ГЛАВА 21. ПОЛЁТ ВОРОНА

Бесцельно бродя по залитому солнцем Атерину, Саффрон вспоминала о родителях, их ветхом доме в Лунесе и любимой настольной игре.

— Сегодня мы поиграем в кое-что новенькое, — заявил Джоран одним вечером плентинга, выкладывая на низкий стол в гостиной незнакомую деревянную коробку.

Саффрон, сидевшая на полу, нахмурилась, скрестив ноги.

— Но я очень люблю шахматы.

Джоран улыбнулся, открыл коробку и достал оттуда большую, разделенную на квадраты доску. Он разложил на столе детально прорисованную карту с зонами, ведущими из одного конца поля в другой. Путь пролегал через леса, горы и реки, извергающиеся вулканы и затопленные болота. Выступы на доске изображали рельеф местности.

— Она называется «Полет ворона». Смотри, какая красивая.

Саффрон театрально вздохнула, сдувая с лица кудрявый локон.

— Красота меня не волнует. Я хочу победить.

— Какая ты упрямая для шестилетней девочки, — рассмеялась Меллора, садясь на пол рядом с Сафф. Глаза у нее блестели от медовухи. — Такой и оставайся, солнышко.

Джоран достал из коробки трех вырезанных из дерева воронов и поставил на первый квадрат. Он коснулся палочкой их покрытых перьями спин, и на фигурках появились инициалы игроков: «С», «Дж» и «М».

— Суть игры в том, чтобы провести своего ворона через поле и чтобы он доставил письмо королю. На некоторых квадратах нужно будет вытягивать Карту Судьбы, и тогда, возможно, придется отступить назад из-за драконьего огня, а может, вам улыбнется удача, и попутный ветер отнесет вас вперед. Победит тот, чей ворон первым доставит королю послание.

— Значит, здесь не нужно ничего уметь, — проворчала Саффрон. — Просто кидать кубик и полагаться на Карту Судьбы.

— Нет, у тебя будут ресурсы, которые ты сможешь распределять по своему усмотрению. — Джоран вытащил пригоршню маленьких деревянных фигурок. — Разведчики, которых можно отправлять вперед, золотые перья, чтобы пропустить квадрат, но использовать их можно лишь один раз. И тебе придется решать, когда спускаться с неба на землю, чтобы накопать червей. Если лететь голодным, то к концу игры с вороном можно будет попрощаться.

— Кроме того, — усмехнулась Меллора, растрепывая серебристые локоны Сафф, такие же, как у нее самой. — Иногда задача не только в том, чтобы превзойти соперников. Иногда придется действовать с ними сообща.

— Неудачники так бы и сказали, — пробормотала Саффрон.

Игра длилась час, и Сафф лидировала до самого последнего момента. На квадрате прямо перед королевским замком она вытащила просто ужасную Карту Судьбы, которая отправила ее обратно в горы, искать потерянное письмо. Свое золотое перо Саффрон уже использовала, так что Меллора опередила ее и победила.

Сафф драматично уселась на диван, сложив на груди руки и наморщив лоб.

— Видите? Вот поэтому я больше всего люблю шахматы. Там не нужно бояться неудачи. Выигрывает тот, кто лучше всех играет.

Джоран с мудрым видом кивнул, будто это и был урок, который он хотел преподать с самого начала.

— И по этой причине игры вроде «Полета ворона» лучше всего показывают настоящую жизнь. Иногда ты можешь все сделать правильно, но это все равно не сработает. Иногда обстоятельства будут несправедливыми, и тебе все равно придется приспосабливаться. Выстраивать новый план. Искусство адаптироваться сослужит тебе хорошую службу, любовь моя.

Воспоминания были теплыми, пропитанными запахом медовухи и золотистым светом, напоминая о том, что Саффрон потеряла и на что была готова, чтобы свести счеты с Кровавой Луной.

Но они также будто отдавались в груди звоном колоколов. Ситуация с кланом была не простой и продуманной, как шахматная партия, а походила скорее на «Полет ворона». Каждое событие напоминало вытягивание Карты Судьбы или бросок кубика, и все, что Сафф оставалось — это быть начеку. Приспосабливаться и адаптироваться. Выстраивать новый план.

Поэтому она не запаниковала, когда вернулась в особняк и обнаружила Воголана у себя в спальне.

По крайней мере, в первые мгновения Саффрон не испугалась.

Он устроился на краю кровати. Порез после пощечины Лириана уже был магически исцелен, так что от него не осталось и следа. Сальные седые волосы Воголана были зачесаны назад, глаза цвета графита — полны зловещего понимания.

— Чувствуешь себя чистенькой, Мерзкая Мантия? — протянул он.

Святые. Так Воголан все-таки за ней следил?

Сафф проявляла большую осторожность, но правая рука главаря был зельеваром. Он носил с собой эликсир невидимости, который славился сложностью приготовления и состоял из редких и запрещенных ингредиентов? Но когда в твоем распоряжении все асцены в мире…

Она вдруг вспомнила, как Воголан превратился из тени у портьеры в человека. Он и в купальнях скрылся как-то так же?

Хотя бы Аспар была достаточно дальновидной, чтобы создать подобие заглушающего щита.

— Эм, да, — ответила Саффрон, заставляя себя стоять ровно. — А что?

— Как следует искупалась?

— Думаю, мы уже сошлись на том, что так и было.

На лице Воголана расползлась мерзкая улыбочка.

— Когда я входил в купальни, ты была там одна. Но могу поклясться, что когда раздевался, то видел, как из галереи выходит одна знакомая. Самая серебряная из Серебряных Мантий.

— Может, так и было, — спокойно ответила Саффрон. — Но в купальнях я была одна.

Воголан встал с кровати и медленно подошел к двери, возле которой стояла Сафф.

— Хочешь сказать, что капитан Элодора Аспар, та самая, что дала против тебя показания в суде, по чистой случайности оказалась в купальнях в то же время, что и ты?

— На мне клеймо верности. — Саффрон тяжело сглотнула и заставила себя посмотреть в его полные ненависти глаза. Сердце у нее дрожало. — Если бы я хоть как-то предала Кровавую Луну, то так и умерла бы в воде.

Он хрипловато и грубо фыркнул.

— Знаешь, Мерзкая Мантия, я — человек не религиозный. И думаю, что большинство вещей, которые праведники считают свидетельствами божественного вмешательства — просто случайности. Совпадения. Но все-таки даже в моих глазах это совпадение слишком уж странное.

Разум Саффрон извивался и дергался в поисках наименее опасного выхода из ситуации.

— Ладно, ты меня подловил. Я презираю эту женщину за то, что она сделала, — проговорила Сафф холодно и спокойно, как это делали главарь и его сын, когда обсуждали хладнокровные убийства. — Если хочешь знать, я ходила туда, чтобы ее убить. Перерезав горло Нитрасу, мне стало понятно, что это не так уж и трудно. Но когда пришла в купальни, Аспар там уже не было. Доволен?

История была жалкой и неубедительной. Раскрыть убийство капитана было бы легче всего в истории. Прослеживался четкий мотив, их имена значились в списке посетителей. Но Саффрон думала на ходу, и, следовательно, могла споткнуться.

— Чрезвычайно. — Изо рта Воголана воняло прокисшим чаем с табаком. — Знаешь, что еще делает меня довольным?

Сафф ничего не сказала, просто злобно посмотрела в ответ.

— Джелато.

Одного этого слова вместе с самодовольной ухмылкой на его лице было достаточно, чтобы у Сафф кровь застыла в жилах.

Воголан театрально улыбнулся.

— Видишь ли, наш главарь так сильно любит банановый пирог с мороженым, что я подумал, почему бы мне самому не нанести визит Папе Марриосану? Не убить двух зайцев одним выстрелом?

Нет.

— Папа Марриосан работает в магазине на Бульваре Арролана каждый опарлинг, после полудня, сам обслуживает покупателей. Ну разве он не достойный и трудолюбивый человек? Так что я зашел к нему купить бананового пирога с мороженым.

Саффрон не могла пошевелиться, не могла вдохнуть.

— Впрочем… Может, мне стоит рассказать все с самого начала. — Воголан потеребил кончики седых усов. — Сегодня рано утром я нашел Аурию Марриосан. Милая девочка, правда? У нее такие любопытные шрамы. Она выглядит невинной, а характер просто отвратительный, ой-ой.

— Что ты с ней сделал? — хрипло спросила Саффрон, чувствуя, как в животе все сжимается от ужаса.

— Я всего лишь спросил, как идут поиски Налезин Зарес. Просто хотел поддержать ее, немного подбодрить. Напомнить ей, что стоит на кону, и все такое. И знаешь, что любопытно? Она никогда в жизни не слышала этого имени. Не вспомнила даже под эликсиром правды.

Святые.

Саффрон не назвала Аурии имя.

И теперь…

Воголан дернул челюстью.

— И это привело меня к двум предположениям. Либо она выдающаяся лгунья, либо… ты. Может, ты вовсе и не просила ее помочь. Может, ты назвала ее имя просто чтобы выиграть время и ускользнуть из всего этого еще до того, как Марриосан во все впутается.

Саффрон яростно замотала головой.

— Нет, это не так. Тем вечером я не смогла найти Аурию и связалась с другим человеком. Чтобы быстрее получить информацию.

Такая мелкая деталь, как пропуск имени, грозила все разрушить.

Приспособиться, адаптироваться, выстроить новый план.

Воголан сочувственно вздохнул.

— Я очень надеюсь, что это неправда. Потому что тогда все, что я сегодня сделал с Папой Марриосаном было зря.

Он оглядывал каждый дюйм ее лица, наслаждаясь реакцией. А на его собственном считывалось почти что… возбуждение? Воголан хотел увидеть, как она корчится, но Сафф не собиралась показывать слабость. Вместо этого она встретила его отвратительное самодовольство с развернутыми плечами и полным ненависти взглядом.

— На самом деле, я этим весьма горжусь, — ласково сказал он. — В нашем деле новые способы убивать людей довольно быстро заканчиваются, а когда делаешь одно и то же снова и снова, то со временем становится скучно. Но рожки для мороженого можно превратить в прекрасное оружие, если воткнуть их в чей-то глаз так глубоко, что мозг вытечет наружу, как слезы.

Где-то в глубине души Сафф будто вопил раненый зверь.

Милый Папа Марриосан, с его радостным смехом и круглым животом. Он делал самое лучшее знаменитое мороженое.

И умер из-за нее. Из-за того, что она всего раз оступилась.

Аурия никогда не оправится. Поймет ли она, что это все вина Саффрон? Свяжет ли эти проклятые факты? Аурия была одним из лучших сыщиков за всю историю Атерина. Конечно, она сможет разглядеть картинку целиком. И поймет, какую роль во всем сыграла Сафф.

— И еще, Мерзкая Мантия, — прорычал Воголан, поднимая палочку. — Больше не ходи к своему бывшему капитану без нашего одобрения. Это приказ, а ослушаться приказа — смертный приговор, раз уж у тебя есть клеймо. — Он прижал палочку к ее предплечью, и его отвратительное лицо исказилось в хищной гримасе.

— Sen efractan.

Кости должны были тут же разлететься на части.

Должны были, если бы Саффрон не была устойчива к магии.

Ее охватил ужас, и она не смогла достаточно быстро создать иллюзию.

Когда ничего не произошло, страх пронзил Сафф ослепительной вспышкой.

Воголан опустил взгляд на палочку, нахмурился и повторил:

— Sen efractan.

И снова ничего не произошло.

— Невидимый щит, — спокойно объяснила Саффрон. — Я создала его еще до того, как вошла в комнату. Но попытка засчитана.

И все же в голове Воголана ужасающе медленно сложилась картинка. Он поднял на нее взгляд бледных, полных холодного осуждения глаз, на желтоватом лице отразилось понимание.

— На тебя не действует магия, — прорычал Воголан, и в глубине его зрачков вспыхнуло удовлетворение. — Поэтому ты добровольно выпила эликсир правды. Поэтому с такой готовностью просила тебя заклеймить. Ты по-прежнему Серебря…

— Sen ammorten, — сказала Саффрон, и смертельное проклятие попало точно в цель.