Император Динь Тьен Хоанг-де правил под девизом «Великое спокойствие», но, по правде говоря, именно спокойствия в его правление не было, и завершилось оно весьма трагически.

Легитимность Динь Тьен Хоанг-де сомнений не вызывала, поскольку его победа над всеми шыкуанами неоспоримо свидетельствовала о наличии Небесного благословения, а вдобавок, у него была супруга из семейства Нго, связывающая прежнюю и нынешнюю династии. Кое-кого из местных правителей пришлось «приводить в чувство» и после восшествия на престол, но император успешно справлялся с подобными задачами. Действовал он решительно и жестко, а в качестве наказания мог приказать бросить виновного в котел с кипящей водой или в клетку к голодному тигру.

В подтверждение своих властных полномочий Динь Тьен Хоанг-де начал чеканить из меди первую вьетнамскую монету, известную под названием тхай бинь хынг бао[109]. Монета чеканилась по китайскому образцу – ее круглая форма символизировала Вселенную, а квадратное отверстие в центре – Землю. Отверстие позволяло собирать монеты в связки, что было весьма удобно.

Создавая новый государственный аппарат, Динь Тьен Хоанг-де уделял внимание не только центральным ведомствам, но и управлению на местах. Многие полномочия хао чыонгов передавались императорским чиновникам, которые не были местными уроженцами. Весьма полезной оказалась поддержка буддийского духовенства, в котором император видел одну из опор своего престола. Куок ши[110] Нго Тян Лыу одновременно являлся советником императора и пользовался уважением, полагающимся высшим сановникам. Делая ставку на буддизм, Динь Тьен Хоанг-де стремился очистить менталитет своих подданных от конфуцианства, которое, при всей своей полезности, имело один большой недостаток – было китайским инструментом подчинения других народов.

Основой влияния местной знати было наследственное владение землей. Динь Тьен Хоанг-де положил начало практике земельных пожалований на время службы или пожизненно с последующим возвращением в казну. Идея была полезной, только вот получатели наделов правдами и неправдами пытались перевести их в свою собственность, а коррумпированные чиновники этому способствовали.

Столицу империи Динь Тьен Хоанг-де перенес в Хоалы. Сделано это было не из ностальгических побуждений и не из-за желания возвеличить свою родину, а чисто из практических соображений – труднодоступный горный регион подходил для пребывания императора неспокойного государства гораздо лучше, нежели находящийся на равнине Тонгбинь. В горах была построена мощная, практически неприступная по меркам того времени крепость, подходы к которой преграждались дополнительными укреплениями. Императору приходилось опасаться и китайского нашествия, и мятежей своих подданных, поэтому на строительство крепости и создание сильной армии он средств не жалел.

В 971 году, после покорения Южной Хань, сунский император Тай-цзу потребовал от Динь Тьен Хоанг-де изъявления покорности, выражавшегося в отказе от императорского титула (Сын Неба меж четырех морей[111] один) и принятии жалованных китайских титулов. Взвесив свои шансы на победу, Динь Тьен Хоанг-де решил не доводить дело до войны, однако отказываться от императорского титула тоже не хотелось. Умный человек всегда найдет выход из сложного положения. Он формально передал престол своему старшему сыну Динь Льену, который правил в качестве выонга, а сам принял почетный древнекитайский титул тайшан-хуана[112], положенный отставному императору (впервые этот титул пожаловал своему покойному отцу[113] Цинь Шихуанди). В 972 году Динь Льен отправился в Китай, где получил от императора Тай-цзу должность цзедуши Аннама и признание своих полномочий. Динь Тьен Хоанг-де тоже не был обойден императорским вниманием – ему был пожалован вассальный титул «зяоти-куанвыонга»[114]. Таким образом «настоящий» император Тай-цзу указал «самозванному» императору Динь Тьен Хоанг-де на его место, однако для «самозванца» имело значение одно – он сохранил власть и положение, избежав войны с империей Сун, а в выигрыше всегда тот, кто остается при своем интересе.

Храм Динь Тьен Хоанг-де в Хоалы

Своему государству Хоанг-де дал название Дайковьет[115].

Правящий тандем Динь Тьен Хоанг-де и Динь Льена должен был обеспечить спокойствие при переходе реальной власти к сыну после смерти отца – наследник известен, его полномочия подтверждены сунским императором, а под руководством отца ему будет несложно овладеть искусством управления (что бы кто ни говорил, но управление – все же искусство). Однако у Динь Тьен Хоанг-де имелись свои соображения по поводу реального, а не подставного преемника – в 978 году он назначил наследником престола своего младшего, третьего по счету сына Динь Ханг Ланга, которому на тот момент исполнилось три года.

Какой смысл в том, чтобы в обход тридцатитрехлетнего взрослого мужчины, опытного воина и более-менее сведущего в вопросах политики, назначать своим преемником трехлетнего ребенка? Одно из двух – или пятидесятичетырехлетний Динь Тьен Хоанг-де опасался, что старший сын может устранить его, чтобы править самостоятельно, или просто сыграли симпатии и антипатии. Известно же, что к младшим детям большинство родителей относится трепетнее, чем к старшим, а, кроме того, к младшим и к молодым женам, родившим младших детей, мужья испытывают больше расположения, чем к старшим и старым, – такова уж природа человеческая.

Динь Льен был глубоко оскорблен отцовским выбором и понимал, что в случае восшествия на престол младший брат вряд ли оставит в живых его и его сыновей – от подобных конкурентов правителям положено избавляться. Он решил ударить первым и подослал к Динь Ханг Лангу убийц. Убийство наследника престола расценивается как государственная измена, однако Динь Тьен Хоанг-де не стал наказывать Динь Льена – то ли испытывал неловкость по поводу выбора преемника, то ли не хотел лишаться еще одного сына, а скорее всего, влияние Динь Льена к тому моменту возросло настолько, что с ним невозможно было совладать. Но недаром же говорится, что «вода и возмездие всегда найдут свой путь» – осенью 979 года Динь Тьен Хоанг-де и Динь Льен были убиты. «Зимой, в одиннадцатом месяце, вуа [правитель Динь Тьен Хоанг-де] и Вьет выонг Лиен ночью на пиру были убиты фун хау хоанем[116] До Тхитем, – говорится в «Краткой истории Вьета». – Перед этим Тхить был чиновником в Донгкуане. Ночью лежал на мосту и увидел звезду, упавшую в устье. Тхить счел это хорошим знаком. И тогда у него появилась мысль поднять мятеж и убить [вуа]. Когда вуа был убит, Тхить тайно проник во дворец и спрятался под дождевым желобом. Через три дня [Тхить] сильно захотел пить, набрал рукой дождевой воды и выпил. Наложница увидела его и уведомила Динь Куока Нгуен Бака. Поймали и казнили его [Тхитя]. Вместе с его [Тиен выонга] военачальником Ле Хоаном возвели Ве выонга Тоана на императорский престол. [Тоан] присвоил вуа посмертный титул – Тиен выонг, матери даровал титул вдовствующей императрицы».

Могила первого императора вьетнамской династии Ле

Нгуен Бак был первым тхайши (цзайсяном) в истории Вьетнама и одним из ближайших сподвижников Динь Тьен Хоанг-де. Поспешность, с которой Нгуен Бак приказал казнить До Тхитя, наводит на мысль о его причастности к гибели отставного императора и выонга. Можно предположить, что пятилетний Динь Тоан, средний сын Динь Тьен Хоанг-де, рассматривался Нгуен Баком и главнокомандующим вьетской армии Ле Хоаном в качестве идеальной «ширмы» для правления. Регентом при малолетнем императоре стал Ле Хоан.

Динь Тоан вошел в историю как Динь Фэ-де[117], поскольку был свергнут уже в 980 году.