Пугать лишний раз тебя не стану. Но ты уж понял, наверное, что путешествие то сделалось для каждого этаким рубежом, после которого, уж никто прежним не вернулся. Речь не про сокровища иль золото. И сколь не говори, оттуда я тоже кое-что вынес.

После той ночи утро не принесло облегчения. Вставали помятые, не выспавшиеся и угрюмые. Даже Акварис, вопреки обыкновению, не стал мне выказывать свою гнежью волю. Велел поставить ведерко с водой у шатра и убираться. Так я и сделал, потому как со сна разболелась голова в висках, да внутри сжимало невидимой рукой. Завтракали сушеным мясом и хлебом. Я запарил себе магинум. Не хотел поначалу, но рисковать не стоило. Если, и верно, сила в Храме живая, так лишним не будет. Даст дополнительное преимущество. К тому ж могло помочь, если от ночного морока все пошло.

Моллин давал последние указания Васе, чего делать, да как себя вести в случае чего. Я только следил взглядом за кивающим магиком и думал, глядя на них. Нет, не сдюжат они в подземье. Страх то на лице написан. Боятся, а идут. Оттого и погубят всех при случае.

Подсел слева Яргит, кутаясь в свою меховую куртку. Потянулся за кипятком.

— Как ночь? Спокойно?

— Угу, — ответствовал я поверх дымящейся кружки. Яргит принюхался, потянув носом пряный пар, но ничего не сказал.

— А я вот опять не спал, — фыркнул мой приятель. — Кошмары мучили. Чуть глаза закрою и на тебе…

— И мне… — Святой Отец пододвинулся ближе. — Мне тоже снились. Конец снился. Мира. Как пришел Судия. Как спросил меня, готов ли я к путешествию.

— А ты? — Без интереса спросил я, сплевывая попавший в рот стебель.

— А я, недостойный сын, грехов набрал, не поднять. И этакую ношу не стащить, не уйти к благости.

Святой отец покачал головой.

— Тяжко грехи носить. Ох, тяжко. На той стороне сами понесем свое добро через веревочный мост. Хорошее нас к небу подымет, дурное утащит в пропасть.

— Ну, мне тогда бояться нечего, — проворчал я, выливая остатки отвара на камни. — В бездне-то я, пожалуй, вас всех обгоню.

— Отчего ж? — Усмехнулся Святой Отец. — Чем так нагрешить успел? Небось, девок натоптал, греховодник. — Погрозил мне пальцем. — То для мужчины не грех, это благо.

Я улыбнулся невесело, поглядел на собирающихся магиков. Те уже забили свои небольшие кули снадобьями да амулетами. Жратвы, наверно, нету там. Увлеченные люди. О желудках в последнюю очередь думают. Я то собрал, сколь мне было позволено, сложил ножичек, да меч пристегнул. Авось, пригодится.

— Ты, Яргит, готов к путешествию? — Спросил я. Яргит поперхнулся чайным отваром.

— Да в Храм, — я с досадой посмотрел на округлившего глаза приятеля. — Не к смерти, фантазер.

Яргит закивал. Готов, готов. Как же иначе. Асмир достал фонари для всех, веревицу подлиньше. Готовились в первый раз пробыть там до полудня. Вроде, к обеду вернуться. Хорошо, хоть, он позаботился о нужном. Кивнул мне на куль, предлагая взяться за него. Коса прошел мимо, прошипел что-то неблагозвучное. Я не обратил внимания. Пускай себе шипит, хоть пар спустит.

— Эльх, ты уверен, что хочешь идти? — Вдруг спросил Яргит. Я вздохнул. Как же голова разболелась! К непогоде что ли?

— Я-то уверен. А ты?

Яргит отвернулся, не ответил. Что ж молчишь, значит, не уверен, но все одно пойдешь.

Подошел Акварис. Сменил робу свою на теплые штаны и богатую куртку до колен. Я встал.

— Ночью неспокойно было, — сказал я, обращаясь к Акварису. — Грохот был, огни мерцали. Надо б сначала проверить, безопасно ли.

— Проверь, — кивнул магик, не отрываясь от своего занятия. Надевал он теплые перчатки, никак не справляясь с завязками.

— Что за грохот? — Встрепенулся Моллин. — Я не слышал.

— Никто не слышал, — ответил Акварис, встречаясь взглядом со мною. — Только брадобрей наш слышал.

— Не веришь? — Я пожал плечами. — Твое дело. Только я первый пойду.

— Первый, — Яргит привстал со своего места. — Один?

Асмир подошел со спины, встал рядом и Коса, и Северянин. Знать, всё они уж вызнали и тоже не собирались открываться раньше срока. На что пожелал я Косе разменять второй глаз на разум.

— Отчего вдруг посмелел ты, лавочник? Иль не лавочник вовсе? — усмехнулся Асмир. Воздух потяжелел.

— Нет, — подпел Коса. — Врет, врет. Резать язык.

— Может, и так, — я развернулся к Асмиру лицом. — Твоё дело охрана лагеря.

Акварис оставил, наконец, непослушные завязки, с интересом посмотрел на нас, по всему прикидывая, чью сторону занять в случае чего.

— А твое? — Асмир сделал знак своим, и они обступили и меня, и магиков. Сразу стало холодно и неуютно. Яргит побледнел, вцепился в кружку пальцами.

— Моё? — Я усмехнулся. — Быть рядом, когда облажаешься.

Молодцы подступили ближе, но Асмир поднял руку, останавливая их. Магики, притихшие и бледные бочком вышли из круга.

— Акварис тебя нанял, — сказал Асмир глухо.

— Он, — отвечал я.

Асмир тяжелым взглядом посмотрел на Аквариса, тот поднял руки в знак протеста.

— Не я.

— Старший, — я оглядел хмурые небритые рожи. — Есть еще вопросы?

— Думал я, обознался насчёт тебя. Ан нет… — Асмир долгим взглядом смотрел мне в лицо, потом кивнул своим, чтоб отошли. — Не думал, что Бесу есть дело до магиков.

— Ты глазам-то не верь. Они часто в обман вводят. Вон, у Косы спроси, — я уж к разговорам особо не располагался.

На мои слова пересиец зашипел, как вода в кострище, и исчез, испарился так же.

— Не встречал я тебя доселе, бесов сын, думал, не пересечёмся никогда, — сказал Асмир прямо, по всему, к мордобою не расположенный. — Да теперь уж буду знать… Не серчай, ежели что. Коса, он же не со зла.

И протянул руку для пожатия. Я помедлил, но подумал, что делить то нам с ним, пожалуй, нечего. Каждый получит за своё и по заслугам. И сжал протянутую ладонь.

Дружинники разошлись, косясь недружелюбно на меня, и Яргита заодно. Тот выдохнул.

— Ух, думал, бить будут.

— Не страшись, не будут, — я подцепил на плечо лямку от приготовленного тюка. — Прирежут, и все.

— К-как? — Мавельс, поднявшись было, опустился снова на чурбачок.

— Ножом, — я уж пошел к магикам. Моллин с Головиком обсуждали слова, мною сказанные.

— Вдруг там привратник стоит. Как мы его удержим? — Вопрошал Моллин. Подошел и Акварис.

— Ну, наш друг вызвался идти первым. Чего ж мешать, — и кивнул на меня.

— Это самоубийство! — Моллин окинул меня испуганным взглядом.

— Ну, если там привратник сидит, например, то заодно и покушает, — усмехнулся мой магистр. Шутник чёртов. — Правда, с этого-то маловато будет пищи. Ну, хоть в зубах почистит.

— Моя жизнь — не твоя забота, — я повернулся к Акварису. — Говорю, слышал кого-то. Надо проверить.

— Зачем же в пасть-то лезть? — Моллин вцепился в руку. — Давайте заклинанием попробуем.

Я высвободился из холодных влажных пальцев. Мразотно стало. Словно змея руку обвила.

— Конечно! — Кивнул Головик. — Надо заклинанием. Вместе справимся. Кто б там не сидел.

— То верно, — вздохнул Акварис с милостью, похлопав меня по плечу. — В другой раз жизнь свою отдашь за меня. Попозже.

*****

— И ты стерпел? — улыбнулся гость.

— Отчего ж не стерпеть? — Ухмыльнулся хозяин, — заплачено. Что б ты знал, люди то, они повсюду одинаковые. Этот город, тот умён, а третий труслив. И пенять магику на его бестолковую браваду все равно, что ссать против ветра. Прости уж…

— Да, ничего, — откашлялся гость, скрывая неловкость.

— Но до того дела не было. Задача моя вдруг стала больше, чем я рассчитывал. Печать то они сняли. Тужились, пыжились, готовились к бою. А всё напрасно.

*****

Молодчики наши, крепыши, при помощи железных рычагов сдвинули плиту с места. Магики приготовились дать отпор неведомому врагу. Но ничего не произошло. Из люка вырвался запах сырости и гнили, и более ничего. Акварис победно посмотрел на меня. «Смотри, мол, как мы все сделали. Нас даже демон испугался». Как же! Он не испугался — затаился, потому как вызов средь ночи ему бросил я. В этом я отчего то был уверен. Моллин заглянул внутрь, поманил всех к себе.

— Все в порядке. Ничего нет.

Я пошел к люку, следом потянулся Яргит. И тут началось странное, что должно было меня отвратить, предупредить, ежели хочешь, да в гордыне своей я предпочёл не заметить того предупреждения.

Взглянул я под ноги, а там не цельная каменная плита старого Храма, а плиточки малые, со швами из белой смеси. На плиточках следы кровяные. Старые, новые. Такую плитку я уж видел и не раз. Давно. Целую жизнь назад. И хотел навсегда её позабыть. Я поднял голову, уж зная, что увижу. На месте огромного, в обхват человека, люка, зияла чернотой узкая дыра в полу. Края дыры окованы железом, что б решетчатое кольцо с легкостью входило в лаз. Там внизу шесть локтей глухого каменного колодца. Оттуда раздается вонь и холод. Морок. Не может быть. Этого не может быть. Эта дыра осталась там, в прошлой жизни. Я замедлил шаг, боясь оглянуться. Позади тюремщики? Посмотрел на застывших магиков. Нет, не магиков, палачей. В мясницких глухих фартуках, чтоб кровь не замарала брюха. Так много? Зачем? Откуда? Неужели снова? Морок! Не может быть. То давно прошло.

Позади подступил кто-то, голосом Яргита спросил.

— Ты чего?

Яргит. Яргит из далекого будущего, где я стану снова свободным. Нет, не будущего. Настоящего. Мясники обратились снова в возбужденных, в предвкушении, магиков, плиточка стерлась с пола. Я потер глаза. Только дыра никак не хотела ширится. Все еще оставалась узкой тюремной щелью. Так ты решил одолеть меня, невидимый противник? Знаешь, куда бить, чтоб попасть по цели, но ничего, увижу, поквитаемся. Я теперь тоже не прост. Смогу ответить. «Охота?» Охота. Будет тебе пища.

Акварис протянул с усмешкой мне фонарь спускаться первому. Я взял в руки петлю фонарного короба. Опустил взгляд на люк. Нет, не проходит морок. Все та же узкая дыра в полу, куда спускали безвольного узника. «Сам идешь туда, по доброй воле. Пеняй на себя. Помнишь ли, сколько там было боли?» «Помню». Но то в прошлом. Теперь — настоящее. Это чья-то воля хочет заставить меня отступить.

«Я жду»

Я без страха ступил на каменные ступени, оказавшиеся под плитой. Акварис проводил меня взглядом. Ступень, да ступень. Как будто ничего опасного. Я прислушался, огляделся. Склеп и есть. «Где же ты, мой вчерашний соперник? Куда подевался? Вот он я, стою перед тобой. Почти без защиты. Один»

*****

— И что же он? Пришёл к тебе?

— Нет, не отозвался, — хозяин покачал головой. — И подумал я, что все, что я вижу морок и бред. После магинума всё пройдет. Акварис попытается вынуть меня из самообладания. Магики наши обнюхают стены. И все вернутся назад. Так я думал.

*****

— Спускайтесь! Все спокойно, — крикнул я наверх.

— Следующий Головик. — Акварис вручил фонарь и ему. — Ждите нас внизу.

Мавельс потянулся следом. Спускались все с осторожностью, боясь оступиться. Следом за Яргитом и магики потянулись цепью. Акварис, Моллин, Головик, Северянин. Остальные остались пока снаружи. А уж после думали идти все.

Ты пойми, к науке я равнодушен, разве только к алхимии. Всякие старые культы мне сделали много неприятного, от того к этим мне дела нет. Лишь бы мертвяки не встали, как было в наших с Яргитом походах. Но в том храме все иначе сделалось. Встретил нас тот храм ласково. Лестницу предложил, пустил всех без препон. Как чудище, ждал, пока жертвы зайдут в пасть, чтоб захлопнуть её и отрезать пути к остступлению.

Осторожно, ступенька за ступенькой, Яргит спускался вниз, оглядываясь вокруг. Мы — первые, кто видел Храм Ахоменофа изнутри. Событие, можно сказать историческое, достойное описания и места в истории. Магичка, поди, уж написала о том. За этим же она была приставлена? Надеюсь моего имени там не упомянула. Хотя, тот труд я не читал. Ты глянь, коль сделается любопытно. Сравнишь впечатления.

Привратная зала была пуста. В свете фонарей было видно немногое. Только резьба по кругу, изображающая жертвоприношения. Человеческие. И сцены охоты. Тоже на человека. По коже пробежал холодок. Темная сторона. Мы вступили на темную половину Храма.

Наконец, все спустились вниз, и с благоговением начали оглядывать стены, освещая себе нужное фонарями. Я лишь следил за Акварисом. Сверху в ярком пятне люка показалась голова.

— Все в порядке? — Асмир.

— Все отлично! — Прокричал Акварис. — Мы к обеду обернемся! Может раньше!

— Хорошо! — Голова пропала. — Мы здесь!

Акварис оглядел свой отряд.

— Порядок такой, — сказал он голосом, не допускающим возражений. — Привяжем конец бечевы к лестнице. Все идут кучно, не разбредаясь.

Я уж оставил ему командовать. Моё дело — малое. Зайти и выйти. Акварис пошел первым, следом потянулся и я, потом Моллин с Головиком, затем шел Яргит, замыкал колонну Северянин. Таким порядком сделали несколько шагов. Моллин ахнул, задирая кверху голову. Следом посмотрел и Яргит. Наверху, на своде стали видны неведомо как подсвеченные рельефы, изображающие сцены битв многих армий. А я пропустил тут второй знак. Свет фонарей никак не мог осветить такую высоту. Что ж нам нарочно показывают эти скульптуры? Кто и зачем. Магики, однако, в восхищении рассматривали рельефы.

— Это же битва за Гремячий Вал! — Моллин крутился, разглядывая. — Потрясающе! Только посмотрите!

Я слабо отмахнулся. Позади раздался скрежет- вот, что тревожило. Через секунду и чародеи обратили на звук внимание. Оглянувшись, все увидели, что огромная дыра в потолке, точно луна в затмение начала убывать.

— Что за шутки? — Акварис бросился назад, к лестнице. — Не смейте!

Головик, не задумываясь особо, выставил руку вперед, сотворил заклинание, которое отскочив от люка, рассыпалось искрами по стенам. Тут уж все кинулись к лестнице.

— Эй! — Крикнул хрипло Северянин. Значит, есть голос, просто не пользуется он им без надобности. Акварис уже был на середине лестницы. А люк закрылся на треть. Сверху тоже раздались возгласы удивления, потом ужаса.

— Не смейте! — Акварис захрипел, отступил на шаг. Я уже был рядом, бросил быстрый взгляд на чародея, потом перевел глаза на закрывающийся люк.

В уменьшающуюся дыру воткнули толстые металлические ломы, начали препятствовать, чтоб люк не закрылся совсем, но то было бесполезно. Невероятная сила сила тащила плиту на место, сминая металл, точно бумагу. В отверстии показались перекошенные от страха лица. Вася, магичка и Асмир.

— Невозможно остановить!

— Стош!

— Через воздушные …. — люк закрылся, отрезав от нас всякие звуки снаружи. Яргит бессильно закричал. Моллин ухватился за голову. Акварис сел на ступенях, где стоял. Северянин не сводил глаз с люка. Тотчас, как по команде погасли свечи в фонарях. Наши замолчали. Тишина окутала привратную залу. Засветился сам камень, разгоняя мрак. Стало возможно увидеть друг друга, разглядеть барельефы и понять, что путь к солнцу теперь отрезан неведомой силой.

*****

— Что ж, он вас запер? — уточнил гость. — Тот, кто жил в храме.

— Он нас поймал, то точнее будет, — усмехнулся хозяин. — Зашли то мы уж сами, как пчёлы на мёд. Особенно я. Уж знак мне перед тем был явный, но я не стал обращать внимания. За то и поплатился.

*****

Поначалу думали. Кричали, звали, ругались, искали виновного, но вскоре успокоились. Первым делом решили ждать, что люк откроется. Просидели в тишине неведомо сколько времени. Я успел задремать на ступенях от скуки и тягостного молчания. Яргит подступил ко мне с вопросом, что ж теперь? А что я ему отвечу? Я не Магик, я просто охранитель. А магики то наши ответов не знали. Акварис тужился родить решение, да ничего у него не выходило. Силы их оказались слабы против неведомого хозяина. От злых нам открывались два коридора вглубь и каждый светился по-своему. Правый тускло, имогильно. Левый с солнечной яркостью. Но то обман, конечно же. Оба одинаково могли привести нас к гибели.

К обеду пришло понимание, что безделье ничего для нас не сделает. Каждый хоронил себя в этом Храме, но боялся признаться в этом всем остальным. Яргит откашлялся.

— Надо разделиться, — сказал он, стараясь, чтоб голос не дрожал. — Проверить, куда ведут оба коридора.

А вот тут я с ним был не согласен, оглянулся, поджав губы.

— Не лучший вариант, — проговорил я.

— Почему?

— Нельзя давать ему повод разделить нас, — я то думал, очевидно, что чья-то воля желает нам смерти.

— Кому? — Яргит оглянулся, начиная уже нервничать. По всему, он решил, что у меня в уме что-то повредилось.

— Ему, — я отступил, огляделся. — Этому Храму.

Акварис с насмешкой на меня посмотрел.

— Я смотрю, ты струсил?

Я уж не ответил. Моллин закусил палец.

— Нам надо найти воздухозаборную шахту. Через неё нас смогут вытащить отсюда, — сказал старик. — Мы прочистили несколько. Они соединяются с камерами напрямую. И достаточно широки.

— Верно, — Головик вцепился в собственный пояс, не зная, куда деть руки.

— Это мысль, — кивнул Яргит. Закрыл глаза, припоминая, где ближайшая дыра. — Нам туда. — Мавельс показал рукой в левый коридор. — Шахта там, я помню.

— Нет, — Моллин показал в другую сторону. — Туда, я отлично помню.

А я вздохнул. Началось!

— Хорошо. Я пойду в левый коридор. Кто со мной? — Вся компания начала переглядываться. Яргит посмотрел на меня. Я взглянул на Аквариса. Чародей тяжелым взглядом смерил Моллина.

— Я с господином норолазом. Он у нас поопытней будет, — Проговорил он. Яргит приободрился.

— Тогда я тоже, — сказал я.

— И я, — проговорил Головик. Моллин вздохнул.

— Что ж, я тоже пойду, но я уверен, что вы заблуждаетесь.

Северянин промолчал. Только мял мосластыми руками лямки заплечного куля. Видно было, что такое на путешествие он не рассчитывал.

— Хорошо, — Яргит вдохнул глубоко. — Главное здесь, не паниковать. Дышите глубоко. И следите за каждым. Нельзя никого потерять.

— Мы поняли уже, пошли, — прервал Акварис. Яргит повернулся, пошел куда велено. Камень засветился ярче, или показалось? Яргит, отбросив все страхи, вступил в зев прохода.

— Не отставайте.

Следом за ним пошли и остальные. В тишине гулко стучали шаги. Воздух полнился запахом сырости, а изо рта шел пар. Яргит осторожно выбирал дорогу, куда ступить ноге. Старался избежать любых возможных ловушек, но ни одной не видел. Все равно ступал осторожно. За ним след в след шли прочие. Акварис, за ним я, потом Моллин, Головик и Северянин. Я уж Яргиту, доверял, конечно. Не доверял остальным.

Короткий крик раздался в коридоре, эхом отразившись многократно от каменных стен. Яргит в страхе оглянулся. Акварис с круглыми глазами оглянулся тоже, за ним и я. На глазах дыра в полу затягивалась, точно живая. Северянин пропал. Здоровый, как гора человек просто провалился сквозь пол там, где прошли без препон остальные. Это был нам ещё один знак.

— Что это?

— Боже! — Моллин сотворил знамение.

— Все возьмитесь за руки, — Яргит нащупал ледяную безвольную руку Аквариса. Тот, брезгуя, взял меня за предплечье, а я Моллина за влажную ладонь. Дыра в полу затянулась, задавив крик страха и боли. Какая-то сила задалась целью извести непрошенных гостей. Кажется, путь к богатству и знаниям для кого-то мог стать дорогой к могиле.

Яргит двинулся вперед еще осторожнее, не выпуская акварисовой руки. Мы цепью двигались следом. Где-то громыхнуло. Акварис вскинул голову.

— Это Храм! — Сказал он в тишине. — Храм играет с нами.

Прошли еще несколько шагов. Коридор впереди сузился так, что можно было пройти только боком. Время повернуть назад.

— Ты уверен, Яргит, что мы идем правильно? — Спросил я и голос мой лишился эха, как жизни.

— Нет, не уверен. Но лучше двигаться и что-то делать, чем сидеть, — Яргит протиснулся вперед еще, нечаянно выпустив руку чародея. — Впереди я вижу расширение. Потерпите.

*****

— И это последнее, что мы от него услышали прежде, чем потеряли из виду, — вздохнул хозяин. — Мне за тушей Аквариса не было видно, что происходит там, впереди, я лишь услышал крик и шорох, словно гигантская змея проползла рядом. Акварис дёрнулся назад, но проход стал столь узким, что, казалось, вознамерился выдавить из нас желание к жизни.

— Что же это? А назад? — гость с тревогой подался к хозяину.

— Назад путь нам был отрезан. Веришь? Я лично увидел, как между мной и Моллином вышли шипы, что после стали толще и разрослись в стену. Каждого из нас бесов храм закатал в футляр из камня. Каждого оставил в одиночестве перед лицом неминуемой смерти. Магики ещё кричали рядом, но вскоре крики их стихли, прерываясь возгласами. Я запретил себе думать и представлять, что с ними произошло. Сделалась могильная тишина. Я слышал только звук сердца в ушах, да плечи теснило камнем со всех сторон. Не вдохнуть. Сказать по чести, я уж со всеми попрощался. Аквариса, кстати, тоже от меня отделило. Контракт мой грозил закончиться тут же самым бестолковым образом, из-за моей же бестолковой бравады.

— То есть, ты думал, что сможешь одолеть то, что было под печатью? — усмехнулся гость, — но оно одолело тебя?

— Выглядело, как будто так. Но то был ещё не конец. Что бы там ни обитало, оно маялось от скуки и получило в руки занятные игрушки. Потому скорой смерти никто не получил.

— Ты не умер там? — уточнил гость.

— Нет, там каждого из нас ждало иное испытание…