Сквозь тенистую зелень ограды

Лишних роз к нам свисали цветы.

Мама вышла открывать ворота, и не простые ворота, а литые, чугунные, сделанные под старинку (или действительно старинные?), увенчанные сверху дугообразной пролеткой, на которой было выведено «ATUNSHRA»[1].

Начинались чудеса.

Аккуратная мощеная дорожка вела к этому дому через английский парк. Это был обычный небогатый замок, в которых во времена Вальтера Скотта проживали помещики Северного Альбиона, в оны времена именовавшиеся лэрдами. Сам лэрд в парусиновых штанах и цветной рубашке пошел нам навстречу по ухоженному газону. В одной руке он держал пучок цветов и трав, в другой – садовые ножницы. На правом плече у него сидел щенок.

Отвечая на его широко улыбающееся рукопожатие, я недоумевал, что не нахожу в своем сердце законного раздражения и неприязни.

«Овчарка?» – хотел я спросить крайне доброжелательно, но Павел Несторович меня опередил:

– Бери выше!

Я сухо не понял.

– Волчонок! – сказал он с некоторой восторженностью.

У волчонка все четыре лапы были на месте. Он это осознавал и радостно лизал сонную артерию отчима моего как раз в том месте, где у меня – бахшам. А я подумал: «бери выше» – это идиома, или он со мной сразу решил на «ты»?

– Я очень рад с вами познакомиться, – как бы ответил мне хозяин, заговорив, впрочем, не на английском, а на абхазском.