В 1891 году Лев Николаевич выпустил очерк «Первая ступень». В нем он отговаривал людей от мясоедения. Это стало одним из толчков для развития вегетарианства в России. А Толстой был признан главным идеологом новомодного движения и стал кумиром его участников.
По всей стране начали открываться вегетарианские столовые. Как правило, на видном месте в них вывешивали портрет Льва Толстого. Полиция то и дело закрывала эти столовые – в большой степени из-за портрета. Но вегетарианцы продолжали упорствовать.
Вот меню одного из таких заведений, в Саратове: «Борщ польский, суп с клецками, каша гречневая, картофельная запеканка, капустные котлеты, тушеный горох, торт ореховый».
А о другой Илья Репин писал: «Стены всех комнат увешаны фотографическими портретами Льва Толстого, разных величин и в разных поворотах и позах. А в самом конце комнат, направо – в читальной висит огромный портрет Л. Н. Толстого в натуральную величину на сером, в яблоках коне, едущего по яснополянскому лесу».
В одном из таких заведений случайно оказался Маяковский. Возмущенный отсутствием алкоголя и мяса, он произнес, обращаясь к портрету:
Часы нависали, как грубая брань,
за пятым навис шестой.
А с неба смотрела какая-то дрянь
величественно, как Лев Толстой.
Свидетель этого события, поэт Бенедикт Лившиц вспоминал: «Разъяренные пожиратели трав, забыв о заповеди непротивления злу, вскочили со своих мест и, угрожающе размахивая кулаками, обступали нас все более и более тесным кольцом. Не дожидаясь естественного финала, Маяковский направился к выходу. Мы с трудом протиснулись сквозь толпу: еще одна минута накипания страстей, и нам пришлось бы круто».
Дело Льва Толстого процветало.