Верховный Жрец снова находился на рабочем месте – на своем убогом троне, перед испачканной ковровой дорожкой, покрытой следами запекшейся крови. На голове была надета тяжелая медная маска, закрывающая верхнюю половину лица.

Недавно закончили очередной поединок. Зрители уже разошлись. Тело проигравшего уволокли прочь. Победитель ушел. Они так и не открыли своих лиц.

Жрец остался один. Его руки в алых перчатках впились в твердые железные подлокотники трона. Так он пытался сдержать боль, нарастающую в шее оттого, что на голову давила маска. Она весила около пяти килограммов. Из-за тяжелого и плотного темного плаща тело Жреца было покрыто потом, который уже оставил на плаще едва заметные белесые разводы соли, составившие компанию красным спиралевидным узорам.

Можно было уходить на отдых. Жрец стиснул зубы и встал. Он случайно прикусил губу, и струйка крови потекла по щетинистому подбородку. Жрец поморщился и лизнул ранку, чтобы убрать кровь. Он ощутил соленый вкус во рту, и от этого его начало подташнивать. Он сделал несколько шагов и отдышался. Потом идти стало немного легче. Он покинул зал церемоний и прошел по бесчисленным запутанным коридорам. Это был самый настоящий лабиринт, но Жрец знал его лучше, чем свое тело. По очередному извилистому коридору без окон он прошел в свои покои. Они были убогими, но роскошными по меркам других жилищ на этих пяти островах.

Тут хотя бы было чище, чем в зале церемоний. В темной комнате было маленькое окно с решеткой. Оно находилось на потолке, так как сама комната была ниже уровня земли. Под окном, на полу, стояло блестящее ведро, куда капала вода во время дождя. Из мебели тут была широкая кровать, заплесневелый шкаф для одежды и рабочий стол с креслом перед ним. Дверь сбоку вела в ванную комнату. Всем, кроме уборщиков, вход в эти покои был строго воспрещен. Да и люди на должности уборщиков обычно жили не слишком долго.

Жрец запер дверь на ключ и положил его в тайный ящичек рабочего стола.

«Когда-нибудь я забуду, куда положил этот ключ, и умру здесь. Наконец!» – подумал он и внимательно посмотрел, куда кладет ключ, будто не доверял своим рукам. Затем он снял маску и ощутил облегчение. В комнате было душно, но этот воздух казался ему свежим: ведь теперь маска не мешала ему дышать. После этого он поставил ее на стол и начал снимать плащ, оставаясь только в нижнем белье. Ему стало холодно: пот начал испаряться. Жрец убрал плащ в шкаф и посмотрел на ненавистную маску. У него возникло непреодолимое желание ударить по ней, чтобы она упала на пол, но он не стал этого делать. Вместо этого он звонко хрустнул затекшей шеей и пошел в ванную. Это была более светлая комната: там имелось два маленьких окна. В ванной комнате было зеркало и круглая ванна с краном, подсоединенным к вмурованному в стену баку, копившему дождевую и морскую воду. Там всегда было полно жидкости. По трубе вода также шла к крану перед зеркалом. Раковины не было; вместо нее имелась темная дырка в полу.

Жрец подошел к рычагу на стене и начал его вращать. Железные пластины стали выезжать из стены и закрывать окна, оставляя лишь маленькие щели. Комната погрузилась почти в полный мрак, что было приятно глазам Жреца. Он, даже не снимая нижнего белья, сел в круглую ванну и открыл кран, чтобы умыть лицо. Казалось, что он продирается к коже лица сквозь плотную пленку пота. Это умывание доставило ему большое удовольствие.

Умывшись, он ополоснул всего себя водой и потянул за веревку, торчащую рядом из стены. Раздался тихий звон колокольчика. Сейчас слуги начнут самое приятное: они подадут пар.

Раздался лязг механизмов. В стенах открылись ниши со спрятанными трубами. Из них повалили клубы водяного пара. Стало влажно и жарко. Для Жреца это было приятное ощущение. Он едва открыл кран, и теплая вода потекла ему на грудь. В таком состоянии он расслабил мышцы и откинулся на бортик ванной. По нему текла теплая вода, а все вокруг наполнялось обволакивающим паром. Было темно.

– Блаженство! – проговорил он и почувствовал, как начинает засыпать. Он не стал сопротивляться этому позыву организма и прикрыл глаза. – Блаженны уставшие телом, ибо они выспятся! – добавил Жрец, но вода, слегка щекотавшая его, мешала уснуть. Однако он так устал, что ему было лень даже пошевелить рукой, чтобы выключить кран. Он решил ничего не делать, а просто расслабиться и отдохнуть.

– Отдыхаешь? – вдруг услышал он рядом с собой издевательский голос.

– Кто здесь! – яростно крикнул Жрец и открыл глаза. – Сюда запрещено входить, неверный!

Но вокруг никого не было. Глаза Жреца были привыкшими к темным помещениям, и он сразу осмотрел всю комнату. Он был там один.

– Мне можно входить всюду, – нагло продолжил голос. – Я могу только шептать, но этот шепот ты будешь слышать везде.

– Повелитель! Вы снова решили меня посетить! – измученно откликнулся Жрец, начиная понимать, что ему не суждено сегодня отдохнуть. Фантом никогда не приносил хороших вестей.

– Ты рад мне? – спросил Враг Идеи.

– Как же я могу быть не рад! Не часто Повелитель удостаивает меня своим посещением.

– Потомок пустынников! Я могу читать все твои мысли. И я знаю, что ты не особенно рад мне.

– Так зачем вы спрашиваете?

– Чтобы проверить твою культуру. Мне нравится слушать твою ложь. Тем более что я всегда могу сравнить твои слова с мыслями. Это так смешно! Хотел в ванне полежать, да? Расслабиться хотел?

– Хотел! – ответил Жрец. – И я думаю, что имею на это право. Я только что провел ритуал и могу отдохнуть. У меня сейчас время отдыха. Я не делаю ничего, на что не имею права.

– Совсем ничего? – иронично спросил Жрец.

– Совсем, – неуверенно ответил Жрец. – Но вам это лучше знать. Что-нибудь не так, Повелитель? Или вы просто хотите поговорить?

– Мне несколько миллиардов лет, – ответил голос. – Неужели ты думаешь, что мне интересно говорить с тобой, кто не проживет и ста лет? Да что ты можешь, дубина, мне сказать такого, что я бы не знал?

– Говорите, что вам нужно, – взмолился Жрец. – Я постараюсь все исполнить. Насколько это в моих силах.

– Как всегда, сначала угадай, что я прошу. А за каждый неверный ответ тебя ждет наказание. Дам подсказку: на твоих островах беспорядок!

– Насколько я могу судить своим ограниченным сознанием, у меня на островах все под строгим контролем. Я могу управлять каждым из пяти островов и всеми их жителями. Каждым подданным! Никто не сделает ничего незамеченным. Наша гвардия всегда следит…

– Хватит! – крикнул голос так, что у Жреца заболела голова. – Час головной боли! Это первое наказание. Хватит кичиться своим всевластием, ты, ничтожество! Плюнул бы я на тебя, но моя метафизическая слюна не просачивается в этот дрянной мир.

Жрец сморщился от головной боли и стал массировать виски, но это не помогало. Он открыл холодную воду и стал лить ее на голову.

– Это слишком сильная боль! Можно сделать немного поменьше? – взмолился он. – Это невыносимо!

– Я что, похож на того, кто будет отменять свое же наказание? – с явной ухмылкой спросил Враг. – Нет, это не я! А теперь скажи, ты правда держишь все под контролем?

– Ну наверно, я…

– Просто да или нет! Без «наверно»! Отвечай, живо!

– Все! В смысле – да! – ответил Жрец.

– И ты можешь приказать своим гвардейцам все что угодно?

– Могу. Вашей властью они это сделают! – с болью в голосе ответил Жрец.

– И они могут доставить мне в Зал Церемоний любого подданного из твоего Союза?

– Любого! Зовите кого угодно! Я позабочусь, чтобы его доставили хоть сегодня.

– Самонадеянно, – усмехнулся фантом. – Но приятно слышать. Тогда, мой дружочек, окажи мне такую услугу. Прикажи своим гвардейцам доставить мне одну подданную. Знаешь, есть у вас в Союзе такая красивая девушка. Еще совсем юная. Впрочем, красотой меня не удивишь: я за свою жизнь перевидал очень много красивых девушек и юношей. Были и покрасивее, чем она. Но я хочу именно ее. Жрец, приведи мне Рглию!

Жрец заплакал и ударил себя кулаками по лбу.

– Вы же знаете, что ее здесь нет! Она не в моей власти! Зачем вы приказываете мне то, что я не могу выполнить?!

– Потому что она все еще наша подданная. И я хочу заполучить контроль и над ней. Более того, мне непонятно, почему ты, Жрец, ничего для этого не делаешь? Или ты забыл, что я жажду мести?

Жрец сделал глубокий вдох, но не почувствовал его.

– Я помню. Но наш человек уже выехал за ней. Я дал ему документы и деньги. Он работает. И пока от него нет вестей.

– А как же запасные планы? Почему ты так сильно доверяешь этому человеку?

– Я в нем уверен. Это очень хороший боец.

– Боец-то он замечательный. Да только ты отправил его не драться, а похищать. И вот что я тебе скажу: он мертв. Он смог лишь два раза мельком увидеть Рглию, но даже не коснулся ее тела. Миссия полностью провалена. Точка! Финиш! И я все ждал, когда же тебя посетит мысль послать еще кого-то. Придумать новый план. Но ты махнул на это дело рукой. Тебе плевать на Рглию. Подумаешь, минус одна девушка! Еще нарожают! Но мне-то не плевать. Я-то хочу властвовать над всеми! Значит, тебе и на меня плевать, ведь ты не хочешь исполнять мою волю.

– Что я могу сделать? – спросил Жрец. – Я не знаю даже, где она.

– Она уже в Союзе Императора, – равнодушно ответил фантом. – Еще вопросы?

– Этот Союз самый закрытый и неприступный, – в ужасе, заплакав, воскликнул Жрец. – Я ничего не могу там сделать. Никакие поддельные документы не помогут туда попасть.

– Потому что ты ничтожество, – подвел итог фантом.

– Так что же вы от меня хотите?

– Рглию. Ты еще не понял?

– Но оттуда я ее не достану! И вы это понимаете.

– Понимаю. Опять-таки, ты ничтожество. Ничтожен тот правитель, который не может распоряжаться своими подданными.

– Я могу распоряжаться всеми, кроме нее!

– Мне это не важно. Легко управлять теми, кто находится под дулом гвардейского револьвера. А ты попробуй поуправлять ей, находящейся на другом конце мира.

– Я не знаю, что я могу сделать, – сдался Жрец. – Я ваш верный слуга. Дайте мне инструкции, и я их выполню. Клянусь!

– Хорошо. Я дам тебе инструкцию. Но если ты провалишь и этот план, тебя ждет нечто похуже часа головной боли. А пока сделай воду погорячее. Я хочу, чтобы ты запомнил мои слова не только мозгом, но и кожей.

– Я не хочу себя ошпаривать, – запротестовал Жрец.

– Еще бы ты хотел! – рассмеялся голос. – Но если ты этого не сделаешь…

– Хорошо! – испугался Жрец и включил горячую воду, стиснув зубы от боли.

– Слушай внимательно. – Фантом говорил нарочито медленно. – В Союзе Императора все очень строго, но там нет служителей Идеи. Там я могу влиять на помыслы жителей куда лучше. На Рглию сложно влиять, потому что она успела омыться водой Идеи, но я и до нее доберусь. А до других жителей – еще проще. Я попробую обставить дело так, что Рглия окажется в Союзе дикарей. И там, у дикарей, она будет в твоей власти. Туда твои люди имеют доступ. И оттуда-то ты ее украдешь. Понял?

– Да, я все сделаю! – вне себя от боли ответил Жрец.

– Поблагодари меня, – потребовал фантом.

– Благодарю! – прохрипел Жрец.

– За что ты меня сейчас благодаришь? – ехидно спросил Враг.

– За все! Абсолютно за все!

– Неправильно! В тебе нет ни капли благодарности. Ты сейчас думаешь только о кипятке, который прожигает твою кожу. А благодарить меня надо за то, что я сам делаю работу, которую должен был сделать ты. Ясно?

– Ясно! – крикнул Жрец, не в силах сдерживаться.

– Действуй и будь начеку! А пока можешь выключить воду. До встречи, негодник! – сказал фантом и умолк.

Жрец повернулся всем телом и включил ледяную воду. Кожу все равно сильно жгло.

– О нет! – слабо сказал он, ложась на дно ванны. – За что мне это все!

Голова продолжала нестерпимо болеть. Жрец подумал: а может, стоит набрать полную ванну холодной воды и утонуть в ней? Тогда и голова пройдет, и кожа перестанет щипать, и фантом перестанет донимать его своими заданиями.

– Тогда, – снова возник устрашающий голос, – ты попадешь прямо ко мне в руки. И я тебя не похвалю!

Жрец снова ударил себя кулаком по лбу. Он выключил воду и решил пойти к врачам, чтобы они обработали его ожоги.

Тем временем Враг начал активно действовать.