— Какие правила, Дон?

Смысла переспрашивать, почему поединок будет проходить прямо сейчас, не было. Более того, я прекрасно понимал, что это и есть план Дона, ведь по-другому захват командного центра был бы неизбежен. Сейчас же ксуры попали в ловушку собственных традиций.

И, поскольку времени всё так же было в обрез, я решил расправиться с офицерами как можно быстрее. Но для этого мне нужно было знать, как у ксуров проходят поединки чести.

— Тот, кого ты оскорбил, а ты оскорбил всех разом, — затараторил Дон, — может принять вызов в любой момент. Они ещё не знают, кто ты, поэтому будут драться по очереди, но после нескольких твоих побед, оставшиеся нападут на тебя разом.

— Понял, — буркнул я, внимательно следя за тем, как ксуры встают полукругом.

Отсек перед командным центром был в два раза больше стандартного, и здесь хватало места, чтобы устроить импровизированную арену.

Я не слышал, о чём говорят между собой ксуры, но понимал — они решают, кто будет драться первым.

— Я бы посоветовал тебе затягивать поединки, делая вид, что ты побеждаешь из последних сил, но на это нет времени, Вик, — продолжил Дон. — Поэтому бейся в полную силу. Но без молний. Их оставь напоследок.

— Услышал. Что по оружию?

— Любое, — отозвался Дон. — И обрати внимание, что у офицеров есть импульсные бластеры. Чем больше раз ты подставишься под их выстрелы, тем хуже придётся твоей энергоструктуре.

— Пока что я не услышал ничего критичного, — протянул я, дожидаясь, пока ксуры закончат спорить и выберут первого поединщика.

— Их скафы не чета твоему, — предупредил Дон. — У тебя — гвардейский, с усечённым функционалом, а у них — офицерские.

— Что значит, с усечённым функционалом? — не понял я.

— Ты сам сбросил хвост и активировал режим «Экстра», — отозвался Дон. — Кстати, сейчас нет смысла его выключать. Резко потеряешь в скорости и мобильности.

— Когда он вырубится, я смогу выскочить из скафа?

— Он откроется автоматически, — успокоил меня Дон. — В идеале, чтобы это случилось на третьем поединке. Потому что четвёртого уже не будет.

— Что-нибудь ещё? — уточнил я, замечая, как вперёд вышел самый рослый ящер.

— Постарайся завладеть силовым щитом и силовым мечом, — подсказал Дон. — Поединок начнётся, как только ты его атакуешь. Удачи, Вик. А я пока попробую повысить наши шансы на выживание.

Дон явно имел в виду не поединок с ксурами, а общее положение дел, поэтому я не удержался и уточил:

— Как там снаружи?

— Осталось где-то полсотни ксуров. Кого-то я смог подорвать на минах, кого-то расстрелял из турелей, успел обесточить несколько десятков скафов. Но ещё немного, и все оставшиеся бойцы пойдут на штурм крома. И чем больше времени ты мне выиграешь, тем труднее будет их путь по коридорам пункта управления, Вик. Хорошо хоть, большинство гвардейцев удалось уничтожить…

Я хотел было поинтересоваться, каким образом самоликвидировавшийся танк смог уничтожить казарму с гвардейцами, но не успел. Вышедший вперёд ксур вскинул перед собой клинок с силовым лезвием и что-то прошипел.

— Используй предплечья, — подсказал Дон. — Там специальное напыление, которое сможет выдержать несколько ударов силового клинка.

— Понял, — бросил я и, шагнув вперёд, вскинул перед собой штурмовую винтовку.

Я не стал стрелять в забрало скафа — зачем, если оно защищено как раз против таких попыток ослепить его владельца? — и выбрал своей целью руку, сжимающую силовой меч.

Три сгустка плазмы, один за другим, угодили в перчатку ксура, а следом в него полетела ненужная больше винтовка.

Не знаю, нанёс ли я серьёзный урон своему противнику, но план-минимум оказался выполнен — ксур перекинул клинок в левую руку.

Он хотел было поменять и щит, но я не дал ему на это времени.

Рванув вперёд, я принял на правое предплечье удар силовым мечом и с силой вбил левый кулак ему в забрало.

Моя сила, помноженная на массу скафа и усиленная режимом «Экстра», дала свои плоды — по забралу побежала сеть трещин, и ксур, запаниковав, попытался проткнуть меня своим силовым клинком.

Он сумел пробить мой скаф, но вместо того, чтобы наколоть меня на меч, словно бабочку, лишь оцарапал мне бок.

Я же, воспользовавшись моментом, навалился ему на руку, выбивая застрявший в моём скафе меч из рук ксура. А как только это у меня получилось, боднул его шлемом в расколотое забрало и, резко присев, схватил его за ноги.

Рывок назад, и ксур, несмотря на опору в виде хвоста, валится на землю.

Уверен, у него и в мыслях не было, что я смогу просто взять и сбить его с ног!

Стоило противнику оказаться на земле, я пнул его по забралу и, услышав треск ломающегося стекла, с силой опустил свою ногу на его треснувший шлем.

Да, смять с первого раза шлем не получилось, но я и не думал останавливаться, буквально затаптывая ксура насмерть. Но и этого мне показалось мало, поэтому, воспользовавшись тем, что ксур ушёл в глухую оборону, я выхватил силовой клинок из своего скафа и вонзил его в расколотое забрало.

— Русы против ящеров! — нервно хохотнул я, прокручивая меч. — Один-ноль!

— Сзади! — возглас Дона заставил меня пригнуться, и выстрел из импульсного бластера задел меня лишь краем.

Но и этого хватило, чтобы мир на мгновенье поплыл, а на меня накатила волна слабости.

Выстреливший в меня ксур и не думал останавливаться, разряжая в меня свой бластер.

Всё, что пришло мне в голову, подхватить убитого ксура и, прикрывшись им, словно щитом, броситься на стрелка.

— Семь процентов, Вик! — крикнул Дон. — Ещё немного, и скаф разрядится!

Как там сказал Дон? Три поединка? Как бы не так!

Мой манёвр с телом своего товарища ксуры расценили как атаку на всех разом, и с ходу кинулись в бой. К счастью, хоть кубрик и был просторным, здесь не было достаточно места, чтобы разорвать дистанцию и расстрелять меня издалека.

На мой скаф обрушились удары силовыми мечами, но я, понимая, что обратный отсчёт пошёл на секунды, сфокусировался на стрелке.

Я не стал тратить время и вытаскивать силовой меч из забрала первого ксура, и, впечатав его тело в стрелка, навалился на силовой меч.

Клинок с заметным сопротивлением вышел сначала из шлема первого ксура, а затем вонзился в грудь стрелка.

Я понимал, что одного такого укола будет недостаточно, поэтому пустил по мечу молнию.

Стрелка затрясло, а я, крутанувшись на месте, попятился назад так, чтобы оказаться спиной к стене.

— Выход!

Подкрепив ментальную команду голосом, я дождался, когда скаф раскроется, и буквально выпрыгнул из него.

— Вырубаю свет! — прогремело из динамиков, и в следующий миг кубрик погрузился в абсолютную темноту.

Я тут же упал на пол и, стараясь держаться ближе к стене, пополз вперёд — чтобы напасть на оставшихся ксуров со спины.

Темноту разрезал свет нагрудных фонарей ксуров и вспышки плазмы, но мне, в отличие от ксуров, не нужно было смотреть, чтобы чувствовать противников.

Вскочив на ноги, я скользнул за всё ещё бьющегося в конвульсиях стрелка и вырвал из его хвата импульсный бластер.

Рывок в сторону и, оказавшись позади третьего ксура, несколько раз выстрелить ему прямо в затылок.

Ксур поплыл, и я, прижав бластер в сочленение между скафом и шлемом, разрядил остатки бластера.

— Готов! — подсказал Дон, который видел показатели всех без исключения скафов. — Силовой меч в наспинном креплении! Но сначала расстреляй магазин штурмовой винтовки!

Я, действуя, словно робот, поднырнул ему подмышку, не давая осесть на пол, и, выхватив винтовку, разрядил её в пах ближайшему ксуру. Затем, отпрянув назад, выхватил из его наспинных ножен силовой клинок и вместе с ним упал на пол.

И вовремя!

Ксур, чью броню практически прожгло плазмой, развернулся и дал длинную очередь по тому месту, где я только что был. Я же, проскользнув ужом вдоль стены, вскочил на ноги, одновременно с этим рассекая противника снизу вверх.

Через размягчённую плазмой броню силовой меч прошёл, как горячий нож сквозь масло, но уже ближе к груди застрял. И это, несмотря на силу, с которой я нанёс удар!

Пустив через меч молнию, я выпустил повреждённый клинок из рук и, не обращая внимания на задёргавшегося ксура и ударивший в нос запах жареного мяса, прыгнул влево.

Замерев за тушей третьего ксура, чей мозг, благодаря очереди из импульсного бластера, превратился в кисель, я выхватил из кобуры ещё один бластер и принялся наблюдать за оставшейся двойкой ксуров.

Один, прижавшись спиной к стене, судорожно водил перед собой дулом штурмовой винтовки, второй, вооружившись силовым мечом и щитом, крутился вокруг своей оси, освещая нагрудным фонарём все углы и убитых ксуров.

И действовали они настолько слаженно, что я заподозрил их в наличии связи.

— Нет у них связи, — прочитал мои мысли Дон. — Я глушу все каналы. И периодически бью им по ушам сиреной. Лежи, где лежишь, Вик. Сейчас попробую их отвлечь.

В следующий момент в коридоре, из которого я пришёл, послышался громкий шум и… выстрелы?

Ксур с винтовкой тут же взял проход на прицел, а вооружённый мечом и щитом ящер двинулся к перегородке, чтобы прикрыть собой вход.

Учитывая, что оба ксура подумали, что я сбежал, мне предоставился уникальный шанс поставить точку в нашем противостоянии.

Не раздумывая ни секунды, я оказался на ногах и, вжавшись в стену, двинулся к вооружённому винтовкой ксуру.

Ему или его напарнику достаточно было повернуться в мою сторону, чтобы их нагрудные фонари выхватили меня из тьмы, но всё внимание ксуров было сосредоточено на входе в кубрик.

Подкравшись к стрелку, я повторил уже удавшийся фокус и разрядил весь бластер в шлем офицеру.

Он мгновенно поплыл, но добить его я не успел — последний ксур, услышав звуки выстрелов, резко развернулся и, оценив ситуацию, бросил в меня… гранату.

Я даже не стал удивляться, что он только что списал своего боевого товарища. Наоборот, в голове, независимо от моего желания, всплыло воспоминание о трёхсекундном запале, и я, шагнув вперёд, поймал гранату и бросил её обратно.

Причём, помня о силовом щите, бросил не прямо в ксура, а над ним — так, чтобы пролетела у него за головой.

А в следующий момент, когда я уже падал на пол, чтобы уменьшить площадь поражения — и неважно, что между мной и гранатой находится противник! — я почувствовал, как правый бок и плечо обожгло огнём.

Крутанувшись юлой, я перекатился к стене и, спрятавшись за вялым стрелком — очередь из импульсного бластера не прошла даром! — переждал яркую вспышку плазменной гранаты.

Дальнейшее было делом техники — сначала вырвать у него из рук штурмовую винтовку и разрядить в стык между шлемом и скафом. Потом добить последнего ксура.

Взорвавшаяся граната, несмотря на силовой щит, оторвала ему руку, и я, не придумав ничего лучше, ударил в сочащуюся кровью рану молнией.

— Отлично, Вик! — одновременно с голосом Дона включился свет, озарив последствия «поединка чести», который практически сразу же превратился в бессмысленную и беспощадную резню. — Собирай трофеи, я подсветил, и дуй ко мне.

Трофеев, как оказалось, было раз-два и обчёлся — силовой клинок, две штурмовых винтовки, с десяток плазменных гранат и импульсный бластер.

Остальное было безнадёжно испорчено шальным огнём и взрывом гранаты.

Убрав оружие в Инвентарь, я призвал оттуда запасной школьный мундир и направился к практически вскрытой перегородке. Офицерам ксуров не хватило какой-то минуты, чтобы пробить достаточный для них проход и добраться до пункта управления.

К счастью, проделанной дыры более чем хватило, чтобы я пролез к Дону.

— Привет, Вик! — жизнерадостно заявил осунувшийся партнёр. — Знал бы ты, как я рад тебя видеть!

Руки Дона безостановочно мелькали над огромной приборной панелью, и одновременно с этим он следил за тем, что происходит на десятках экранов.

— Каков план? — уточнил я, стараясь не обращать внимания на жжение в спине и боку.

— Я остаюсь здесь, — криво усмехнулся Дон, — а ты для начала вколи себе боевой коктейль. Он, правда, предназначен для ксуров, но твой организм справится. Дорогу к аптечке я тебе подсветил.

И действительно, на полу вспыхнули световые панели, ведущие к ближайшей стене, около которой стоял ярко-зелёный шкафчик.

— Ты уверен? — уточнил я. — Чувствую я себя, в общем-то, неплохо.

— Это адреналин, — заверил меня партнёр. — Я видел практически все твои бои. Ещё несколько минут в таком режиме, и ты упадёшь.

Я прислушался к себе и, отметив поселившуюся в груди слабость, вынужден был признать, что Дон прав.

— А с коктейлем?

— Продержишься минут десять-пятнадцать, — «обрадовал» меня Дон. — По идее, этого должно хватить, чтобы зачистить базу. Вот только…

— Может, уже хватит? — не выдержал я, открывая зелёную дверцу медшкафичка. — Ни дня без сюрприза!

— Все претензии к По, — отрезал Дон. — По логике, испытание должно было начинаться здесь, но, судя по тому, куда бежит бо́льшая часть ксуров, придётся прорываться в шахты. Тебе, кстати, нужен оранжевый стимулятор.

— Снова шахты…

— Да там от шахт одно название, — отмахнулся Дон, не отрываясь от мониторов. — Я проверил, кроме ксуров здесь больше никого нет, а значит, добыча Истинного серебра не ведётся. Из того, что показывают камеры, там один большой зал и с десяток заваленных проходов.

— Один момент, — протянул я, снимая защитный колпачок со шприца.

Вколов стимулятор прямо в рану — в противном случае, я не смог бы пробить свою кожу — я зашипел от боли и посмотрел на Дона:

— И зачем мне туда?

— Там ты найдёшь большой каменный обелиск, — Дон ткнул на один из экранов. — Именно к нему стягиваются уцелевшие ксуры. Догадываешься, что это?

— Стела? — предположил я.

— Бывшее святилище гремлинов, ставшее портальным кругом ксуров, — покачал головой Дон. — Он скорей всего не работает, но страх гонит выживших именно туда — к иллюзии своего спасения. А заодно там находятся все артефакты, созданные на крови. Но чтобы их получить, придётся пройти испытание.

— Думаешь, испытание начнётся там?

— Уверен в этом, — подтвердил Дон.

В принципе, логично… Напрашивается вопрос, зачем мы захватывали командный пункт, но ответ на него очевиден — если бы мы оставили ксурам возможность координировать свои действия, они бы нас играючи задавили.

Сейчас же мы с Доном оставили их без связи, без командиров и без тяжёлой техники. Те, что поумнее, пытаются вернуть контроль над командным пунктом. Остальные — бегут, как сказал Дон, за призрачной надеждой.

А раз так, то моя цель — заброшенная шахта гремлинов и обелиск. И… убить всех ксуров!

— И как мне туда попасть, Дон?

Чем дальше, тем явственней я ощущал результат стимулятора. Усталость ушла, тело наполнила сила, даже появились злость и кровожадность?

— Для начала разберись с отрядом пехотинцев, — Дон указал на одну из камер. — Довольно профессионально штурмуют главное здание. Идут медленно, но выбивают всё, что представляет опасность. Даже роботов-уборщиков. Про камеры и турели я и вовсе молчу.

— Уничтожить пехоту, — кивнул я, чувствуя необъяснимую эйфорию. — Дальше?

— Судя по тем схемам, которые я нашёл в базе, — Дон кивнул на тёмный экран. — Практически под каждым зданием имеется подземный ход, который ведёт в шахты к обелиску. Считай, что все выжившие ксуры, за исключением отряда смертников, которые сейчас направляются к нам, уже под землёй.

— Ясно. Как туда попасть?

— Можешь спуститься через казармы гвардейцев. Точнее через то, что от них осталось. Можешь через ангар. Только не забудь использовать скаф. На четыре часа, серая ниша.

— Кстати, о казармах, — кивнул я. — Их окружала какая-то дымка…

— Динамический Воздушный купол , — усмехнулся Дон. — Они ничего не видели и не слышали. Иначе меня бы здесь не было. А когда ты принёс танк, я просто расширил купол, и вся взрывная сила ушла не в воздух, а в казармы. Считай, разом избавились практически от полусотни вояк.

— Вот оно что, — протянул я, подходя к серой нише и открывая отъехавшую панель. — Артефакт?

— Артефакт, — поморщился Дон. — Почти все запасы ушли на этот Разлом.

— И всё ради Вероники? — усмехнулся я, забираясь в раскрытый скаф.

— Не только, — уклончиво ответил Дон. — Но об этом поговорим, когда пройдёшь испытание.

— Как скажешь, — бросил я и, активировав скаф, выбрал функцию Сброса хвоста. — Меня слышно?

— Слышно, — подтвердил Дон. На этот раз его голос шёл из внутренних динамиков скафа. — Я настрою твой скаф на офицерскую волну. Когда столкнёшься с пехотой, у тебя будет несколько секунд, пока они поймут, что это ловушка.

— В таком случае, мне нужно что-то более бронебойное, чем плазменная винтовка.

— Соседняя ниша, — подсказал Дон. — Там оружейная стойка. Тебе нужна модель Б-300.

— Б-300? — переспросил я, открывая соседнюю створку.

— Бронебойное ружьё, — подсказал Дон. — Всего пятнадцать патронов.

— И где она была раньше? — усмехнулся я.

— Время, Вик, — напомнил Дон. — Тебе нужно добраться до обелиска раньше, чем закончится действие боевого стимулятора. Не забывай, что ты перебил им откат после зелья Силы.

— Это да, — поморщился я, предчувствуя будущую палитру ощущений.

Кажется, сейчас настал тот момент, когда откат страшит меня больше, чем сами ксуры.

— Эй, Вик! — окликнул меня Дон. — Не надевай корону. Сейчас ты в таком состоянии, что любой урон будет суммироваться, усиливая тем самым откат. Ты, конечно, восстановишься, но не забывай, что у нас временное ограничение. Если ты вырубишься хотя бы на час, Искра может не успеть создать портал.

— Хорошо, — отозвался я, сгребая в Инвентарь весь арсенал командного пункта. — Тебе что-нибудь оставить?

— Иди уже, — отмахнулся Дон. — Если мне придётся вступать в бой, значит, мы уже проиграли. Сейчас, Вик, я твои глаза и уши. И очень надеюсь, что руки нас не подведут.

Руки, получается, я? Что ж, справедливо…

— Погнали, Дон, — бросил я, вооружаясь бронебойным ружьём. — Знаешь, чувствую себя, как спецназовец, выходящий против уличных хулиганов.

— Вот только уличные хулиганы могут забить тебя толпой, — буркнул в ответ Дон. — Не недооценивай противника, Вик! И помни, время утекает сквозь пальцы!

— В таком случае, погнали!

Я вскинул перед собой Б-300 и, улыбнувшись от пришедшей в голову ассоциации с морпехом из Старкрафта, добавил:

— Let’s Rock and Roll!