Не думай, что ремесло моё состояло в одних только смертоубийствах. Как говорил, нанимали меня и для охраны. Порой потребность в скрытности была такова, что наниматель был готов доплатить, лишь бы не все его желания исполнялись в точности без лишних вопросов. О том моя следующая история.

Однажды к распорядителю моему пришла от неизвестного лица просьба о встрече. Не пойми неверно, но я посчитал, что Протекторат разыскивает мою голову, возможно даже награда положена. Потому велел старику носа не высовывать и всячески делать вид, что-то не его дело. Однако, наниматель нашёл меня и без этого.

В камору, что я снимал для ночлега подбросили письмецо на дорогой гербовой бумаге, а в нём лишь несколько слов: «У собора в час заката». Написано было грамотной рукой, а сам лист пах недёшево. Потому на встречу я решил пойти, но сначала понаблюдать со стороны.

К назначенному часу у собора остановилась закрытая коляска, запряжённая парой гнедых андаузов. Я выдержал время, дабы понять, не случайность ли пригнала коляску под стены божьей обители. А после, когда она тронулась неспешно, догнал и без препятствий запрыгнул внутрь.

Человек внутри, сидящий на шёлковых подушках ни капли не удивился, отчего я понял, что это и есть будущий наниматель. Мы разглядывали друг друга с пару мгновений. Я понял, что человек этот не бедствует. Держится ровно с достоинством, седина на висках и бороде выдавала немалый возраст, а манера держаться — обученного военного.

— Господин Бес… — сказал он, как на пол сплюнул.

— Господин, — я выдержал паузу, дабы он назвался, но впустую. То и понятно, что трепать имя в присутствии незнакомца. Я б и сам не стал.

— Я знаю, что вы оказываете услуги деликатного свойства…

Стоило подождать, что же он скажет. И я промолчал.

— Требуется совершенная тайна и молчание, — продолжил манерный господин, держа от меня дистанцию и всем видом указывая, что несмотря на приглашение, я ему не ровня и ею никогда не стану. — И молчание это будет хорошо оплачено. Мне рекомендовали вас, как человека, всегда честного с нанимателем.

Тут, ты прости, я едва не рассмеялся. Как меня только не звали: и дьяволом, и мразью, сулили проклятья, но честным человеком для них я не был ещё ни разу.

— Нам необходим человек, что сделает, как укажет мой господин, без вопросов. Дело, само собой ратное, возможно понадобятся ваши особые умения.

— Говори… — обронил я, попутно разглядывая проплывающий за окном пейзаж. Ехали мы по улицам, петляя в проулках.

— Нужно найти и вернуть деву. Дева само-собой юна и горяча сердцем. Ехала к жениху в Юлианскую провинцию, в Пайет. Мой господин хотел, чтобы дева добралась до места в целости. Но на Шёлковом тракте кто-то напал на охрану. Дева исчезла. Мой провидец говорит, она жива и обитается в окрестностях Шелковичного дола. Требуется найти, и препроводить в Пайет. Там, в гостинице «Белая Герцогиня» будут ждать люди лорда Веллера, её жениха. С неё, само собой, ни один волос, чтобы она ни сулила… Коли все исполнится по договору, получишь ещё и сверху. А коли нет…

— Отчего лорд не соизволит искать невесту сам? — я чуял подвох, но ещё не понял, насколько он велик.

— Как я сказал, дева горяча сердцем и подчиняться отцу не желает. Полагаю, она могла уйти с похитителями добровольно. Дело политическое, сами понимаете. О нём ни слова. До лорда Веллера о том ни слова.

— Отчего я? — дельце только выглядело простым. — Раз политическое.

Наниматель помолчал, разглядывая дома в мутном окошке. Наконец, решился.

— Охрану ту посреди дня разорвала будто волчья стая. Но не её. Ты пойми, — он вдруг взглянул на меня холодно и отстранённо, — коли дева стала причиной, то бросить тень на семью моего господина я не могу. Надо всё сделать тихо. А ты, как говорят, хорош в своём деле и не болтлив.

Я усмехнулся. Уж, не знаю, кто напел про меня такие байки, но коли заплатят, отчего нет? Найти и препроводить девицу. Проще, чем разрезать яблоко. Чай не чудовище — думал я.

— Поедешь с моим прорицателем. Он укажет, где искать, — отрезал напоследок наниматель.

*****

— Начало похоже на романтическую комедию. Так ли была безобидна дева? — с усмешкой заметил гость. Вторая ночь выдалась непогожей, и в ставни бил, ярясь, стылый ветер. В домушке, однако, было тепло и уютно.

— И я так подумал, что девица ещё принесёт мне сюрпризов, — согласился хозяин. — Связываться с пылкими девами не в моих правилах, тем более, что в попутчики мне сватали магика, но гонорар зримо перевесил все сомнения, и я согласился.

— И что ж, комедия удалась? — нетерпеливо уточнил гость.

— Слушай далее…

*****

Итак, дело выглядело простым, но я чувствовал всей шкурой, что это не так. Считая, что деньги — единственный весомый аргумент, я посчитал, что справлюсь, не впервой. Получил задаток.

Встретился на следующий день с худощавым, как жердь, прорицателем в робе гордарской академии. На груди его, на толстой серебряной цепи мерцал в оправе черный камень, находиться рядом с которым стоило мне адской головной боли. Представился Виенарахом из рода Клеменци. Я сообщил, что он может звать меня Бесом, а он отныне и до окончания путешествия станет Вихрей. Он пытался возразить, но после тщетных попыток дождаться ответа бросил эту затею. И покорно согласился на Вихрю.

После полудня мы выдвинулись. Вещей взяли мало. Предстояло проделать немалый путь в короткий срок. Вихря молчал в основном, пытаясь поспеть за мной на тракте.

Однако в минуту передышки, когда мы встали, чтобы размять ноги, он пристал ко мне с расспросами.

— Тебя пугает мой камень? — уточнил он, когда увидел, как меня корёжит от его близости. Я, сказать по чести, не стремился подойти к нему ближе трёх шагов.

— Твоё ли дело? — я говорил, что магиков на дух не переношу? Коль не общее дело, прибил бы сразу.

— Это амулет, — не отставал Вихря, наблюдая со стороны, как я собираю костёр для ночлега. — От демонов…

— Мне дела нет, — отвечал я. — Хоть от кого.

— Если тебя тревожит амулет, знать, ты сам стал для демона пищей или пристанищем, — да что за человек-то такой! Никак не уймётся, думалось мне.

Ты не думай, что я не знал тогда, что проклят. Знал, с самого начала знал. И то, что он раз за разом вытягивал меня с порога преисподней тоже, по всему решив обеспечить мне ад на земле. Не в силах изменить того факта, я смирился. Демон внутри меня вольно общался со мною, иногда давая советы, которые я предпочитал не замечать. Думалось, ремесло моё и кровь, что я проливаю, даст демону вдоволь пищи, и он перестанет терзать душу своего вместилища.

А тут сопляк раскусил меня разом. Магики… Сами становятся пристанищем для демона взамен на могущество. А этот… Как у него от его амулета голова не лопнет? Неужто чистый маг? С этой мыслю я наблюдал за ним весь вечер, что, конечно, не укрылось от него.

— Почему ты смотришь? — спросил он. Чернявые спутанные волосы, пара чирьев на лице, тонкий ястребиный нос и по юношески пухлые губы. Бабам нравится, наверное, особенно нашивка на робе.

— А ты? Тоже стал вместилищем демона? — спросил я прямо. Если бы ответил да, не знаю, смог бы он добраться домой в целости.

— А, это… — Вихря оттянул робу, разглядывая нашивку, — дар у меня… Прорицательский. Людей вижу опять же, могу помочь найти, а таланту у меня нету, — вздохнул он разочарованно. — Я в академиях не обучался, только на курсах.

Вон оно что. Не совершил глупости, значит. Приязни у меня к этому человеку прибавилось, хотя амулет по-прежнему отпугивал.

*****

— Выходит, не все магики тебе неприятны, — рассмеялся гость, — были исключения.

— Были, — согласился хозяин, — и Вихря стал первым.

*****

Не знаю, насколько силён был дар у моего попутчика, но место, где порешили конвой мы нашли почти сразу, как пересекли границу Юлианской провинции. Тела, само собой убрали, чтоб не давать пищи воронам, даже разбитые латы растащили. Но Вихря с уверенностью показал — здесь. Земля там изрядно напиталась кровью, и я даже через время чуял, сколь много крови здесь было вылито. Но женского тела не нашли, и потому сделали вывод, что девице удалось ускользнуть. А Вихря безошибочно повёл нас к лесу.

Шелковичный дол — место неблагое. О том демон меня любезно предупредил. Впереди перед нами выросла непроходимая чаща, а магик мой не стремился углубиться в лес безо всякой подготовки.

— Стой пока, — предупредил я его. И решил таки послушать совета демона, не спешить со входом не испросив позволения у седых покровителей леса. Разбили лагерь под сенью деревьев, и принялись готовиться к отдыху.

Вихря отчётливо видел, что девица в лес вошла, и находилась там по сей час. Дело ли юной девице жить среди зверья? А это значит…

— Вихря, а Вихря…

— Чего? — магик уж привык к моему обращению и перестал морщиться.

— Скажи как на духу, девица та проклята? — я ждал честного ответа, ибо за время путешествия нам многое стало открыто друг о друге. В разумных пределах. Он понял, что есть у меня секрет, хоть и не догадался, насколько он велик и ужасен, а я вызнал, что магиком его звали скорее по недоразумению, хотя талант у него, без сомнений присутствовал.

Вихря помолчал, перебирая горящие в кострище прутья прутом.

— Говорят, да, — наконец молвил он. — Говорят, лорд Веллер возжелал в жёны деву особенную. А чему особенному взяться в купеческом роду, хоть и самом богатом в провинции? — и многозначительно вздёрнул бровь. Мол, догадайся теперь, что произошло.

— И папенька заплатил Архимейстеру, — продолжил я, не сводя глаз со спутника, желая видеть подтверждение своим словам. — Они дали ей силу…

— Не я тебе сказал такое, — вздохнул Вихря. — Слухи множить не гоже. Но поговаривали, стали перед отъездом юной госпоже свиную кровь носить. Отчего, и как думаешь, с ней ехало столько охранителей?

— Кого ж они охраняли? — я почти понял, в чем подвох, — деву от мира иль наоборот?

— Не ведаю, но силу она получила немалую, — буркнул Вихря, — а с тем и желание идти наперекор папеньке. По мне, так Архимейстер обманул нашего господина и сделал её чудовищем. Иначе, кто в здравом уме согласится?

— То есть, замуж невеста не желает, — костер чихнул искрами от брошенного сухого ствола.

— Не её печаль, у них там принято так. Не думаю, что лорду Веллеру придётся по вкусу дева из простых купчих. Но с новым даром, она стала ему интересна. Раньше она была вельми хороша. — И прозвучало в голосе несколько новых нот. Отчего я сделал вывод, что у Вихри к деве свой интерес.

— Так зачем же ты согласился идти за ней, а Вихря? Коль знаешь, что чудовище?

— Твоё дело малое, забрать, да отвезти к жениху, — Вихря вытер нос рукавом и замолчал. — Тебе заплатили, ты и рискуй. Я только найти должон. Считай, свою часть исполнил.

Дело приобретало кислый вкус.

*****

— Неужто, оборотень? — рассмеялся гость, — такого не бывает!

— Ну бывает ли? — хитро сощурился хозяин, — вспомни, досточтимый асатр, кто спасал твою благородную шкуру при Мельине.

— Я, признаться, думал, это преувеличение…

— Отнюдь…

*****

Теперь предстояло войти в логово чудовищ. Одно из этих чудовищ извлечь, вернуть человечий облик, а после и к людям. Задача почти что не выполнимая. Коль дева заартачится, так может и дырку пробить вполне ощутимую. Стоило поговорить по возвращении о возмещении убытков с нанимателем.

Демон внутри посетовал, что дело опасное, а я, к его скорбению, не желал отдавать свою жизнь ему в услужение. Потому демон ждал моей очередной смерти.

*****

— Сколько же раз ты умер? — удивился гость.

— Не менее половины дюжины, — усмехнулся хозяин, — и каждой и врагу не пожелаешь. Но то дело прошлое, ты слушай далее.

*****

В Шелковичный лес я зашёл один. Вихря наотрез отказался подвергать свою жизнь чрезмерной опасности, а то, что это была она, у него сомнений не было. Рассказал он, что девушка надо искать в глуби чащи, идти на восход солнца, а там она меня сама найдёт.

Что ж, с девами у меня до сей поры проблем не было. Но как вернуть ей человечий облик, коль она оборотилась, да по своей воле? Мысли, пока я пробирался по чаще одолевали меня. Почему купеческая дочь согласилась на такое? Коль лорду Веллеру вздумалось иметь в жёнах чудовище, неужто породниться с ним столь желательно, чтоб отдать себя на растерзание демону? Но то, как изволил сказать мой наниматель — политика. И это очередной раз меня уверило, что ни магиков, ни правителей я уважать не стану, как и служить им. И, к слову, завет свой почти сдержал. Дал слабину, пожалуй лишь в Тангоре. Но там мужи совсем иные, не то что в Гордарии. Там земля смелых воинов, не хитросделанных купчин.

Пробираться по чаще было затруднительно. Твари лесные, завидев меня спешили бежать прочь. Выдвинувшись после восхода, я сильно после полудня притомился и решил дать себе отдых. Там меня и нашла наша девица. Да не одна, а в компании огромных лесных волчищ. И все они окружили одинокого путника, желая отведать его крови. На моё счастье, дева оказалась болтлива.

— Так, так, — услыхал я, когда присел отпить из фляги немного воды, — вот значит, ты какой…

— Какой? — вокруг зашуршали лапы. Если кинутся разом, не сдобровать мне, подумалось.

— Говаривали, Жнец идёт! — рассмеялась девица, отделяясь от седого ствола тёмной тенью, и увидал я её во всей красе. Тоща, как весло, может и красива, да портили её теперь звериный оскал, да путанные космы на плечах. Одежда состояла из видавшей виды парчи да шерсти. Королева леса, не иначе. Голос ломался от птичьего пения до рычания хищника. — Бойтесь! Жнец! — Она воздела руки к кронам.

— А ты всего лишь человек! — выплюнула она, склонившись в мою сторону, лицо её обезобразилось гримасой ненависти. — Ничтожный, мелкий человечишко! Тощ да мечен.

— Так, я не отрицаю, — согласился я и поднялся, незаметно подобрав в руку кинжал с пояса. — Смотри, коль желаешь. Дева Эналея, верно мыслю?

— Так меня звали когда-то, — легко согласилась девица, — но я стёрла это имя из памяти.

Волки, не скрываясь вышли к свету. Трое.

— Самое время вернуть, — я незаметно сместился так, чтоб спину мне прикрыла огромная ель. — Батюшка твой уж очень сетует, и желает видеть тебя супружницей для честного мужа.

— Ты от него? — со скукой уточнила дева. — Убирайся!

И тут глаза мои меня обманули, стёрлась девица, как не было, зато со спины прильнуло горячее тело. Пахнуло землёй и псиной. Гибкие руки обняли за плечи, и поползли к талии.

— И остальным передай… — услышал я шёпот. Но, прости, дослушивать уж не стал. Одним коротким ударом головой угодил я ей по лицу, и дева закричала так, что ей вторила каждая птица в лесу. Волки с рычанием приблизились, а я, подхватив девку за талию уже заскочил за ель. Девица из обольстительницы превратилась в мегеру, вцепилась в плечи, тщетно царапая рубаху на плечах.

*****

— Ты ударил женщину, — уточнил гость, всем видом выражая несогласие с методами.

— Уж прости, благородный асатр, в моём ремесле благородство — ржавая броня. Не защитит, ещё и ранит сильнее, — тяжело усмехнулся хозяин. — Достанет того, что она меня там едва не угробила.

*****

Это было сложно, скажу я тебе. Девка вырывалась, но пока она была в моих руках, волки не нападали. Но и мегера не давала спуску, разодрала мне плечо в кровь, и едва не вынула оба глаза. Пришлось приложить её о дерево. Знаю, что не одобряешь. Но то вопрос выживания. Неизвестно, что сделал бы ты. Хотя, и так ясно. Погиб бы сразу.

Наниматель, конечно, просил сильно не портить, но выбора у меня, сам понимаешь, немного. Уговорами зримо дольше. А счёт шел на минуты. Девка на плече сильно осложняла мне манёвры. А волки пошли в наступление. Они делали ложные прыжки, клацали зубами совсем близко. И по всему выпускать меня с моей ношей не собирались.

Руки мои похолодели и я чуял, что демон близок к пробуждению. Я знал, коль он вырвется, не видать мне более жизни человеческой и придётся остаток вечности исполнять его капризы. К трем псам переросткам прибавилось ещё и это. Но! Едва демон приблизился, отступили оборотни. Прижались к земле, как битые псы, только оскал держали для устрашения. Тут он меня спас, не спорю. За то я ему благодарен и после отплатил. Везение моё было снова со мной, и я уверовав в удачу, пошёл прочь, мне спуская взгляда с волков.

*****

— Неужто так легко вышел? — спросил гость со скепсисом.

— Будь на моём месте человек, может, и не вышел бы, — усмехнулся хозяин. — Но, к слову сказать, демон знатно выручал меня иногда. Особенно с неблагой силой. О чём ты и сам знаешь. Теперь все они с радостью служат мне.

*****

Я никого не тронул. Разве девица получила пару затрещин для успокоения. Ну, сам посуди, бежать через лес с дёргающейся мегерой на плече, — такое себе. А так она вела себя спокойнёхонько, аки агнец, и вполне себе походила на мужнюю жену. То что она потом своему лорду сердце вырвет — не моя печаль. Мне было заплачено за доставку до порога. Волки следовали за мной шаг в шаг, но демон подступал при малейшем намёке на атаку, что знатно отбрасывало моих противников назад. Они так его боялись, что не смели тронуть меня. И я благополучно вышел к нашей с Вихрей стоянке.

Однако, мой добрый раскисший чародей встретил меня взведённым арбалетом. Вот от кого не ждал, так это от него.

— П-положи! — крикнул Вихря ломающимся от страха голосом. Я не стал возражать. Девица знатно оттянула мне плечо, ибо к весу девы прибавился и вес её проклятья, сделав мою ношу тяжелее раз в пять. Запомни, ещё не раз я упомяну о том.

— Что ж ты делаешь, Вихря, — ласково спросил я его. Наконечник болта в ложе плясал так, что можно с уверенностью было сказать, горе-магик пронзит скорее небеса и землю, но не меня. — Зачем?

— Я спасу её! — всхлипнул чародей, — от всех! От тебя, от ее отца и от этого скота Веллера! Назад!

Я не хотел делать ему больно, правда. Он мне нравился. Но то, что тогда происходило, грозило похоронить мою репутацию. Этого нельзя допустить, а ещё хотелось бы избежать болта в брюхе. И я отступил на шаг, соображая, что делать дальше.

— Эна, — Вихря уже одной рукой приподнимал деве голову, не опуская арбалета во второй.

*****

— Неужели, это был его план? — уточнил гость.

— Хуже, это был их общий план, — согласился хозяин, — но дева на полпути передумала и бежала к оборотням, понадеявшись на чудовищную силу. А Вихря напросился в поиски в надежде образумить девицу. Каждый на что-то надеялся. Я, к слову, на ночлег, согретую постель и вдосталь пива в таверне Пайета. Время показало, чьи надежды сбылись.

— И чьи же? — гость с интересом склонился через стол.

— Догадайся сам, — рассмеялся хозяин.

*****

Конечно же им надо было от меня избавиться, и Вихря, дрожа, нажал спусковой поршень. Убить человека впервые это великая тяга для совести и тела. И магик наш, хоть и старался себя преодолеть, но дал слабину. Рука дрогнула, и болт прошёл в волосе от моего плеча. Остальное предсказуемо. Перезарядить он, само собой, не успел. А дева снова на меня кинувшись, получила ещё, уж после не дёргалась тут и состоялась наша беседа. Обоим пришлось меня слушать.

Я объяснил, что доброй жене надлежит исполнить волю папеньки, иначе доброму наёмнику не заплатят. А Вихря может катиться к чёрту со своей любовью и обязательствами. Они, конечно же оба были не согласные. Я связал обоих и мы отправились дальше.

*****

— И что же? Ты исполнил волю нанимателя? — гость скрестил руки на груди, — но мог бы дать молодым людям свободу.

— Мог бы, но то только в романтических комедиях, как ты тонко заметил. В жизни же все случается иначе.

*****

Я довёз деву до места. Люди лорда приняли деву, посетовали на неопрятный вид, а Вихря, всю дорогу осыпающий меня проклятьями, остался со мной. Я отпустил его с богом в надежде напиться, да и забыть обоих. Но он остался со мною и пил, к слову, не меньше. Там то я и растолковал ему, что жена-мегера сотрёт любую любовь. Коль она б любила нашего магика, не ушла б к волкам. Сказал, что воля папенькина всё одно будет исполнена, не мной, так другим, а Вихря потеряет свою бестолковую жизнь ни за что. И после третьей кружки балбес со мною согласился. Сказал ему, что высокородный ублюдок, скорее всего, избавится от нее, и тогда Вихря может начать исполнять роль благородного спасителя, а мне дорогу переходить не надо.

*****

— И что же он? — ночь уже вошла в полную силу, ветер стих.

— Согласился, — хозяин усмехнулся не весело. — Сколько знаю, потом он ушёл от купца, да переехал поближе к возлюбленной. А мегера стала леди Веллер и знать его более не захотела. Вот так то. Политика…

— А если бы они бежали тогда?

— Было б то же, — хозяин пожал плечами, — бросила б она его. Не люб он ей, раз хоть к волкам, хоть в паучье гнездо, но не с ним. Но я б остался без средств и репутации. Так что вот мой наказ. Исполняй контракт до конца. Люди-то они переменчивы. И лишь золото вечно.