Мелисса не обманула, на следующий день ко мне действительно заглянули, правда не Серафина, а Каталина, но от этого новость не изменилась.

— У тебя сегодня тренировка, — предупредила она.

— Да, мне говорили.

— Отлично. Тогда собирайся, забирай амулеты и летим, — сказала Каталина и вышла.

Ничего нового, хотя я думал…

Так, стоп, в смысле, забираем амулеты и летим?

Я вскочил и выскочил в коридор следом за ним.

— Каталина, стой! — та обернулась. — В смысле, летим? Куда?

— Тренироваться. Тебе же вчера сказали, что будем отрабатывать манёвры.

— Так я думал, что это… фехтование там и работа в группе…

— На драконах. Поэтому одевайся.

Блин, ну ладно, я не против. На драконах так на драконах. Только тогда я не понял, к чему агадарок Мелисса упоминала. Ведь у них же драконов нет, они на вивернах прилетели и не смогут участвовать. Хотя что я вообще о них думаю. Главное, что гоним летать!

Может с управлением драконом у меня и было неплохо, но работа в команде — это работа в команде. Построения, перегруппировки, умение общаться сразу на ходу, заходить на атаку и уклоняться из-под неё. Мы это уже проходили и отрабатывали, но, как говорят, слишком хорошо ты никогда не можешь быть готов. К тому же это должно быть на автоматизме, что увидел движение других и сделал, а не думаешь типа: «так, а что они там сейчас собираются сделать?»

Но, наверное, самым важным был тот факт, что Серафина сдержала своё слово. В итоге именно это определяло наши дальнейшие отношения, могу ли я вообще доверять словам той, кто называет меня своим братом по оружию или нет. Потому что, если нет…

Когда я радостно выскочил, на драконьей площади меня уже ждала Танька, Мелисса, Рондо, внезапно Аэль и Зирейя.

— Тебе разрешили летать? — улыбнулся я.

— И даже ходить! — улыбнулась она в ответ. — Смотри!

Она потопала на месте, после чего обернулась вокруг себя и раскинула руки, будто совершила очень сложный манёвр и теперь ждёт аплодисментов. Скорее всего, в её состоянии он и был сложным.

— Вот! Я теперь хожу! На своих двоих! Чуть-чуть не так, как хотелось бы, но мы и не пехота бегать! Мы будем летать, а летаю я хорошо! Но это всё благодаря нашим магистринам, которые обо мне заботятся, а ещё со мной очень много Таня занимается, чтобы я ходить могла. Каждый вечер, как была в шпиле, со мной ходила, тренировала, а ты сам не представляешь, как это сложно! Я как будто заново ходила, надо было вновь держать равновесие. А ещё знаешь какое странное ощущение было? Как будто ноги не держат! Вот так как будто не держат! Вот сейчас развалятся и всё под моим весом, и так страшно было, но надо было всего лишь переждать и…

— Я рад что с тобой всё в порядке, — улыбнулся я, положив её руку на плечо, и Аэль покачнулась, что пришлось её ловить.

А ещё я увидел, как скривилось лицо Таньки-засраньки, которая как будто хотела мне в этот момент ушатать. Видимо, сковородой давно не получала.

— Полегче-полегче… — засмеялась Аэль. — Я теперь Аэль-падулька! Меня ловить надо, а то уже несколько раз падала лицом об пол, а это очень-очень больно! Даже один раз думала зуб выбью!

— Вы там не наворковались ещё, птенцы? — крикнула Рондо, хитро улыбнувшись. — Давайте, полетели. И Аэль, аккуратнее с ним, на него уже метят!

— Кто метит? — захлопала она глазами.

— Да агадарка одна! Говорят, они уже по углам целуются! — засмеялась та и осторожно двинулась на драконе к краю трамплина с башни.

— Но мы же не отдадим его агадаркам? Не отдадим его? — крикнула Аэль вдогонку, после чего посмотрела на меня. — Ты же не собираешься от нас убегать?

— Не собираюсь, — кивнул я. — Я с вами одна большая семья!

— Вот и прекрасно! — разулыбалась Аэль. — Поэтому неси диверсии в ряды врагов и переманивай их к нам! Ну и если грустно станет, можешь Таню целовать!

Я посмотрел на Таньку, а у той лицо было такое, будто её на изнанку выворачивает от отвращения.

— Буду знать. Ну что, летим?

— А то! Как в старые добрые времена! — переваливаясь с ноги на ногу, как утка поковыляла она к дракону, где её ждали сразу трое служанок, чтобы помочь взобраться.

А вот на своего Бегемота я залез без чужой помощи. Ты мой жирный Боинг, давно же мы с тобой не катались, а? С того момента, как я свалил на тебе к чёрту на куличики. И как же приятно было вновь сесть на дракона и почувствовать свой родной отклик…

Глядя на то, как все взлетают, я посмотрел на красного дракона Татьяны. Немного напряжения при подключении, и я почувствовал небольшой отклик, после чего прямо на самом взлёте заставил его запнуться и полететь кубарем со шпиля. Ничего критичного, драконы очень хорошо умеют ловить себя в воздухе, но нервишки этой дряни я таки подпортил с самого начала.

Ну и сам следом взлетел, но без приключений.

Как я выяснил, драгондайны умели делать две вещи: управлять своим драконом от первого лица, и влиять на других лишь, но лишь сбивая их с пути. Вызывать что-то типа сбоя навигации, что заставляет драконов отклоняться от курса, а иногда и вовсе падать.

Но даже по мерках драгондайна я ушёл дальше. Я мог не только управлять своим от первого лица и сбивать других, отклоняя их, но и брать под прямой контроль, как своего.

То есть в тот раз, когда я сбивал преследователей, заставляя их врезаться и поворачивать в другую сторону — это способность драгондайна. Но вот брать их напрямую под контроль — это можно было уже назвать совершенно новым уровнем. И когда моего дракона могут просто сбить с пути, чужого я смогу взять под контроль и целенаправленно отправить куда-нибудь.

Только эта способность теперь не была секретом ни для веелинок, ни для агадарок, учитывая, что и те, и те видели мои способности. Мои, скорее всего, тоже если не знали, то догадывались.

Каталина, насколько помню, в курсе (я уже проворачивал это с её драконом и она тогда понял, чьих это рук дело), а значит в курсе и Серафина, и все остальные, кому надо. И если до этого они сомневались, уверен после моего побега они точно знают, какие у меня способности.

Мы взяли направление на тот самый участок, где занимались до этого — старый замок с окрестностями, где никто не жил и не мешал. Иной раз мне казалось, что те стычки тоже своеобразная тренировка в боевых условиях — без цели убить, чисто подтянуть, освежит навыки и посмотреть, что кто умеет.

В этот раз мы не только тренировались, оттачивая навыки, но и обучали Зирейю, а ещё помогали Аэль восстановиться в седле, возвращая свою прежнюю форму. Потихоньку, по чуть-чуть, от самых стандартных манёвров до конкретных, которые требовали определённого мастерства. Так, отлетав, мы сели на привал. Всё же война войной, а обед по расписанию.

Как и в прошлые разы, мы расположились в разрушенном замке, прямо на главной площади перед полуобрушенными стенами, за которыми виднелась обвалившаяся крыша.

— А кому раньше этот замок принадлежал? — поинтересовался я, окинув руины взглядом.

— Да герцогу одному. Который плохо себя вёл, — усмехнулась Рондо. — Теперь он себя уже никак не ведёт.

Тот самый герцог, которого они сожгли что ли?..

Я так смотрю на замок, и мне даже жаль становится тех, кто тут сгинул. Хрен с герцогом, а слуги? А обычная охрана? А крестьяне, которые иногда подрабатывали в замке? Это помимо того, сколько сил и ресурсов было вложено, чтобы это всё спроектировать и построить. А они просто из-за одного придурка прилетели и сравняли всё с землёй.

А ведь, как я понял, тогда император им ничего и не сделал, но зато сейчас, подкрепив себя силой, решил попробовать прижучить.

Я даже не знал, на чью бы сторону встал. С одной стороны, да, всадницы не стримились к власти — не трогай их, и они не тронут тебя я понимал всадниц, но глупо было отрицать логику императора. Сегодня у них глава Серафина, а завтра кто-нибудь схожий с Зедринзсой, которая задастся вопросом: «а почему, собственно, мы просто не возьмём власть?» А там хрен ты что удержишь. К тому же, если ему верить, некоторые главы занимались подобным же — руками императора правили империей.

— О чём задумался? — вывела меня из раздумий Мелисса.

К тому моменту другие небесные всадницы уже собирались.

— Да так, о вечном… — пробормотал я.

— О судьбе того, кто здесь жил?

— Да его-то судьбу я знаю. Просто подумал, что вся эта гонка с властью… одна головная боль.

— Это уж точно, — тихо рассмеялась она. — Даже если на свете останутся всего два человека, всё равно один будет думать, как бы заставить подчиниться другого.

— Звучит грустно.

— Ну так… добро пожаловать в реальную жизнь, Самсон, — погладила она меня по голове. — Кстати, как там твои силы поживают?

— Какие? — поднял я взгляд.

— Твои. Ты же у нас драгондайн. Или погонщик, если говорить по-простому.

— А я всё думал, когда вы эту тему поднимите… — усмехнулся я невесело.

— Сейчас подняли, — ответила Мелисса, глядя на меня. — Серафина её говорила, что у тебя проявляются признаки, Каталина тоже отмечала, ну а сейчас всё ясно стало окончательно. Хорошо владеешь?

— Ну так, напакостить могу, — бросил я взгляд на Таньку, которая загружала дракона, на что Мелисса рассмеялась.

— Самсон, ну ты, конечно, у нас жук… чем тебе Танюшка не угодила?

— У нас свои… внутренние противоречия.

— Главное, чтобы твои внутренние противоречия не вылезли во время серьёзных сражений. Помни, что у нас на поле боя все внутренние дрязги остаются на земле. Танюшка встанет на твою защиту, не моргнув глазом, что должен сделать и ты в случае необходимости.

— Сделаю. Свои ­— это свои, хоть и засранцы.

— Хорошо, — кивнула с улыбкой Мелисса. — А теперь покажи мне, как хорошо ты управляешься своей силой.

— Не сказать, что прямо отлично…

— Покажи. На моём, давай.

Так…

Я сконцентрировал внимание на её розоватом драконе, после чего попытался подключиться. Видимо, обстановка не располагала сделать это быстро, не шла речь о жизни и смерти, однако за секунды три я почувствовал отзыв и толкнул его к выходу с площади, после чего заставил подняться.

Мелисса проследила за ним взглядом.

— Хорошо… — протянула она. — Это всё?

— Ну… сейчас я просто как… подал команду что ли… Ну то есть не управляю им, а скорее задаую направление его действий или просто как команду вкинул.

— Да, я поняла тебя, а ты можешь как-то иначе?

— В плане? — не понял я до конца.

— Ты сказал, что сейчас подал просто команду, ­— кивнула она на дракона, который не спешил улетать вдаль. — А значит, ты можешь и как-то иначе это делать?

— Да, я могу взять его под контроль, — кивнул я.

— Полностью?

­— Как своего, если подключусь. Но у меня дистанция хромает, это надо, чтобы дракон был значительно ближе.

— Ну-ка, давай проверим… — подвела она меня к дракону Рондо. — Рондо, ты сейчас же в связке?

— К чему вопрос? — приподняла она бровь.

— Небольшой эксперимент, — попросила Мелисса и взглянула на меня. — Держи его пока на привязи к себе. Самсон? Сможешь?

Смочь то смогу, но не когда прямо целенаправленно держаться за связь с драконом. Это как толкнуть человека с места. Если он не ожидает — столкнуть легко. Если ожидает — можешь и сам отлететь.

Но я, естественно, не против попробовать.

И я попробовал. Только в этот раз не мелочился и захерачил со всей дури, не размениваясь на слабые попытки подключиться. Секунда другая и её дракон дёрнулся. Я почувствовал, как меня словно отрывает от сознания дракона, и ещё сильнее поднажал, полностью погрузившись в процесс и…

— Нет, не получается, — покачал я головой, стирая кровь из-под носа.

— Ничего, — улыбнулась Мелисса. — Это дело нелёгкое, как я слышала.

— Нет, просто ты предупредила, и она была готова. Если бы я ударил внезапно, наверное, и смог бы, а так…

А так что есть. К тому же Рондо всадница бывалая, так что тем более у неё будет сильный хват за сознание дракона.

— Хорошо, тогда попробуй на моём, — предложила она.

Следующий час я то и дело, что брал под контроль драконов. Её взял, переключившись на первое лицо, потом взял по контроль дракона Аэль, тоже от первого. У Зирейи я его всё же смог вырвать из связки, управлял им, заставив поднять, а потом сесть.

Мы пробежались по всем пунктам, от обычного влияния, которое должен был уметь драгондайн и тратило у меня не так много сил, до полного управления, которое доступно было только мне и жрало силу уже куда весомее. И под конец у меня сил не было от слова совсем. Я даже стоять не мог и уже в конце начал падать лицом в землю, только и успев пискнуть:

— Ловите меня!

И, к моему удивлению, меня поймали (обычно никто ничего не успевает сделать). Мелисса за шиворот схватила и дёрнула на себя, прижав к своим необхётным радостям настоящего мужчины. Я прямо между ними чуток провалился.

— Ты как? — взглянула она на меня сверху вниз.

— Кайфово… — протянул я, задрав к ней голову.

— Да я не про то, бестолочь, — хихикнула она. — Как себя ты чувствуешь?

— Плохо. Как будто очень много пробежал и сил даже стоять нет…

— Очень много забирает сил?

— Если брать под прямо контроль, перепрыгивая с дракона на дракона, — честно ответил я. — Если влиять, заметно меньше, но тоже не бесконечно. А серди вас нет драгондайна?

— Что-то похожее прослеживается у Эллианоры, но из старших сестёр, боюсь, ни у кого, — она окинула взглядом присутствующих. — Сегодня мы ночуем здесь! Татьяна, дорогая, погоняй их пока наш драгондайн приходит в себя, хорошо?

Та кивнула, и они поднялись в воздух, ну а я так и лежал до самого вечера рядом с Мелиссой. И нет, она не лежала рядом со мной, а могла — я слышал, что женское тело напитывает тебя энергией. Тем не менее скучно, грустно и обидно мне не было.

— Мелисса, а помнишь вчера Флория сказала, что вы вчера чуть не передрались из-за меня? Что она имела ввиду?

— Что мы думали, тебя опять соблазнить и увести у нас хотят, — улыбнулась она. — Вот и сцепились с агадарками наверху.

— То есть, мне с Ози встречаться нельзя?

— С Ози? Можно, отчего же. Если это твоя воля, естественно, и ты думаешь головой. Вот этой, — постучала она мне по лбу.

— Да я не про это, — отмахнулся я от её руки. — Между нами ничего нет в любом случае.

— Ну это, такими темпами, ненадолго, — усмехнулась Мелисса. — А даже если и не будет действительно, а просто так, разочек, то вспомни, что я тебе отдала, хорошо?

— Да. Кстати, ты говорила, что агадарки присоединяться к нам. В каком плане?

— Прилетят потренироваться вместе. Ты же знаешь, ничего не скрепляет вместе так, как соревнования.

Ага, соревнования. Я помню, мы классами соревновались. Одни умники назвали свою команду «дружба», и когда училка сказала, что победила дружба, так мы чуть там не передрались все. Соревнование — это не то, что вызывает дружбу. Скорее, все начинают дружно друг друга ненавидеть всей душой.

Откуда вообще пошло, что соревнования сближают, если вы в разных командах?

С приходом тьмы мы собрались вместе, расположившись под стенами замка, который всадницы самолично в прошлом и разрушили. Разожгли костёр, расстелили спальники, устроили небольшой пикник, жаря мясо и овощи на костре. Общались, рассказывали что-то, особенно Аэль, которая была неостановима в своём вещании.

Просто хороший вечер в хорошей компании, и я даже пытался не обращать внимания на Таньку, которая каждый раз, когда я открывал рот, делала недовольную мину, будто говнеца занюхала ноздрёй, как белую дорожку.

Они даже сам этот замок упоминали, и так получилось, что, оказывается, его сожгли ещё в юность нашего императора, когда тот совсем мальчишкой был. Ну то есть понятно, откуда у него может быть такая склонность к желанию приструнить всадниц. Не могу его винить, как не могу и поддержать — всё же я не в его лагере.

А потом, когда мы уже ложились спать, произошло кое-что странное. А именно, я почувствовал вибрацию на земле. Совершенно случайно, просто укладывался спать, положил ладонь на землю и… почувствовал её. Совсем мелкая, даже бы и не заметил, если честно, если бы рукой не коснулся.

— Мелисса, — позвал я самую адекватную и умную из нас. — Слушай, а у вас тут бывают землетрясения?

— Ближе к горам иногда, да и то, их едва ощутишь. А что такое, Самсон?

— Да вот… — кивнул я на землю, приложив ладонь. — Земля вибрирует.

Мелисса подошла и присела рядом со мной, приложив ладонь к камню. Секунду другую она сидела рядом на корточках, после чего пробормотала:

— Слушай, и точно, вибрирует…

— Что у вас там за посиделки? — раздался подтрунивающий голос уже Рондо. — Землю родную пощупать решили?

— Рондо, землетрясение, — только и ответила Мелисса, не отрывая ладони от земли.

— Да ладно, здесь? А чего я ничего не чувствую, — огляделась она.

— Землю потрогай.

Она присела рядом с нами и вот уже через десять минут все семеро мы сидели на корточках и трогали землю, как будто мы все немножко того.

— Странно, в наших края такого не бывает обычно… — пробормотала Аэль.

— Возможно, просто эхо какого-то землетрясения, — сухо произнесла Танька.

— Обычно землетрясение идёт толчками, а здесь вибрация постоянная, — заметил я.

— Откуда тебе знать, как землетрясение ощущается? — сразу ощетинилась она.

— Откуда надо, — так же резко ответил я.

Хотя, если честно, я сам никогда землетрясения не встречал. В Питере с этим было довольно скромно.

Минут через десять вибрация пошла на убыль, а вместе с ней и наш интерес к происходящем. Необычно, не необычнее драконов, которые разместились на площади в пределах стен, скручиваясь в клубки или вытягиваясь, словно кошаки.

А к утру следующего дня к нам пожаловали агадарки.

С пафосом, как они и любят, садились на стены замка, будто пытаясь запугать.

— А вот и наши гости подоспели. Не ударим в грязь лицом, верно? — улыбнулась нам Мелисса.

— Что мы делать-то будем? — поинтересовался я. — Игра какая-то или что?

— Можно назвать это и игрой, — улыбнулась она. — Их команда против нашей. Такой, тренировочный бой. Мы тоже такие проводим, две команды, одна задача, захват вещи противников или уничтожение чего-то, правда в последнее время как-то у нас с этим не складывалось…

— Мы друг друга не поубиваем?

— Не поубиваем.

Для меня это выглядело, как тренировочный бой с боевыми патронами, если честно. Тут любое неудачное касание, и от всадницы останется ровным счётом ничего. Хотя желание утереть нос агадаркам и тем более Ози было больше, если честно.

* * *

Вибрация ощущалась не только в Нарианской империи. В Веелинской и Агадарской империях она ощущалась даже сильнее и сопровождалась негромким гулом, однако длилось это минут десять и сошло на нет, и к утру следующего дня об этом уже все благополучно забыли. Многие или спали к тому моменту, или ложились спать, отчего должного внимания к этому странному феномену не было уделено.

А потом вспомнить уже было не кому.

Наступила следующая ночь после странной вибрации и одна из агадарских деревушек, тихая и спокойная, готовилась ко сну. Стража, пара агадарок лениво гуляли между домов и вокруг деревни, изредка бросая ленивые взгляды на тёмный лес, который с секунды на секунду изменится навсегда.

— Ты слышишь? — одна из агадарок-стражниц остановилась на тропинке вокруг деревни, бросив взгляд на лес.

— Что? — лениво обернулась её подруга.

— Шум. Из леса.

Сначала та подумала, что её подруге причудилось, вчера она так же и гул какой-то слышала, но потом сама уловила шум, который приближался.

— Что это?

— Не знаю, не вижу?

Ответ пришёл через несколько секунд, когда из леса…

Бросились животные. Самые разные, от косуль до волков и медведей, который бежали бок о бок. Спасались от чего-то настолько страшного, что естественный страх перед друг дургом был отброшен ради единой цели — спасения.

Агадарки перепугались, глядя на волну животных, хлынувших из леса прямо на деревню. Они вскинули копья, прижавшись друг к другу… и дикий поток животных просто прошёл мимо них, обтекая парочку, как ручей камень. Мелкие животные, хорьки, ласки, зайцы и прочая мелочь вообще пробегали прямо под их ногами.

— Ч-что происходит? — дрожащим голосом спросила она из них, глядя, как те несутся прямо через деревню, своим шумом будя жителей.

— Я не знаю… — пробормотала вторая.

Поток иссяк уже минуты через три, оставив после себя лишь необычную и очень давящую тишину. Две стражницы-агадарки так и продолжали стоять на месте, озадачено переглядываясь и глядя в след животным, когда новый звук привлёк их внимание.

Какой-то тихий гол, словно стон или эхо, он шёл из леса, который вдруг стал казаться особенно тёмным в это время суток. Они обернулись к нему вскинув копья. От этого звука стыла кровь в жилах, тело начинало дрожать, будто вспомнив какие-то старые страхи, заложенные в самых дальних участках сознания.

А потом мир погрузился в ад.

Их были тысячи, если не сотни тысяч. Сплошной ковёр тьмы, который заполнил собой всё, и лишь горящие угольки глаз со сверкающими в ночи зубами мелькали повсюду, словно искры.

У них не было шансов. Агадарок просто поглотила живая тьма, сжирая живьём. Их истошный полный ужаса и агонии вопль затух за секунды, вторя всей деревне, которая в одночасье для одних превратилась в оживший кошмар, а для других в шведский стол. Жители пытались запереться и спрятаться, старались спасти своих детей, но существа были везде. Они проникали повсюду, словно чувствовали каждую живую душу в этом месте, и за десять минут в деревне не осталось никого. Ни существ, ни агадарцев.

Подобная участь в ту ночь постигла все ближайшие деревни как по одну сторону границы, так и по другую. Агадарцы и веелинцы познали первородный ужас, который они так тщетно пытались забыть. Защитников, не успевших даже понять, с чем имеют дело, сметало в считаные мгновения первой волной, визжащих детей разрывали на глазах матерей, деревни пустели за минуты, полные крови и скудных останков жителей.

А с наступлением рассвета твари исчезли, оставив после себя даже не горе и страх, а… пустоту.

Чтобы в следующую ночь вернуться вновь.