Когда портал открылся, с тихим, почти утробным гулом разрывая пространство, мы начали эвакуацию. Я и мои жёны организовано направляли поток освобожденных рабов, Рек и Эш прикрывали нас с тыла, ощетинившись оружием и клыками, готовые в любую секунду отразить атаку, если враг решит преподнести неприятный сюрприз. Спустя пару напряжённых минут около ста шестидесяти истощённых, измученных пленников-гоблинов шагнули сквозь мерцающую магическую пелену. Моя штурмовая команда замыкала шествие в роли арьергарда, убеждаясь, что мы никого не забыли в этих чёртовых застенках.

На той стороне висел тяжёлый запах пота, дорожной пыли, медикаментов. Крестоносцы и добровольцы из Вольного носились туда-сюда, раздавая новоприбывшим горячую еду, тёплые шерстяные одеяла, чистую воду и одежду, маги безостановочно активировали свитки Очищения, смывая с бывших рабов въевшуюся грязь и паразитов, целители спешно лечили больных и раненых, тех, кого Зара со своей божественной магией просто не успела поставить на ноги во время рейда. Тем временем проворные клерки Ирен, вооружившись планшетками и пергаментом, деловито опрашивали каждого, записывая имена и происхождение. Мы надеялись, что хотя бы часть из них удастся вернуть в родные племена и семьи. Хаос надо структурировать, и девчонки справлялись с этим на ура.

В другой части необъятного плаца кипела подготовка к новым вылазкам, другие отряды проверяли снаряжение, звенели сталью и сверяли карты. Примерно в сотне метров от нас с характерным треском открылся ещё один портал, оттуда, сопровождаемая нашими бойцами, показалась ещё одна возвращающаяся группа.

Увиденное заставило меня сжать кулаки так, что костяшки побелели. Они выводили десятки испуганных, жмущихся друг к другу девочек и мальчиков детей из борделя Консорциума.

Ирен, едва завидев их, откинула свои бумаги и со всех ног бросилась навстречу, Зара и Лейланна, не сговариваясь, сорвались следом. Они окружили травмированных малышей, что-то ласково шепча, успокаивая, отводя их подальше от общего шума и суеты плаца в специально подготовленный тихий сектор.

Я шумно выдохнул, пытаясь подавить рвущуюся наружу ярость.

Дети из борделя… Чёрт! Когда у тебя дома бегают свои мелкие, на такое просто невозможно смотреть спокойно, в желудке всё сворачивается в тугой, ледяной узел. Да, мы их вытащили, да, мы снесли эту точку, но этот грёбаный мир всё ещё полон таких черных дыр, и одним, пусть даже самым масштабным рейдом, их все не заткнуть. Работы непочатый край.

Резким движением я швырнул Гордома Сребробородого в укреплённую стальную клетку, гном с грохотом впечатался в прутья и глухо застонал. Эта камера была специально подготовлена для важных пленников, которых мы брали для допроса, прежде чем переправить их в Вольный.

— Посиди тут, ублюдок, — процедил я, запирая тяжёлый замок. — Твоё время ещё придёт.

Разобравшись с пленником, переключил внимание на насущные проблемы. Убедился, что освобождённых гоблинов нормально разместили в просторных длинных шатрах, где им не угрожал ни сквозняк, ни холод, а затем собрал свою штурмовую команду и провёл короткий, но жёсткий «разбор полётов» по итогам рейда. Тех, кто ещё мог стоять на ногах, перераспределил в другие отряды усиления, а часть отправил помогать на плацу.

Покончив с раздачей приказов, нашёл глазами Марону. Баронесса, как всегда собранная и деловитая, стояла в центре импровизированного штаба, отдавая указания. Я подошёл к ней, чтобы включиться в процесс и помочь координировать этот бесконечный бурлящий хаос. Нам предстояла еще очень долгая ночь.

— Два рейда завершены, три всё ещё продолжаются, — произнесла Марона, и на её губах мелькнула напряжённая улыбка. В воздухе витал стойкий запах озона от постоянно открывающихся порталов и пота десятков вооружённых бойцов. — После этого у нас намечено ещё несколько точечных ударов, а затем дадим нашим Проходчикам немного времени на отдых перед вечерними рейдами и приведём в порядок царящую здесь неразбериху.

Медленно кивнул, прокручивая в голове тактическую карту. Интерфейс Системы маячил на периферии зрения, но сейчас я полагался только на свой разум.

— К полудню остаются только Астеллар и Нирима.

Марона торжественно кивнула, её глаза блеснули холодным огнём.

— И Глумрайз. Крупная цель.

Мы и так уже получили немало: ценнейшую информацию, выбитую на допросах из захваченных пленников, горы золота и артефактов, конфискованные у ликвидированных контор, освободили рабов… Всё это вместе с уничтоженной инфраструктурой противника нанесёт колоссальный урон по военной машине Консорциума. Их экономика уже начала трещать по швам.

Но когда дело дошло до выяснения того, кто именно был главным партнёром Малина Медобрука, руководившим операциями в Копях Кротоса, на первое место вышел именно Макаэл Сумрак и его твердыня в Астелларе. А его главными партнёрами оказались те криминальные авторитеты, которых мы планировали накрыть сразу в двух точках Ниримы: в загонах для разведения гоблинов и на невольничьем рынке, где с молотка продавались представители экзотических рас, привезённых с поверхности.

Забавное совпадение: город Нирима получил своё название в честь редкого цветка. Иронично, что место с таким безобидным именем на деле оказалось гноящейся выгребной ямой, доведённой Консорциумом до полного упадка и разорения.

К нам решительным шагом подошла Ирен, её красивое лицо казалось высеченным из камня, губы плотно сжаты. Жрица уже начала собирать вокруг себя ту часть своей команды, которой предстояло нанести удар по самым труднодоступным местам в Коване, куда можно было проникнуть только через прямой портал. Остальные члены её штурмового отряда уже заняли позиции рядом с целями, затаившись в тени и ожидая сигнала к атаке.

Я привлёк жену к себе, крепко обняв её за плечи. От неё пахло ладаном, сталью и скрытой яростью.

— Будь осторожна, милая, — тихо сказал я, глядя прямо в её решительные глаза. — Понимаю, что твой уровень сейчас намного выше, чем у большинства из них, но те цели, которые ты собираешься выпотрошить, прекрасно охраняются.

Ирен ответила мне мрачной, почти пугающей улыбкой.

— Знаю, Артём. Я возвращаюсь в тот самый мир, который пережёвывал и эксплуатировал меня большую часть жизни, чтобы стереть его в пыль, и изучила эти жалкие, проклятые места лучше, чем кто-либо другой.

Я поднял руку и нежно коснулся её мягкой, прохладной щеки, убирая выбившуюся прядь волос. Мой палец слегка скользнул по её коже, даря короткое утешение.

— Как ты со всем этим справляешься? Внутри не дрожит?

Её прекрасные зелёные глаза сверкнули холодным огнём, полным жажды возмездия.

— Мне станет по-настоящему легко только тогда, когда буду точно знать, что больше никто в Коване не страдает так, как страдала я, а такие бездушные ублюдки, как Малин, уже не смогут набивать свои карманы на крови и унижениях невинных.

Я понимающе кивнул.

— Сожги там всё дотла, дорогая, оставь от них только пепел. Возможно, это и не искоренит всё зло в Шалине одним махом, но точно станет началом их конца.

— Это только первый шаг, — согласилась она, в её голосе громыхнула сталь.

Она коротко, но крепко обняла меня, затем Марону, а после развернулась и пошла к своему отряду, отдавая чёткие команды и готовясь шагнуть в мерцающий зев портала.

Я смотрел ей вслед, сжав кулаки. Больше всего на свете мне сейчас хотелось плюнуть на всё, пойти вместе с ней и лично проследить за тем, чтобы ни одна тварь не посмела даже дыхнуть на неё. Я боялся, что вид этих проклятых мест, где она пережила столько боли, вновь пробудит демонов её прошлого.

Но я не мог. Её операция займёт следующие несколько часов, а мне нужно подготовиться к сбору собственной штурмовой группы для атаки на Твердыню Сумрака. Кроме того Ирен была не единственной женщиной, которую я любил, и которая сейчас подвергала себя смертельной опасности на передовой, вся моя семья сражалась за наше будущее, и моя задача — не подвести их.

Единственное, что мне сейчас оставалось, это довериться нашему плану, качественной подготовке и хладнокровно, без единой ошибки, выполнить свою часть работы.

Ирен добровольно возвращалась в свой личный ад, а я мог только стоять в стороне и смотреть ей вслед, сжимая кулаки от бессилия. Пожалуй, худшая часть любого лидерства — необходимость доверять своим близким выживать без тебя, позволяя им рисковать собой. На очереди Макаэл Сумрак, и мне нужно собрать волю в кулак. Ресурсы на пределе, а значит, никаких ошибок. Ни единой!

Приспешники Макаэла Сумрака никак не могли ожидать, что Астеллар восстанет против них так внезапно и, что самое главное, так организованно.

Тёмные эльфы хотели вернуть свой родной город целым, в их планы не входило банально сжигать и разрушать до основания предприятия, которые они не могли сразу захватить, как мы обычно поступали с целями Теневого Крестового похода в других местах. Поэтому над улицами не клубился густой чёрный дым, и не ревели пожары, которые могли бы возвестить о масштабных переменах, стремительно охвативших это проклятое место. Город менял власть тихо, по-деловому и… кроваво, в воздухе лишь висел едва уловимый запах озона от рассеявшихся заклинаний и металлический привкус пролитой крови.

Я шагал во главе ударного отряда по открытому, вымощенному тёмным камнем пространству, направляясь к зеву широкого туннеля, именно этот проход вел в Твердыню Сумрака, хорошо укрепленный комплекс Макаэла. Рукоять элитного лука привычно и надёжно лежала в ладони.

Состав моей группы подобрался поистине убойный: Лейланна, Белла, Лили, Сафира, Хелима, Ванесса, Карина, Юлиан, Корвин, Грег, а также опытный крестоносец-заклинатель по имени Мерик. Следом двигались наши спецы: Арик, Лионелия, Вак и Эдгард. Последняя четвёрка шла с нами не для того, чтобы рубить головы, их задачей было обнаруживать и аккуратно обезвреживать защитные чары, скрытые контуры и смертоносные ловушки, которыми тиран наверняка щедро усеял подступы к своему логову.

Где-то далеко позади нас Элариэна, её семья и верные сообщники продолжали методично громить предприятия Консорциума. Они зачищали те точки, которые я и бойцы Крестового похода помогли им разграбить, скрупулезно собирая важные финансовые документы для Ирен, а также вычищая все сокровища и накопленные ресурсы Астеллара. По моим прикидкам, мы уже упокоили более пятидесяти отборных бойцов Сумрака, при этом сами понесли лишь приемлемые потери, и те пришлись в основном на наших союзников-тёмных эльфов более низкого уровня. Жестокая арифметика войны, но в этом мире по-другому не выжить.

Теперь впереди маячила лишь одна, самая важная цель, нам предстояла финальная битва за полный захват Астеллара.

Тишина обманчива. Если путь в начале идёт слишком гладко, значит, финальный удар будет вдвойне жёстче.

Я покрепче перехватил лук и шагнул в полумрак.

Удивительно, но захват внешнего контура города прошёл настолько стремительно и чисто, что охрана в небольшой сырой пещере, ведущей к главным воротам комплекса, даже не почесалась. Никакой тревоги, ни единого крика.

Активировал Глаз Истины, сканируя пространство сквозь полумрак. Система послушно выдала данные: уровни варьировались от 40 до 45, сплошь бойцы ближнего боя, всё точно так, как докладывали наши разведчики. Подтвердилось и то, что стража до преступного расслаблена. Пятеро громил вальяжно развалились на потрёпанных диванах в углу пещеры, глушили какое-то пойло из грубых кружек и гоготали над сальными шутками. Компанию им составляли две девицы лёгкого поведения, которые хихикали, флиртовали и охотно подставлялись под грубые ласки наёмников. В затхлом воздухе висел кислый запах дешёвого эля, застарелого пота и приторно-сладких духов.

Мне стало немного жаль девиц, которые оказались не в том месте и не в то время, но если мои люди сработают чисто и без заминок, у этих «бабочек» появится шанс не попасть под перекрёстный огонь.

— Все они ниже сорока пятого уровня, оставляю их вам, — бросил я шёпотом, сделав отмашку рукой.

Лейланна и Ванесса, поняв меня без слов, тут же запалили пару магниевых сигнальных вспышек, ослепительно-белые цилиндры с агрессивным шипением полетели вглубь пещеры. Базовая мера предосторожности: если эта вопиющая халатность на самом деле грамотно спланированная засада, и по углам прячутся Лазутчики, безжалостный свет мгновенно спалит им маскировку.

Но нет, никаких сюрпризов, лишь шальные тени метнулись по неровным стенам. Это здорово упрощало нашу задачу.

Пещеру залило режущим, мучительно ярким светом, охранники в ужасе заорали, ослеплённые внезапной вспышкой, и, роняя кружки, неуклюже вскочили на ноги, их руки инстинктивно потянулись к рукоятям клинков. Одну из девиц грубо, с ругательствами сбросили с колен на грязный каменный пол, вторая пронзительно завизжала и кубарем закатилась за спинку дивана, вжавшись в стену.

Я плавно поднял лук, привычным, вбитым в подкорку движением накладывая стрелу на тетиву, Лили, стоящая плечом к плечу со мной, синхронно повторила моё движение. В звенящей тишине раздался характерный натужный скрип дерева, это Корвин и Грег, всё ещё скрытые маскировкой, взяли цели на мушку. За спиной мелко вибрировал воздух от концентрируемой маны, Лейланна, Ванесса и остальные наши маги заканчивали плести смертоносные узоры заклинаний. Запахло озоном, предвещающим бурю.

Вся группа зафиксировала внимание на мечущихся в панике охранниках, но моя цель была иной. Я выпустил первую стрелу, целясь не в живую плоть, а прямо в массивные створки ворот.

Точнее, не в саму стальную дверь, она являлась продуктом Системы, созданным предметом с огромным запасом прочности, и мой навык Удар по окружению вряд ли причинил бы ей серьезный урон. Тратить время на пробивание броневой стали глупо и нерационально, моей мишенью стал монолитный камень, в который была намертво вмурована рама двери. Если не могу вышибить дверь, вырву её с корнем.

Стрела с глухим стуком вонзилась точно в стык между тяжёлым металлическим косяком и неровной каменной стеной, раздался оглушительный грохот. Навык сработал идеально, тучи каменного крошева и серой пыли брызнули во все стороны, словно от подрыва фугаса, а верхнее крепление просто разорвало в клочья, вырвав из стены приличный шмат породы.

Не теряя ни секунды, активировал Быстрый выстрел. Руки превратились в смазанное пятно. Вторая стрела, третья, четвертая, пятая… Благодаря постоянному свойству лука пятьдесят третьего уровня, добытого в Последней Твердыне Гурзана, каждая последующая атака наносила всё больше и больше урона. Специфика оружия заключалась в том, что урон усиливался от скорости последующих атак по отношению к базовой.

Пещера буквально содрогнулась от серии мощнейших кинетических ударов, камень стонал и крошился под шквалом бронебойных попаданий, превращаясь в мелкую щебёнку.

В моих руках лук работал как чёртова гаубица.

Сзади раздавались влажные звуки ударов, сдавленные хрипы и треск магических разрядов, моя команда методично и хладнокровно перемалывала дезориентированную стражу. Охрану смели за считанные секунды, две несчастные ночные бабочки, сдавленно всхлипывая, сжались в комочек за изрешеченным диваном. Белла, бесшумно скользнув вперёд, приблизилась к ним и связала девиц короткими профессиональными движениями. Безопасность превыше всего, нам ни к чему сюрпризы от запаниковавших гражданских в тылу. Разобравшись с ними, девушка устремилась к двери, прикрывая меня.

К этому моменту массивный стальной барьер, лишившись всех креплений по периметру, жалобно заскрежетал и опасно накренился под весом собственного металла. Я подошёл вплотную к перекошенной створке, упёрся подошвой тяжёлого сапога точно в центр стального полотна и, вложив в удар всю массу тела и усиление Системы, с яростным рыком толкнул её вниз.

С оглушительным, лязгающим грохотом сталь рухнула на пол туннеля, подняв облако вековой пыли.

Всё, путь внутрь открыт.

Боевой лук Гурзана работал как швейцарские часы, с пугающей эффективностью превращая монолитные преграды в труху.

— Служить живым осадным орудием… В этом определённо есть свой извращённый собственный азарт, — усмехнулся я про себя, успокаивая дыхание и чувствуя приятную смертоносную тяжесть оружия. Пора навестить хозяев этого местечка.