Мы вышли из Астеллара на удивление незаметно и тихо, никаких досмотров, никаких агрессивных патрулей, только пара-тройка встречных тёмных эльфов проводили нас долгими липкими взглядами. Причину их любопытства я понимал: на наших плечах не было расписных плащей с гербами местных благородных домов. В этом огромном подземном городе, где статус и принадлежность к клану решали всё, отсутствие гербовой накидки кричало о том, что мы либо чужаки, либо смертники, либо идиоты. Ну, или очень уверенные в себе гости.

— Мы предоставим вам подходящие плащи, когда вы вернётесь завтра, — тихо заверила Элариэна, склонившись ко мне. От её шелковистых волос исходил тонкий, дурманящий аромат подземных лотосов и какой-то пряности. — К этому моменту я, большинство моих родных и друзей так долго носили бело-фиолетовые цвета нашего дома, что резкая смена стиля вызвала бы слишком много ненужных подозрений.

— Звучит как отличный план, — хмыкнул я, мысленно оценивая профит.

Получить халявный плащ тёмного эльфа наверняка с какими-нибудь скрытыми системными бонусами к незаметности или защите от магии — совсем неплохо. Система такое любит. Любая высокоуровневая фракционная экипировка — это всегда жирный плюс в копилку выживаемости, экономия ценного опыта и золота, да и выглядеть в нём буду наверняка круто.

Элариэна шла совсем рядом, настолько близко, что при каждом шаге её упругое бедро мягко терлось о моё, а ткань изящного наряда едва слышно шуршала. Она практически прижималась ко мне, и я, признаться, задавался вопросом, это просто игра на публику для местных соглядатаев, или она всерьёз надеется возобновить наш прежний, довольно горячий роман? Судя по хитрому прищуру глаз её отца, Салинора, этот прожжённый интриган вообще считал, что мы уже давно снова делим постель. В политике дроу постель — такой же надёжный инструмент, как отравленный кинжал, но с Элариэной всё всегда ощущалось куда острее, искреннее и… желаннее.

Решив проверить почву, я словно невзначай коснулся её руки. Обычный, казалось бы, жест, но в этом мире теней каждое движение имело вес. Элариэна даже не дрогнула, тут же уверенно переплела свои тонкие длинные пальцы с моими и нежно, с отчётливым собственническим нажимом, сжала мою ладонь. Бросив на меня быстрый, сияющий взгляд из-под густых ресниц, заклинательница чуть прикусила нижнюю губу. Её кожа казалась поразительно мягкой, но под этой обманчивой бархатистостью скрывалась стальная сила бойца высокого уровня. От её ладони исходило приятное, обволакивающее тепло, прогоняющее сырую прохладу пещер.

Казалось, она абсолютно довольна только тем, что мы идём вот так, держась за руки, на виду у всех, слушая как наши шаги гулким эхом отдаются в каменных сводах туннеля, ведущего обратно к мрачным глубинам Разлома.

Или, возможно, она уже предвкушала нечто большее?

Втянув носом прохладный воздух подземелья, смешанный с запахом её возбуждающего парфюма, я позволил себе короткую улыбку.

Когда мы отошли достаточно далеко от города, и поток случайных путников, спешащих к воротам или от них, окончательно иссяк, свернули к небольшой, уединённой пещере. Элариэна, вдруг тихо откашлялась, привлекая внимание.

— Не могли бы мы догнать вас немного позже? — спросила она Ирен и Лили, многозначительно стрельнув глазами в пустоту вокруг нас. Она прекрасно знала, что члены нашего теневого отряда сопровождают нас в скрытности. — Я бы хотела поговорить с Артёмом… наедине.

Моё сердце мгновенно ускорило ритм. Я прочитал хищный блеск в дымчато-красных глазах и сразу понял её намерения. Мои жёны лишь понимающе улыбнулись.

— Конечно, — мурлыкнула Лили, поправив выбившуюся прядь. — Хотя в следующий раз мы тоже хотим поиграть.

— Мы будем охранять входы в пещеру, чтобы никто вам не помешал! — раздался полный энтузиазма шёпот Сияны откуда-то справа. Она находилась в режиме невидимости буквально в паре шагов от нас.

— И мы сможем наблюдать! — тут же подхватила Селина. Она стояла так близко ко мне, что я физически ощутил, как её невидимые пушистые хвосты щекочут мне спину.

Элариэну это предложение ничуть не смутило, кажется, присутствие зрителей её только раззадорило.

— Хорошо, но вам придется вести себя тихо, — заявила эльфийка. Она шагнула ко мне, тесно прижимаясь горячим упругим телом и выжидая, когда остальные отойдут на приличное расстояние.

Как только шаги девчонок затихли вдали, бёдра Элариэны нетерпеливо сжались, тесно притираясь к моим, а красные глаза, казалось, разгорелись физическим жаром. Запах её возбуждения, сладковатый мускус пополам с терпким ароматом ночных цветов, ударил мне в ноздри.

— Я хочу, чтобы ты использовал моё горло для своего удовольствия, варвар, — хрипло выдохнула она мне прямо в губы. — И не смей быть нежным. Заставь меня давиться твоим членом и глотать твоё семя, пока мой живот не наполнится до краёв.

От таких грязных, до одури откровенных слов моё тело напряглось, как натянутая тетива, член мгновенно налился кровью, упёршись в плотную ткань штанов. И хотя мои невидимые жёны-лисицы изо всех сил старались не издавать ни звука, я отчётливо услышал, как они обе возбуждённо заскулили в темноте.

Рванув завязки штанов, я высвободил пульсирующий от напряжения ствол, левой рукой грубо схватил её за густую прядь чёрных волос на затылке и резко потянул вниз и к себе. Элариэна упала на колени на холодный камень пещеры с жадным, утробным стоном, широко открыла рот, и я толкнулся вперёд. Глухой рык вырвался из моей груди, когда её горячие, влажные губы плотно обхватили мою плоть. Жар её рта контрастировал с прохладным воздухом пещеры, сводя с ума.

Она просила грубости, но я слишком хорошо её знал. Если я вгоню своего «малыша» сразу на всю длину, она просто задохнётся и не получит того кайфа, к которому стремится, потому постарался задать правильный темп. Я начал мощно, но контролируемо проталкиваться в её горло. Мой член растягивал узкий пищевод, я чувствовал каждое сокращение её мышц и следил за её реакцией: ловил сигналы, когда нужно было замедлиться и дать тёмной эльфийке драгоценную секунду на передышку.

Элариэна с трудом подавляла рвотный рефлекс. Её изящные плечи вздымались, грудь под одеждой ходила ходуном, она судорожно втягивала воздух через нос. Влажная, горячая плоть внутри плотно сжимала меня, даря крышесносное удовольствие.

Эльфийка подняла на меня взгляд, в её широко раскрытых дымчато-красных глазах блестели слёзы, смешанные с чистым обожанием и похотью. Она продолжала давиться, задыхаясь, но не делала ни единой попытки отстраниться. Когда мои яйца с глухим шлепком ударились о её подбородок, я замер, поглаживая рукой её шелковистые чёрные волосы, пока она привыкала.

Наконец я вытащил член, Элариэна с жадностью втянула воздух, судорожно закашлялась и смахнула выступившие слёзы тыльной стороной ладони.

— И это всё, на что ты способен, варвар? — насмешливо, с явным вызовом прохрипела она, облизывая влажные губы.

Моя реакция была мгновенной: я обеими руками вцепился в её волосы, жёстко фиксируя голову, и резко насадил её на себя. Теперь никакой нежности, только животный, первобытный ритм. Ощущение того, как её суженный пищевод сопротивляется, а затем с готовностью раскрывается, принимая меня целиком, как она отчаянно и шумно глотает, выбило воздух из моих лёгких, а колени задрожали от волны накатывающего блаженства. Я откинул голову назад, закрыл глаза и ускорил темп, вколачиваясь в её рот со всё возрастающей силой.

Сквозь сдавленные мычания и рвотные позывы тёмной эльфийки я отчётливо улавливал тихие всхлипы моих лисичек.

Я снова выдернул член, давая Элариэне шанс глотнуть воздуха. Она сплюнула прозрачную слюну на камни, вытерла подбородок и тут же потянулась ко мне, но я сам рванул её голову навстречу, возобновляя жёсткий трах.

Не прерывая процесса, она неуклюже подалась назад, задирая полы своей одежды. Длинные, изящные ноги обнажились, угольно-серая кожа блестела от выступившего пота. На ней были крошечные розовые трусики, составляющие забавный контраст с мрачным образом суровой воительницы. Тонкая ткань на ластовице уже насквозь промокла от её соков. Элариэна просто дёрнула их в сторону, чуть не порвав кружево, и начала яростно, исступлённо ласкать себя влажными пальцами. Её бёдра мелко дрожали в такт моим толчкам.

Я зарычал сквозь стиснутые зубы, чувствуя приближение разрядки. Блаженство накрыло меня с головой, и густое семя потоком хлынуло прямо в её сжимающееся горло. Это длилось, казалось, вечность. Когда оргазм начал отпускать, я позволил ей перевести дыхание, но затем снова с силой вонзил всё ещё твёрдый член ей в рот, продолжая ритмичные движения.

Аэлина издала приглушённый булькающий стон, слёзы ручьями текли по её щекам, глаза покраснели от нехватки кислорода, но в них горел дикий восторг. Она обхватила мои ноги своими тонкими руками, вжимаясь в меня. Моя левая рука по-прежнему зарывалась в её волосы, а правая легла на затылок, направляя её голову, заставляя скользить вверх и вниз по моему стволу.

Внезапно её тело выгнулось струной, она издала приглушённый визг в мой пах, пальцы задвигались в её лоне с бешеной скоростью. Новая мощная волна оргазма прокатилась по её бёдрам, прошло всего пару минут, а она кончила снова, ещё острее и исступлённее.

Чёрт возьми, эта тёмная эльфийка умела брать от жизни всё!

Спустя ещё пять минут безумного ритма я почувствовал, что подхожу к новому пределу. Сдавшись, с глухим рыком излил вторую порцию спермы в её жадную глотку и, выдохнув, отступил назад, позволив члену выскользнуть из её рта с тихим влажным звуком. Элариэна без сил опустилась на четвереньки. Она тяжело и хрипло дышала, по её подбородку стекала тонкая белая струйка, пока она пыталась прийти в себя. Немного отдышавшись, я смог наклониться и подать руку Элариэне, помогая ей подняться на ноги.

— Может, позволишь отплатить тебе тем же? — хрипловато спросил я, глядя, как она грациозно отряхивает и поправляет свою одежду.

Тёмная эльфийка мелодично усмехнулась, стрельнув в меня лукавым взглядом своих фиалковых глаз.

— В другой раз. Боюсь, остальные уже убежали слишком далеко вперёд.

Внезапно она резко вздрогнула, слегка подпрыгнула и издала сдавленный писк, когда мои жёны-лисицы прижались к ней своими невидимыми горячими телами, осыпая лёгкими поцелуями.

Элариэна звонко хихикнула, искренне наслаждаясь этой спонтанной лаской.

— У вас такие мягкие, пушистые хвостики! — воскликнула она, ласково поглаживая пустоту перед собой. — Скажите, я когда-нибудь смогу увидеть, как вы выглядите на самом деле?

— А разве так не интереснее? — с лукавой усмешкой в голосе поддразнила её Сияна.

— Вот именно, — поддержала сестру Селина. — А что, если мы окажемся совсем некрасивыми?

Я не выдержал и коротко рассмеялся, качая головой.

— Не думаю, что она хоть на секунду в это поверит. Вы обе такие же очаровательные, какими кажетесь на ощупь.

Сияна издала звук притворного возмущения, а затем меня ощутимо шлёпнул по бедру невидимый пушистый хвост.

— Очаровательные⁈ — фыркнула она. — Вообще-то мы суровые, свирепые бойцы и самые опытные шпионы!

Я наугад протянул руки и привлёк её невидимое, но такое податливое тело к себе, крепко прижимая к груди.

— Очаровательно свирепые и невероятно искусные, — примирительно прошептал ей на ухо.

В ответ услышал тихий вздох и буквально наяву представил, как она сейчас мило надувает щёчки.

— Ладно, — протянула Сияна бархатным голоском. — Можешь загладить свою вину, если потом оседлаешь меня, как самую непослушную девчонку и жёстко накажешь.

Элариэна тихонько прыснула в кулачок.

— То есть, другими словами, точно так, как ты любишь, сестрёнка? — язвительно хихикнула Селина.

Её крошечная близняшка возмущённо пискнула и пулей выскользнула из моих объятий. Мгновение спустя тишину прохладной пещеры разорвали шорох, визги и заливистый смех, между сёстрами завязалась ожесточённая, но абсолютно невидимая для нас битва щекоткой.

Я лишь счастливо улыбнулся, оставив лисичек разбираться между собой, и, притянув к себе Элариэну, обнял. Тёмная эльфийка подалась навстречу, и я уткнулся лицом в её шелковистые волосы. От неё исходил умопомрачительный аромат пещерных цветов и терпкой гвоздики.

— Я так рад снова тебя видеть! — искренне пробормотал я, чувствуя, как внутри разливается покой.

— М-м-м… — она обвила руками мою шею, тесно прижавшись своим стройным, гибким телом, даря мне своё тепло. — Мой сексуальный дикий варвар.

Мы простояли так минуту или две, просто наслаждаясь близостью и спокойствием. Тем временем возня и визги рядом стихли, невидимая игра в щекотку явно завершилась чьей-то безоговорочной капитуляцией.

Я неохотно, с лёгким сожалением отстранился от мягких губ эльфийки.

— Пойдём, нужно догонять остальных, — скомандовал я, возвращаясь в реальность и переключаясь в режим лидера.

Вернувшись в Вольный, сразу же собрал свою основную команду, пригласив всех в наш разросшийся сад, чтобы в спокойной обстановке обсудить предстоящую встречу с семьёй Элариэны и обменяться стратегическими идеями. После нескольких часов, проведённых под землёй в душных, пропахших сыростью коридорах, мне отчаянно хотелось подышать свежим воздухом, к тому же это давало отличную возможность провести хотя бы немного времени с моей маленькой Астерией, пока все собирались.

Её личный цветочный сад уже давно и совершенно неофициально стал главным местом для детских игр, а заодно и уютным островком, где женщины моей огромной семьи могли собраться вместе, отдохнуть от забот поместья, посплетничать и просто насладиться покоем. Мои давние опасения о том, что дочь-эльдари будет расти в одиночестве, давно развеялись, мои жёны окружили её такой искренней заботой и вниманием, что девочка буквально расцвела на глазах. И всё же я сам изо всех сил старался навещать её как можно чаще, каждый раз, когда проходил мимо её зеленого убежища по пути в дом или обратно.

Каждый вечер я приходил к ней, чтобы уложить спать и почитать ей любимую книжку с картинками, сидя на мягкой траве, прежде чем она уютно устраивалась в своём живом цветочном домике. На ночь его огромные лепестки заботливо смыкались, укрывая мою малышку надёжным и тёплым коконом.

Но сегодня наша взрослая компания собралась на противоположной стороне сада, предстоящий разговор о политике, Консорциуме и интригах тёмных эльфов совершенно не предназначен для детских ушей. Впрочем, это ничуть не помешало мне и моим жёнам остановиться на несколько минут, чтобы просто поздороваться. Я с удовольствием обнял Астерию, возившуюся со своими ростками, и поприветствовал других играющих на лужайке малышей. Чуть поодаль за ними бдительно присматривали Клевер, Роза и моя очаровательная жена-корова Клавдия.

При виде нас дети с радостным визгом бросились навстречу. Иэн со всех ног помчался обнимать маму, следом за ним, смеясь, потянулись Дарик, Тимофей и Алисия. Пётр и Розалина направились прямиком к Лили, чтобы поиграть с сестрой и тётей. Макс с восторженным криком повис на шее у Беллы, а маленькая Мила сразу же засеменила ко мне. Моя милая дочурка протянула пухлые ручки, просясь наверх, и я с широкой улыбкой подхватил её, зарываясь носом в мягкие, пушистые щенячьи ушки.

— Как прошёл твой день, золотце? — спросил я, чувствуя, как напряжение и системная усталость после подземелий отступают на задний план.

— Отлично! — звонко ответила она, радостно виляя хвостиком, который то и дело похлопывал меня по боку. — Наши куклы устроили настоящее чаепитие! — она нетерпеливо заёрзала в моих руках, пытаясь спуститься на землю. — Пойдем, папа, посмотрим!

Тихо рассмеявшись, опустил её на прохладную траву и послушно пошёл следом. В самом центре лужайки Мила, Астерия, Рада и Глория рассадили своих тряпичных кукол вокруг одного из огромных живых бутонов. Прямо на широких упругих лепестках были аккуратно расставлены крошечные фарфоровые чашки и блюдца. Девочки с совершенно серьёзными сосредоточенными лицами помогали куклам пить невидимый чай и откусывать кусочки воображаемого торта.

Недолго думая, я принял правила игры. Взяв из крошечных ручек изящную пустую чашечку, откусил солидный кусок воздуха, изображая на лице неописуемое гастрономическое наслаждение воображаемым пирожным. Дети заливисто рассмеялись. Я полностью погрузился в эту простую, бесхитростную игру, наслаждаясь моментом. Так продолжалось до тех пор, пока периферийным зрением не заметил, что основная боевая группа уже собралась на другой стороне сада.

С тяжелым вздохом я встал и, неохотно оставив детей, направился за Ирен, чтобы позвать её на совет, хотя прямо сейчас её телом управляла Мия. Богиня с энтузиазмом возилась с Иэном, катая его на спине.

Прежде чем я успел подойти и что-либо сказать, мальчишка настойчиво дёрнул Мию за воротник платья.

— Мама! — требовательно заявил он, глядя ей в глаза. — Мне нужна мама!

Мия остановилась и ласково прижала его к себе, поправив растрепавшиеся волосы.

— А я тебе ничем не могу помочь, мой сладкий? — с наигранной обидой спросила она.

Малыш торжественно и очень серьёзно покачал головой.

— Ма-моч-ка!

С драматичным вздохом богиня передала контроль. Её поза мгновенно неуловимо изменилась, черты лица смягчились, и в глазах появилось то самое глубокое, спокойное тепло, присущее только Ирен.

— Что случилось, милый? — мягко спросила жрица, привычным жестом поглаживая Иэна по голове.

— Тинки! — воскликнул сын, выразительно указывая пальцем на свои штанишки.

Ирен, которая в этот момент каким-то образом уже успела материализовать в руках толстую книгу заклинаний, покачала головой с бесконечно нежной улыбкой.

— Иэн, неужели это мама Мия научила тебя просить именно меня поменять тебе подгузник?

Малыш совершенно искренне и торжественно кивнул, подтверждая коварный план богини. Ирен только обречённо вздохнула.

— Ох уж эта интриганка! Конечно, идём.

Она подхватила сына на руки и отнесла его под раскидистое дерево, где специально для таких случаев всегда лежал мягкий матрас, к ней уже направлялась Клавдия, неся чистый подгузник и влажную мягкую ткань.

— Ну что, мой маленький герой, давай-ка приведём тебя в порядок, — проворковала Ирен.

— Скажи, Иэн правда так легко отличает тебя от Мии? — поинтересовался я, с восхищением наблюдая за ловкими и уверенными движениями жены.

Ирен с улыбкой подняла на меня глаза, не переставая возиться с застёжками.

— О, он мог делать это с самого первого дня, — заметив моё искреннее удивление, она тихо и мелодично рассмеялась. — Дети куда восприимчивее, чем мы, взрослые, привыкли думать. К тому же согласись, Мия очень сильно от меня отличается. У неё совершенно другая походка, другая осанка, она иначе держит его на руках, у неё другие интонации в голосе. Даже её сердцебиение, когда она перехватывает контроль, быстрее, она ведь само воплощение чистой энергии и хаоса.

Выражение лица Ирен стало слегка насмешливым, а руки продолжали умело переодевать малыша.

— В конце концов, Артём, ты ведь и сам различаешь нас почти мгновенно, с чего бы нашему сыну, который проводит с нами буквально всё своё время, не уметь того же? Да и большинство других детей в поместье прекрасно понимают, кто именно сейчас перед ними.

Справедливое замечание. Я часто задумывался, почему дети так спокойно воспринимают тот факт, что две совершенно разные личности, обычная женщина и древняя богиня, делят одно тело. Наверное, для них в этом безумном мире магии и Системы это абсолютно обыденная вещь, просто как явление природы.

— Просто из любопытства, — хмыкнул я, присаживаясь рядом на корточки, — как вы вообще делите обязанности по воспитанию Иэна?

Ирен закатила глаза, брезгливо откладывая грязный подгузник в сторону.

— О, всё предельно просто. Мия носится с ним по всему саду, катает его на спине, играет в лошадку и втихаря кормит сладким. В итоге я возвращаюсь в сознание совершенно измотанной, а Иэн скачет по стенам от переизбытка энергии. Ей каким-то чудесным образом удаётся мастерски избегать всей грязной рутины и оставлять себе только веселье.

Я не мог сдержать широкой улыбки.

— То есть, если я правильно понял, она у нас «весёлая мама-праздник», а ты «строгая и ответственная»?

— Именно! — Ирен очаровательно надула губки, что делало её невероятно милой. — И мне каждый раз приходится вести с ней изнурительные внутренние переговоры, просто чтобы заставить хоть ненадолго поменяться ролями, — она опустила взгляд на свою талию и мрачно добавила. — А хуже всего то, что она сегодня слопала целую гору конфет! Клянусь Системой, каждая съеденная ею сладость откладывается слоем жира на моих бёдрах!

Я оценивающе окинул её взглядом. Честно говоря, Ирен выглядела всё такой же потрясающе стройной, подтянутой и желанной, как и в день нашей встречи. Более того, после родов она вернула себе идеальную форму так быстро, что это вызвало немалую, хоть и добрую, зависть у остальных девушек в гареме. Жрица в теле, полном божественной жизненной силы, всегда притягивала мой взгляд, заставляя кровь бежать чуть быстрее.

— Знаешь, дорогая, даже если бы это было правдой, я бы точно не стал жаловаться, мне нравится, когда есть за что подержаться, — поддразнил я и, не удержавшись, собственнически погладил её по упругому бедру.

Ирен тихо хихикнула, очаровательно зардевшись, ловко застегнула чистый подгузник Иэна, после чего быстро поправила ему штанишки.

— Всё, я закончила, а тебе пора, иди начинай собрание. Расскажи всем, как прошли твои переговоры с Элариэной и её компаньонами.

Я согласно кивнул, нежно поцеловал её в макушку, с наслаждением вдохнув свежий цветочный аромат рыжих волос, и поднялся на ноги. Лили и Корвин уже стояли у стола на другой стороне сада, оживлённо обсуждая какие-то детали, и я направился к ним.

На полпути я обернулся. Глядя на беззаботно играющих в лучах солнца детей, на улыбающуюся Ирен и на весь этот крошечный оазис мира посреди жестокого Валинора, я каждой клеточкой кожи чувствовал, ради чего затеваю всё это безумие. Тепло моей огромной семьи было лучшим лекарством от холода надвигающейся войны, но прямо сейчас мне нужно на время спрятать это тепло глубоко в сердце, накинуть маску прагматичного ублюдка и снова стать лидером, готовым принимать самые жёсткие и беспощадные решения ради их безопасности и ради нашего будущего.