Тем более удивительно, что Борис Леонидович довольно часто использовал в своем стихотворчестве гастрономические ассоциации. В стихотворении «Петухи» он сравнивает летний дождь с процессом варки щей:
Всю ночь вода трудилась без отдышки.
Дождь до утра льняное масло жег.
И валит пар из-под лиловой крышки,
Земля дымится, словно щей горшок.
На всякий случай поясним. В Российской кулинарии использовалось огромное количество сортов растительного масла – ореховое, подсолнечное, конопляное, оливковое и так далее. А льняное выделялось тем, что пахло свежей травой.
В стихах настоящего мастера не бывает случайностей – каждое слово здесь на своем месте.
Их много. Им немыслим счет.
Их тьма. Они шумят в миноре.
Прибой, как вафли, их печет. —
это, естественно, про волны.
А в стихотворении «Баллада»…
…поле отхлебывало
Из черных котлов, забываясь,
Лапшу светоносного облака.
И таких примеров – множество.
Как, впрочем, и простых гастрономических упоминаний.
Гремели блюда у буфетчика.
Лакей зевал, сочтя судки.
На пароходе пахло кушаньем
И лаком цинковых белил.
(«На пароходе»)
Лист смородины груб и матерчат.
В доме хохот и стекла звенят,
В нем шинкуют, и квасят, и перчат,
И гвоздики кладут в маринад.
(«Бабье лето»)
Бутербродов насовали,
Яблок, хлеба каравай.
Только станцию назвали,
Сразу тронулся трамвай.
(«Карусель»)