После целой недели целенаправленного и методичного шпионажа, виртуозно проведённого дюжиной лучших агентов Ирен, у меня сложилась картина происходящего. В эту элитную группу вошли Сияна и Селина, чьи лисьи инстинкты оказались как нельзя кстати, Лионелия со своим чутьём, а также Арик и наш штатный спец по взлому Вак. Не обошлось и без Мариль, её мастерство в создании многослойных иллюзий и набрасывании пологов невидимости позволило нашим разведчикам скользить по улицам незамеченными призраками. Изучив их подробнейшие отчёты, я теперь настолько хорошо ориентировался в хитросплетениях Астеллара, что мог бы с закрытыми глазами прогуляться по его мрачным, освещённым фосфоресцирующими грибами переулкам, несмотря на то, что даже ни разу не побывал там лично. Запах сырости, затхлости и застарелого страха, казалось, пропитал сами пергаменты докладов наших разведчиков.

К моему глубочайшему сожалению, не одному из них не удалось проникнуть в Твердыню Сумрака, личный дворец Макаэла. Логово этого ублюдка располагалось в отдельной, колоссальных размеров пещере, отстоящей от самого города на достаточно большом расстоянии. Вход туда наглухо блокировала массивная стальная дверь, покрытая рунами. Она открывалась лишь изредка с тяжёлым металлическим лязгом, отдающимся эхом в груди, и то лишь на считанные мгновения, ровно настолько, чтобы пропустить внутрь или выпустить наружу очередную группу людей. В небольшой, вырубленной прямо в скале камере перед этими воротами круглосуточно дежурили несколько здоровенных головорезов. Судя по докладам, этот предбанник служил своего рода местом встреч. Наёмники Сумрака постоянно ошивались там, травили сальные байки, играли в кости и своим присутствием обеспечивали дополнительный живой периметр безопасности.

Никто из моих скрытных воинов Теневого крестового похода так и не смог проникнуть внутрь Твердыни. Арик, вернувшись с разведки с бледным лицом, подтвердил худшие опасения: ворота опутаны сложнейшей сетью защитных заклинаний, и магическая сигналка мгновенно взвыла бы, уловив даже самую совершенную ауру невидимости. Для создания подобных защитных контуров требовался Чародей, Провидец или Ловец как минимум 60-го уровня, а материалы для такой магии стоили невероятно, баснословно дорого. И если прибавить сюда непомерно высокую плату за саму установку или, что ещё хуже, регулярное жалованье высокоуровневому Провидцу, дежурящему у кристаллов наблюдения… Ублюдок Сумрак явно не жалел золота на спасение своей шкуры.

Сияна, впрочем, смогла подобраться достаточно близко, буквально на расстояние броска кинжала. Слившись с тенями, она сумела заглянуть в приоткрытые ворота и разглядеть за ними просторную входную пещеру. Там, в тусклом свете магических светильников, копошилось несколько десятков сотрудников и тяжело вооружённых охранников. Некоторые из них являлись знакомыми нам приспешниками Сумрака, мы уже пересекались с ними в темных уголках Астеллара, но многих видели впервые. Вероятно, эта личная, элитная гвардия вообще никогда не покидала территорию комплекса, предпочитая жрать, спать и тренироваться, не отходя от кормушки.

Но зато ту часть города тёмных эльфов, где мы обнаружили в Твердыне слепое пятно, мои шпионы прочесали вдоль и поперёк. Шаг за шагом, отслеживая маршруты агентов Сумрака, они вскрыли всю гнилую подноготную его империи.

Выяснилось, что этот длинноухий ублюдок не только владел контрольным пакетом акций или какой-то местной, не менее удушающей формой контроля над подавляющим большинством легальных предприятий, но и безжалостно вымогал плату за «крышу» у тех немногих бедолаг, что ещё пытались сохранить независимость. Сведения Элариэны полностью подтвердились, Макаэл Сумрак действительно являлся абсолютным, единоличным монополистом во всём, что касалось пороков и откровенной уголовщины.

Среди его «коммерческих» интересов значились такие мерзости, от которых у меня непроизвольно сжимались кулаки: детский бордель, от одного упоминания которого хотелось сплюнуть на пол, загоны для разведения тенелинов, где к разумным существам относились хуже, чем к скоту, подпольная арена, куда его головорезы сгоняли пойманных подземных и наземных монстров, стравливая их на потеху кровожадной толпе. Под его покровительством находились также три крупных наркопритона, регулярно поставляющие на улицы свежие трупы, невольничьи рынки, где торговали живым товаром, и, разумеется, местные гильдии воров и истребителей.

Кроме того один из самых доверенных лейтенантов Сумрака сидел в кресле управляющего Конторы Астеллара, жёстко контролируя все финансовые потоки города.

Когда шпионы Теневого крестового похода начали аккуратно проникать в эти сомнительные заведения и прощупывать связи головорезов, всплыла и другая грязь. Мы обнаружили прямые связи с преступными синдикатами на поверхности, теми самыми, что плотно сидели под колпаком Консорциума. Нашлись и деловые контакты с аналогичными группировками в соседних поселениях тёмных эльфов и хамелеидов, гуманоидных ящеров, чья расовая способность к маскировке делала их идеальными контрабандистами и наёмными убийцами.

Люди Ирен знали своё дело туго, да и сама она работала с пугающей эффективностью. За неделю до моей запланированной встречи с Элариэной они выложили мне на стол полную, детализированную схему всей криминальной империи Сумрака в Астелларе, добыли списки всех ключевых фигур от рядовых вышибал до надзирателей и бухгалтеров. Мы теперь знали досконально, как именно организована охрана, каковы маршруты и графики патрулирования каждого предприятия, могли с точностью до человека просчитать, какие силы способен стянуть этот криминальный барон в случае шухера. Наши шпионы точно подсчитали, сколько у него личных лейтенантов, сколько рядовых головорезов, и сколько наёмных клинков он может купить за золото.

По нашим подсчетам, в его личном распоряжении находилось несколько тяжеловооруженных бойцов выше 50-го уровня, около двух десятков матёрых ветеранов на пороге 40-го и более полусотни крепких головорезов чуть меньшего калибра.

Для города таких скромных размеров это была пугающе грозная, подавляющая сила. Тёмные эльфы, как раса, в принципе славились более высокими базовыми уровнями и дерзостью в бою по сравнению с обычным сбродом, но, пропустив эти цифры через свой внутренний калькулятор, я лишь криво усмехнулся. Мой Теневой крестовый поход, закалённый в куда более жарких заварушках, мог раскатать этих «элитных» шестёрок в тонкий блин без критических для нас потерь. И не таких обламывали!

Главной занозой в заднице оставалась сама Твердыня Сумрака. Даже если предположить, что за её стальными вратами нас не ждали скрытые ловушки или спрятанные боссы, туда ещё предстояло каким-то образом проникнуть, не подняв на уши весь город.

Что же касается Элариэны и её небольшой, но отчаянно смелой ячейки сопротивления… Я с огромным облегчением выдохнул, когда доклады подтвердили, что они чисты. Их желание свергнуть Макаэла Сумрака и оказать поддержку нашему Крестовому походу было искренним, выстраданным и настоящим. В костяк их группы входила сама Элариэна, её отец Салинор, могущественный заклинатель 49-го уровня, чья магия наверняка знала лучшие дни, и её брат Халарин, Стремительный клинок 44-го уровня. Им чудом удалось сплотить вокруг себя полдюжины крепких бойцов в районе 30-го уровня, а также еще около дюжины низкоуровневых помощников, которые служили их глазами и ушами на улицах.

Без проблем, конечно, не обошлось. Один из участников их группы, сломавшись то ли под тяжестью долгов, то ли от животного страха, в итоге решил продать своих соратников этому скряге-тирану. К счастью, семья Элариэны, наученная горьким опытом жизни в Астелларе, проявила похвальную паранойю. Они установили слежку за потенциально слабым звеном и успели перехватить ублюдка прежде, чем он успел открыть рот и слить весь заговор.

А вот второго предателя, затесавшегося в их ряды, они прошляпили. Я мысленно вознёс хвалу Системе за то, что мои люди оказались в нужном месте и в нужное время. Да, шпионить за потенциальными союзниками — дело с душком, но в итоге именно эта прагматичная предусмотрительность позволила нам перехватить крысу раньше, чем она успела добежать до ближайшего патруля Сумрака.

Лионелия, взяв ублюдка в оборот, издевалась над ним последние несколько дней в одной из наших безопасных явок. Её методы допроса были… специфическими, но крайне эффективными. Я планировал красиво упаковать этого перевязанного и поющего, как птичка, информатора вместе с полным, детальным признанием и преподнести Элариэне в качестве подарка на грядущей встрече. Пусть оценит уровень нашего сервиса.

В конечном счете, если отбросить лирику, оба предателя действовали исходя из самых базовых, примитивных инстинктов: из-за непреодолимой жадности или парализующего страха. И глядя на то, во что превратился Астеллар, у них имелись на то весьма веские причины.

Макаэл Сумрак и его преступная организация были не просто плохими парнями, а абсолютной, концентрированной мерзостью. Согласно подробным отчётам Ирен, составленным на основе прямых визуальных наблюдений и десятков подслушанных разговоров, реальность выглядела кошмарном наяву. Отморозки этого самопровозглашенного короля тёмных эльфов средь бела дня похищали и насиловали женщин прямо на улицах, избивали до полусмерти или хладнокровно убивали случайных прохожих просто за косой взгляд, дерзко, не таясь, врывались в чужие дома, выносили всё мало-мальски ценное и вытворяли с несчастными жителями всё, что могло прийти в их больные, извращённые мозги.

И эти уличные псы ещё считались относительно милосердными по сравнению со своим боссом.

В самом начале своего кровавого восхождения к власти Сумрак действовал тоньше: он искусно разорял семьи, загонял их в долговые ямы, создавая безвыходные ситуации, чтобы заставить родителей добровольно продать свою дочь ему в наложницы. Однако со временем, опьянев от безнаказанности, он сбросил маску и просто отдавал приказы своим цепным псам забирать с улиц любую, на кого упадёт его мутный взгляд. Не брезговал он и невольничьими рынками, скупая живой товар оптом. Более того, он регулярно снаряжал вооруженные экспедиции глубоко в неисследованые туннели специально для того, чтобы выискивать и отлавливать женщин редких рас, тех, кого днем с огнём не сыщешь в Астелларе.

Десятки, если не сотни молодых девушек бесследно сгинули за мрачными стенами его поместья, и их больше никто и никогда не видел. По городу ползли леденящие кровь слухи, что где-то в глубине Твердыни у него есть тайное кладбище. Земля там, говорили, всегда свежескопана, и использует он то место отнюдь не только для надоевших или сломавшихся «игрушек», но и для каждого глупца, кто имел несчастье перейти ему дорогу или просто не так поклониться.

Над Астелларом густым, удушливым саваном висел липкий страх. И в отличие от населения моей родной Земли, которое, возможно, подняло бы отчаянное кровавое восстание, когда градус беспредела достиг бы критической отметки, здесь работали другие законы. Местные жители просто не обладали достаточным уровнем и боевой мощью, чтобы бросить вызов тирану, на Валиноре повсюду действовала суровая математика Системы: двадцатый уровень никогда не пробьёт защиту пятидесятого. Тех немногих отчаянных смельчаков, кто всё же пытался сопротивляться, либо жестоко подавляли на месте, ломая кости и судьбы, либо они просто исчезали в неизвестности.

У простых эльфов оставался лишь один выход, призрачный шанс на спасение — бежать, бросить всё и спрятаться в опасных туннелях. Из-за этого население некогда процветающего подземного города сократилось почти вдвое за последние два десятилетия, а те, кто остался, влачили жалкое существование в беспросветной нищете. Они надрывали спины на шахтах, продавали свои измождённые тела за кусок хлеба или же, сломавшись, сами вливались в ряды криминальной империи Сумрака, пытаясь выжить любой ценой.

Читая эти отчеёы, чувствуя за сухими строчками чужую боль и отчаяние, я принял решение. Услышав о запредельно мерзких деяниях этого существа и о том животном разврате, что творили его приспешники, я бы с превеликим удовольствием стёр его в порошок, даже если бы Макаэл Сумрак не имел никаких связей с долбаным Консорциумом. Элементарная общественная гигиена требовала вычистить авгиевы конюшни.

Масштабы гнусных, беззаконных деяний Сумрака вызывали у меня в груди глухое, вибрирующее рычание. Это уже не просто очередной захват территории Консорциумом, это гнойник, воспалённая язва на теле мира, которую нужно вырезать подчистую, прижигая калёным железом. Моя внутренняя жаба, обычно трясущаяся над каждой золотой монетой и каплей опыта, сейчас даже не пискнула по поводу трат на развёртывание агентурной сети и подготовку к штурму. Такие твари не должны топтать землю, пусть даже и глубоко в пещерах.

К счастью, у моего Крестового похода накопилось достаточно сил и ярости, чтобы воплотить приговор в жизнь.