— Карион, — голос сорвался, но я заставила себя продолжать. — Ты Апогей?

Он даже не моргнул. Не вздрогнул. Только смотрел на меня спокойно и выжидающе. Потом довольно прищурился.

— Умница, — шепнул он, снова зарываясь лицом в мои волосы. — А я всё ждал, когда ты соберёшься с духом. Ты оказалась смелее, чем я думал.

— Ну да, конечно, — вырвалось у меня нервное. — Да я всю ночь не спала. Тряслась над планшетом, как нашкодивший ребёнок. Ты можешь ответить да или нет? — я попробовала вырваться из его хватки, но закономерно потерпела неудачу.

Меня сжали еще крепче и надежнее. Мягко куснули в мочку, заставив замереть.

— Да, — ответил он спокойно, когда я прекратила дергаться. — Я Апогей. Шшш… чего ты так испугалась? Другого моего имени?

Я же чувствовала себя так, словно меня только что ударили под дых. В голове звенела пустота, а легкие горели от нехватки кислорода. Я просто задыхалась от потрясения.

Самое обидное, что я ведь догадывалась. Подозревала, что он не прост, но вот чтобы настолько. Это был настоящий шок.

— Ты хотел, чтобы я нашла, — внезапно догадалась я. — Ты ведь специально назвал мне свое имя. Чтобы я начала искать. Так?

Карион усмехнулся с явным одобрением.

— Да, хотел. Я не собирался от тебя ничего скрывать. Думал, ты оценишь мою откровенность.

— Что? Ты просто назвал мне имя. Почему нельзя было все сразу там и сказать, кто ты? — взъярилась я и получила в ответ страстный жадный поцелуй, после которого и накал как-то резко спал и еще клятое возбуждение затопило с головой.

Этот хард умел так целовать, что ноги отказывали от восторга. И где он научился только?

— Прости, — хрипло шепнул он в мои распухшие губы. — Ты просто такая соблазнительная, когда злишься. Не смог удержаться…

А я смотрела на него и не знала, что сказать. Потому что внутри вроде еще всё кипело — страх, обида, любопытство, злость. Но все это как-то уже фоном. На первый план вышла другая мысль и совсем другое чувство.

Горечь. Мне вдруг горько было осознать, что я так глупо попалась в плен красивых багровых глаз и совершенно потеряла всякое самоуважение и осторожность. А еще я так некстати вспомнила слова Тимура о причинах такого интереса ко мне.

Ведь Карион, наверно, долго был в поиске той, кто сможет выдерживать его смертоносную энергетику. Наверняка. А теперь вот нашел. Точнее я сама попалась.

Хочет, чтобы я оценила его откровенность? Что ж, тогда время для неудобных вопросов настало.

— Зачем я тебе? — вырвалось у меня с той самой горечью, что отравляла сейчас меня изнутри. — Чтобы стать инкубатором? Ведь раз ты тот кто ты есть, то для тебя точно не тайна, кто я на самом деле. Землянка. Идеальная пара для харда. Так?

Карион нахмурился. Впервые за весь разговор его лицо потеряло спокойствие. Брови сдвинулись, глаза потемнели.

— Инкубатор? — повторил он, и в тихом низком голосе зазвенел настоящий лёд. — Откуда ты это взяла? Кто тебе такое сказал?

Я вздрогнула от его тона. Но отступать было уже некуда. Да и не хотела я останавливать этот разговор. Если уж узнавать, то всю правду, какой бы страшной она не оказалась. Но про Тимура я говорить не хотела.

— Это не важно, — ответила я, отводя взгляд. — Его давно нет в живых. Но он спас меня и мою сестру. Благодаря ему мы еще живы и не в лапах контрабандистов.

Карион молчал несколько секунд. Я чувствовала его тяжёлый, прожигающий взгляд.

— Мария, — неожиданно произнес он вдруг тихо и даже почти мягко.

Посмотрел на меня, оценивающе прищурив глаза. Настроение и атмосфера внутри флаера резко поменялась, и я пока не понимала в какую сторону.

— А хочешь узнать всю правду? — задал он неожиданный вопрос.

Я замерла настороженно. С этим хардом нельзя было расслабляться ни на секунду. Я вот поддалась эмоциям и поплатилась уже. Не отпустит точно. Но может хоть за Катю поторгуюсь?

— Какую правду? — поинтересовалась осторожно.

— Настоящую. Ту, что скрывается за всеми слухами, что ты слышала, и твоими, и чужими страхами, — ответил он. — Которую твой спаситель, возможно, сам не знал. Или знал, но почему-то не сказал тебе.

— Я знаю правду, — ответила я неуверенно. — Харды охотятся на землянок. Вы… используете нас. Для себя…

— Ммм… какая интересная версия, — перебил он мягко. — Это та правда, что ты знаешь, Мария? Откуда? Из рассказов перепуганного землянина, который всю жизнь прятался? Или из грязных слухов и сплетен?

Я молчала. Сказать хотелось много всего, но я понимала, что все это будет звучать глупо, в попытке оправдать свои фобии. Я верила Тимуру. Ну, а кому я еще могла верить в этом мире?

Карион же довольно кивнул.

— Я могу подробно рассказать тебе, — искушающе прошептал он, наклоняясь ближе. — И не только рассказать, но и показать очень наглядно. Что на самом деле делают харды с землянками.

Его губы оказались в миллиметре от моих. Я чувствовала его горячее дыхание. Сердце пропустило удар, потом еще один. На щеки плеснуло кипятком. Они сразу вспыхнули злым пожаром.

— И что же они делают? — не выдержала я.

Честно говоря, меня сейчас откровенно бесила его самоуверенная непробиваемость. Хотя, наверно, я его тоже забавляла своим упрямством.

Но ведь ты же хотела правды, Маша? Вот, черпай полной ложкой. Только ее еще нужно вытянуть из этого красивого засранца-харда, который словно издевается надо мной который день.

А я все дальше уходила от точки невозврата в глубь его хитрой ловушки.

Карион усмехнулся знакомой опасной, хищной усмешкой. Птичка попала в его сети.

— Чуть позже и не здесь, — ответил он и кивнул в сторону.

В этот момент флаер мягко коснулся посадочной площадки у клиники. Я и не заметила, как мы прилетели. Дверь плавно открылась, впуская прохладный утренний воздух.

— Выходим? — он поднялся первым, легко выскочил наружу и протянул мне руку.

Так естественно, будто всю жизнь только этим и занимался. А я все еще находилась в подвисшем состоянии. Голова отказывалась работать. Смотрела на его ладонь и не двигалась.

— Идём, Мария. Твой пациент тебя ждет, — Карион сделал короткий нетерпеливый жест пальцами. — А после поговорим. Серьезно.

А я снова вспомнила, как эти сильные пальцы гладили мою грудь, как сжимали бёдра, когда его твердая горячая плоть таранила мое тело. И жарко стало везде.

Карион приподнял уголки рта, глубоко втянув воздух носом.

Я заглянула в его серьезные, багровые глаза и… молча, вложила свою руку в его ладонь.