Текст не проходил редактуру! Могут встречаться ошибки!

Я успел заскучать на этом собрании.

Если честно, я ожидал каких-то споров, дебатов, драки или хотя бы ругани, но всё происходило как-то слишком цивильно, будто и не агадарки к нам приехали. Все обсуждения были общими по факту и ни о чём. Затронули и веелинок, и отношения между тремя империями, и безопасность восточной границы с эльфами. Всё занудно, долго и не интересно, из-за чего я почти всё прослушал и очухался, когда взяли перерыв.

— И так всегда? — спросил я Мелиссу, когда мы вышли из зала.

— Как так?

— Скучно?

— Ну, если бы мы поехали к ним, то там бы наверняка все бы напились, — улыбнулась она. — А может ещё и подрались.

— Надо будет в следующий раз к ним ехать… — пробормотал я.

— Так ты же пить не умеешь, тебе нальют на донышко, и ты уже готов.

— Ну я пить и не буду. Я буду смотреть, как вы напиваетесь и дерётесь.

— Какой умный… — щёлкнула она мне по носу. — Ну смотри, договоришься, и действительно отравимся к ним.

— Как будто что-то плохое…

Всё интереснее, чем здесь. Я-то рассчитывал услышать какую-нибудь инсайдерскую информацию, да даже что-нибудь про себя, какая судьба ожидает меня, а тут что-то на уровне бесконечной бюрократии.

Со скучающим видом я прошёлся по коридору, остановившись напротив одного из окон, откуда открывался вид на дворцовую виверню. Интересно, а Серафина знает о плане императора? По идее, для неё не должно быть секретом происходящее. Да если даже и не знает, толку от этой информации, если она не собирается ни на кого нападать.

А интересно, напади она первой, сколько у них было бы шансов? По идее, они бы взлетели на драконах и сразу всех бы сожгли на земле без шансов. Но это должны понимать, а значит виверни должны быть разбросаны так, чтобы сразу все уничтожить было невозможно. А ещё же у него маги есть на службе, типа того же архимага…

— Что застыл, башка навозная? — раздался за моей спиной голос.

— Странно, что-то дерьмом понесло… — пробормотал я и обернулся. — О, Ози Дрисня, я тебя и не заметил.

С прошлой нашей встречи она немного преобразилась, но только внешне: стала почище и прилизаннее с белоснежными волосами, собранными в хвост на затылке. На руках появились золотые украшения, хотя пирсинга у пока не было. Зато была небольшая татуха правой руке. Да только взгляд и выражение были всё те же — будто реально говна нюхнула.

— Вижу, зубки тебе так и не вставили. Выбить оставшиеся? — показала агадарка зубы.

— Глиста, единственное, что ты можешь сделать, это расплакаться и убежать к своим жаловаться, — улыбнулся я снисходительно.

— Боюсь, что первенство пряток за юбку своим мамочек уже давно занято бесспорным фаворитом, — вздохнула она наигранно. — Всем уже подлизал небось за защиту?

— Нет, я ждал тебя, эксперту по отлизу у старших товарищей, — я скользнул по её руке взглядом. — Так тебя посветили?

— Да, — Ози с гордостью показала плечо, где уже была набита совсем небольшая татуировка. — Вот! Теперь я полноценная небесная всадница! Всё, теперь только расти вверх! О! У меня и другая есть! Смотри!

Она повернулась ко мне спиной и отодвинула волосы, показывая на шее между плеч другую татуху, которая вилкой расходилась на обе лопатки, но там и заканчивалась.

— Знаешь, что она значит⁈

— Что-нибудь за выдающиеся заслуги?

— Именно! Её ставят только самым смелым и отчаянным! Даже у старших всадниц не у всех есть такое! А? Ты видел⁈

Ози прямо-таки светилась от гордости.

— А чего пирсинга нет? — поинтересовался я.

— Его за убийство ставят, балда, — хлопнула она двумя пальцами мне по лбу. — Первое убийство, десятое, сотое и так дальше. Ну и за убийство небесных всадниц ещё ставят отдельно, драконов и всяких тварей. Только надо врагов убивать, рабы не считаются, иначе это было бы слишком просто.

— Жалеешь, что никого не пришила?

— Да не, даже лучше. Чистоплюйки сами на коленях приползли к нам жаловаться про тебя и меч, — хохотнула Ози, после чего поморщилась и распустила волосы. — Уже волосы болят… не понимаю, как ваши курицы ходят с этими причёсками. А ещё в этой одежде, как будто в одеяло замотали.

— Волосы не могут болеть, в них нервных окончаний нет, — заметил я.

— Дебил что ли? Могут они болеть, — посмотрела она на меня недовольно.

— Не могут.

— Могут.

— Да не могут, блин.

— Могут. Рот закрой, если не знаешь.

— Не могут. Иди учи анатомию дура.

— Кстати, а тебя наградили? — спросила Ози.

— Меня выпороли за то, что покинул без разрешения шпиль.

— Нихрена ты дерзкий… А ставим, не будь ты единственным мужиком, ты бы так легко не отделался? Тебя бы или выгнали, или вообще казнили.

— Сто ударов, — похвастался я.

— Пф-ф-ф… — отмахнулась Ози. — За такое и сто ударов? Ладно бы ещё кожу пару раз сдёрнули, колени погнули или на уголок на пару суток, не знаю, а это даже не наказание.

— Больно так-то было!

— Да вы же мужики, как скот, кроме боли ничего не понимаете, — фыркнула она.

— Нихера заявоча на успех, — возмутился я. — Если бы не мы, вас бы, дур, по лесам до сих пор зверьё гоняло и жрало. Кстати, вы надолго приехали?

— Да как скажут, — пожала она плечами. — Пойдём что ли, разомнёмся… — агадарка похрустела шеей. — Вообще не поняла, к чему эта встреча. Как будто воду толчём.

— Да аналогично. Вообще ни о чём, — согласился я. — Вы сюда на драконах прилетели?

— Не, на вивернах, — поморщилась Ози так, будто ей было даже противно об этом вспоминать.

— Не любишь виверн?

— Жалкие отродья, лишь пародия на настоящих драконов.

— Для простых людей это выход. Не все могут летать на драконах, а передвигаться как-то надо.

— Да знаю…

Вот же высокомерная, сама всадница всего-ничего, а уже зазвездилась. Хотя о чём я, они все такие поголовно. Кого я не встречал, там ЧСВ просто переливается за край их маленькой черепушки, будто они сами этих драконов и рожают. Хотя я бы может и поверил, глядя на них. У кого-то рожки, у кого-то хвостики и почти у всех такая плотная кожа.

— Как думаешь, зачем нас позвали сюда? — спросил я.

Мы как раз спустились в какой-то небольшой внутренний дворик. Вроде бы и созданный для отдыха, тут скамейки были, дерево в центре, но людей не было от слова совсем.

Ози плюхнулась на скамейку.

— Да хрен знает. Мне просто сказали, что едешь с нами. Наверное, оценили мои заслуги, — улыбнулась она. — Сказали, что я такими темпами станут легендой небесных всадниц.

— Тогда меня вообще не должны были приглашать, — я сел рядом с ней и вытянул ноги. Откинулся на руки назад и посмотрел в небо.

— Это уж точно, я бы тебя вообще не подпустила близко к такой встрече.

— Так твои же и попросили меня пригласить, — пробормотал я.

— Ну они же хотят опробовать от тебя заиметь ребёнка и…

Её глаза округлились. Не только её — до меня тоже дошло.

Мы посмотрели друг на друга.

— Твою мать, да нас хотят свести вместе.

— Фу блин! — высунула она тонкий язык, будто съела что-то невкусное.

— В смысле фу⁈ — возмутился я и дёрнул её за язык. Ози вздрогнула, тут же втянула его обратно и схватилась за губы, глядя на меня ошарашенным взглядом. — Ты же со мной сама сосалась!

— Это было случайно.

— Да нихрена!

— Хрена! По башке хочешь⁈

— Я тебя же бил, побью и во второй раз, — предупредил я.

­— Это было на мечах. В рукопашной я тебе все кости переломаю, — показала она зубы.

— Мы не о том думаем. Нас свести блин вместе хотят!

— А что это ты с таким возмущением говоришь⁈ — прищурилась Ози. — Думаешь, я слишком плоха для тебя⁈

— Ты только что «фу» сказала! — возмутился я.

— Это другое!

— Ну нихрена себе, другое! Да, в прочем, кому ты нужна, блин! Я могу и покрасивее подцепить!

— Да кого ты цеплять собрался⁈ Мне тебя даже целовать самой пришлось, ты дебил, момент не ловишь!

— Да просто с тобой целоваться мне ваще не хотелось!

— Да конечно! А присосался так присосался, мечом пришлось отрывать от себя! — пока мы спорили, Ози заметно потемнела. — Так что язык прикуси!

— Я тебе его сейчас прикушу.

— Ага, ну попробуй, давай! — вздёрнула она нос, глядя на меня сверху вниз. — Посмотрим, сколько у тебя зубов останется!

* * *

— И сколько можно ждать? — пробурчала одна из агадарок, глядя на парочку с балкона сверху. — Что они телятся?

— Дай молодым сделать своё дело, — отмахнулась Зедринзса, глава всадниц, не сводя с них глаз.

— Да чего делать-то тут! Ты бы ей хоть объяснила, что от неё требуется, и зачем она здесь! — раздражённо ответила та. — А то посмотри на эту кретинку, она же драться с ним собралась!

— Да погоди ты… — шикнула та. — Пусть всё идёт как идёт. Если подталкивать в таком деле, всё пойдёт по одному месту. Надо, чтобы они сами пришли к этому. Или ты забыла, что это Самсон-хрен поймаешь?

— Почему Самсон-хрен поймаешь?

— Да потому что его хрен поймаешь, Дарканта! — бросила глава на подопечную недовольный взгляд. — Почует неладное, и его всей империей потом не отловим! У него прямо какой-то талант сваливать!

— Но такими темпами придут они хоть к чему-то через годик другой.

— Да лучше так, чем никак. Мы никуда и не спешим. Или ты что, постареть боишься?

* * *

— Оу-моу… — протянула Мелисса с улыбкой, слегка склонив голову набок и приложив ладонь к щеке. — Ты ж посмотри…

— Что? Чего там? — обернулась Жаннель, а потом подошла к перилам и бросила взгляд вниз. Чего? Какого…

— Тс-с-с… — приложила Мелисса палец к её губам. — Не шуми.

— Да чего не шуми, — отняла она руку. — Она к этому идиоту клеится!

— Кто клеится?

— Что-там-что-там⁈

— О чём вы?

— Ну началось… — протянула Мелисса, приложив пальцы ко лбу, после чего обернулась. — Только не кричите, хорошо?

— А что происходит, Мелисса? — бросила Серафина взгляд на неё, после чего облокотилась руками и посмотрела вниз. — Та-а-ак…

— Ого! Да нашего Самсона крадут! — воскликнула Флория. — Мне кинуть в них что-нибудь?

— Да наш пострел сердце девушки подцепить успел… — протянула Ирис, оскалившись. — Так, девочки, ревнуем?

— За него? — фыркнула Жаннель. — Да как же, ага. Хотя это как-то не дело…

— Теперь мы знаем, зачем они хотели Самсона на собрание, — произнесла Каталина. — Не получилось так, решили со свежей плоти зайти.

— Да не, тут дело не в этом. Это же та копчёная, с которой он сбегал, да? — улыбнулась Флория, разглядывая её. — Приятненькая.

— Жалко, что копчёная… — хмыкнула Ирис.

— Любви и расы не помеха, — ответила Мелисса.

— Мне кажется, что она его бить собралась, — прищурилась Жаннель. — Не пора ли вмешаться? Бить нашего ещё и в стенах дворца — это какой-то нонсенс.

— Это довольно типичное поведение агадарки, — ответила Серафина. — Хотела бы его ударить — ударила бы, а это лишь заигрывание.

Она подняла взгляд и ожидаемо на другом конце увидела других агадарок. Естественно. Как и ожидалось. Следили за успехами своей подопечной. Серафина в Самсона, конечно, верила, и тем не менее даже лучше из них ошибаются.

Отойдя от перил, она зашагала по галерее, что шла балконом по кругу, прямиком к агадаркам. Те заметили её почти сразу. Не только её, но и всё пятёрку всадниц, которые шли следом.

— Что-то не так? — оскалилась глава агадарский небесных всадниц.

— Как ты это объяснишь, Зедринзса? — кивнула Серафина на парочку в парке.

— А я должна что-то объяснять? — её улыбка стала шире. — Не моя вина, что одна из моих подопечных втрескалась в вашего всадничка. Хотя будем честны, я не вижу и у вашего мальчишки желания держать свой штырь в штанах.

— Мы договорились, — холодно произнесла она. — Никаких подобных перфомансов.

— И я специально никого не подговаривала и не заставляла. Она сама решила вообще без моих намёков, слово даю.

— Хорошо, — подняла Серафина руки. — Я тебя услышала. Тогда и ты услышь меня. Соглашение аннулируется. Можете продолжать в том же духе.

Зедринзса прищурилась.

— А вот так делать не надо.

— Или что ты сделаешь мне? — шагнула она навстречу ей.

Агадарка ответила тем же, и вот они стояли друг напротив друга едва не касаясь носами. К этому моменту уже и со стороны агадарок собрались представители. Пять на пять, они стояли и холодно смотрели друг на друга. Нарианки с показным высокомерием, агадарки с оскалом и пренебрежением. Они выглядели как хулиганов женском обличье, которые пришли на стрелку

— Я могу сделать очень много тебе, если ты всё сорвёшь, — прошипела Зедринзса.

— Ты не у себя дома, — прошептала Серафина. — Твои смешные угрозы заставляют меня в душе только смеяться.

— Да я уже вижу, как ты посмеялась, что император тебя почти раком загнул, курица.

— Всё лучше, чем лепестки цветочка своей императрицы полировать по первому щелчку, змея.

— Хочешь обсудить это один на один?

— Прямо здесь и сейчас.

Казалось, что они прямо здесь и сейчас поцелуются, настолько были близки они друг к другу. И одним духам известно, чем бы всё это и закончилось, если бы в этот момент кто-то не воскликнул:

— Смотрите! Они целуются!

Все тут же забыли про драку и бросились к перилам. Подраться можно и попозже, а вот увидеть всё своими глазами…

Но вот незадача. Парочка сместилась и теперь их почти полностью зарывала листва, только по силуэтам и можно было догадаться, что они делают. Но всадницы были слишком опытны, чтобы растеряться — они тут же сделали то, что называется перебазированием. Дружной толпой побежали на другой край галереи-балкона, откуда двоих должно было быть видно.

Навалились на перила, свесились так, будто пытались через них перемахнуть и…

* * *

Я не знаю, как так получилось.

Вот она уже замахнулась, да и я собирался просадить её прямо промеж ног коленом, а вот мы уже сосёмся. Как-то само собой получилось, видимо неудачно в удушающий захват перешли.

Горячие влажные губы, длинный язык во рту, который змеёй там вертится, обвивая мой и иногда утягивая к себе, запах новой кожи и пряностей… Наши руки не для скуки и пока она, обняв меня, прижимает к себе, мои ладони лежат на её упругой заднице, небольшой, круглой, как орех. Уверен, она чувствует, не только мои ладони, но никаких видимых признаков сопротивления.

Моя ладонь скользит по её голой спине, по этой идеально гладкой коже, не похожей на человеческую, после чего перебирается ей на грудь. Сначала на одежду, а потом чуть ниже и под ткань. На мгновение её глаза широко и удивлённо открываются, потом недовольно щурятся, а после с таким же надменным видом закрываются, типа «ладно, плевать».

И едва я успеваю вообще понять, что чувствую, как… в голове что-то щёлкнуло. Я тут же оттолкнул Ози назад и поднял взгляд, лицезрея, как на балконе у перил в то же мгновение столпилось около десяти человек, мои и агадарки вперемешку. И все большими глазами смотрели на нас. Вот же сучки некрашеные…

Ози в первое мгновение хотела было возмутиться (и я её понимал), но проследила за моим взглядом и тут же отшатнулась от меня, как от прокажённого.

— Если что, то ничего не было, — тихо прошептала она, выглядя напуганной.

— Замётано.

— Давай уйдём.

— Давай.

И мы быстро-быстро ушли под десятком пар любопытных глаз. Из-за этих курв я так и не прочувствовал, какие у Ози сиськи наощупь. Вот надо было так обломать, а? А сейчас она уже и вряд ли дастся мне, учитывая ситуацию. А жаль, очень — у меня всё внутри буквально горело от нетерпения и казалось, не прерви нас те курицы, мы бы прямо там на земле и разложились. Я в этом уверен, глядя на Ози, которая была темнее тёмного. И я не в плане настроения — девушка буквально потемнела.

— Тебе влетит? — хрипло спросил я.

— Да, конечно влетит… — пробормотала она. — А тебе?

— Да как пить дать ещё десяток плетей всыплют.

— Тебе не помешает.

— Да иди ты в задницу, — отмахнулся я.

У меня у самого сейчас мысли крутились по поводу того, что будет и…

К моему удивлению, ничего не было. Вообще ничего. Серафина встретила меня с невозмутимым взглядом, просто сказав, что пара. Зато у других на лице было всё написано красноречиво. Мелисса смотрела на меня, как на своего любимого мальчика, который повзрослел, Ирис как будто даже гордо, Флория просто с любопытством, а Жаннель с каким-то омерзением. Про Каталину я ничего не сказал, потому что её было по лицу не прочитать.

Оставшуюся часть собрания я даже не слушал и не пытался прислушиваться. Всё одна херня, которая меня не касается и которую я не понимаю. Зато время от времени мы переглядывались с Ози. Причём получалось у нас это, как у двух школьников, которые сделали пакость и теперь стараются не показывать виду.

Окончилось всё, собственно, почти ничем. Для меня, по крайней мере. Они договорили, и мы вышли, как я понял, условившись встретиться завтра. Вот тут ко мне и подкатила Мелисса.

— Ты был джентльменом? — тихо спросила она.

— С кем?

— Я знаю, что ты понимаешь, о чём речь, — коварно улыбнулась она.

— Если ты про ту агадарку, то да. Почти что пробил ей троечку, но вы спугнули.

— Когда ей будешь пробивать в следующий раз троечку, не забудь воспользоваться тем, что я тебе дала, хорошо, — подмигнула она. — Пока нам последствия не нужны.

— А что вы там вообще на балконе забыли?

— Тебя поддерживали. Это так волнительно наблюдать, как твой мальчик становится мужчиной.

— Я не твой мальчик и вполне могу им стать с тобой.

Но зря я надеялся пронять прожжённую женщину, которая таких как я, грызла все триста лет.

— Конечно, обращайся в любое время. Я и расскажу, и покажу, что и как надо, если в свои двадцать три ты не знаешь.

— Мне уже двадцать четыре, — между делом заметил я.

— Да ладно? — Мелисса аж обернулась на меня. — И когда ты успел?

— В холодных землях. Просто там было не до празднования, сама понимаешь… — вздохнул я.

— Я тебя всё равно поздравляю. Тебе сделать подарок или тебе подарок сделает твоя агодарочка?

— Я могу принять подарок от обеих.

— Что за подарок? — оказалась рядом Флория. — У кого праздник?

— Представляешь, нашему рыцарю двадцать четыре исполнилось, а он никому и не рассказал об этом, — поделилась с ней Мелисса.

— Да ладно! И ты не сказал нам? — разулыбалась она.

— Не мог. Тогда мы с Аэль боролись за свою жизнь. Если честно, я даже и не вспомнил тогда.

А я реально не вспомнил. Я в тот день тварь догонял, которая ногу Аэль утащила.

— Понятно… Но никогда не поздно отпраздновать позже, Самсон.

— Ага, вижу, как все будут рады меня поздравить, — хмыкнул я, бросив взгляд на Жаннель и Ирис с Каталиной и Серафиной, которые шли впереди.

— Да ладно, ты сгущаешь краски. Могу заверить, что каждая из них творила такую ересь, что у старших волосы дыбом вставали, — хихикнула Флория.

— Могу подтвердить, — кивнула Мелисса. — Каталину постоянно пороли, Серафину постоянно наказывали, Ирис влетало… ой, да там много влетало, как и Жаннель, собственно.

— А Жаннель за что?

— Заносчивой была.

— Маловато ей влетало, как посмотрю, — усмехнулся я, глядя ей в спину. Та будто почувствовала, что речь идёт про неё, обернулась, смерила на подозрительным взглядом и отвернулась. — Получается, с агадарками мы ещё будем встречаться?

— И не один раз, — заверила меня Мелисса. — У нас нашлись очень интересные общие темы, в которых мы можем друг другу уступить. Если бы ты нас слушал, то знал бы о чём идёт речь.

— Не обо мне, надеюсь? — уточнил я.

— О тебе тоже шла, но за дверьми. Поэтому я тебе и говорю, будь осторожен и не обижай свою подружку.

— Она не моя подружка.

— Но такими темпами явно станет, — хихикнула Флория и хлопнула меня по спине. — Мы сначала думали, передерёмся из-за вас, а потом глядишь и даже общий язык нашли.

— В плане? О чём ты?

— Ни о чём, — ответила за неё Мелисса. — Кстати, тебе Серафина говорила? У тебя завтра будет тренировка, поэтому на этот скучны совет тебе можно больше не приходить. Пока не приходить. Может даже агадарки присоединяться к тренировке. Вместе поотрабатваете манёвры.

— Всё настолько хорошо?

— Да и не сказать, что было плохо. Поэтому не забивай голову, — подмигнула она.

Легко сказать, не забивай голову. Мне вы такую капусту обломали.