- Новый вид. Сибирская трехглазая плотоядная горилла, - размечтался Тамм, мысленно уже приписывая себе второе научное открытие после змей-залипал. - Трехглазая? - переспросил Воронцов. - Полагаешь, что эта бульба посреди лба - третий глаз?

- Во всяком случае, очень похоже, - настаивал Юзеф. - А он такой тут был один? - неожиданно прервал полет научной мысли практичный инженер.

Вообще-то эта простая мысль беспокоила и остальных. Никто не желал оказаться на месте погибшего старателя.

-Давайте вернемся внутрь периметра, - предложил Лаптев. - Снова хворост разбросаем и будем по очереди караулить до утра.

- А как же?.. - инженер указал на тело старателя. - Надо похоронить. - Утром и похороним, - отрезал Лаптев.

Переговариваясь и со страхом оглядывая окрестности, люди вернулись к костру. Дежурства распределили быстро. Впрочем, в очередности не было нужды - большинство и так до утра не сомкнуло глаз.

Уснули лишь шестеро: Лаптев, Берестов, Дженкоуль, Воронцов-старший, зоолог Юзеф Тамм и... заика и трусишка Тюлькин.

Он не пошел смотреть со всеми на трупы - остался у костра с Ксенией и еще двумя осторожными или нелюбопытными старателями. Когда вернувшиеся люди, перебивая друг друга, в захлеб принялись рассказывать об увиденном, Тюлькин поежился, суетливо перекрестился и сказал: - В-вот в-види-и-те, К-ксюша, к-как хорошо, что м-мы с в-вами не пошли. А т-то бы до ут-тра гла-аз от ужаса не сомкнули.

- А я и так теперь не сомкну, - возразила девушка. - На-апрасно, г-г-голубушка. Н-а-апрасно... - Тюлькин немного повозился на подстеленном для мягкости на землю армяке и затих. Заснул. Берестов с уважением посмотрел на него и обратился к Ксении: - Он прав, тебе надо отдохнуть. Не бойся, все уже позади. Эта тварь мертва. До утра все будет спокойно.

Сказано было настолько уверенно, что Ксения поверила и сумела расслабить взведенные до предела нервы. 'Раз Паша говорит, значит, так и будет', - решила она, пододвинулась поближе к Берестову и через некоторое время и впрямь заснула.

Воронцов-старший украдкой понаблюдал за ними, но вмешиваться не стал.

Ночь и в самом деле прошла спокойно. Утром пошли хоронить старателя, но трупов на месте не оказалось. Оба тела - и человека и твари - исчезли без следа. Вернее, кровь и обрывки внутренностей человека никуда не делись. Но это было единственное, что напоминало о ночном кошмаре.

Конечно, тут же посыпались предположения о том, куда делись трупы. Причем догадки высказывались одна нелепее другой. Василий в бесполезном обмене мнениями участвовать не стал. Отметил про себя только, что вокруг не было следов ни волков, ни других падальщиков.

Он отловил Лаптева и тихо спросил:

- Ты ведь знаешь, что это за зверь. Да? Про залипал знал, и про него знаешь! - Нет. Вернее, про залипал да, знаю. Почитай с самого детства с ними дело имею. А вот урода этого трехглазого вчера увидел впервые. Там, откуда я родом, таких зверей... или людей... нет.

Лаптев замолчал и отошел в сторонку, показывая, что разговор окончен. Дженкоуль задумчиво посмотрел ему вслед: верить или нет. Иван - бугады, хозяин тайги. Значит, должен знать обо всех бесах и духах, что водятся на его земле. А тот заросший мехом, похожий на человека и медведя одновременно, трехглазый монстр совершенно точно злой дух. Кем же еще он может быть? Выходит, Лаптев не может не знать о нем! Хотя с другой стороны, какой смысл Ивану врать?..

ЧАСТЬ 2

МАЯН

'Маян - злой рок охотника, эвенк.'

По негласному уговору дорогу выбирал Дженкоуль. - Пройдем вдоль гряды на полдень, - решил тунгус. - Попробуем обойти 'Морозку'. Нам бы только к Хушмо выйти, а там и до моего стойбища недалеко. Возражений не последовало. Сбитые с толку, растерянные и напуганные люди были готовы идти за кем угодно, лишь бы побыстрее выбраться из страшных и непонятных мест.

Воронцов и Тамм заинтересовались было 'Морозкой'. Юзеф даже хотел отколоть кусок странного льда, но Лаптев резко оттолкнул его в сторону: - Не прикасайся, если жить охота!

- Отвали от меня, скотина! - Зоолог зло поиграл желваками и сжал кулаки. Лаптев ответил веселым взглядом, дескать, давай, помахаемся, если хочешь. - Юзеф, успокойся, - остановил зоолога Воронцов. - Иван прав, это опасно. Вон замерзшего оленя видишь? Хочешь, как он?

Тамм пробурчал что-то неразборчивое, посверлил Лаптева злым взглядом и отошел в сторонку, разом теряя интерес и к наглому 'рабочему', и к необычному льду.

Двинулись дальше вдоль гряды. Дженкоуль шел первым, выискивая, где бы свернуть, чтобы обойти 'Морозку'. Остальные шли более-менее вытянутой толпой, переговариваясь между собой, обсуждая кровавое ночное событие. Зоолог Юзеф Тамм ввязался в спор с инженером прииска по поводу существования обезьян в Сибири, и их голоса, в запале, звучали громче остальных. Дженкоуль оглянулся на них, хотел сказать, чтоб говорили потише, но в последний момент передумал. Промолчал. Понял, что все равно бесполезно. Заносчивый Тамм считает себя умнее всех и не прислушается к доброму совету.

Лаптев догнал Берестова, придержал за плечо:

- Поговорить бы. С глазу на глаз.

Павел коротко кивнул и замедлил шаг, пропуская вперед остальных. После чудо-лекарства Лаптева Павлу и впрямь значительно полегчало. Рана в боку выглядела так, словно ей уже как минимум неделя. С лица почти сошли кровоподтеки, и только новые зубы не выросли взамен выбитых, на что Павел втайне немножко надеялся. Но, как оказалось, этот самый регенерин тоже не всесилен.

И все же отношение к Лаптеву у Берестова переменилось в лучшую сторону. 'Конечно, Ваня очень странный, и у него полным-полно секретов, но в целом он мужик - что надо', - решил Павел.

Лаптев и Берестов пристроились группе в хвост.

- Паша, за нами кто-то идет, - тихонько сказал Иван. - В смысле идет? - не понял Павел.

- В прямом. За нами следят. Ты только не оглядывайся, а то спугнешь. - Ага... - Берестов внутренне напрягся. Он хорошо помнил, что такое слежка еще по Петербургу. Прежде чем арестовать, за ним несколько дней ходили агенты охранки. Но там ситуация была понятной, а кому надо следить за ними здесь, в глухой тайге?.. - Ваня, ты уверен?

- Абсолютно. У меня на это дело чутье.

- И зачем ему это, как думаешь?

- А зачем охотник выслеживает дичь? - вопросом на вопрос ответил Лаптев. - Снова беглые каторжники? - вырвалось у Павла. - Вот мы с тобой это сейчас и выясним. Тихонько отойдем в сторонку и затаимся где-нибудь поблизости. Посмотрим, что за охотник такой на наши головы выискался... Паша, делай как я. Только осторожно, не спугни. Они прошли вместе со всеми еще немного вдоль гряды, выискивая подходящее место для засады. Поравнявшись с молодым ельником, Лаптев исчез. Вернее, плавно нырнул в сторону пушистых елочек и затерялся среди колючих ветвей. Это произошло настолько быстро, что Берестов в первый момент и не заметил его исчезновения, и только рассерженное шипение Ивана: - Паш, ты чего, заснул? Давай сюда! - побудило Павла последовать примеру Лаптева.

Под прикрытием ельника они поднялись повыше, намереваясь держать под наблюдением весь склон - на случай, если охотники идут не точно по следу людей, а держатся параллельным курсом.

Лаптев выбрал каменистый уступ и сделал жест Павлу: мол, тут устраивайся. А сам отошел чуть в сторонку так, чтобы видеть и склон, и Берестова и залег, держа наготове винтовку.

С непривычки Павлу сидеть, вернее, лежать в засаде оказалось непросто. Иван, как занял позицию, так и застыл каменным изваянием, ни разу не шелохнувшись. Павлу даже показалось, что он и дышать перестал. А вот самому Берестову постоянно что-то мешало - то комар прямо на веко сел, то шишка под локоть попала. Павел прихлопнул комара и поерзал, принимая позу поудобнее. Сделал это очень тихо и осторожно. И все же Лаптев укоризненно посмотрел на него и покачал головой: не дергайся, мол, лежи смирно.

Павел замер. И тут, по закону подлости, сильно зачесался нос. 'Не хватает только чихнуть. То-то Ваня обрадуется', - Берестов осторожно почесал переносицу двумя пальцами, останавливая свербение в носу, и тотчас заработал еще один красноречивый взгляд Лаптева.

Постепенно люди ушли вперед - их голоса звучали все тише и тише и, наконец, умолкли совсем, но охотник... или охотники... так и не появились.

'Похоже, Ваня ошибся', - решил Берестов и сам стал бросать на Лаптева красноречивые взгляды.

Иван тоже понял, что дальнейшее ожидание бессмысленно - охотники либо распознали засаду, либо их и не было вовсе. Лаптев озадачено нахмурился и собирался встать на ноги, но тут же застыл, прислушиваясь. Павел тоже услышал человеческие голоса. Вначале едва слышные, они становились все громче, явно приближаясь. Раздался выстрел. И еще один. Вскоре Берестов смог различить слова, которые кричали люди:

- Павел!!! Казя!!! Иван!!! Казимир!!! Берестов!!!

- Это же нас кличут, - Павел хмыкнул. - Решили, что мы потерялись, не иначе. Лаптев и Берестов поспешили вниз по склону, навстречу кричавшим. - Паша! - бросилась к Берестову Ксения. - Где ж ты был?! Я так испугалась за тебя... - она осеклась и поправилась: - И за Ивана с Казимиром тоже. - С Казимиром? - не понял Павел.

- Это старатель с прииска, - пояснила Ксения.

- А он разве не с вами? - спросил у Берестова инженер. - Нет. Мы с Ваней вдвоем были.

- Казимир - это парнишка молоденький, да? У него еще армяк на плече порван? - уточнил Лаптев. - Он прихрамывал маленько и потому последним шел. - Да, точно, - подтвердил инженер.

Павел вспомнил этого старателя. Действительно, когда они с Лаптевым пропускали людей вперед, прихрамывающий парнишка шел последним. Берестов сделал себе зарок, посмотреть, что у него с ногой, сразу после возвращения из засады. Не успел...

- Ну, куда он мог уйти? - риторический вопрос инженера повис в воздухе. - Он шел следом за мной, - пояснил один из старателей. - Потом я обернулся, чтобы у него табаку попросить. Глядь, а Казика-то и нету. Ну, я сразу закричал, чтоб все остановились.

- Ну, да. Мы смотрим, а вас с Иваном тоже нет, - обратилась Ксения к Берестову. - Павел, почему вы отстали, не предупредив нас?

- По малой нужде отходили и забыли вам доложиться, - отрезал Лаптев, не дав Павлу и рта раскрыть.

Ксения обиженно насупилась. Нахмурился и ее отец, но выговаривать Ивану за резкость не стал.

- Мы не хотели вас волновать, - попытался сгладить ситуацию Павел. - Казя!!! - вновь завопил один из старателей.

- Погоди, не кричи, - остановил его Дженкоуль. - Тут след есть. - Тунгус указал на едва заметные капли крови. - Это Казика, вашего, не иначе. - Так что ж мы стоим? - завопил инженер. - Пойдемте скорее за ним! Он ранен, ему нужна помощь.

- Это вряд ли. Думаю, бедолага уже мертв, - проворчал Лаптев. Но его не стали слушать.

Старатели принялись бестолково топтаться вокруг в поисках капель крови. - Вы затаптываете следы! - прикрикнул на них Дженкоуль. - В самом деле, ребята, стойте, - поддержал его инженер. - Среди нас есть настоящий следопыт. Голубчик, ведите нас.

Дженкоуль не заставил себя просить дважды. Он двинулся вперед, внимательно вглядываясь в землю и траву под ногами.

Кровавый след тянулся вверх по склону гряды, но до вершины не дошел - внезапно начал петлять, будто до сих пор некто, похитивший Казика, шел прямо, а потом учуял наступающую на пятки погоню и решил запутать преследователей.

Ему бы это удалось, если б не кровь - ее становилось все больше. Теперь темные кляксы были хорошо видны на усеянной хвойными иголками редкой траве. Внезапно след повернул за огромный, поросший мхом валун... Люди резко остановились, потрясенные открывшимся зрелищем. В землю была воткнута палка, сделанная из толстой древесной ветки. А сверху на ней красовалась отделенная от туловища голова пропавшего Казика. Самого тела поблизости видно не было.

Лицо мертвеца смотрело на бывших товарищей кровавыми опустевшими глазницами.

- Матерь Божья!!! - ахнул инженер.

Ксения побледнела и едва не упала в обморок от ужаса. Воронцов поспешно прижал дочь к себе, заставляя отвернуться от чудовищного 'подарка'. Его самого замутило, он еле сдерживал тошноту. Некоторых старателей рвало. Остальные бледнели и крестились. Заика Тюлькин тоненько пискнул и потерял сознание. Лучше всех держались зоолог Юзеф, Дженкоуль, Берестов и Лаптев, но даже им стало не по себе от подобного зверства.

- Надо снять его. Похоронить, - Дженкоуль приблизился к шесту. - Кто ж на такое изуверство-то способен? Обезглавить и на шест посадить! Вот ведь упырь! Зверь! - выдохнул Юзеф.

- Нет, это сделал человек, - возразил Дженкоуль. - Любой хищник растерзал бы труп. А тут... На жертвоприношение похоже.

- Вряд ли. Скорее, это предупреждение, - медленно протянул Лаптев. - Кому предупреждение? - не понял Павел.

- Нам. Чтобы не вздумали продолжать погоню.

- Ты знаешь, кто это сделал? - тут же уточнил Василий. - Нет. Но мы с Пашей пытались его выследить. Для того и отстали. - Думаешь, это тот самый охотник, который шел за нами? - уточнил Берестов. - Конечно. Больше некому, - уверенно кивнул Лаптев. - Выходит, он сумел как-то незаметно мимо нас проскользнуть и украсть парнишку. Мы с тобой, Паша, растяпы, раз ничего не заметили.

- Не только мы. Тот старатель, который шел прямо перед Казиком, тоже не понял, что прямо у него за спиной смертоубийство творится, - напомнил Павел. - Наш охотник - ловкач, каких поискать, - согласился Лаптев. Его настроение ощутимо испортилось.

- Да о каком охотнике вы все время говорите? - поинтересовался Юзеф. Павел рассказал о подозрениях Лаптева и об устроенной засаде. Дженкоуль тем временем попытался снять голову с шеста, но вдруг остановился и позвал странным тоном: