Доктор Маккарей Моран сидел в хвосте гондолы дирижабля в пассажирском кресле, среди множества таких же пустых элегантных сидений с красной обивкой, что заполняли пассажирский салон. Жезл из потемневшей кости лежал перед ним на стеклянной столешнице, рядом с вазой увядших цветов и стаканом с салфетками. Рогатая мордочка вырезанная на верхушке жезла тупо таращилась мимо доктора, разинув пасть в вечно зевающей гримасе. Доктор сидел замерев в восхищении и отчаяний - вот оно, то что ты жаждал всю жизнь. Дар управлять эманациями, ставить опыты с магией дикарей и все это так же недоступно из-за его расовой низкой концентрации. Он таращился на тупую костяную мордочку и пытался придумать как ему поднять свой уровень концентрации.

Зажжужали турбины двигателя и дирижабль сдвинулся отрываясь от парапета дворца. Аэронавты были перепуганные после подземелий и Томмеру приходилось подгонять их угрожая револьвером. Хоть доктор и пытался их успокоить своим гипнозом, но у него снова не хватало воли. Летающему судну предстояло разворачиваться делая круг над городом. Все здания и дикари еху казались отсюда игрушками ребенка разбросавшего их по комнате. Вот невзрачное пустое здание с выбитыми стеклянными окнами - это столичный вокзал и депо, первые на этом континенте, еще ни один поезд так и не въехал сюда. Но именно отсюда шли две серебристые линии рельс, лететь вдоль которых вознамеривались пассажиры дирижабля.

Томмер не отходил от кабины аэронавтов, что бы они не сделали какую глупость или не свернули не туда. Он им не доверял, хотя они и были обязаны ему жизнью. Если бы не он, они бы сгнили заживо в подземельях. Но Томмера внезапно одолела мнительность, именно тогда когда воздушное судно оказалось в свободном полете, возможно он просто боялся высоты и потому нервничал больше обычного.

Доктор же вел внутренний диалог со своим новым другом.

"Я бы мог использовать эманации призраков, они ведь фактически состоят из эманаций, легко усвояемых, но..." - доктор вспомнил свой любимый препарат из экстоплазмы.

"Но они несут негативную энергию энтропии разложения! Демоны погибают от таких экспериментов, я против! А сами бакоры быстро стареют и могила затягивает их в бездну эфира."

"Критикуешь - предлагай, демон. И как тебя кстати зовут?"

"Мое имя Мобис хозяин" - продребезжал посох. "Если зелья из вашей аптечки не помогают, то что если бы вы загипнотизировали сами себя? Это в сущности и есть концентрация!"

"Неплохо Мобис, попробую!"

Доктор откинулся в кресле и приказал самому себе сконцентрироваться, направив всю свою волю на себя. Его состояние стало подобно медитации, созерцанию себя и всего мира в себе. Он впал в легкий ступор, его мышление потекло плавнее чем обычно и слишком неповоротливо. Да, он видел и чувствовал тонкие нити связывающие мир, силуэты истинных вещей в себе, но он не мог с ними взаимодействовать. Лишь созерцать.

Доктор Маккарей встряхнулся отгоняя морок гипноза насланного на себя самого.

"Видишь не то, не работает!" - подумал он.

"Вижу, вижу, ну может больше практики?"

"Погоди-ка, что я сделал тогда с той ведьмой? Что она сделала? Криспа стала Эджкри!"

"Человек слился с демоном? Такое бывает и мне такое желанно, я наконец покину этот проклятый жезл в котором заточен уже почти сто лет!"

"Не потеряю ли я свою индивидуальность?"

"Обе индивидуальности станут одним целым, я исчезну, вы исчезнете, но мы оба продолжимся как нечто цельное."

"Риск слишком большой - доверять резной костяшке свою сокровенную личность." - думал доктор.

"Я слышу твои мысли не забывай! Даю слово стать твоим продолжением. На самом деле подумай есть ли у демона своя личность?" - отзывалось в голове эхо чужой мысли?

"Не должно быть. Вы порождение примитивных страхов, вы часть души что вытеснена в бессознательное. Ну в моей теории конечно." - тело доктора подрагивало от эйфории, вот он настоящий риск, это вам не в рулетку с барабаном револьвера играть - это свое существование размениваешь на иное.

- Ну давай Мобис, я беру твое имя - оно звучное, а ты будешь мной! По рукам! - доктор уже говорил вслух.

- С кем ты тут говоришь? - в салон зашел Томмер Бодж, вид его был весьма нервозный.

- Как все нормальные неврастеники, я говорю иногда с собой - усмехнулся Мобис и предложил жестом анархисту сесть рядом.

Тот с недоверием осмотрел сидение с красной обивкой, что было за одним стеклянным столиком с доктором и с неохотой сел. Устало вздохнув.

- Я очень навязчив, но думаю что я вас понимаю. - начал доктор - Мы с вами сейчас страдаем от одного и того же недуга, известного как совесть. У вас обострение, после всех тех дел в подземелий. Гложущее чувство, что ты сделал непоправимый выбор, вина перед теми кого мы оставили и теми к кому успели привязаться. Совесть можно отгонять, но она свербит в такие моменты.

- Приятно слышать доктор, что у вас тоже есть совесть. Надеюсь она вас гложила, после того как вы с ведьмой пытали меня в преддверьях храма - грустно усмехнулся Томмер.

- Думаю она есть у всех. Я понимаю, когда делаю что-то скверное. Но моя психика всегда легко находит мне оправдания. Она меня любит. Моя психика. - доктор вспоминал как в Серипетеле он вскрыл опьяненному человеку черепушку и всовывал электроды от ручной динамо-машины, что бы узнать реакции. Этот человек был зажарен в тот вечер. У него была семья дети, планы на жизнь. А доктора легонько кольнула совесть и более ничего, потому как его вела наука, его вела жажда знаний, и любопытство как далеко он сможет зайти.

И сейчас он поймал то неуловимое покалывание, того маленького жучка, что звали "совесть" и отлепил от мозга ее эманацию. Легким незаметным взмахом руки он направил ее в сидевшего рядом Томмера Боджа. И о да! Получилось!

Чуть заметные слезинки навернулись на глазах анархиста и он закрыл голову руками. Мобису получилось усилить чувство другого человека.

- Что же делать? Доктор! Моя психика меня не любит - сказал Томмер Бодж - Я знаю надо лететь вперед, но хочу приказать аэронавтам лететь назад.

- Давайте лечится! - сказал доктор как настоящий врач своему пациенту - Я заберу вашу совесть, вам будет легче, это нужно. Что бы в сердце не свербело, что бы вы шли к важной цели. Вы посмотрите на себя! Вы - же размазня! Такой человек не вытащит перламутровый газ и не долетит с ним до вечных льдов юга.

- Я согласен! Давайте попробуем! - наконец согласился Томмер - А сперва я налью нам выпить. Если не возражаете.

И он встал что бы направиться к лакированному минибару, люди часто наивно думают что алкоголь убирает совесть.

- Вашего согласия достаточно! - улыбнулся Мобис, вытягивая огромный пласт совести. Да, с этой причудливой субстанцией он еще проведет не мало опытов.

Томмер Бодж в ту же секунду стал другим человеком: бодрым, уверенным, лишенным лишних сомнений. И этот человек посмотрел на столешницу и увидел, что костяной жезл треснут пополам. К чему бы это? Нет времени разбираться. Анархист выхватил револьвер и наставил доктору в лицо.

- Простите доктор, я вам не доверяю. - сообщил он.

- Что? - доктор не успел дернуться как пуля угодила прямо над носом и выплеснула содержимое его черепной коробки на белоснежную стену салона. Бесчувственное тело шлепнулось на пол. Новый, уверенный что поступает правильно, Томмер Бодж схватил мертвеца за шиворот рубашки и потащил к закрытой двери воздушного судна. Вскоре тело доктора уже вышвырнули и ветер трепал складки одежды мертвеца. Вот ветви деревьев царапают и будто пытаются ухватить тело. Уже куском мяса доктор шлепнулся на землю распугав стайку птиц на деревьях. Все кости раздроблены и кровь пятном расползается по влажной земле.

Прошла минута. Минута тишины, шороха листвы и чириканья птиц. Мертвец поднялся, совершенно чистый, без пятнышка. Отряхнулся и совершенно ровной походкой направился вперед. Он взглянул вверх, туда где подобно облаку медленно плыл дирижабль.

- Вот дурачок. - сказал мертвец глядя в небо, а после направился к двум металлическим полосам рельс, теперь ему предстояло идти по шпалам пешком насвистывая забытую мелодию. Тени он больше не отбрасывал.