В ходе «всеобщего умиротворения» Цинь Шихуанди присоединил к своим владениям земли, лежавшие к югу от реки Янцзы, и разделил их на области Наньхай, Гуйлинь, Сян и Миньчжун[19]. Присоединение состоялось в 214 году до н. э., а спустя восемь лет империя Цинь пала… Воспользовавшись удобным моментом, циньский военачальник Чжао То основал из областей Наньхай, Гуйлинь и Сян государство Наньюэ (Намвьет) со столицей в Паньюе[20]. Обычное дело – как только опоры государства начинают рушиться, сепаратистские тенденции набирают силу.

Чжао То был из тех, о которых говорят: «выплывет, даже если бросить его в реку связанным». Он родился в городе Чжэндине в государстве Чжао, которое было завоевано Цинь Шихуанди в 222 году до н. э., когда То было около восьми лет. Уже примерно в шестнадцать лет он поступил на военную службу, участвовал в завоевательных походах на юг и за особые заслуги получил должность начальника уезда Лунчуань в области Наньхай. Оттуда Чжао То отправился расширять южные границы империи Цинь и был вознагражден за свое усердие должностью лина[21] Лунчуани, одного из четырех уездов куана Наньхай.

«Когда началось правление Эр-ши [209–207], – пишет Сыма Цянь, – Жэнь Сяо, вэй[22] Наньхая, умирая от болезни, призвал к себе лина [уезда] Лунчуань Чжао То и сказал ему: «Я узнал, что Чэнь Шэ и другие подняли мятеж, Цинь утратило праведный путь, Поднебесная страдает. Сян Юй, Лю Цзи, Чэнь Шэн, У Гуан и другие во [всех] округах и областях поднимают войска, собирают народ, как тигры, борются за Поднебесную. Срединные государства ввергнуты в смуту, неизвестно, когда наступит покой. Все видные деятели выступили против Цинь и сами стремятся к власти. Наньхай – далекое захолустье, но я опасаюсь, что разбойничьи отряды, захватывая земли, доберутся [и сюда]. Я хотел поднять войска, перекрыть недавно проложенную дорогу, чтобы быть готовым к восстанию чжухоу. [Но] случилось так, что я серьезно заболел. Конечно, Паньюй защищен горными кручами и теснинами, протяженностью нань-хайских [земель, раскинувшихся] с востока на запад на несколько тысяч ли. [Кроме того,] немало людей из срединных государств поддержат нас. Став главой целого округа, можно будет создать независимое княжество. У нас нет старших чиновников, с которыми можно обсуждать эти вопросы, вот почему я призвал [Вас]».

И он вручил [Чжао] То документ, возлагающий на него обязанности вэя Наньхая. Когда Сяо умер, То сразу же разослал письменные предписания [начальникам] застав в Хэнпу, Яншане и Хуанци: «Разбойничьи отряды вот-вот появятся, срочно перекройте дороги, соберите войска и держите оборону!»

Затем он постепенно и по закону устранил всех старших чиновников, поставленных Цинь, заменив их исключительно членами своего клана, а когда Цинь была уничтожена, [Чжао] То силой объединил области Гуйлинь и Сян и, самовольно заняв престол, объявил себя наньюэским У-ваном. Гао-ди[23], завершая приведение в порядок Поднебесной, отдавал все свои силы Срединному государству. Он простил То и не стал его наказывать.

На одиннадцатом году Хань [196 год] [император] послал Лу Цзя возвести То на престол в качестве вана Наньюэ, вручить ему половинку верительной бирки, установить с ним посольские отношения. [Надеялись, что То] объединит всех юэ, [сохранит там мир и] не станет угрозой на южных границах. Так Чанша[24] стала граничить [с Наньюэ]».

Покорение Аулака далось Чжао То нелегко, а недаром же говорят: «Трудно покорить – трудно удержать». С одной стороны, Чжао распустил вьетские войска и реорганизовал государственный аппарат, заменив вьетов на китайцев, но, с другой стороны, он активно заигрывал с местной знатью, стремясь найти в ней опору своей власти. В частности, Чжао сохранил институт лак тыонгов, потомков племенных вождей, которые продолжили исполнять функции наместников. Наличие лак тыонгов, исполнявших роль посредников между народом и чиновниками-китайцами, а также сохранение старых обычаев в определенной мере смягчали впечатление от правления чужеземцев. Другой милостью, проявленной Чжао, было сохранение титула «выонг» за правителем Тэйву, исконной земли аувьетов. И если простой народ воспринимал Чжао То как захватчика, то вьетская знать видела в нем защитника, противостоявшего угрозе с севера, в роли которой теперь выступала империя Хань, основанная выходцем из крестьян Лю Баном в 202 году до н. э.

В 195 году до н. э. Лю Бан скончался, и одной из его жен, известной как императрица Люй Чжи или Лю Тай-хоу, удалось вопреки воле умершего возвести на ханьский престол своего сына Лю Ина, вошедшего в анналы как император Хуэй-ди.

«Во время правления [императрицы] Гао-хоу [Лю Тай-хоу] некоторые высшие чиновники предложили запретить торговлю металлическими изделиями через заставы Наньюэ, – сообщает Сыма Цянь. – [Чжао] То заявил: «Гао-ди возвел меня на престол, у нас установились отношения через послов и обмен товарами. Сейчас Гао-хоу, послушав чиновников-клеветников, стремится отделить [ханьцев] от мань и прекратить поступление к нам [ханьских] товаров. Это, несомненно, происки вана Чанша, который желает, опираясь на Срединное государство, напасть и уничтожить Наньюэ, стать [и здесь] ваном. Таковы его корыстные устремления». После этого То [присвоил] себе почетный титул наньюэского У-ди [и] направил войска напасть на пограничные селения Чанша; они одержали победу в нескольких уездах и вернулись. Гао-хоу послала военачальника Лунлюй-хоу [Чжоу] Цзао напасть [на Наньюэ]. Случилось так, что из-за сильной жары и влажности солдаты начали болеть и умирать, войска были не в состоянии преодолеть горные перевалы. Через год с небольшим Гао-хоу скончалась, военные действия немедленно прекратились. Поэтому [Чжао] То стал угрожать войсками своим соседям; используя деньги и товары, [на востоке] подчинил себе Миньюэ, а на западе – Оуло.[25] [Его власть распространилась] с востока на запад более чем на десять тысяч ли. С тех пор [Чжао То] стал ездить в императорском экипаже с желтым[26] верхом и с прикрепленным слева бунчуком, [свои приказы] называл эдиктами, стремясь сравняться с [правителем] Срединного государства».

Шелковая карта, на которой показаны топографические особенности территории, находившейся под властью династии Хань в царстве Чанша и царстве Наньюэ. 168 год до н. э.

Изначально Аулак был разделен Чжао То на два округа[27] – Зяоти и Кыутян, а теперь вьетских округов в Намвьете стало четыре. От противоборства с императрицей Лю Тай-хоу выиграл в политическом смысле и потерял в экономическом. Политические выгоды заключались в освобождении от ханьского сюзеренитета и приобретении новых территорий, но прекращение торговли с империей Хань существенно уменьшило поступления в намвьетскую казну и ударило по всей экономике в целом. Также пострадали родственники Чжао То в его родном Чжэндине – многие из них были убиты, а семейное кладбище подверглось разорению[28].

В 180 году до н. э. на ханьский престол взошел сын Гао-цзу Лю Хэн, известный как Сяовэнь-хуанди или Вэнь-ди. Он стал пятым по счету и вторым самостоятельно правившим ханьским императором. Если Гао-цзу основал государство, то Вэнь-ди укрепил его основы должным образом, так, что оно смогло простоять четыре столетия. Новый император, подобно своему отцу, считал, что уступки зачастую предпочтительнее войны[29]. В обмен на сложение императорского титула и новое признание ханьского сюзеренитета, Чжао То перестал считаться «мятежником» и снова смог торговать с Хань. Более того – Вэнь-ди восстановил разоренное кладбище семьи Чжао в Чжэндине и приказал тамошним чиновникам делать подношения предкам Чжао То и совершать положенные ритуалы вместо убитых потомков.

Чьеу умер в 137 году до н. э. Чжао То скончался в возрасте девяноста трех лет, передав власть над Намвьетом своему внуку Чжао Вэнь-вану (Чьеу Ван-выонг). Двенадцатилетнее правление Чжао Мо ознаменовалось возрастанием зависимости Намвьета от Хань. По мере того как крепла ханьская империя, ее правители все активнее собирали под свою руку земли, отпавшие в процессе распада империи Цинь, и присоединяли новые. В 111 году до н. э. седьмой ханьский император У-ди послал большое войско для покорения Намвьета, которым тогда правил Чжао Шуян-ван (он же – Чьеу Тхуатзыонг-выонг), внук Чжао Вэнь-вана. Положение Намвьета осложнил мятеж, поднятый в Тэйву местным выонгом, надеявшимся обрести самостоятельность, но этим надеждам не суждено было сбыться – вся территория Намвьета вошла в состав империи Хань.

В городе Мелине[30], центре округа Зяоти, была устроена резиденция императорского цензора (цы-ши), под властью которого находилось девять округов – три вьетских (Зяоти, Кыутян, Нятнам) и шесть китайских (Даньэр, Чжуяй, Наньхай, Хэфу, Юйлинь, Цану). Во главе округов стояли наместники (тайшоу), которым принадлежала административная власть, а военная власть находилась в руках до уи, военачальников среднего ранга. Лак тыонги поначалу сохранили свое положение, но полномочия каждого из них подтверждались вручением печати. В целом же ханьское правительство взяло курс на китаизацию земель, населенных вьетами, и внедрение здесь китайских обычаев. Сюда массово ссылались преступники, приговоренные к высылке из родных мест, а также переселялись из северных областей бедняки, привлеченные возможностью получения земельных наделов. Раздаваемые китайцам земли конфисковывались у вьетской знати, подрывая ее влияние. Лак тыонги постепенно заменялись китайскими чиновниками, и вместо древних законов вводились ханьские обычаи. При ином стечении обстоятельств вьеты могли бы быть ассимилированы, подобно сюнну[31] или цзе[32], но, к счастью, этого не произошло.