Если уж искать ключ к кулинарным пристрастиям Пушкина в его поэзии, то тут скорее подойдет послание к другу Сергею Соболевскому, написанное в 1826 году:
У Гальяни иль Кольони
Закажи себе в Твери
С пармазаном макарони,
Да яичницу свари.
На досуге отобедай
У Пожарского в Торжке.
Жареных котлет отведай (именно котлет)
И отправься налегке.
Как до Яжельбиц дотащит
Колымагу мужичок,
То-то друг мой растаращит
Сладострастный свой глазок!
Поднесут тебе форели!
Тотчас их варить вели,
Как увидишь: посинели,
Влей в уху стакан шабли.
Чтоб уха была по сердцу,
Можно будет в кипяток
Положить немного перцу,
Луку маленькой кусок.
Яжельбицы – первая станция после Валдая.
– В Валдае спроси, есть ли свежие сельди? если же нет,
У податливых крестьянок
(Чем и славится Валдай)
К чаю накупи баранок
И скорее поезжай.
Но и здесь все не так просто. Перед нами, разумеется, не абсолютный список предпочтений, а гастрономический путеводитель, составленный с учетом местных специалитетов. В гостинице итальянца Павла Гальяни Пушкин сам нередко останавливался и заказывал там макароны с пармезаном. До революции эта улица называлась Гальяновой, но в 1918 году ее переименовали в Пушкинскую.
Торжок и вправду славился куриными котлетами, которые готовила Дарья Пожарская. А валдайские веселые девицы действительно торговали баранками.
Еще Александр Радищев писал в «Путешествии из Петербурга в Москву»: «Кто не бывал в Валдаях, кто не знает валдайских баранок и валдайских разрумяненных девок?»
У них там был своеобразный бонусный аттракцион. Он назывался «Поцелуй через баранку». То есть, конечно же, через дырку в баранке. Чем больше (и, соответственно, дороже) были баранки, тем интереснее выходил поцелуй.