Позднее Ян понял, что в этом крохотном двухэтажном домике живет еще один человек. Смуглый старичок, носящий традиционную китайскую шляпу и насквозь пропитанный табаком. Он, как и его супруга, говорил только на китайском, причем переводчик с его произношением не справлялся и стабильно выдавал уведомление, что речь не распознана.

Сеть в горах ловила еле-еле, так что ни о каком интернете и речи не шло. Оставалось только лежать в кровати и бессмысленно пялиться в потолок, гадая, что же случилось в поезде. Правда, вечером Ян столкнулся со знаменитым китайским гостеприимством и напрочь позабыл и о поезде, и о Гюллере, и о некстати пропавшем Ван Лее. А виной всему слишком уж обильный стол, который собрали хозяева маленького домика, чтобы уважить своего гостя. И тут они постарались на славу.

Ян, открыв рот, рассматривал рыбьи головы, приготовленные на пару и приправленные смесью разнообразной зелени; уже знакомую ему свинину, обжаренную в сладком тесте; «тофу рябой старухи», о котором он слышал когда-то, но теперь и увидел; кровяную колбасу и тесто с бараниной. Но страшнее всего выглядели зажаренные до хруста личинки, гордо выставленные в центр стола. Память услужливо подкинула Яну воспоминание, что именно так выглядят личинки тутового шелкопряда, считающегося в Китае деликатесом. А завершала это великолепие глиняная бутылка с пробкой, стоящая рядом с личинками.

От обилия еды разбегались глаза, но старики к ней не притрагивались. Вместо этого они, словно по команде, уставились на Яна. Тот понял, что должен попробовать первым. Вздохнув, Ян взял палочки и положил себе в тарелку немного свинины и овощей. То, что было ему знакомо. Однако старик, покачав головой, указал на блюдо с личинками.

– Боюсь, это лишнее, – вяло улыбнувшись, ответил Ян.

Старик снова мотнул головой, раздраженно хэкнул и ткнул своими палочками в личинки.

– Ладно. Одну попробую.

Пахли личинки весьма своеобразно, но Ян, не решаясь оскорбить хозяев, взял палочками одну, самую маленькую, надеясь, что его не стошнит в процессе поедания. Затем макнул личинку в соус и, зажмурившись, сунул ее в рот… чтобы через пару мгновений потянуться за следующей. На вкус личинки оказались отменными, напоминая сразу и о жареных семечках, и об орехах, и о, как это ни странно, жареной свинине.

– Се се, – пробубнил Ян с набитым ртом, вспомнив о вежливости.

– Пукачи («Пожалуйста»), – ответил старик, наконец-то приступая к трапезе.

Ужинал Ян молча, изредка с интересом вслушиваясь в беседу стариков, которые его ничуть не смущались. Еды было так много, что невольно возникали сомнения, куда все это запихнуть, да так, чтобы еще осталось место на чай. Однако чай заменила та самая глиняная бутыль с пробкой.

Старик, чуть повозившись, откупорил пробку и, понюхав горлышко, довольно крякнул. Затем налил прозрачную жидкость в подобие крохотных рюмок. Сначала Яну, затем себе, и потом своей жене. Затем они замерли, ожидая, когда Ян возьмет свою рюмочку. Конечно, снова были попытки отказаться, на которые хозяин дома раздраженно что-то каркал на китайском, после чего тыкал пальцем в рюмку. Вздохнув, Ян понял, что отказаться не получится, и, взяв рюмочку двумя пальцами, опрокинул содержимое в себя.

Горло тут же обжег жидкий огонь, после чего в голове зашумело. Махнув рукой, Ян потянулся за закуской и тут же сунул в рот битый огурец. Старики в ответ рассмеялись и, коротко чокнувшись, выпили. В отличие от Яна они даже не поморщились и с двойным усердием налегли на еду.

К концу ужина Ян так осоловел от съеденного и выпитого, что извинился на чистейшем русском и пошел подышать свежим воздухом. Старик отправился с ним и, пока Ян шумно дышал, примостившись на занозистом табурете, закурил весьма вонючую самокрутку, рассмеялся и что-то сказал по-китайски. Память услужливо выхватила из его речи знакомое «байцзю».

– Байцзю? – переспросил Ян, сопроводив вопрос жестом, будто снова пил крепкий алкоголь из крохотной рюмочки.

– Байцзю, – кивнул старик. Что ж, хотя бы с этим разобрались.

Конечно же, Ян слышал о «горячем вине», как обычно называли байцзю. Герои китайских сказок частенько предпочитали его простой воде. В целом это было нечто среднее между водкой и саке, только в разы превосходящее оба вида по крепости. Готовили байцзю из различных сортов злаков, отдавая тем не менее предпочтение обычному рису, кукурузе, зерну и рису номи.

Байцзю в Китае пили все от мала до велика. Казалось, что даже младенцам, только появившимся на свет, тоже подносили рюмочку байцзю. Более того, этот алкогольный напиток был гораздо популярнее пива. Ян вспомнил, что его пили и в хот-поте, и в ресторанчике, где они обедали с Ван Леем. Но попробовал он его только сейчас. В крохотном домике, затерянном среди поросших лесом гор Китая. Странно, что Ван Лей не предупредил его об этом заранее.

После небольшого отдыха ужин продолжился, и к его концу Ян выбрался из-за стола с полным животом и горящим от перца и байцзю ртом. Голова приятно потяжелела, и до одури хотелось спать. Зевнув, Ян попрощался с улыбающимися стариками и, шатаясь, побрел в свою комнату. Рухнув на кровать, он моментально уснул. Сны ему снились снова донельзя странные: то полеты на длинном, похожем на змею драконе, то сам Царь обезьян, гоняющийся за Яном с красивым резным посохом.

Так прошла неделя. Ян просыпался, завтракал простыми, но очень сытными лепешками с рыбой, пил чай и отправлялся гулять по округе, не рискуя отходить далеко от дома. Вечером его снова ждал обильный ужин и непременная бутылка байцзю. Ужин заканчивался ровно в тот момент, когда бутылка окончательно пустела, а в голове кружился хмель вперемешку с разными мыслями.

Порой Ян, лежа на кровати, рассматривал складень, гадая, какие секреты он скрывает внутри. И будет ли найден ответ на горе Хуагуо. Вновь вспоминалась бабушка, оставшаяся в Москве. Рихтер, которая наверняка пошлет за ним еще одного головореза. То, что Гюллер смог выжить, вылетев из поезда на полной скорости, представлялось Яну невероятным. От скуки Ян начал зарисовывать в блокнот все, что видел: стариков, живущих вместе с ним в домике, горы, подернутые синеватой дымкой утром, маленький алтарь, посвященный предкам, в одной из комнат. А потом засыпал. Конечно, были попытки уйти, но старик, только заметив на пороге дома Яна с рюкзаком, недовольно крякал, затем указывал пальцем на свою голову и следом на дом, словно говоря, что уходить пока рано. Странно, но Ян с ним не спорил. Интуиция подсказывала, что так будет правильно. И интуиция не ошиблась, потому что в один из дней вернулся Ван Лей.

Китаец крепко пожал руку Яна, после чего набросился на еду, словно всю эту неделю питался огрызками и хлебными корочками. Все вопросы он игнорировал и завел разговор только тогда, когда вволю наелся и выпил со стариком по паре рюмочек байцзю. И для начала Ван Лей извинился.

– Простите меня, что вот так сбежал, – виновато произнес он. – Но вам нужен был отдых. А для отдыха нет лучше места, чем родительский дом.

– Это ваши родители? – удивился Ян. Он так и не смог избавиться от привычки мысленно говорить «вы» вместо «ты», но, поскольку общались они по-английски, это не имело значения.

Ван Лей кивнул в ответ и улыбнулся, смотря на стариков, которые не понимали ни слова из их беседы.

– Да, я тут родился. Пытался, конечно же, перевезти их в город, да они отказались. Привыкли уже жить тут.

– А где мы? – робко спросил Ян. – Карта показывает просто какую-то горную гряду.

– Сивань, – ответил Ван Лей. – Это даже деревенькой не назовешь. Тут живет от силы пять или шесть семей. Таких поселений много в Китае, и не все из них нанесены на карту. Но у меня тоже есть вопрос. Как вы себя чувствуете?

– В целом неплохо. Я пытался уйти, но… хм, ваш отец мне не позволил.

– Да, – широко улыбнулся Ван Лей, смотря на старика. – Я попросил его присмотреть за вами, пока не вернусь. Но не переживайте, скоро мы двинемся в путь. Мне удалось расшифровать надпись на навершии.

– И что же там написано? – вновь включил дурачка Ян, но Ван Лей вместо ответа рассмеялся и налил себе и ему байцзю.

– Вы и так это знаете, не правда ли? – хитро прищурившись, спросил он. – Я вас не виню. Сам бы в этой ситуации поступил так же. Но когда увидел, что Гюллер набросился на вас, все сомнения исчезли. Вряд ли бы ручной пес Рихтер бросился так на своего.

– Вам знаком Гюллер? – нахмурился Ян.

Ван Лей вздохнул и, словно нехотя, кивнул.

– О нем знает каждый из стражей. Да и трудно не знать о големе семьи Рихтер.

– Големе? – Ян не сдержался и рассмеялся. – Неужели!

– А вас не смутила его сила? – вопросом на вопрос ответил Ван Лей. – Что он безошибочно находит и преследует вас, где бы вы ни оказались?

– Ладно, допустим, он правда голем, – улыбнулся Ян. – Но даже голем развалится на части, если вылетит из поезда, который мчится со скоростью больше четырехсот километров в час.

– Не стоит его недооценивать, – серьезно ответил китаец. Он вздохнул и вновь наполнил рюмочки. – Если его спустили с цепи, значит, он не остановится ни перед чем, пока не добьется своей цели. Можете мне поверить. Поэтому нам придется действовать осторожно.

– Вы сказали, что расшифровали надпись.

– Да, – кивнул Ван Лей. – С вашей помощью, конечно же. Пока мы ехали сюда, вы бредили. И часто говорили о какой-то пещере. Тут-то все и стало на свои места. Я позволил себе взглянуть на навершие, пока вы были без сознания. Ну а дальше все было легче легкого. Шифр Атбаша.

– О, да вы знаток, – ехидно ответил Ян, заставив Ван Лея рассмеяться.

– Многие пользовались им, когда были детьми. Я не исключение. Поэтому, разгадав шифр, я понял, почему вы утаили его от меня.

– Угу, – кивнул Ян. – Я думал, что вы один из прихвостней Рихтер.

– Не виню вас в этом, – повторил Ван Лей. – Но даже если вы продолжите путь в одиночестве, вам не обойтись без моей помощи.

– Почему же?

– На горе обезьян сотни водопадов и скрытых за ними пещер. К тому же никто не знает, что ждет вас внутри.

– Ваша правда, – буркнул Ян, поднимая рюмочку. – Се се.

– Комбей («До дна»), – поправил Ван Лей, последовав его примеру и тоже подняв рюмочку. – Попробуйте свинину. Это фирменное блюдо моей семьи.

– Мне бы что-нибудь менее калорийное. Боюсь, что если съем еще один кусочек, то попросту лопну… – Не договорив, Ян рассмеялся, а чуть позднее к нему присоединился и Ван Лей.

В путь решено было выдвигаться через два дня. Ян не винил Ван Лея в задержке, все же тот давно не видел родителей и хотел провести время с ними. Однако облегченно выдохнул, когда китаец все же сообщил ему о том, что утром они покинут деревеньку. Хотелось поскорее разобраться с этим делом и вернуться домой, к любимой бабушке и любимой работе. Впрочем, Ян понимал, что возвращение, скорее всего, придется отложить. Одно дело – найти, что сокрыто в таинственной пещере, и совсем другое – отвязаться от Рихтер и ее ищеек, неотступно следующих за ним.

Поэтому утром, лишь только занялась заря, Ван Лей разбудил Яна и сказал, что пора идти. Наскоро позавтракав остатками ужина, Ян закинул на спину рюкзак и вежливо поклонился старикам, которые вышли его проводить. Те в ответ улыбнулись и согнулись в синхронном поклоне.

Очень скоро маленький домик и радушные старики скрылись из виду. Ян шагал вслед за Ван Леем, но вскоре запыхался. Сказалась и обильная еда на протяжении недели, и отсутствие физической активности. Ван Лей, посмеиваясь, остановился, когда Ян в изнеможении прислонился спиной к крепкому деревцу, росшему на обочине размытой дождями узенькой тропинки.

– Осталось немного, – подбодрил его китаец. – Через пару часов мы выйдем к автобусной остановке и поедем с комфортом.

Ответом ему был очередной стон Яна, понимающего, что за эти два часа с него сойдет семь потов и те килограммы, которые он запас в доме родителей Ван Лея.

До остановки они добрались взмокшими от пота и уставшими. Ян с непривычки натер на ноге водяную мозоль и, шипя проклятия, налепил на нее пластырь, пока Ван Лей высматривал вдалеке автобус.

Автобус приехал через полчаса и оказался совершенно обычным, только, наполненным китайцами. В салоне было душно, пахло потом, навозом, и где-то в хвосте недовольно гоготали гуси да квохтали куры, будучи запертыми в клетки. Ван Лей купил у водителя два билета и кивнул Яну на два свободных места. Ян от приглашения отказываться не стал и, усевшись, облегченно выдохнул. Его не смутили ни удивленные взгляды пассажиров, ни отсутствие пространства для ног, из-за чего сидеть приходилось скрючившись в три погибели. Главное, что не придется стирать ноги в кровь, и то хорошо.

– Не самый лучший способ передвижения, зато безопасный, – попытался было оправдаться Ван Лей. – Электронные билеты на поезд могут отследить, а так мы можем спокойно добраться до горы. Сейчас мы доедем до Цзюйсяня, потом пересядем на автобус до Ланьшаня, а уж он привезет нас в Ляньюньган.

– Ничего не понятно, но очень интересно, – проворчал Ян, заставив Ван Лея рассмеяться.

– Не переживайте. По пути еще будут остановки. Сможете размяться, – ответил он. – А пока попробуйте вздремнуть. Ехать нам еще примерно часа четыре.

Уснуть не удалось, и первое время Ян с плохо скрываемой завистью смотрел на сопящего Ван Лея, после чего отвернулся и принялся созерцать пейзажи за окном. Проносились зеленые поля, порой им попадались небольшие поселения на два-три двухэтажных домика, виднелись древние храмы на вершинах гор. Позади гоготали гуси, от жары и духоты кружилась голова, но Ян все же нашел в себе силы улыбнуться и насладиться поездкой.

Первая остановка случилась через час, и весь автобус высыпал на перекур, пока водитель отправился в двухэтажное строение, напоминающее магазин, где находился туалет. Ян тоже решил облегчиться, но, войдя в туалет, брезгливо поморщился, увидев изгаженные кабинки, мокрый пол и почувствовав весь спектр ароматов. В одной из кабинок сидел на корточках пожилой китаец, с кем-то говоривший по видеосвязи. Причем ни его, ни его собеседника явно не смущали соответствующие любому туалету звуки. Ян быстро сделал свое дело и, тщательно вымыв руки, выбежал на улицу, чтобы поскорее вдохнуть свежего воздуха. Там он увидел и Ван Лея, который разминал ноги возле автобуса.

– Ужасное место, – пожаловался Ян, подходя ближе. Ван Лей улыбнулся и кивнул. – На полу разлита вода, но я не уверен, что это действительно вода…

– Понимаю ваше удивление. Такое вам встретится еще не раз.

– Я заметил, что в Китае нет придорожных закусочных и магазинчиков, – ответил Ян.

– А зачем? – искренне удивился его спутник. – Куда удобнее, когда на пути есть такие вот центры, где найдется место и магазину, и закусочной, и аптеке, и туалету. Но поверьте, где-то будет чище, чем здесь, а где-то гораздо грязнее. Зависит от людей, которые здесь работают.

– Горю желанием поскорее в этом убедиться, – мрачно проворчал Ян, повеселив Ван Лея.

По пути автобус сделал еще несколько остановок. Пассажиры менялись на других, а Ян ерзал в своем кресле, пытаясь устроиться поудобнее. Скоро затекла одна нога, потом другая, потом сидеть стало совсем уж некомфортно, но, к счастью, впереди показались причудливые высотки, и Ван Лей сообщил, что они въезжают в уезд Цзюйсянь.

– Уезд? Это, по-вашему, деревня? – переспросил Ян, разглядывая многоэтажные дома, торговые центры, дорогие машины, стоящие на обочине.

– Да, – кивнул Ван Лей. – Видите ли, в Китае статус города может получить не каждое поселение. Здесь живет пара миллионов человек. А это мало для получения статуса города.

– Действительно, крайне мало, – покачал головой Ян, вызвав у Ван Лея улыбку. – Что ни день, то новое открытие.

– Китай еще сможет вас удивить. Дайте ему время, – ответил тот.

В Цзюйсяне они хорошенько отобедали в одном из многочисленных ресторанчиков. К Яну даже подошла хозяйка ресторана и попросила о совместном фото. Эта просьба тоже повеселила Ван Лея, а когда к их столу подошел парнишка в черной рабочей одежде и, почтительно поклонившись, передал бутылку байцзю, улыбка китайца стала еще шире. Конечно же, Ян не упустил возможность задать вопрос, а получив ответ, несказанно удивился.

– В Китае считается престижным, если белый человек посещает твою закусочную. Как вы думаете, зачем ей это фото? – спросил Ван Лей.

– Поставит в рамочку и будет гордиться? – съязвил Ян.

Ван Лей хохотнул в ответ и хлопнул ладонью по столу.

– Вы недалеки от правды. Фото она повесит на самом видном месте, а еще поделится им в соцсетях, чтобы все знали, что европеец выбрал ее ресторан для обеда. Считайте эту бутылку ее благодарностью. А теперь, если вы закончили, то нам пора. Скоро отходит автобус в Ланьшань.

До Ланьшаня они тоже добрались без проблем. В этот раз автобус был другим и доехать до пункта назначения удалось с комфортом. В салоне даже был кондиционер, чему Ян был только благодарен и покидал автобус на остановках крайне неохотно, стараясь поскорее вернуться в его прохладное нутро. Ему даже удалось немного поспать, и Ван Лею стоило некоторых усилий растолкать Яна, когда они приехали.

Недовольство не слишком уж вежливым пробуждением сошло на нет, когда Ван Лей сообщил, что им предстоит переночевать и отправиться в путь уже следующим утром. И если Ян надеялся сразу отправиться в какой-нибудь отель, то у Ван Лея были другие планы. Сначала он потащил его в ближайшую закусочную, где хозяин тоже сделал совместное фото, а потом упоил белого дьявола байцзю до такой степени, что Ян не помнил, как добрался до отеля.

К счастью, наутро не болела голова, да и настроение было хорошим. Этому не смог помешать ни накрапывающий за окном дождик, ни храпящий на соседней кровати Ван Лей, которого Ян безжалостно разбудил и ехидно улыбнулся, наблюдая за похмельными попытками китайца встать с кровати. До автовокзала Ван Лей добрался в весьма помятом виде и постоянно зевал, а в Ляньюньган приехал невыспавшимся и голодным. Ян же, перекусивший на одной из остановок острой лапшой, чувствовал себя отлично и частенько подтрунивал над китайцем. Впрочем, шутки отошли на второй план, когда Ян увидел ту самую гору. Гору Хуагуо, окутанную легендами и дыханием древности. Ее вершины, зазубренные, как клыки дракона, пронзали облака, окрашиваясь солнцем в алые и янтарные тона, будто некий художник обмакнул кисть в кипящее зарево. Время здесь сразу теряло вес: скалы, поросшие мхом, шептали истории о духах ветра и дождя, а корни древних деревьев, изогнутых, как спины мудрецов, цеплялись за утесы, словно пытаясь удержать саму вечность. Воздух был густ от аромата диких цветов и влажной земли, а камни под ногами, отполированные веками, хранили следы незримых ног – то ли монахов-отшельников, то ли самого бессмертного Сунь Укуна. Гора величественно возвышалась над городом и, несмотря на солнечный день, вид имела весьма зловещий. Вздохнув, Ян мотнул головой, пытаясь отогнать дурные мысли, но они никуда не делись. Теперь предстояло найти то, не знаю что. И как это найти, Ян не представлял вовсе.

Идти на гору решили сразу. До подножия, где и находился вход в парк, Яна и Ван Лея доставили небольшие электромобили. А дальше возникли проблемы.

Охранник на входе сообщил Ван Лею, что многие места парка сейчас закрыты для посещения, на что китаец лишь махнул рукой и отправился к кассе, где купил два билета за двести юаней. Ян, конечно же, попытался заплатить за себя сам, но наткнулся на такой красноречивый взгляд Ван Лея, что идею эту тут же отмел, понимая, что обидит своего спутника до глубины его загадочной китайской души. А дальше случилось то, что Ян запомнил на всю жизнь. Подъем по узеньким каменным лестницам среди буйной зелени и сотни обезьян, совершенно не боящихся людей.

Кто-то из туристов, не стесняясь, кормил их с рук. На ком-то обезьяны и вовсе восседали, словно только это и делали всю свою жизнь, а их любопытные пальцы так и норовили что-нибудь выхватить у зазевавшихся туристов. Ян, помня слова Ван Лея, переложил все вещи из карманов в рюкзак и сейчас был очень благодарен совету китайца, потому что пара обезьян, ничуть не смутившись, тут же полезли к нему в карманы.

– Следите за рюкзаком, – усмехнулся Ван Лей, идя вперед. Ян, почему-то пользующийся у обезьян особенным интересом, угрюмо кивнул и прижал рюкзак покрепче к груди. – С них станется стащить у вас не только навершие, но и документы.

– Ничуть не сомневаюсь, – проворчал Ян, шикая на особо доставучую серую обезьянку. Та отбежала в сторону и тут же продемонстрировала человеку внушительные клыки. – С чего мы начнем поиск? Вы сказали, что на горе сотни водопадов. Как найти тот, который нам нужен?

– Методом исключения, – коротко ответил Ван Лей. – Сразу стоит исключить особо популярные у туристов. Если там что-то было, это давно бы нашли.

– А вот тут я сомневаюсь. Если ваши стражи действительно спрятали что-то на горе, то, учитывая загадки, шифры и прочую секретность, запрятано это может быть на самом видном месте. К тому же в подсказке говорилось что-то о каменной обезьяне и пути, который она охраняет. Получается, что нам надо найти каменную обезьяну.

– Перед входом в парк как раз была одна, – припомнил Ван Лей, но Ян тут же разнес его догадку в пух и прах.

– Слишком тонкая работа, к тому же сделанная не так давно и явно для туристов, – ответил он. – Нам необходимо что-то старое, что находилось здесь веками. Вспомните легенды. Может, мы что-то упускаем?

– Пещера водного занавеса на горе только одна.

– Мимо, – съязвил Ян, отбившись наконец-то от обезьян и догнав Ван Лея. – Интуиция подсказывает мне, что китайцы просто выбрали самое живописное место и окрестили его местом из легенд.

– Ваши слова не лишены смысла, – задумчиво кивнул Ван Лей. – А настоящая пещера может быть скрыта за самым непримечательным водопадом.

– Именно! – подтвердил Ян. – За века русло реки могло измениться и поток пошел в другую сторону, обнажив вход в пещеру.

– По легенде, Сунь Укун был рожден из камня, – продолжил Ван Лей.

– Нет, он был рожден из каменного яйца, которое, в свою очередь, появилось из волшебного камня, – покачал головой Ян. Ван Лей рассмеялся, заставив его смущенно покраснеть. – Что вас рассмешило?

– Не каждый день чужеземец уделывает китайца в знаниях легенд, – улыбнувшись, ответил Ван Лей. – Вы правы. Я уже позабыл саму историю появления Сунь Укуна. Но вы, к счастью, помните.

– Дедушка мне часто читал о похождениях Царя обезьян, – вздохнул Ян. – Поневоле запомнишь.

– Приятно, что у кого-то есть такая страсть к изучению китайских легенд.

– Была. Дедушки давно уже нет в живых, – скупо обронил Ян.

Ван Лей виновато хмыкнул и прижал ладонь к груди.

– Прошу прощения. Я не знал.

– Все в порядке. Вернемся к легендам. Где находился волшебный камень?

– На вершине горы! – воскликнул Ван Лей.

– Тогда вперед, – кивнул Ян, указав пальцем наверх. – Начнем поиски с вершины.

Однако на вершине их ждало разочарование в виде обычной смотровой площадки, которое очень быстро отошло на второй план, когда Ян завороженно подошел к ограждению. Его глазам предстала удивительная панорама. Внизу, словно игрушечный, раскинулся город, а на западе поблескивало в солнечных лучах бирюзовое море. Бескрайняя водная гладь начисто заняла собой все мысли. В какой-то момент Яну стало плевать и на Светоч, и на тайну горы Хуагуо. Он, украдкой вытерев слезящиеся глаза, смотрел вперед, подставив лицо прохладному морскому ветерку. Ван Лей, словно понимая, что творится на душе его спутника, молча стоял в сторонке и улыбался, глядя на Яна.

– Я люблю море, – тихо сказал Ян, словно пытаясь что-то объяснить своему спутнику. – Жаль, что нечасто получается выбраться и поплавать в теплой воде.

– Желтое море особенно прекрасно, – кивнул Ван Лей. – Надеюсь, что у вас когда-нибудь появится возможность насладиться им в качестве туриста.

– Ну а пока я в роли зайца, давайте искать то, что сокрыто на горе, – кисло улыбнувшись, ответил Ян. – И каменной обезьяны я здесь не вижу. Возможно, раньше тут стояла какая-нибудь статуя?

– Насколько мне известно, нет, – хмыкнул Ван Лей, запуская поиск в интернете. Он неожиданно просиял и добавил: – Но на горе и правда есть статуи, изображающие каменных обезьян. Три штуки. Одну мы видели на входе. Остальные, если верить искусствоведам, стоят тут с династии Цинь.

– Так давайте их осмотрим, – вздохнул Ян. – Только сделать нужно так, чтобы снова не карабкаться на вершину.

– Одна статуя находится чуть ниже. Там же есть и пещера.

– Тогда в путь, – скомандовал Ян, поправляя рюкзак за спиной. – Буду надеяться, что это та самая обезьяна, что нам нужна.

Спуск не занял много времени. Как и говорил Ван Лей, она была искусно вырезана из камня, а на ее голове, как ни странно, сидела еще одна обезьяна. На этот раз живая. Неподалеку от статуи виднелось темное жерло пещеры, перетянутое тяжелой цепью и снабженное предупреждающей табличкой.

После того, как обезьяну удалось отвлечь припасенным печеньем, Ян приступил к осмотру статуи. И разочарованно вздохнул, когда ничего не нашел. Ван Лей тоже осмотрел статую, после чего задумчиво почесал рукой вспотевшую грудь.

– В эту пещеру нам, увы, не пробраться, – произнес китаец, кивая в сторону темнеющего провала. – Она закрыта, а слева видна камера. Не пройдет и минуты, как за нами придут охранники и, если повезет, просто выгонят.

– Должна быть подсказка, – пробормотал Ян, не обращая на болтовню Ван Лея внимания. – Наверняка они знали, что статуй несколько, и должны были пометить ту самую. Например, четырехпалой рукой или еще каким-нибудь знаком. «Жилище бессмертных за водной завесой. Путь каменная обезьяна хранит». А нет ли здесь подсказки? Погодите!

– Что? – испуганно спросил Ван Лей, услышав громкий голос Яна.

Тот подошел к китайцу и внимательно посмотрел ему в глаза, чем, кажется, напугал еще сильнее.

– Жилище бессмертных! – радостно воскликнул Ян, вызвав у Ван Лея сомнения, а не сошел ли его спутник с ума.

– Вы что-то нашли? – осторожно спросил Ван Лей.

– Конечно. Подсказку, – усмехнулся Ян. – Подсказку, которая все время была на виду. Вспомните самое начало «Путешествия на Запад». Вокруг камня, который и дал яйцо, не росли деревья, зато там цвели цветы долголетия.

– Ирис и орхидея! – воскликнул Ван Лей, поняв, куда клонит Ян.

– Именно. Орхидеи найти не так просто. Они прячутся от палящих лучей солнца, предпочитая те места, где свет мягкий и рассеянный. «Путешествие на Запад» же! Цветы чжи-лань! Напиток долголетия.

– Ян, я чувствую себя идиотом, – честно признался Ван Лей. – Не могли бы вы прояснить ваши странные восклицания?

– О, с радостью. Нам всего-то надо найти орхидеи. А растут они на западном и восточном склонах горы, где солнце не так сильно их донимает.

– На восточном склоне как раз есть то, что вы ищете, – кивнул Ван Лей, сверяясь с картой парка. Его глаза радостно блеснули. – А еще там есть пещеры.

– Будем надеяться, что мы напали на след, – ответил Ян. – Вперед.

Добравшись до восточного склона, Ян довольно улыбнулся, увидев в зеленой траве тут и там красивые цветы. Впрочем, радость быстро сошла на нет, потому что необходимой каменной обезьяны найти им не удалось. Камней на восточном склоне было много, но не статуй.

– Может, статуя – это обман? – выдвинул предположение Ван Лей, когда они, утомившись, присели на небольшую скамью в тени дерева. – Указана в подсказке, чтобы запутать.

– Сомневаюсь, – буркнул Ян, задумчиво смотря на ближайший к нему вход в пещеру. – Сами посмотрите. Если бы тут был когда-то водопад, то он бы отполировал камни. А камни тут вполне обычные.

– Мы можем пойти и осмотреть пещеры, – предложил Ван Лей, на что Ян отмахнулся.

– И блуждать там мы будем вечность. Нужна четкая зацепка, чтобы не тратить время.

– Тогда нам необходимо путешествие на запад. Вернее, на западный склон, – улыбнулся китаец. – Там тоже могут расти орхидеи.

– Если и там ничего нет, то даже не знаю, что делать дальше, – вздохнул Ян. – Однако не время киснуть. Надо проверить, а уже потом делиться какими бы то ни было выводами.

До западного склона они добрались почти на закате, мокрые от пота и до одури уставшие. Ян вытащил из рюкзака бутылку воды и жадно осушил ее наполовину, ничуть не смущаясь того, что вода была теплой и не особо приятной на вкус. И если Ян чувствовал себя более-менее нормально, то на Ван Лея было жалко смотреть. Пот ручьем тек по его лицу, а светло-голубая футболка превратилась в темно-синюю. Китаец тоже выпил воды и в изнеможении опустился на траву.

– Если их целью было уморить нас, то, признаю, это им почти удалось, – проворчал он, выливая остатки воды себе на голову. – Кажется, я похудел на десять килограммов.

– Это вам не в библиотеке прохлаждаться, – улыбнулся Ян, осматривая место, где они оказались. – Здесь красиво.

– Лучший вид на закат все равно на вершине, – пожал плечами Ван Лей, не особо разделяя восторг Яна.

А посмотреть было на что. Опускающееся к линии горизонта солнце окрашивало все в теплый оранжевый цвет. Даже море на краткий миг действительно стало желтым. Щебетали лениво диковинные птицы, воздух гудел от пчел и пахло чем-то еле уловимым, сладким.

– Ладно, – вздохнул Ян. – Вернемся к поискам.

– Статуи здесь нет, – мрачно ответил ему Ван Лей. – И только одна пещера.

– Возможно, это та самая пещера.

– С чего вы взяли?

– Камни гладкие, а не острые.

– Угу, – согласился Ван Лей. – А вон тот, возле входа, похож на моего двоюродного дядю. Однажды он перебрал с байцзю и заснул в сарае.

– Что вы сказали? – Ян неожиданно побледнел.

Ван Лей испуганно вздрогнул, гадая, не сморозил ли он какую-нибудь глупость.

– Мой дядя, – повторил он. – Он уснул в сарае, а проснулся с куриным яйцом на голове. Курицы его волосы за гнездо приняли.

– Нет. Вы сказали, что камень похож на вашего дядю.

– А, это. Да, похож. А что?

– Мы искали совсем не ту обезьяну. Совсем не ту, – пробормотал Ян, указывая рукой на большой камень.

Ван Лей, посмотрев в указанную сторону, охнул. Камень, окрашенный солнцем в теплые оранжевые оттенки, отбрасывал тень, удивительным образом похожую на сидящую обезьяну. И эта тень, удлиняясь, указывала на поросший травой кусок скалы. Ян подбежал к нему и, раздвинув зелень, радостно засмеялся.

– Каменная обезьяна укажет путь, – благоговейно прошептал Ван Лей.

За зеленью оказался гладкий кусок скалы, в центре которого виднелось прямоугольное углубление и еле заметный, потемневший от времени рисунок книги с расходящимися в разные стороны лучами.

Солнце почти скрылось за горизонтом, и тень начала пропадать. Впрочем, Яну это не помешало. Он вытащил из рюкзака фонарик и складень. Затем, подсвечивая себе, вставил складень в углубление и отпрянул назад, когда откуда-то из глубин скалы послышался скрежет, словно внутри заработал некий механизм.

С громким треском скала раскололась надвое. Трещина расширялась и расширялась, пока не стала достаточно широкой, чтобы туда пролез человек. Из пещеры тянуло холодом и сыростью, но Яна это не пугало. Заинтригованный, он снова спрятал складень в рюкзак и, переглянувшись с Ван Леем, шагнул вперед, освещая себе путь фонариком.

– Непохоже на место из легенд, – произнес Ян. Его голос звучал непривычно глухо и даже слишком громко несмотря на то, что он говорил шепотом.

– Вряд ли это та самая пещера, – согласился с ним Ван Лей. – Больше похоже…

– На сейф, – мрачно обронил Ян, перебив китайца. – Хранилище. Хранилище чего-то ценного. И древнего. Посмотрите, ступени ведут вниз, в глубь горы. Они тоже довольно гладкие.

– Значит, раньше тут бежала вода.

– Именно. Влага все еще сочится из стен, но поток изменил свой ход. А вот и механизм. Это дверь. Искусно спрятанная каменная дверь, – кивнул Ян. Луч света выхватил гигантские ржавые шестеренки и цепи, теряющиеся в темноте. – Сомневаюсь, что древние китайцы владели такими технологиями. Кто-то не хотел, чтобы эту пещеру обнаружили и сделали достопримечательностью для туристов. Нам повезло, что механизм не заклинило. Не представляю, сколько времени бы ушло на то, чтобы открыть эту дверь.

– Никто не знает и вряд ли узнает, – согласился Ван Лей. Он с опаской посмотрел на каменные ступени и тьму, разбить которую не смог свет фонарика. – Полагаю, нам вниз?

– Другого пути нет, – пожал плечами Ян. – Спустимся и узнаем, что хранит в себе это хранилище.

Спуск занял около получаса. Идти приходилось аккуратно, потому что ступени были не только гладкими, но и скользкими, а совершить стремительный рывок вниз ни Яну, ни Ван Лею не хотелось. Кто его знает, что там внизу. Может, пропасть. Может, мост, а может, очередная дверь, об которую так легко разбить голову.

Постепенно тишина, разбавляемая редким плеском капель и далекими шорохами, начала давить на рассудок. Ван Лей принялся мурлыкать под нос какую-то песенку, а Ян, скуки ради, считал ступени. Правда, счет пришлось прекратить, когда Ян неожиданно стукнулся головой об начавший опускаться потолок. Теперь пришлось поглядывать не только под ноги, но и наверх из-за риска размозжить себе голову о камни, которым был не один миллион лет.

– Надеюсь, что нам не придется ползти по узкой расщелине, – прошептал Ван Лей, заставив Яна вздрогнуть. Не от звука его голоса, а от мысли, которую он озвучил.

На миг накатила паника, но Ян придушил ее ментальным приказом. Как оказалось, не зря. Хуже всего во тьме потерять веру и начать паниковать.

– Не придется, – проворчал он, светя фонариком на гладкую стену, по которой бежали тонкие струйки воды. – Мы дошли.

– Хвала богам, – откликнулся Ван Лей, проходя вперед. – Что ж. Тут, по крайней мере, не так тесно, как на ступенях.

– Это внутренняя камера. Причем природная, – пояснил Ян, а потом указал лучом фонарика на похожее прямоугольное углубление в скале. – А это еще одна дверь. По крайней мере, мы знаем, что надо делать.

Внутри вновь заработал механизм, и в скале появилась еще одна расщелина. И если Ян пролез без проблем, то Ван Лею пришлось потрудиться, отделавшись поцарапанной спиной и порванной в двух местах футболкой. Однако страдания по испорченным вещам отошли на второй план, потому что их глазам предстало нечто совершенно невероятное.

В овальной пещере, прямо в скальной породе, был вырублен древний храм. Стоило Яну и Ван Лею ступить внутрь, как, словно по команде, в многочисленных чашах зажегся огонь, наполняя пещеру дрожащим оранжевым светом. В высь, к каменному потолку, уходили длинные колонны, причем Ян даже замешкался, не найдя в памяти ни одного периода, к которому они могли принадлежать. Но куда страннее было другое.

Вдоль стен расположились двери. Десятки разных дверей. От простых деревянных до изукрашенных золотом и тускло сверкающими в неровном свете камнями. Двери словно опоясывали пещеру, в центре которой стояла статуя, изображавшая обезьяну, но обезьяну необычную, в традиционной китайской одежде, делавшей статую похожей на человека. Искусный мастер проделал изумительную работу, тщательно проработав резцом каждый волосок, каждую морщинку и каждую складочку на одежде. В левой руке обезьяны была медная чаша, а у подножия статуи Ян увидел небольшой пересохший фонтанчик, в котором лежали засохшие цветы. В правой руке обезьяна держала богато украшенный золотой посох, конец которого указывал на вход в пещеру. Ради любопытства Ян попытался взять посох, но, пару раз дернув для уверенности, отступил в сторону.

– Крепко держит, – пробормотал он, смотря на статую снизу вверх.

Ван Лей восторженно замер в сторонке.

– Великий мудрец, равный Небу, – только и мог ответить он, после чего учтиво поклонился статуе. – Знайте же, Ян, что необычный это посох. А тот самый посох.

– Цзингубан. «Посох исполнения желаний», – задумчиво кивнул Ян, припоминая старую легенду. Однако он нахмурился, подошел ближе и подозвал жестом Ван Лея. – Взгляните. Тут что-то написано.

– «Не каждому дано увидеть сияние сокровища, которым рисовали Млечный путь», – перевел Ван Лей и, извинившись, смахнул пыль с таблички, под которой обнаружились другие иероглифы. – «Испей из лап каменной обезьяны, пройди три превращения каменной обезьяны, стань равным каменной обезьяне».

– Загадки в темноте, – съязвил Ян и, вздохнув, прошелся вокруг статуи. Затем запрыгнул на подножку и вцепился в посох руками. – Разве нельзя просто вытащить… нет, нельзя.

– Не разгневайте каменную обезьяну! – воскликнул испуганный Ван Лей, но Ян уже спрыгнул и принялся задумчиво изучать статую сзади.

– Да бросьте. Это обычная статуя… Должно быть, посох удерживает какой-то механизм, – пробормотал он и радостно усмехнулся, увидев чуть выше таблички со странными словами знакомую выемку для складня.

Вставив его, Ян приготовился к тому, что пальцы обезьяны отпустят посох, но вместо этого разочарованно хмыкнул, когда вдруг заработал пересохший фонтанчик у подножья.

– Я думаю, что нужно выпить этой воды, а потом пройти некие испытания, чтобы получить посох, – вставил Ван Лей.

– Скорее всего, вы правы, – кивнул Ян. – Тут сказано, что надо пройти три превращения. Уж не о семидесяти ли двух превращениях идет речь?

– Дверей как раз… – Ван Лей принялся бубнить себе под нос, тыкая пальцем в двери, – семьдесят две.

– Теперь понятно. Надо выбрать три двери и пройти три испытания.

– Хорошо, что не все, – усмехнулся Ван Лей. – Сомневаюсь, что кто-то, кроме Великого мудреца, на это способен.

– Те, кто спрятали здесь посох, а может что-то, что гораздо ценнее, наверняка знали, что рано или поздно кто-то из них явится за посохом. Следовательно, мне надо просто выбрать правильные двери, где испытания не будут трудными. Осталось понять, какие именно двери ведут к легким испытаниям.

– Над каждой дверью тоже есть надписи, – ответил Ван Лей, подходя к первой двери. – Тут написано: «Войди в подземный мир».

– Я бы предпочел задержаться в этом, – мотнул головой Ян и задумчиво посмотрел на фонтанчик. – Да и пить эту воду как-то не хочется. У вас, случайно, нет активированного угля? Хотя сомневаюсь, что он поможет. О, смотрите! Цветы ожили!

Плавающие в воде сухие цветы превратились в яркие орхидеи, словно вода и впрямь вдохнула в них жизнь. В холодном воздухе пещеры даже удалось почувствовать их аромат. Но цветы Ван Лея не интересовали. Вместо этого он подозвал Яна и начал переводить надписи над дверями. Перевод Ян записывал в блокнот и спустя десять минут покрыл страницу своим мелким почерком. Дело осталось за малым. Выбрать три двери и пройти испытание.

– Итак, выбор за вами, – благоговейно произнес Ван Лей, когда перевод был закончен.

Ян искоса на него посмотрел и ехидно усмехнулся.

– Почему это за мной? Разве вы не готовы и дальше составлять мне компанию? Думаю, что вдвоем у нас больше шансов пройти испытания Сунь Укуна.

– На скрижали сказано об одном. К тому же каменная обезьяна сама проходила превращения учителя Субхути. Ну а если вы потерпите неудачу, тогда я смогу попробовать.

– Хочешь жить – умей вертеться, – напомнил о себе Фенек. – Наш ушлый китайский друг весьма разумен.

– Ох и хитрый вы, маленький китайский братец, – проворчал Ян по-русски. И тут же вновь вернулся к английскому, который китаец понимал без проблем: – Ладно, уговорили. Но смею заметить, что мне это не по душе.

– Мы всегда можем уйти. Без навершия открыть эту пещеру вряд ли смогут, – улыбнулся Ван Лей.

Ян поморщился. Тон, которым это было сказано, все-таки кольнул сердце ехидцей. Уж что-что, но перед трудностями Ян никогда не пасовал. Может, этого китаец и добивался? Взять его на слабо? Что же, Ван Лею это удалось.

– Хорошо, – сдался Ян, снова заставив китайца улыбнуться.

Он открыл блокнот и погрузился в перевод табличек, надеясь отыскать наименее трудные испытания. Однако всплывшие в голове воспоминания говорили об обратном. В «Путешествии на Запад» каждое превращение учителя Субхути, который обучал Царя обезьян, было донельзя сложным. В частности, там говорилось и о возможности выходить из тела в облике духа, и о восстановлении отрубленной головы, и о силах, способных двигать горы. В легенды Ян не особо верил, но интуиция подсказывала, что такие испытания будут тяжелее прочих.

Спустя полчаса вдумчивого изучения перевода и мысленных споров с самим собой, он в итоге остановился на трех превращениях, которые казались ему наименее сложными, о чем и сообщил Ван Лею:

– Пожалуй, попробую для начала пройти по воде.

– Для этого надо испить из фонтанчика, – напомнил Ван Лей.

Вздохнув, Ян выдавил из себя саркастичную улыбку и приблизился к статуе. Затем осторожно взял медную чашу, сдул с нее вековую пыль и сполоснул в воде. Вода в фонтанчике была ледяной. Казалось, что еще пару мгновений назад она была куском льда, и оставалось лишь догадываться, из каких глубин горы берет начало этот ручеек.

– Надеюсь, что в этой воде нет каких-нибудь древних возбудителей не менее древних болезней, – проворчал Ян, поднося чашу ко рту.

Он пригубил ледяную воду и поморщился, когда от холода заломило зубы. Правда, неприятные ощущения тут же пропали, и в живот ухнула горячая волна, словно не воду Ян выпил, а сделал солидный глоток крепкого байцзю. Дальше же произошло нечто слишком уж невероятное.

Пещера вдруг потонула во мраке, и статуя ожила. Глаза каменной обезьяны загорелись холодным, синим огнем, а рука, держащая посох, медленно опустилась. Теперь конец посоха указывал на Яна, а рука, в которой была чаша, так же медленно указала на одну из дверей. Ян побледнел, когда понял, что каменный палец показывает ровно на ту дверь, которую он выбрал.

– Вы это видите? – прошептал Ян и, не дождавшись ответа, повернулся к Ван Лею, который, как ему казалось, стоит за спиной.

Но китайца там не было. Как и каменного пола, словно Ян парил над бездонной пропастью. Сердце забилось, как безумная птица в клетке, желающая вырваться на волю, и Яну стоило немалых трудов вернуть себе способность трезво думать. Помогла в этом, как ни странно, обычная логика.

– Ну конечно. Галлюциноген. В воде были галлюциногены.

– И ты можешь сейчас валяться у подножия статуи с мокрыми штанишками, – ехидно ответил ему Фенек.

– Нет. Галлюциногены работают не так, – пробормотал Ян. – Если я хожу в этом измененном мире, то хожу и в том. Просто голова моя затуманена. Правда, есть проблемка.

– Тебе придется постараться, чтобы понять, где игра воображения, а где реальность, – подтвердил Фенек.

– Верно. Но отступать уже поздно. Надо пройти превращение, – кивнул Ян, подходя к тяжелой каменной двери.

Он с удивлением увидел, как по ней бежит маленькими ручейками вода. Однако Ян мотнул головой и, упершись в камень плечом, надавил. Дверь нехотя подалась, после чего резко закрылась, стоило ему очутиться внутри.

Его глазам предстала еще одна пещера. С потолка свисали сталактиты, испускавшие холодный голубой свет, благодаря чему можно было хоть что-то видеть. Пола, если не считать небольшого квадратного камня, на котором стоял Ян, тоже не было. Была лишь зеркальная гладь воды. Подземное озерцо. Таинственное и наверняка глубокое.

Ян присел на корточки и коснулся воды, после чего ойкнул и сунул палец в рот. Вода была обжигающе ледяной. Куда холоднее той воды, которую он выпил из бронзовой чаши. По поверхности озерца побежала рябь. Побежала и исчезла через пару мгновений, вновь превратив озерцо в гигантское зеркало. Вздохнув, Ян шагнул вперед и погрузился по щиколотку в ледяную воду. Холод тут же пробрался вверх, вызвав мурашки и принеся с собой не очень уж приятные ощущения. Следующий шаг пришелся в пустоту, и Ян с головой погрузился в воду, которая на миг обожгла его, как кипяток. Не уйти на дно помогло лишь чудо. Ян кое-как умудрился зацепиться за камень, на котором стоял, и ценой невероятных усилий взобрался на него, попутно ободрав локти и пальцы.

– Первая попытка оказалась неудачной, – буркнул он себе под нос. – Но глуп тот, кто не разберет свой промах и не попытается еще раз. Вероятно, под водой находятся каменные столбы или что-то в этом роде. Надо всего лишь их найти и дойти до конца пещеры.

– Проблема в том, что их не видно, – ехидно заметил Фенек.

– И как найти то, что не видно? Шутки про бритье паха неуместны. В следующий раз пальцы могут соскользнуть – и здравствуй, ледяная пучина. Ответ должен быть где-то рядом. Без подсказки это похоже на игру в сапера. Одна ошибка, и все. Но флажки тут не поставишь, и не факт, что получится переиграть партию.

– Ответ на поверхности, – услужливо подсказал Фенек.

– А то я не знаю, – огрызнулся Ян и тут же покраснел. Если Ван Лей сейчас рядом, то его наверняка позабавят эти разговоры с самим собой. Ну или он просто сочтет, что Ян сошел с ума от вкусной водички из фонтана. – Что, если я просто слепой идиот?

– Велика вероятность. Только идиоты избирательны и часто видят то, что нормальные не замечают. Тогда ты единственный в своем роде идиот, застрявший где-то посередине.

– Самобичеванием проблему не решишь, – вздохнул Ян и, опустив голову, принялся разглядывать поверхность озерца. – Как найти правильный путь? Вот бы сюда какую-нибудь волшебную карту, начертанную на полу. Запомнил и побежал, как умалишенный, вперед. Стоп! Карта! Карта всегда была на виду. Это так очевидно и тупо, что я просто ее не заметил. Потолок! Он отражается в воде.

Не договорив, Ян сделал шаг вперед, затем посмотрел на отражение светящегося сталактита и прыгнул. Ноги тут же уперлись в крепкую скальную породу. Открытие окрылило Яна, но осторожности он не утратил и на следующее отражение прыгать не стал. Лишь аккуратно перенес ногу вперед и облегченно выдохнул, когда почувствовал упор, после чего уверенно пошел вперед, следуя за отражением светящихся сталактитов.

– Чисто технически – являются ли отражения сталактитов сталагмитами? – спросил Фенек.

– Вот только идиотских парадоксов мне не хватало, черт возьми, – ругнулся на себя самого Ян, прыгая на очередное отражение. – Выйдем из пещеры, добудем посох, найдем чистый и опрятный отель, и уже там, за сытным ужином, можно будет поразмышлять.

До конца озера удалось добраться без проблем. Пусть Ян и промок насквозь, холода он не чувствовал. Словно ледяная вода, как и та, из фонтанчика, согревала его, только теперь снаружи.

В конце пути удалось увидеть точно такой же камень, как и в начале, и массивную каменную дверь. Навалившись на нее плечом, Ян неожиданно потерял равновесие и вывалился в зале с дверями и статуей Царя обезьян в центре. Не успев этому удивиться, он замер, увидев, как рука статуи указывает на другую дверь.

– Ну конечно, – пробормотал Ян. – Даже чашечки с горячим чаем не дали, а уже гонят мокрого бедолагу дальше. А может, я решу выбрать другое испытание?

– Вряд ли ты этим проведешь собственную галлюцинацию, – ехидно ответил ему Фенек. – Ты уже выбрал испытания и сейчас просто борешься сам с собой.

– Угу. И говорю сам с собой, что многими психиатрами трактуется как сумасшествие, – согласился Ян, раскрывая блокнот. Тот, к удивлению, даже не намок, хотя должен был. – Так, теперь надо украсть Луну. И почему мне это показалось более легким, чем, к примеру, усмирить птиц?

– Чем сложнее путь, тем ценнее награда, – услужливо подсказал Фенек, и Ян с ним снова согласился.

Ворча себе под нос ругательства, Ян подошел к нужной двери. Эта, в отличие от первой, была сделана из крепкого дерева и даже имела потемневшую от времени бронзовую ручку. Взявшись за нее, он осторожно приоткрыл дверь, однако какая-то неведомая сила заставила его сделать шаг вперед, после чего дверь с громким скрежетом закрылась за ним. Решив не удивляться странностям своих галлюцинаций, Ян вошел внутрь еще одной пещеры и осмотрелся.

Эта пещера была в разы меньше предыдущей. Здесь не было воды и светящихся сталактитов. Вдоль неровных стен, испещренных иероглифами, горели факелы. На полу же Ян увидел подробную карту звездного неба, причем все звезды были сделаны из различных драгоценных камней. В центре карты нашлось место для идеально круглого углубления. Словно в нем что-то должно было лежать. В другом конце пещеры виднелась дверь, точно такая же, как та, через которую Ян попал в пещеру. Однако дверь не поддалась, когда он взялся за ручку и безрезультатно потряс ее. Не помог даже удар плечом, результатом которого стал болезненный ушиб.

– Представь себе, двери тут нет, – озвучил очевидное Фенек. – Заперто.

– Ожидаемо, – согласился Ян и вернулся обратно к центру пещеры. Зарисовывая карту в блокнот, он привычно принялся рассуждать вслух: – Итак, это карта звездного неба. Судя по характерным чертам, дуньхуанская. Вернее, часть карты. И, если рассуждать логически, это область лунного пути. Мне же надо украсть Луну, а здесь как раз есть очень симпатичная круглая выемка. Маловатая, конечно, для Луны, но спишем все на недостаток фантазии инженеров, создавших эту пещеру. В таком случае где Луна?

Ответ нашелся, когда Ян, задумавшись, посмотрел наверх. Там он увидел нечто круглое, сияющее и отбрасывающее холодный свет на стены пещеры туда, куда не доставали факелы. Словно где-то наверху находилась дыра в горе, сквозь которую было видно небо. Но Ян не дал себя обмануть. С момента, как они с Ван Леем спустились в пещеру, прошло уже достаточно времени, чтобы понимать, что за пределами пещеры сейчас ночь.

– То есть, чтобы украсть Луну, мне придется буквально лезть наверх? – проворчал он себе под нос.

– Никто не говорил, что будет легко. Скажи спасибо, что у тебя не комплекция Ван Лея, – отметился Фенек.

Ян покраснел, понадеявшись, что добрый китаец этого не слышал.

– К счастью, стены не слишком гладкие, – продолжил рассуждать сам с собой Ян. – Можно попытаться взобраться наверх.

– Но если шлепнешься, то это будет весьма болезненно.

– Никто не говорил, что будет легко, – съязвил Ян. Он сбросил рюкзак на каменный пол, затем немного размялся и, вздохнув, ухватился рукой за ближайший уступ.

Последующие полчаса прошли в безуспешных попытках добраться до светящегося нечто в центре потолка пещеры. Несколько раз Ян срывался и падал на пол, но высота была недостаточной, чтобы привести к каким-либо травмам. А последующие попытки добавили неудобств. После очередного падения Ян с добрых пять минут пролежал на полу, пытаясь восстановить дыхание. Когда ему это удалось, он отполз в сторону и прислонился спиной к прохладному камню.

– Похоже, чтобы добраться до Луны, надо быть настоящей обезьяной, – устало произнес Ян, рассматривая стесанные об камень пальцы.

– Это не стена для альпинизма, – ехидно добавил Фенек.

– Было бы в разы проще, будь это действительно стена для альпинизма, – согласился Ян. Он с трудом поднялся на ноги и прошелся по пещере. – Итак, чтобы выйти отсюда, мне нужно открыть дверь. Дверь наверняка откроет чертова Луна, что так нахально светит сверху. А чтобы добраться до этой Луны, нужно быть обезьяной. Казалось бы, все просто.

– Или это очередная загадка и тебе нужна подсказка.

– Загадка? – задумчиво повторил Ян. – Было бы весьма в духе Сунь Укуна. А что, если так и есть? Что, если эта карта – на самом деле загадка. Надо только понять, в чем кроется хитрость. И что-то мне подсказывает, что с картой что-то не то.

– Ты же себе и подсказываешь, балбес, – усмехнулся Фенек. – Твоя голова – это сборище бесполезных и ненужных фактов, которыми только учеников и удивлять. Вспоминай. Наверняка есть отрывок из книжки, который засел у тебя в подкорках и ждал именно этого часа.

– Дуньхуанский звездный атлас, – пробормотал Ян, расхаживая взад-вперед по центру пещеры. – Если мне не изменяет память, он был создан из трудов китайских астрономов.

– Ну да. Школы астрономических традиций, – подтвердил Фенек.

– В части карты рядом с выемкой только два цвета. Черные камни и оранжевые. Наверное, опалы…

– Не отвлекайся!

– Действительно. В левой части белые и красные, но созвездия выложены одними и теми же камнями. А вот черные и оранжевые перемешаны, – задумчиво протянул Ян, опускаясь на корточки. Он ногтем подцепил один из черных камней, и тот на удивление легко поддался. Камень был гладким и очень холодным. Как вода, которую пришлось выпить перед тем, как переступить порог первой двери. – Можно попробовать восстановить исходный цвет созвездий. Кто знает, вдруг это поможет. Проблема в том, что эти созвездия мне незнакомы. Значит, придется действовать методом перебора.

Вздохнув, Ян принялся за работу. Сперва он заметил, что во многих созвездиях был один камень другого цвета. Однако замена камней на камни другого цвета ничего не дала. Луна так и осталась наверху, насмешливо взирая на Яна. Пришлось восстанавливать прежний рисунок, чтобы начать с исходного положения. Хорошо, что удалось зарисовать карту. Ян понимал, что даже со своей уникальной памятью запросто может ошибиться.

– А что, если хитрость в другом? – пробормотал он, рассматривая карту. – Луна отражает солнечный свет. Что, если здесь тоже действует принцип отражения? Черное становится оранжевым, а оранжевое – черным.

Переложив камни, Ян затаил дыхание и посмотрел наверх. На первый взгляд казалось, что ничего не случилось, пока до ушей не донеслось ленивое журчание. Опустив глаза, Ян улыбнулся, увидев, как круглая выемка в центре карты заполняется водой. Даже свет факелов на миг потускнел, когда в отражении Ян увидел то, что ему надо было украсть. В центре круга теперь отражалась Луна.

Послышался тихий щелчок, словно кто-то неизвестный провернул в дверном замке ключ. Не веря своей удаче, Ян подхватил рюкзак и подошел к двери, которая вела к выходу. Чуть замялся, но в итоге взялся за бронзовую ручку и потянул дверь на себя. С тихим скрипом дверь открылась, и Ян увидел все тот же зал с дверями и статуей каменной обезьяны, которая теперь указывала на другую дверь. Последнее испытание.

Эта дверь тоже выглядела иначе. Если первая была из камня, а вторая из дерева, то третья выделялась искусной резьбой, изображавшей сценки из приключений Сунь Укуна и украшенной разноцветными камнями. Ян увидел и обучение Царя обезьян семидесяти двум превращениям, и его битвы с демонами, и получение посоха из рук небесных властителей. Осталось узнать, какое испытание приготовила для него каменная обезьяна.

За дверью обнаружилась обширная пещера с гладкими стенами. На изогнутом потолке был подвешен огромный светильник, который зажегся сразу, стоило двери привычно закрыться за спиной Яна. Но удивлял вовсе не светильник, а три одинаковых статуи, стоящие в центре пещеры. Точно такие же, как и статуя в главном зале с дверьми.

Каждая из каменных обезьян держала в правой руке золотой посох. У подножия статуй нашлись одинаковые таблички, но вместо китайских иероглифов Ян увидел надпись на латыни, которую без проблем перевел.

– «Возьми сокрытое и уходи», – прочитал он, после чего вздохнул и покачал головой. – Час от часу не легче. Что найти? Посох?

– Их тут три, – услужливо подсказал Фенек. – И каждый может быть тем самым сокрытым.

– Я помню легенду, – сварливо буркнул Ян. – Благодаря одному из превращений Сунь Укун мог найти то, что скрыто, буквально по щелчку пальцев. Но то было в легенде. Реальность иная. Здесь тоже есть загадка. Но я помню, что один из трюков Царь обезьян любил больше всего.

– Фальшивый облик. Хитрец частенько менял личину, а то и наводнял все своими искусными копиями, – подтвердил Фенек, подкинув воспоминания из прочитанного «Путешествия на Запад».

– Значит, надо внимательно изучить статуи и найти то, чего нет у других, – хмыкнул Ян, закончив зарисовывать статуи в блокнот.

Он отложил в сторону рюкзак, поправил на носу очки и подошел к первой статуе.

Однако статуи, на первый взгляд, были одинаковыми. Даже мельчайшие царапинки на золотых посохах совпадали. Ян ползал вокруг статуй на коленях, исследовал каждую складку на одеянии и ничего не нашел. Более того, каждый посох можно было свободно вытащить из руки любой статуи. Он выскальзывал легко, без всякого сопротивления. Но Ян чуял, что вряд ли сокрытое будет на слишком уж очевидном месте. На то оно и сокрытое. Интуиция подсказывала, что нужно продолжать искать.

Через час бесплодных поисков Ян сдался. Он прислонился спиной к одной из статуй и достал блокнот, куда записывал все, что случилось с ним за время вынужденного путешествия. Осмотр записей тоже ничего не дал. В обрывках легенд, которые Ян успел перевести до встречи с Гюллером, не было ни намека на ответ.

– Неужели ты решил сдаться? – напомнил о себе Фенек. – Слабак.

– Все случается в первый раз, – вздохнул Ян, пуская золотую монетку гулять между пальцами. – Я облазил каждый сантиметр этих чертовых статуй и ничего не нашел.

– Всегда можно взять любой из посохов и выйти из пещеры.

– Сомневаюсь, – проворчал Ян. – Перевод понятен даже дураку. Возьми сокрытое и уходи. А я это сокрытое еще не нашел. И вряд ли найду. Это как искать иголку в стоге сена…

Ян запнулся и нахмурился. Мысли пролетели в голове за секунду, но он успел зацепиться за одну. Когда-то прочитанное вновь напомнило о себе. Напомнило крошечной деталью, которую так легко упустить.

Яну вспомнились долгие осенние вечера, когда он, будучи маленьким, сидел на коленях дедушки и открыв рот слушал о приключениях плутоватого Царя обезьян. Дедушкин голос, хриплый и глубокий, погружал его в транс, и старая легенда превращалась в яркое, цветное кино, как всегда и бывает, если отпустить воображение на волю.

«Поднял Царь обезьян над головой посох исполнения желаний и звучно крикнул:

– Уменьшайся, уменьшайся, уменьшайся!

И посох сразу же стал таким маленьким, как игла для вышивания, которую совершенно свободно можно спрятать в ухе. Все подданные обезьяны были поражены и закричали:

– Великий царь! Проделай с ним еще что-нибудь!

Тогда Царь обезьян вытащил иглу из уха и, положив ее на ладонь, приказал:

– Становись больше!

И стал посох толщиной с бадью».

– Найти сокрытое, – прошептал Ян, поднимаясь с пола. – Ну конечно. Кто бы сомневался.

Он изучил уши каждой из статуй, после чего с видом победителя извлек тонкую золотую иглу из уха второй статуи. Несмотря на малый размер, игла была довольно тяжелой и, чего Ян точно не ожидал, слегка покалывала кожу, словно испуская никому не видимые разряды электричества.

– В самом деле, – пробормотал он, рассматривая иглу, лежащую на ладони. – А что, если попробовать… Становись больше!

Игла тут же увеличилась в размере, став похожей на шариковую ручку. От испуга Ян чуть не выронил ее на пол, однако сумел сдержать дрожь. Неужели легенды не врали и посох Царя обезьян действительно существует? Или это всего лишь игра воображения, подпитанная галлюциногенной водой?

– Уменьшайся! – приказал Ян и оторопело уставился на лежащую на ладони золотую иголку.

– Либо ты сошел с ума, либо магия и правда есть, – ехидно заметил Фенек. – Можешь подождать сову из Хогвартса. Думаю, она не заставит себя долго ждать.

– Склоняюсь к первому.

– Но и второе исключать теперь нельзя. Слишком уж много необычного случилось за это время.

– Уверен, что всему есть разумное объяснение, – вздохнул Ян.

Он машинально сунул иголку в карман рубашки, после чего подхватил рюкзак и направился к двери. Дверь, не дожидаясь толчка, открылась, но Ян неожиданно пошатнулся. Перед глазами поплыли темные круги, а во рту стало солоно, словно Гюллер снова врезал ему по голове огнетушителем. Упав на колени, Ян пополз вперед, к статуе обезьяны.

«Стань равным. Стань равным. Стань равным», – шумели в голове неизвестные грозные голоса. А потом все стихло и реальность померкла во тьме. И в этой тьме Ян наконец-то услышал голос Ван Лея. Громкий и неприятный.

– Чего вы так шумите? Ни стыда ни совести! – пробормотал Ян, пытаясь разлепить глаза. Это ему удалось сделать с трудом. Тело словно отказывалось покидать такую уютную тьму, должным образом не отдохнув.

– Очнитесь! – закричал Ван Лей. Его крик больно резанул по ушам, заставив Яна поморщиться.

В итоге он нехотя принял сидячее положение и уставился на китайца, пытаясь сфокусировать взгляд.

– Очнулся, – зевнул Ян. – Надеюсь, теперь вы довольны.

– Оставим шутки на другой раз, – ответил тот. Только сейчас стало заметно, что он очень сильно взволнован. – Кто-то пытается войти сюда.

– О чем вы… – Не договорив, Ян вздрогнул, услышав за каменной дверью, через которую они попали в зал, грохот. – Вот черт! Что это?

– Не знаю. Как только вы, шатаясь, зашли в третью дверь, где-то в глубинах горы послышался этот грохот. Сейчас он слышен очень близко. Вы нашли посох?

– Да. – Ян похлопал себя по карману и побледнел. – Нет. Вернее, нашел, но в той реальности. Измененной.

– Неважно. Нам пора уходить! – нервно перебил его Ван Лей.

– Да вот еще, – фыркнул Ян, поднимаясь на ноги. – Без посоха я отсюда не уйду. Даже если придется разбить эту чертову каменную обезьяну.

Ван Лей побледнел и удивленно проследил за тем, как Ян подходит к статуе и зачем-то изучает каменные уши. Удивлению его не было предела, когда он увидел, как Ян вытаскивает из уха Сунь Укуна нечто маленькое, тонкое и золотое.

– Что это? – оторопело спросил Ван Лей.

– Посох исполнения желаний. Очевидно же, – съязвил Ян. – Фокусы вам потом покажу, а сейчас и правда пора уходить. Вот только куда?

– Здесь только семьдесят две двери. Ну, и еще одна, через которую мы вошли.

– Значит, надо выбрать одну из дверей и спрятаться. Без этого, – Ян потряс перед Ван Леем навершием, – никто не сможет пройти за нами. Им придется гадать, куда мы ушли, а мы получим время, чтобы хорошенько все обдумать. Какие у нас есть варианты?

– На самом деле всего два. Они кажутся мне наименее опасными.

– И? – нетерпеливо топнул ногой Ян. Тут же за каменной дверью раздался грохот и с потолка посыпались мелкие камешки.

– Превращение «Пройди через камень» и «Пройди через стену».

– Не вижу разницы, – пожал плечами Ян. – Без тонны взрывчатки у нас нет ни шанса, чтобы пройти через эту гору.

– Тогда можно хотя бы спрятаться, – ответил Ван Лей.

– В таком случае давайте пойдем через стену. Мне кажется, что стена все же уступит по крепости камню.

От слов они тут же перешли к делу. Тяжелая бронзовая дверь на удивление легко открылась, когда Ян прикоснулся к ней. Удивляться времени не было, и он первым перешагнул порог. Следом за ним вошел и Ван Лей. Китайцу пришлось потрудиться, чтобы удержать дверь, которая всерьез вознамерилась за ними закрыться. Но предусмотрительно подложенный Яном камешек помог этого избежать. Осталась лишь узкая щелочка, через которую можно было наблюдать за тем, что происходит в зале семидесяти двух превращений, чем и занялся Ван Лей, пока Ян осматривал пещеру.

Здесь не было ничего необычного, на первый взгляд. Пара факелов, дающая хоть какой-то свет, и уже знакомые щербатые стены. Вот только пол теперь покрывала тончайшая мозаика из тысяч разноцветных стекляшек, ярко мерцающих в свете факелов. Мозаика изображала еще одну сценку из «Путешествия на Запад»: Сунь Укун, стоящий перед высокой стеной, теряющейся в облаках.

– Очередная загадка, чтоб ее, – ругнулся Ян, рассматривая мозаику.

Однако от этого занятия его отвлек Ван Лей, задав вполне ожидаемый вопрос.

– После того, как вы выпили ту воду, вы начали вести себя очень странно, – шепотом произнес он, не забывая поглядывать в щель. Грохот становился сильнее с каждой минутой, и ни у кого больше не оставалось сомнений, что некто явился за ними. Впрочем, Ван Лею это не помешало продолжить: – Вы шли, не замечая меня, и разговаривали сами с собой. На миг я подумал, что вода свела вас с ума.

– Ну… Так оно и было, – кивнул Ян, затем, вздохнув, коротко пересказал свои похождения по трем пещерам. Закончив, он вытащил из кармана золотую иглу. – Я нашел точно такую же за третьей дверью. Она хранилась в ухе одной из копий статуи каменной обезьяны.

– И когда очнулись, она исчезла. Значит, вода показала вам местонахождение посоха! – воскликнул Ван Лей.

– Угу. Только сомневаюсь, что теперь этот фокус сработает, – усмехнулся Ян, повертев иглу перед глазами. Он снова улыбнулся и добавил: – Становись больше!

Игла послушно превратилась в золотую палочку, став больше в несколько раз. От увиденного опешил не только Ван Лей, который грохнулся на пол, но и Ян, точно этого не ожидавший. Пальцы вновь кольнуло невидимым разрядом, и мышцы, до этого вялые и уставшие, неожиданно налились силой. Чуть подумав, Ян повторил приказ еще дважды, пока золотая палочка не превратилась в весьма тяжелый и увесистый золотой посох, украшенный затейливой резьбой. Ян чувствовал не только его тяжесть, но и легкость, что вызывало тысячи вопросов.

– Уверен, этому есть разумное объяснение, – пробормотал он, рассматривая посох. – Возможно, действие воды еще не закончилось…

– Но я тоже это видел, – перебил его Ван Лей, смотрящий на посох с благоговением. – Это действительно Цзингубан. Посох исполнения желаний.

– Угу, – хмыкнул Ян. – Пока он исполняет только просьбы стать меньше или больше. К тому же я не чувствую усталости. Ни капельки. Кстати, вы упоминали, что складень – это навершие. Уж не к этому ли посоху оно прилагается?

– Я не знаю, – честно ответил Ван Лей. – Мне известно только то, что навершие хранит в себе путь к остальным частям Светоча. Возможно, если мне удастся связаться с хранителем, я смогу узнать больше.

– Пока нам надо понять, как отсюда выбраться, – вздохнул Ян и, потеряв равновесие, упал на пол, когда очередной грохот сотряс пещеру.

Ван Лей, посмотрев в дверную щель, побледнел сильнее обычного. Ян отодвинул его в сторону, чтобы самому убедиться в том, что же так напугало китайца. И увидев, еле сдержал удивленный возглас.

Контролируемый взрыв снес каменные двери, ведущие в главный зал. Когда дым и каменная пыль рассеялись, в образовавшийся проем шагнул могучий человек в черном костюме. Его колючие черные глаза внимательно осмотрели пещеру и, к ужасу Яна, остановились на той двери, за которой они с Ван Леем прятались.

– Невозможно, – хрипло пробормотал Ян, не в силах отпрянуть от щели. – Гюллер. Он выжил!

– Голем, – прошептал Ван Лей. – От него не сбежать и не спрятаться. Он всегда идет по следу, как верный пес своих хозяев.

– Тихо! – шикнул Ян, когда турок махнул рукой и в главный зал через взорванный проход вошли еще семеро. Одетые в серые комбинезоны, они несли с собой небольшие чемоданчики, которые как по команде поставили на пол и синхронно щелкнули замками.

– Он здесь, – мрачно произнес Гюллер, обходя статую Сунь Укуна по кругу. – Найдите его.

– Что будем делать? – еле слышно спросил Ван Лей.

– Для начала вынем камень, мешающий двери закрыться. И сделаем это аккуратно, – так же тихо ответил Ян, подкрепляя слова делом. Когда дверь бесшумно закрылась, он выдохнул и прислонился спиной к холодной стене. – А теперь можно подумать над решением загадки.

– Загадки? – нахмурившись, переспросил Ван Лей.

– Ну да, загадки. Видите ли, инженеры, построившие этот, без сомнений, прекрасный дворец, также напичкали его различными головоломками. Вот только есть проблемка. Если мы разгадаем загадку и войдем вон в ту дверь, – палец Яна описал полукруг и указал на точно такую же дверь в другом углу пещеры, – то есть риск, что мы попадем в лапы к Гюллеру, чего ни я, ни, думается, вы точно не хотим.

– И что же тогда делать?

– Думать, – коротко ответил Ян. – И надеяться, что мы успеем найти решение до того, как серые комбинезоны снесут эту дверь с петель.

Первым делом Ян подробно исследовал мозаику, не забыв зарисовать ее в блокнот. Ван Лей, который ему больше мешал, чем помогал, был отправлен следить за дверью. Хотя в этом не было необходимости, но Ян понимал, что думать лучше в одиночестве, как он и привык.

К несчастью, мозаика оказалась вполне обычной. В ней не нашлось каких-то хитрых скрытых элементов, а сами сверкающие кусочки были намертво приклеены к полу. Лишь одно показалось Яну странным. Он приложил ухо к изображению Сунь Укуна и удивленно хмыкнул, услышав где-то внизу далекий гул. Словно под пещерой находился невидимый водопад.

Совсем неподалеку раздался очередной грохот. Подручные Гюллера не стесняясь взрывали двери, чтобы проверить помещения за ними. На миг Яну подумалось, какой ценностью обладает эта пещера и как приятно было бы ее изучить, но каждый взрыв хоронил эти надежды все глубже и глубже.

– Как продвигаются поиски? – поинтересовался Ван Лей, когда Ян опустился рядом с ним на корточки.

– Без особого успеха. Единственное, что удалось узнать, так это то, что под пещерой, видимо, находится резервуар с водой. Подземная река, если так проще.

– Проще, – кивнул китаец. – Но как нам пройти через стену, если стены здесь нет?

– Технически стены есть, – проворчал Ян. – Стены пещеры – это тоже стены, но динамита, чтобы пробить их, у нас нет. И стена на мозаике. Но это совсем глупо, воевать с изображением.

– А что, если в этом и есть секрет? – спросил Ван Лей. – Что, если именно эту стену и нужно преодолеть?

– Интересно, как? – ехидно ответил Ян. Он подошел ближе и резко опустил посох на мозаику. – Сим-сим, откройся!

От грохота сверху посыпались камни, и один больно ударил незадачливого искателя приключений по макушке. Волосы тут же взъерошил невесть откуда взявшийся сквозняк, но Ян, не веря своим глазам, смотрел, как обрушивается мозаика, открывая гигантский колодец, на дне которого шумела вода.

– Ван Лей, вы либо гений, либо чертовски везучий человек, – пробормотал он, осторожно заглядывая вниз. Но там стояла такая темень, что увидеть дно было попросту невозможно.

– Куплю себе лотерейный билет, если выберемся отсюда, – откликнулся китаец. Его щеки тронул румянец. Похвала достигла своей цели. Тут же послышался и тихий щелчок. Дверь в другом конце пещеры тоже открылась. – Путь свободен!

– Сомневаюсь, – мрачно ответил Ян. На другую дверь обрушился град ударов и еле слышимый голос Гюллера. Теперь преследователи знали, где искать. – Помните, я говорил, что дверь из пещеры выведет туда, откуда мы пришли? Боюсь, что это случится, если мы ее откроем. Нет, здесь кроется какой-то подвох. Точно!

– Что? – испуганно воскликнул Ван Лей, когда Ян подбежал к колодцу и снова заглянул вниз. – Вы хотите прыгнуть?

– Надпись возле статуи. «Стань равным каменной обезьяне». Вспомните, что сделал Сунь Укун.

– Он прыгнул через водопад.

– Что, если река внизу превращается в водопад? Выход из этого бесконечно повторяющегося испытания?

– Либо вы разобьете голову об камни и утонете, – резонно парировал Ван Лей.

– Боюсь, другого выбора у нас нет.

– У вас нет, но я могу попробовать задержать их, – ответил Ван Лей.

Ян непонимающе на него уставился. Пришлось китайцу спешно объяснять свой отчаянный план:

– Вы прыгнете вниз, если уж так сильно хочется, а я дождусь, когда дверь вскроют. Тогда у меня появится шанс сбежать.

– Я тоже могу так поступить, – заявил Ян. Перспектива прыгать в темный колодец ему категорически не нравилась.

– Как вы и сказали, есть риск попасть в лапы Гюллера. Голем не остановится, пока на найдет навершие. А у вас есть ключ к местоположению других святынь.

– И если все попадет в руки прихвостней Рихтер, то грош цена всей этой затее, – закончил за него Ян.

Ван Лей ободряюще улыбнулся и, подойдя ближе, положил руку ему на плечо.

– Главное, помните: в мире вам встретятся и другие стражи. Достаточно им увидеть монетку, как вам обязательно помогут. Упомяните мое имя, если кто-то будет сомневаться. Куда бы вас ни привело навершие и куда бы вы ни держали свой путь, мои молитвы будут с вами. Если богам будет угодно, мы снова встретимся.

– Надеюсь на это, – вздохнул Ян. Он начал привыкать к Ван Лею и его простоватой доброте. – Ждите, пока они не откроют дверь и войдут в пещеру. А потом бегите со всех ног. Удачи.

– Пусть каменная обезьяна поможет вам найти истинный путь, – улыбнулся Ван Лей.

Ян приказал посоху уменьшиться до размеров иглы и упрятал его в один из многочисленных карманов рюкзака: интуиция подсказывала, что прыгать в неизвестный колодец с тяжеленной золотой палкой не самая лучшая идея. Затем он снова вздохнул, поправил за спиной рюкзак и, закрыв глаза, прыгнул вниз.

Тьма обволокла его плотным и холодным одеялом. В ушах свистел ветер, и сердце билось как безумное. Помня, что внизу находится вода, Ян сгруппировался и поджал ноги. Ему на миг показалось, что падение будет длиться вечность, но неожиданное столкновение с водой прогнало эти мысли. По-прежнему было темно, хоть глаз выколи. Бурный поток, в котором так трудно было лавировать, куда-то несся со скоростью локомотива. Пару раз Ян больно ударился локтем об острые камни и один раз головой. Но сердце радостно забилось, когда впереди показалось огромное светлое пятно, да и поток почему-то сбавил ход, позволяя спокойно плыть без риска размозжить голову о какой-нибудь выступ.

Прищурившись, Ян попытался разглядеть, не является ли светлое пятно выходом из пещеры. Очки лежали в рюкзаке, и сейчас он поблагодарил себя за то, что решил их убрать. Но сомнений больше не оставалось. Это был выход. До него донесся плеск падающей воды и птичьи крики. Должно быть, подземный поток обрушивался вниз, как водопад. И тут Яну стало страшно.

Неизвестно, на какой высоте находится выход, и ему совсем не улыбалось после чудесного спасения расшибиться в лепешку. Лихорадочные поиски чего-то, что сгодится для спасения, ни к чему не привели. Оставалось одно. Постараться зацепиться за скалу перед тем, как поток вынесет его из пещеры.

Первая пара попыток оказались неудачными. Ян только пальцы ободрал, но перед тем, как уныние и страх завладели его разумом, он углядел впереди массивный камень, разрезающий поток на две половины. За камнем поток уже превращался в водопад. Пробормотав ругательство, Ян сменил направление и бешеными гребками постарался оказаться на одной линии с камнем. За секунду до столкновения он напружинил ноги и, врезавшись в камень, вцепился в него израненными пальцами.

Время снова замерло, пока Ян аккуратно, сантиметр за сантиметром, огибал камень так, чтобы схватиться за другой, поменьше, и уже с него выбраться на волю. Два суматошных рывка, ледяная вода, залившая нос и глаза, пальцы нащупывают щербины в скале, ноги борются с потоком – и наконец-то возможность выдохнуть.

Ян оказался на узеньком бортике и опасливо посмотрел вниз. Там, куда падал водопад, он увидел колышущееся зеленое море деревьев в радужной дымке от миллиардов мелких капель. Навскидку высота была метров пятьдесят. Сердце свело от ужаса, когда он представил, что его затея вдруг провалилась. Такое падение пережить бы смог только Сунь Укун. Да и то не факт. Но от невеселых мыслей его отвлекла другая картина. Более яркая и радостная. Замерев на бортике, Ян смотрел вперед и, затаив дыхание, наблюдал, как из-за горизонта появляется солнце. За всю свою жизнь он видел сотни, если не тысячи самых разных восходов и закатов, но этот, встреченный им на горе Хуагуо, после дикого сплава по подземной реке, обходил их по всем пунктам. Вдалеке переливалось яркими искорками море, и в синеватой дымке тонули маленькие островки, пока огромный, ослепительный шар лениво поднимался по небу. Вздохнув, Ян медленно, шажочек за шажочком, пополз вперед, стараясь не смотреть вниз слишком часто.

Постепенно бортик начал расширяться, и идти стало в разы легче. Ян уже не боялся упасть вниз и принялся размышлять. Да, он промок до нитки, чудом остался жив, но все-таки достал одну невероятную реликвию – посох Сунь Укуна. Настоящий посох, который мог менять размер по приказу своего хозяина. Предмет из старой сказки оказался реален! Ван Лей сказал, что посох – это ключ к местонахождению других реликвий. Осталось понять, как им воспользоваться, но это Ян предпочитал делать в более спокойной обстановке и желательно за чашечкой кофе и обильным завтраком.

Для начала он постарался хоть немного обсохнуть и принялся бегать по кругу небольшой полянки, на которой оказался. Это позволило малость согреться, но одежда так и осталась мокрой. Затем Ян проверил содержимое рюкзака и поблагодарил собственную предусмотрительность за то, что оставил ноутбук в камере хранения автовокзала. Дикий сплав по подземной реке техника точно бы не выдержала. Блокнот и очки тоже были целыми. Очки – потому что лежали в твердом футляре, а блокнот Ян всегда клал в прозрачное пластиковое отделение рюкзака, которое не пропускало воду. Внимание к мелочам и тут его не подвело. Не повезло только телефону. Он наотрез отказался включаться после неожиданного заплыва по подземной реке.

– Только бы Ван Лею удалось убежать, – тихо произнес Ян, закидывая рюкзак за спину, после чего пошел по извилистой тропинке вниз по склону, надеясь не наткнуться на Гюллера и его дружков. – Надо найти телефон и попытаться до него дозвониться.

На автовокзале, несмотря на раннее утро, было людно и шумно. Повсюду, как маленькие муравьи, сновали китайцы с огромными баулами и небольшими, аккуратными чемоданчиками. Они спешили к своим автобусам, но даже спешка не могла помешать им остановиться и удивленно посмотреть на долговязого, взъерошенного иностранца, который быстрым шагом шел к камерам хранения.

Ян не обращал внимания на удивленных китайцев. Его занимали мысли поважнее, да и интуиция кричала о том, что ему надо побыстрее добраться до своих вещей. Наконец, вытащив ноутбук из камеры хранения и купив в первой попавшейся лавке электроники простенький телефон, Ян немного выдохнул и, найдя ближайшую закусочную, занял самый дальний столик, чтобы ему никто не мешал. Даже отвратительный кофе, поданный ему заспанной девушкой в черной рабочей одежде, не отвлек от тревожных мыслей. И предчувствие его не обмануло.

Включив и наскоро настроив телефон, Ян поморщился, увидев с десяток пропущенных от бабушки. Но первым делом он позвонил Ван Лею, однако телефон улыбчивого китайца был выключен. И уже после этого Ян набрал номер бабушки. Та ответила мгновенно, не успел завершиться первый длинный гудок.

– Янчик! – охнула она. Голос хриплый, взволнованный. Сердце сдавило от неприятного предчувствия. – Тебя тут по телевизору показывают.

– Что? – нахмурился он. – По телевизору?

– Да. Говорят, что ты – вор. Что это ты украл у этого… как его? А, Сырского! Камень какой-то украл.

«Значит, Рихтер перешла от слов к делу», – подумал Ян и, вздохнув, кисло улыбнулся.

– Об этом я тебе и говорил. Не верь, бабуленька. Меня подставили.

– Я не верю, Янчик. Я же тебя знаю. Ты хороший человек. Учитель! А тут говорят, что ты забрался в дом этого Сырского и кольцо какое-то украл. К нам полиция уже приходила. Комнату твою верх дном перевернули.

– Правильно сделал, что очистил тайник, – напомнил о себе Фенек.

Ян мысленно согласился и, разговаривая с бабушкой, параллельно включил ноутбук, чтобы прочитать новости.

– Конечно, – пробормотал он. – На первых полосах моя физиономия.

– Янчик, что же делать? – запричитала бабушка, но он ее тут же перебил.

– Меня подставили, бабуленька. И я намерен обелить свое имя, – ответил Ян, изучая новости.

Что же, радовало только одно. О других «операциях» Яна не было ни слова. Либо Рихтер придерживает это, надеясь сыграть карту в более благоприятный момент, либо у нее ничего нет. Отбрехиваться от одного обвинения проще, чем от сотни, более серьезных.

– Ох, родной. Как же так получилось? – всхлипнула бабушка.

Ян гневно засопел. Но злился он не на бабушку, а на Рихтер.

– Обещаю, что все тебе расскажу, бабуленька. Но позже, – ответил он. – Сейчас надо разобраться с другими делами.

– Ты уж береги себя, – тихо ответила она, все прекрасно понимая. – Нет той лжи, которой я поверю, родной.

– Ты не представляешь, как для меня это важно, – кивнул Ян, забыв, что говорит по телефону. Он позволил себе улыбнуться. Не дело заставлять бабушку нервничать, к тому же Ян никогда не пасовал перед трудностями, какими бы они ни были.

Завершив вызов, Ян вновь погрузился в сводки новостей и через несколько минут уже знал весь расклад. Что же, хорошие новости тоже были. Его пока не объявили в международный розыск, значит, можно попробовать улететь из Китая, пока это возможно. Но куда? Вопрос времени, прежде чем его фотография будет красоваться в каждом аэропорту мира. Слишком уж сильно заботил всех таинственный Фенек.

И только сейчас Ян заметил мигающий желтый конвертик в углу экрана. Кто-то из его друзей вышел на связь. Впрочем, Ян не сомневался, что и Ra1no, и Celestial давно уже в курсе всех новостей. Это оказалось правдой, когда он дважды кликнул на конвертик и погрузился в вереницу сообщений.

Ra1no: Так это ты – Фенек?!

Celestial: А нам не сказал.

Celestial: Даже не подумала бы.

Ra1no: Или ты вляпался куда-то, Пёс?

Ra1no: Обалдеть! Украл осколок «Ока Брахмы».

Ra1no: А монетка зачем? Тоже что-то собрался стащить?))

Celestial: Какая монетка?

Ra1no: Долгая история. Потом расскажу.

Ra1no: Сейчас мне интересно, как наш Пёс оказался причастен к самым громким кражам века.

Ra1no: Пусть в новостях об этом ни слова, но я ставлю сотку зелени, что он – Фенек.

Ra1no: Черт возьми, да он круче, чем Эдуардо де Вальфьерно!

Celestial: Так, похоже, мне надо много чего почитать.

Ra1no: Почитай. Этот мужик – гений. Но наш Пёс круче. Он – Фенек. Ты можешь себе это представить? Мы знакомы с самым разыскиваемым вором на планете.

Cu Chulainn: Это еще не доказано. И меня подставили.

Ra1no: Объявился наконец-то.

Ra1no: А теперь давай коротко, во что ты вляпался.

Celestial: Можно не коротко.

Ra1no: На его хвосте наверняка вся полиция мира сидит. Давай коротко, Пёс.

Cu Chulainn: Хотел бы рассказать правду, но боюсь подставить вас под удар.

Cu Chulainn: Да, я вляпался в прескверную историю и сейчас занят тем, чтобы вылезти из нее белым и пушистым.

Cu Chulainn: Как смогу, я все вам расскажу.

Cu Chulainn: Но пока поверьте, лучше бы вам ничего не знать.

Ra1no: Ну, толика истины в твоих словах есть.

Ra1no: Если уж нашли Фенека, то и нас могут накрыть.

Ra1no: Ты уверен, что канал защищен?

Cu Chulainn: На сто процентов.

Cu Chulainn: Но нам пока лучше не общаться.

Cu Chulainn: Эти люди, ну, кто меня подставил, весьма влиятельны.

Ra1no: И опасны. Да, я смотрел парочку фильмов про таких.

Cu Chulainn: Именно. Но тут не кино.

Cu Chulainn: Возможно, у меня будет к вам просьба.

Cu Chulainn: Но позже.

Celestial: Можешь быть уверен, что мы не откажем.

Ra1no: Плюсую.

Cu Chulainn: Рад это слышать.

Cu Chulainn: Сейчас надо бежать.

Cu Chulainn: Распутать этот клубок не так-то просто. А я и так потратил все очки удачи на несколько лет вперед.

Ra1no: Ты уж береги себя, Пёс.

Celestial: И пиши, как будет возможность.

Celestial: Если я могу ответить с задержкой, то наш компьютерный гений в сети онлайн двадцать четыре на семь.

Ra1no: Если это намек на то, что у меня нет личной жизни, то ты ужалила в самое сердечко.

Celestial: Именно этого и добивалась)))

Celestial: Береги себя, Пёс.

Закрыв ноутбук, Ян глотнул остывший кофе и задумчиво посмотрел вперед. Мысли, как это обычно и бывает, нестройным потоком кружились в его голове, постепенно выстраиваясь в логичную и понятную последовательность. По привычке он начал говорить сам с собой. Так было проще понять, что и как делать дальше. Ну, а если это работает, так почему от этого отказываться? И плевать на тех, кто подумает, что Ян сошел с ума. Сам он твердо был уверен, что крышечка с кипящего чайничка давно уже сорвана, и всякие волшебные странности, с ним случившиеся, это только подтверждали.

– Итак, что мы имеем, – пробормотал он, доставая блокнот, чтобы все записать. – На горе Хуагуо был найден, предположительно, посох Сунь Укуна. Посох может изменять свой размер, но тут я грешу на ту странную воду, которую выпил.

– Ван Лей тоже видел, как посох менял размер, – напомнил Фенек. – А он всякими галлюциногенами, в отличие от тебя, не пользовался.

– Других объяснений у меня нет, – вздохнул Ян. – Ладно. Ван Лей сказал, что этот посох – ключ к другим реликвиям. И, судя по всему, складень, который я нашел в Ленинке, является навершием посоха. Осталось понять, как его открыть.

– Еще тебя волнует, что Рихтер разыграла одну из козырных карт, – ехидно добавил Фенек. – Но, без сомнений, какая-то золотая палка куда важнее этой мелочи.

– Это не мелочь. Но об этом тоже стоит подумать. Особенно если на хвосте опять сидит Гюллер. Как он, черт возьми, выжил?

– Ван Лей говорил, что Гюллер – голем.

– Угу. И на лбу у него написано волшебное слово, – съязвил Ян. – Вероятно, Гюллер зацепился за что-то, когда вылетел из поезда.

– На скорости четыреста километров в час? – настал черед Фенека ехидничать. – Сомневаюсь.

– Так или иначе, но он снова в игре, а значит, придется с ним считаться. Другой вопрос. Как он нашел пещеру?

– Жучок? – предположил Фенек.

– Вряд ли. Я менял одежду несколько раз, да и в той деревушке Гюллер меня не нашел, хотя мог бы, будь жучок реальным.

– Или он хотел, чтобы ты привел его в нужное место.

– Вот это весьма вероятно. Что, если аналитики Рихтер следят за мной через камеры? Китай напичкан камерами, как собака блохами.

– Такое себе сравнение, но толика истины в этом есть, – согласился Фенек. – Значит, им известно, что ты сейчас сидишь в этой скверной закусочной, где подают отвратительный кофе и раздражающе пахнет специями.

– Время подумать у меня есть. Но то, что из Китая пора бежать, и так понятно. Осталось узнать, куда именно.

Воровато оглядываясь, Ян вытащил из рюкзака навершие и золотую иглу. Играть с посохом сейчас было бы глупо, но проверить одну догадку стоило. Хотя бы потому, что других догадок не существовало. Вздохнув, Ян аккуратно взял иглу, нашел на складне крохотную дырочку в центре выгравированной книги и вставил иглу туда. Идея казалась глупой, потому что золотая игла была ненамного тоньше той швейной иголки, которой Ян пытался открыть складень дома, и не должна была подойти, но тихий щелчок, раздавшийся следом, заставил Яна неприятно поежиться. Неужели посох и правда был ключом? Отложив иглу в сторону, Ян взялся двумя пальцами за пластину и перевернул ее, как страницу книги.

– Невероятно, – прошептал он. – Здесь тоже есть рисунок. И какая-то надпись.

Рисунок и правда существовал. Тонкой работы, невероятно красиво выгравированная мечеть, с крохотными синими камешками, которые, судя по всему, изображали звезды. Под мечетью нашлась и надпись на латыни. Настолько мелкая, что без очков разобрать бы попросту не получилось. Ругнувшись, Ян достал очки, без которых ничего не видел, и аккуратно перенес надпись в блокнот.

– «То, что внизу, – это то, что и вверху. И то, что вверху, – это то, что внизу». Белиберда какая-то, – хмыкнул Ян. – «В Новом Риме найдется ответ. Его кот покажет. Или же нет».

– Чертовы загадки, – отметился Фенек, и Ян был с ним полностью согласен.

– Почему нельзя сказать прямо? «Иди туда, возьми то, и будет тебе счастье», – сварливо проворчал он, включая ноутбук. – Но нет. Потрать пару часов своего времени, рискни жизнью, и тогда, может быть, тебе повезет. Ладно. Попробуем действовать логически. Итак. Новый Рим, Новый Рим… Так назывался Константинополь, пока не был переименован Ататюрком в Стамбул. Получается, что следующая остановка – Стамбул?

– Если со Стамбулом понятно, то большая часть подсказки выглядит как озорство некоего идиота, – заметил Фенек. – В университете ты как-то третировал однокурсников, подкидывая им разные записки с угрожающими тайными посланиями.

– Тогда это карма, – вздохнул Ян, понимая, что внутренний голос, без сомнений, прав. – Но подсказка, хоть и туманная, все же есть, а значит, придется узнать истинный смысл, который вложили в эти не очень поэтичные строки. И при чем тут кот? В Стамбуле тысячи котов. Помнится, еле всех учеников собрал после экскурсии. Разбежались кошек гладить.

– Помимо котов не стоит забывать и о том, как открыть следующую створку навершия, – осадил его Фенек. – Сомневаюсь, что посох тут поможет.

– Верно, – ответил Ян, обратив наконец-то внимание на круглое углубление на другой стороне навершия. Прямо под углублением бежала тонкая арабская вязь. – Похоже, тут тот же принцип, что и с пещерой под горой. Нужен некий ключ, который откроет следующую подсказку. И тут снова какая-то надпись. Еле видимая, но определенно это арабское письмо. К сожалению, в арабском я не силен.

– Поэтому придется пользоваться услугами переводчика. Если, конечно, и тут не исказили символы, чтобы ты подольше помучился, – съязвил Фенек.

– «Его отец – Солнце, а мать – Луна. Земля носила его в своем чреве, и Ветер питал его в своем чреве», – прочитал Ян. – Просто аховые стишки. Первый раз такое вижу, если честно.

– У тебя будет время поразмыслить над этим в самолете. А пока, что-то мне подсказывает, пора убираться из гостеприимного Китая.

Поначалу Ян хотел купить билет через интернет, но, поразмыслив, отказался от этой затеи. Если Рихтер (и Гюллер, конечно же) следит за ним, то по приезде в аэропорт его уже будут ждать. С прихвостней угрюмого турка станется сделать так, что придется убегать не только от Гюллера, но и от полиции Китая, получившей ориентировку. Поэтому билет было решено купить на месте, но Ян потратил еще несколько часов, чтобы купить себе новую одежду и черную бейсболку, козырек которой мог бы скрыть его лицо от вездесущих китайских камер. Затем, вызвав такси, он поехал в аэропорт и всю дорогу нервничал, гадая, не окажется ли там засады. От грустных мыслей его отвлек телефонный звонок, и на экране высветилось: «Ван Лей».

– Слава богу, – пробормотал Ян, принимая вызов. – Слушаю.

– Хвала богам, вы живы, – ответил ему Ван Лей, вызвав у Яна улыбку. Голос китайца был хриплым и гораздо ниже, чем обычно. – Я боялся, что подземная река заберет вас. Не каждому суждено стать равным каменной обезьяне.

– Мне помогло только чудо, – хмыкнул он. – Лучше расскажите, как вам удалось сбежать от Гюллера?

– Можно тоже списать это на чудо. Я вспомнил, что вы говорили. Что другая дверь ведет в зал превращений. Когда вы нырнули в этот колодец, я прождал примерно десять минут, пока они не взорвали дверь. Как только это случилось и в проеме показался Гюллер, я тут же выскочил в другую дверь и очутился аккурат напротив выхода. А дальше началось самое трудное.

– Бег? – усмехнулся Ян.

– Бег, – вздохнул китаец. – Я не обладаю такими длинными ногами, как у вас. Да и живот мешает. Пришлось постараться, чтобы убежать. К счастью, на выходе из пещеры никого не было. Я спрятался в ближайших кустах, дождался, когда преследователи уйдут, и спустился по склону. К несчастью, мой телефон разбился, когда я упал в пещере. Поэтому пришлось помотаться, чтобы купить новый и позвонить вам.

– Рад слышать, что с вами все в порядке, – честно ответил Ян. – Но в целях безопасности я не буду говорить, куда отправился.

– Правильно. Нас могут слушать. Как-то они умудрились найти пещеру. Нам повезло, что мы нашли ее раньше.

– Еще мне повезло найти другую подсказку. Правда, над ней еще предстоит хорошенько подумать.

– Всеми богами заклинаю вас, Ян. Храните посох и навершие как зеницу ока, – серьезно ответил Ван Лей. – Если эти вещи попадут в руки Марии Рихтер или ей подобных, то мир погрузится во тьму.

– Это я уже слышал. Оставим сказки на потом, – улыбнулся Ян. – К тому же я не собираюсь никому ничего передавать.

– В любом случае помните, что стражи есть всюду. Они невидимы обычному глазу, но они есть. Просто покажите метку тогда, когда вам подскажет сердце. И вы получите помощь, которую не ожидали получить.

– Да вы любитель говорить загадками, – рассмеялся Ян.

Ван Лей присоединился к его смеху.

– Все в целях вашей же безопасности. Если получится, подайте потом весточку. И если будет нужна моя помощь, можете всецело на меня рассчитывать.

– Спасибо, Ван Лей. Нечасто встретишь того, кому можно доверять, – честно ответил Ян.

– Я буду молиться за вас. Удачи.

Когда звонок завершился, Ян невольно поежился от нахлынувшего чувства одиночества. Те несколько дней, что он провел с Ван Леем, изменили привычное существование. Друзей у Яна, кроме виртуальных, никогда не было. Да, он общался с коллегами-преподавателями на различные темы, мог перекинуться парой слов с персоналом гостиницы или бара, мог пошутить и посмеяться вместе с учениками. Но делить с кем-то невзгоды, постоянно подвергаться опасности и осознавать, что от действий твоего спутника зависит твоя жизнь, – тут Ян столкнулся с этим впервые. И сейчас, пусть ни за что бы себе в этом не признался, тосковал по улыбчивому наивному китайцу, который верил в старые сказки.

Добравшись до аэропорта Ляньюньгана, Ян занял одно из удобных кресел и погрузился в изучение расписания вылетов. К несчастью, прямого рейса в Стамбул не было. Аэропорт все-таки обслуживал внутренние рейсы, и это накладывало определенные неудобства. Пересадки Яна не волновали, а вот вероятность встречи с Гюллером ему совершенно не нравилась. Конечно, можно было бы добраться до ближайшего международного аэропорта на автобусе и уже оттуда вылететь прямым рейсом, но что делать, если его все-таки объявят в международный розыск? Улетать надо было немедленно, невзирая на трудности и опасения.

Наиболее подходящий маршрут был найден без проблем, пусть и предстояло совершить две пересадки. Сначала в Далянь, затем в Шанхай, и после Шанхая прямым рейсом в Стамбул. Даже если Гюллер выйдет на след, то, чтобы догнать Яна, ему предстоит хорошенько постараться. Купив билеты, Ян с хрустом потянулся и, встав с кресла, отправился искать кофе. Организм отчаянно скучал по кофеину, и отказывать ему в этом было бы преступлением. Правда, Ян еще не знал, что ему предстоит пройти девять кругов ада, то есть досмотра, в каждом аэропорту.

Суровые сотрудники службы безопасности без всяких церемоний распотрошили его рюкзак, проверив каждую складочку и каждый шов. Та же участь постигла и одежду, которую изучали так пристально, что Ян невольно испугался, хоть и понимал, что не провозит ничего запрещенного. За исключением, конечно же, навершия и посоха.

Навершие тоже заинтересовало службу безопасности, и Яну пришлось врать, что он не очень-то любил делать. К счастью, осмотр древней реликвии был быстрым, и охрана аэропорта довольствовалась объяснением, что это маленький алтарь для вознесения молитв. Но тут ему сыграл на руку тот факт, что навершие, оказывается, внесли в базу данных по прилете в Китай. Если бы Ян нашел его здесь, то с вывозом такой ценности возникли бы проблемы. Посох Сунь Укуна службе безопасности найти не удалось. Он был засунут в коробочку с зубочистками, но металлодетектор промолчал, когда Ян выгрузил вещи из рюкзака в поддон для досмотра. Конечно, не самое достойное место для хранения мифической святыни, но, как Фенек любил повторять, хочешь жить – умей вертеться. Однако до Шанхая он добрался выжатым как лимон и до одури уставшим.

Впрочем, и тут Ян не потерял осторожности. Пройдя последний досмотр, он занял свободное кресло в самом дальнем углу зала ожидания и с тревогой смотрел за входящими в зону вылета пассажирами. Расслабиться удалось только тогда, когда объявили посадку и пассажиры выстроились в длинную очередь. Казалось, сделай шажок – и ты в уютном самолете, сидишь в своем кресле и готовишься к вылету. Тут-то судьба и выкинула фортель, когда в толпе гомонящих китайцев показалось знакомое лицо. Побледнев, Ян увидел возле входа в зону вылета массивную фигуру Гюллера. Турок, не мигая, смотрел на Яна и с кем-то разговаривал по телефону. Его губы тронула презрительная улыбка.

– Уму непостижимо! Как он так быстро меня нашел? – прошептал Ян и взмолился всем богам: – Только бы не на этот рейс. Только бы не на этот рейс.

К счастью, Гюллер не встал в очередь и, более того, не стал из этой очереди выдергивать Яна. Он всего лишь уселся на свободное кресло и продолжил буравить свою цель тяжелым взглядом. Яну он напомнил гигантскую змею, которая лениво дремлет на солнышке, но готова к тому, чтобы сделать смертельный бросок и впрыснуть яд в свою жертву.

– Ваш посадочный талон, пожалуйста, – окликнул Яна сотрудник авиакомпании. – Спасибо. Приятного полета.

– И вам, – буркнул Ян, после чего покраснел, поняв, что сморозил чушь. – В смысле, вам тоже спасибо.

Перед тем как войти в самолет, он оглянулся и посмотрел на зону вылета. Кресло, где сидел турок, пустовало, но и среди оставшихся пассажиров, стоящих за Яном, его не было. Гюллер снова исчез, напугав его до чертиков. Может, Ван Лей прав и этот мужчина на самом деле голем? И это был тот случай, когда ответ он предпочел бы не знать.