются ввиду просто щиты, вынесенные за пределы стены и дающие возможность обстреливать подножие стены, оставаясь под защитой.]

Недовольный таким пренебрежением к обороне от деревенских, которые живут по соседству с опасными лесными монстрами, Иптон только покачал головой. Не его это дело, сколько лет при таком отношении эта деревня вообще сможет существовать – ему от них нужен только кузнец.

Кузнецов в деревне было много – аж четверо! Для деревни, где жило всего 70 человек, было обычным делом и вовсе отсутствие кузнецов. Еще бы – какая работа кузнецу в маленькой деревеньке? Раз в месяц десяток кобыл подковать и дырявый котел заварить? Но эта деревня стояла на оживленном маршруте, по которому часто путешествовали воины всех мастей. А воины — это оружие и доспехи. А оружие и доспехи нужно часто чинить, а иногда менять на новые!

Поэтому вокруг деревни на почтительном удалении стояло три больших кузнечных мастерских. Еще одна стояла внутри стен – она же служила арсеналом и магазином оружия. Именно к ней направлялся Иптон.

В отличие от трех наружных – эта кузня была довольно маленькой. Всего восемь на восемь метров. Двухэтажное каменное строение с плоской крышей. Поэтому несмотря на свою солидность и дороговизну – ибо построено из камня - оно было ниже даже одноэтажных домиков из дерева и земли, сильно выраставших за счет крыш.

Также от остальных построек его отличала еще одна деталь – пятиметровая глиняная стена толщиной 30см вокруг здания. Пожарная стена – на Терре известная как файервол или брандмауэр – служила для предотвращения распространения огня, если в кузне начнется пожар. В отличие от стен домов, которые для красоты красили белой известью, пожарная стена была покрыта прозрачной эмалью и хранила оранжевый цвет глины, показывая, что пожаров эта стена еще не знала.

Мастерская находилась на первом этаже, а магазин и склад – на втором. Иптон поднялся сразу туда, по внешней лестнице.

- Добро пожаловать, путешественник! – поприветствовал, услышав звук двери, парень 17 лет. Подмастерье и сын кузнеца. – Я хотел сказать, почтенный старец! – поправил он себя, осознав возраст Иптона. – Желаете купить оружие, с легкостью разящее врагов или непробиваемый доспех?

- Ахаха, неужто здесь поселился такой мастер, что может выковать непробиваемый доспех? – рассмеялся Иптон. – Нет. Покажи мне мечи. Одноручные, из обычной стали, недорогие. И посохи или палки из твердой древесины.

- Недорогие значит? – огонек в глазах парня мгновенно потух.

Он-то ожидал одного из тех могучих воинов, что по слухам приехали на великолепных конях, в полной броне и с прекрасным оружием. А пришел какой-то однорукий старик. И хотя парень не судил о воинах по количеству рук, и поначалу даже восхитился ветераном, что смог остаться на службе даже без руки – теперь сомневался, что тот оставит здесь хоть десяток золотых. Но торговля есть торговля, а деньги есть деньги.

- Анек! – позвал он младшего брата, - последи за лавкой! Я пока провожу покупателя на крышу.

В передней комнате выставлялись самые лучшие и дорогие работы. Каждому было выделено место на стене и почтительное пространство от соседей. Их каждый день чистили и смазывали маслом. Оружие и доспехи средней цены хранились на стойках в арсенале сзади, в промасленной прозрачной ткани. А все, что можно отнести к ширпотребу, валялось в ящиках на крыше, обмотанное тряпками, проваренными в дешевом жире и прикрытое парусиной от дождя.

Именно к этим вонючим ящикам и поднялся по внешней лестнице Иптон, в сопровождении парня. Опытному взгляду бывшего центуриона хватало нескольких секунд, чтобы определить качество металла. Почти все здесь было хламом, которому дорога обратно на перековку. Побитые, явно собранные с полей сражений, местами ржавые. Непонятно кому их вообще надеялись продать. Но Иптон все же заприметил парочку – хороший металл, почти не сколотые лезвия. В армии их бы списали в утиль, но для тренировки вполне сойдут.

- А это что? – спросил он, указывая на лежавший отдельно, ржавый и даже не прикрытый тканью меч.

- Просто ржавый хлам. Дуболомы из леса притащили. Я пытался его почистить – но он проржавел насквозь, даже в масле продолжает ржаветь!

- Сколько за него? Мне как раз нужна железка для тренировок, а то с деревянным не тот вес!

- Эмм… Двенадцать серебряных. Все-таки меч есть меч!

- Шесть динариев за это?! – возмутился Иптон, - да это даже в перековку не годится! Только попортит остальной металл! Два!

Парень смутился, полностью признавая правоту старика и то, что тот раскусил его наглый блеф. Но отдавать – пусть и негодный и никому не нужный – но меч, за два динария, не позволяла натура торговца.

- Хорошо, вы правы! Отдам за пять динаров!

- Три!

- Четыре!

- Только если эти два ты продашь за золотой! – указал Иптон на запримеченные им тренировочные мечи.

- По рукам! – согласился подмастерье, радуясь, что выторговал аж восемь серебрянных за этот хлам. Да еще и сбагрил с ним два меча, к которым годами никто не подходил.

Золотой витторат и четыре динара – в сумме 34 серебряных виттората. За три куска металла! Судьба которых – гнить на этой крыше, пока это здание не сгорит в пожаре во время набега. Или от случайной искры в мастерской внизу.

Обмотав ржавый меч сразу в три жирные тряпки, Иптон упаковал всё в мешок. Старое морщинистое лицо успешно скрывало хищную улыбку от удачной покупки. Он торговался только чтобы не вызвать подозрений, сразу согласившись на цену. В отличие от деревенского подмастерья, он понял, что это явно не просто ржавый меч!

- А что насчет палок? И подскажи, где ножны можно заказать!

- Деревянное оружие и щиты мы здесь не продаем – только из металла! Это вам нужно к плотнику! И ножны деревянные можете у него же купить. Мастерская его в сторону леса – она там одна такая. А коль хочется из кожи – то у нас два кожевника. Но я бы посоветовал идти к Дулинию. Его мастерская – та что ближе к реке, по правой стороне если смотреть по дороге из Рут-Лакримы.

- Спасибо! Вот деньги! – сказал Иптон, отдавая два золотых. Быстрая проверка над камнем и парень отдал ему сдачу из трех аргентеусов и одного серебряного.

Следующие два часа Иптон потратил на покупку трех пар деревянных ножен, четырех крепких палок метровой длины и двух шестов двухметровой. В отличие от дорогого железа – деревянное оружие обошлось всего в 11 серебряных.

Довольный сегодняшними покупками, он спешил обратно в таверну, чтобы порадовать Пола обновками. И удивить невероятной находкой!