Следующим вечером дочка хозяина прикорнула рядом с гостем, положив голову ему на колени. За столом лился неспешный разговор, перемежающийся жестами хозяйки. Хозяин терпеливо пояснял супруге на пальцах суть беседы, а она отвечала, плавно, как лилась неспешная река.

— Всем ли ты доволен, благородный асатр? — спрашивал хозяин, пряча бесову искру во взгляде.

— Более чем, — гость осторожно положил руку на плечо девочки. — Отнести её в кровать?

— Если не трудно, — хозяин приобнял супругу и спрятал лицо, зарывшись ей в волосы.

После заминки, когда девочка засопела за занавеской на кровати, а хозяйка ушла следом, гость вернулся за стол.

— Прости за вчерашнее. Не хотел затронуть тебя сильно, — посмеялся хозяин. — Так, пощекотать маленько.

— Я сам этого желал, — виновато проговорил гость. — И виноват, что не был к тому готов. Прости и меня. Впредь я не стану тебя допытывать излишне.

— Расскажу, как мы пробирались к границе, да встретился я со своим невольным нанимателем, — хозяин тихо хлопнул себя по колену.

*****

Помнится, закончил я рассказ на том, как мы выдвинулись к Дольне. Солнце набирало силу, хорошо, дорога заползла под пролесок, и головы пекло не так сильно. Вскорости осинник обещал закончится и предстояло провести под солнцем немало времени. Такое себе, скажу я удовольствие. Жара, да слепни выползли после грозы. От земли поднимался влажный дух: пахло глиной и примятыми колосьями. Рядом стучали копыта коней Асмировых молодцев. Дольна показалась вдали, и это внушало надежду на скорый отдых.

Пока я трясся на месте возницы, думалось мне о сказанном Яргитом. И верно, зачем Акварис нанял Асмира? Они, конечно, со мной в разной категории. Эти скорее добровольное ополчение, нежели тати ночные, но не брезговали и разбоем, коль на то пошло. Говаривали, помогали они разыскивать беглых каторжан, а значит и с Протекторатом дела имели. И в очередной раз возблагодарил я судьбу, что Акварис, скорее всего заплатил им вперёд и больше, чем протекторские распорядители. А значит, до меня им дела не будет. До поры.

Но Акварис и Асмир? Как они встретились? Небо и земля столкнулись. Один весь манерный, тонкий, в шелке и парче, другой, в противоположность, грубый и пахнущий все время перегаром и табачищем

Впереди возникла заминка. Я оставил разбираться нашему предводителю. Яргит со своего места вытянул шею, стараясь разглядеть причину. Навстречу нам шёл торговый караван. Пришлось взять вправо и остановиться, чтобы пропустить тяжёлые возы, запряжённые волами. Яргит с интересом разглядывал крытые рогожей телеги. Везли, похоже, на продажу зерно и крупы. Следом шли еще две повозки. Эти с бочками. Вино иль пиво. Асмировы молодцы загоготали, провожая бочки масляными глазами.

— Нам бы бочоночек, — с тоской скулил один, с рыжими, точно пожар, волосами.

— Да не один! — Хохотал другой, черный, с щегольскими усиками на лице.

— В Дольне трактир-то есть? — Вопрошал третий.

— Есть, — Асмир тоже с тоской посмотрел на караван. — Там обедаем, после снова в путь.

Наконец, караван прошел, и мы тронулись дольше. Деревья отступили, и теперь предстояло ехать под палящим солнцем. Яргит накинул на голову тряпицу, завязал сзади узлом. Следовало б сделать так же. Да я замешкался.

По обеим сторонам дороги потянулись поля. Деревня приближалась. Я перехватил вожжи поудобнее, слушал разговоры едущих рядом охранников.

— … стану я пятки лизать? — Вопрошал крепкий светловолосый мужчина на вороном коне у своего соседа. — Нет, не стану. Потому как имею достоинство.

— Брось ты, Кот, — отмахивался от него сосед на серой в яблоках кобыле. Тонкий в талии, широкий в плечах, на лице двумя тонкими росчерками очерчены щегольские усики. Бабам нравится, поди. — Если надо, так и оближешь. Если, например, выбор перед тобой, извини за подробность, кол в задницу или султанатской ряхе поклониться. Что выберешь?

Названный Котом задумался.

— Ну, поклонюсь. Пока, — и улыбнулся гадко. — А потом ему же и всажу этот кол, куда надо.

— Эвон как заговорил! — Рассмеялся сосед. — Всажу! Многие так думали, да все с головами расстались. Вот так-то.

Кот фыркнул, отвернулся. А его сосед ткнул свою кобылу пятками, проехал вперед. Оставшийся всадник встретил мой любопытный взгляд хмуро. Знавал я таких, и даже не одного. Все хорохорились поначалу, а уж потом ходили покладистые, как наложницы.

— Чего смотришь?

— Ничего, — я уж перевел взгляд на конские спины впереди. Не к лицу лавочнику меряться с воином в дерзости. По легенде моей, я ж всем угодить должен. Потому играл свою роль.

— То-то, — улыбнулся Кот. — Твое дело лошадей блюсти, а не сплетни плести. Смотри у меня.

Показались первые огороды деревеньки. За худыми заборами открывались большие дворы домов побогаче. Здесь обитался Стошен Акварис с товарищами. Вроде здесь у него усадьба, где принимал он учёных мужей, да занимался какой-то там работой. Тебе виднее, благородный асатр. Сколь помню, ты учёный муж, ровно как и мой невольный наниматель.

Предстояло остановиться ненадолго в той деревеньке, затем бо́льшим числом отправиться далее. Проехали неспешно по главной улице, провожаемые любопытными взглядами, остановились у крайнего двора, похожего на харчевню. Оказалось было заранее оговорено прибытие шести голодных мужиков, и оплачено звонкой Акварисовой монетой. Вот так, про нас с Яргитом никто не позаботился. Но меня пока волновало это мало. Я желал увидеть свою цель, но Асмир не спешил. И задержка эта тянула из меня жилы ожиданием.

Хозяин дома вышел поприветствовать прибывших. Асмир перешел сразу к главному.

— Все готово? — Грубо спросил он, оглядывая выставленный во дворе стол. Хозяйская жена и дочки начали спешно выносить съестное из дома.

— Готово, готово, — улыбался хозяин, сытая рожа, щурясь как кот на солнце. — Что-то припозднились.

— Бывает, — проворчал Асмир, оглядываясь своих людей. Я уж, накинув невинный вид, отправился к столам, да Асмир поймал меня за руку.

— Ты куда?

— Как куда? — я кивнул в сторону блюд, дурманящий аромат источающих. — Обедать.

— Тебе пока рано, — важно сказал предводитель. — За лошадьми пригляди, твоя работа. Смотри, чтоб за ними тоже уход хороший был. Нам дорога дальняя.

Видать, лицо у меня вытянулось.

— А как же…? — И скосил глаза на заставленный съестным стол.

— После, — Асмир снисходительно похлопал меня по плечу. — Второго прихвати с собой, а то один не управишься.

Мавельс скривился, так и не соизволив спуститься с козел. Второй, как он понял, это про него. Уж лицо б ему надо было сделать попроще, а то наши молодцы запомнят его сильнее, чем хотелось бы.

— Потом приходите, — Асмир потер руки, пошел к столу. Следом потянулись и его люди. Я с досадой проводил их взглядом, пошел назад, к коням. Хозяин сей харчевни плёлся следом.

— Сыну скажу, чтоб воды натаскал, — бормотал он в мою спину.

— Скажи, — согласился я, подошел ко второй карете, не забывая, что как лавочник, я хром и спиною сгорблен.

— Ну, что? Спустишься ты ко мне или нет? — Не глядя на Яргита, спросил я. Тот, кряхтя, сполз с козел.

— Сожрут же все сейчас, — с тоской сказал Яргит, наблюдая, как полные блюда мигом пустели под натиском шести голодных глоток.

— Не бойся, голодным не останешься, — усмехнулся я. Бедняга Яргит, тяжело ему будет в этом путешествии.

Яргит натянул улыбку на лице. И улыбка эта утверждала, что он то точно знает, что я голодным не поеду. И моей наглости, мол, можно только завидовать. На что я не стал отвечать. Хозяйские сыновья начали таскать воду, чтоб позже напоить лошадей. Обязанностей-то было присмотреть за этим делом. Чтоб поскорее все случилось, мы с Яргитом взялись помогать.

Когда дело было сделано, разомлевшая, сытая дружина уж отваливалась от опустевшего стола. Яргит с тоской посмотрел на пустые блюда. Асмир сытно отрыгнул в сторону, вытер измаравшуюся в жире щеку.

— Ну, ваш черед, — прошел мимо нас, хлопнув по плечам ручищами так, что можно было б и присесть от силищи. Я угодливо покивал головой, выражая согласие. Яргит вздохнул с тоскою, поплелся к столу. Я ж с живостью разгреб грязные блюда, освобождая место.

— Эй, хозяин, осталось у тебя еще чего?

Староста поскреб потную шею.

— Найдем.

— Неси, не задерживай, — я повернулся к Яргиту, подмигнул ему. А тот уж кисло улыбнулся. Путешествие его, по всему не радовало, а делало в нём мигрень и несварение.

Однако, зря он переживал, накормили плотно. Даже лучше, чем предыдущих. Понадеявшись на малое число, хозяин выставил на стол пива и закусок, даже выпил с ними сам. Я поддакивал на рассказы о местных потасовках, делая вид, что мне интересен любой рассказ. Яргит же сонно кивал, разомлев от жары и пива. Думал, поди, как завалиться в сенной амбар, да вздремнуть с часок. Вот бы было ему счастье, да и я б не отказался. Однако, пиво закончилось, рассказы тоже. Хозяин посидел немного в тишине, потом решил, что можно и гнать нас в шею.

— Доброго вам здоровьичка. И пути гладкого. Освятит Путник вашу дорогу.

— Освятит, — кивал я, зевая. Поднялся. — Пора, пожалуй.

Яргит посмотрел на меня снизу вверх.

— Кельмит, а Кельмит…

— Чего тебе? — я потянулся, разминая спину. Уж пожалуй, походи согнувшись.

— На заставе чего делать то будешь? — тихо и как будто невзначай спросил меня приятель, когда хозяин отошёл. — Там уж и приметы твои каждая собака знает.

— Всяки собаки боятся драки, — ответствовал я в тон ему. — Поглядим, Яргит, как пойдёт.

— Ох, рискуешь ты, — посетовал Яргит. — И нас в риск вводишь.

— Не ссы под ноги. Коль я в могильниках не сгинул, то и тут не пропаду, — лихо улыбнулся я. На что Яргит скорчил мне рожу, должную указать мне, на кого я похож сейчас. И изображала та рожа самодовольного дурня. Может, так и было. Наш предводитель меж тем облегчился, покурил и вышел к коляскам.

— Полезайте живее. Наши господа — магики, поди, заждались уже, — раздался зычный окрик. И мы поспешили на места нам отведённые.

Тронулись. У крайнего двора повернули вправо. Проехали еще половину улицы, остановились у большого богато украшенного каменного дома. Асмир спешился, начал стучать кулачищем в деревянные ворота.

— Открывай!

*****

— У тебя был план? — уточнил гость.

— План-то был, да сырой, как квашня, да зыбкий, — ответил хозяин. — Но я надеялся на свою удачу. В крайности Жнец мог бы пробить мне дорогу. Но то было сильно нежелательно.

*****

Я смотрел со своего места, как магистры усаживались в кареты. И дёргало мне щёку от подступающей злобы. Но надо было сдержать и не показать вида. Стошен Акварис вышел из дома, ведя под руку даму в робе цветов Гехельградской Академии, синий да алый. Женщина была молода, на вытянутом к низу лице проницательные глаза почти черного цвета, полные губы, тонко очерченный нос и длинные каштановые волосы. В общем, при других обстоятельствах даже показалась бы красавицей. И мне б приглянулась, но она была ведьмой — и это делало её безобразнее прокаженной. Мой магик во всеуслышание заявил, что её зовут Ивея Грольм, и она отправляется с нами. Из дома тот час начали выносить к каретам сундуки, что требовалось погрузить немедля.

Асмир сморщился и помрачнел. Его ватага начала раздевать женщину глазами. Вот напасть. Магик то наш, поди, за неё вступаться полезет. А ну, как выйдет неприятность и пострадает кто? Еще одна забота. Акварис поцеловал женщине руку, усадил её в мою коляску. Женщина же, поднявшись на подножку, бросила в мою сторону любопытный взгляд. Они любовники. Без сомнений. Акварис окинул меня взглядом, как мерку снял.

— Ты кто таков? Я тебя не помню.

— Кельмит я, Эльх. Братец ваш мне честь оказали. Позволили поучаствовать, — с готовностью отозвался я. Роль свою я намерился играть до конца. Как бы ни было противно. Теперь, глядя в светлые, золотистые глаза, я вспомнил, за что не любил эту породу. За наглость, за твердое убеждение, что мир и люди вокруг созданы лишь для их, магических, упражнений. И сейчас почувствовал, как встает на затылке волосяной гребень. Акварис старался проникнуть в моё сознание, чтобы выяснить, кто же я таков, да не лгу ли. Нет, не теперь. Не того полета птица ты, Стошен Акварис, чтоб пробить защиту выставленную в Меиех-Адевь лучшими магиками Империи. Самому Архимейстеру понадобились помощники, потому как с ходу и ему это сделалось не под силу. Только сломить окончательно волю, растворить человека в дерьме, моче и крови, вот тогда можно раздавить эту преграду. Но у тебя-то кишка тонка для такого действа. А для мелкого лавочника хватит и того, что ты увидел: желания прославиться и разбогатеть. Вот так-то.

Стошен взглянул еще раз в мне глаза, не увидев ничего, что сделалось бы ему угрозой.

— Я услужить могу, ежели что, — продолжил я, спускаясь к магику с козел. Не забыл неловко подвернуть ногу, показать своё неуклюжее тело. — Подать там, или сбегать куда. Все что угодно.

Стошен окинул меня презрительным взглядом. И, верно, спесив. Лицо, как и у брата, породистое, тонкие черты, правда, нос большеват, но это его не портило. Бородка щегольская. Стрижена коротко, затейливо выбрита на щеках. Красив. Кто ж тебе в дороге сию красоту будет поддерживать? Неужто сам? Или меня попросишь? Уж я побрею. Я улыбнулся тогда краешком губ, представляя себе это действо.

Акварис кивнул.

— Хорошо, Эльх Кельмит, станешь прислуживать мне и даме. Раз все равно здесь.

Как же. Здесь. Больше негде. Пока окончательно не обложили, надо себе пространство для маневра расчистить. На обратном пути можно и отделиться от компании. Бес с ними, с деньгами. Жизнь дороже. Много дороже. Особенно теперь. Когда её вкус стал особо приятным. Да и возможности открывались все шире. Разве я б теперь захотел становиться чьим-то орудием? Конечно же нет!

Подошел Асмир, одним взглядом отметая всякое чужое присутствие. Я поспешил исчезнуть с глаз, отошел за коляску.

Хмурься. Мне до твоих взглядов дела нету. Моя служба в другом. И ты мне в этом не преграда.

— О бабе мы не договаривались, — зашипел Асмир.

— И что? — Равнодушно спросил Стошен. — Твоя работа — охрана и содействие. Тебе за это платят. Остальное оставь мне.

Асмир зарычал. Не посмеет ударить. Пока не посмеет. Может после. Ближе к Храму осмелеет. А пока нет.

— Хорошо, — предводитель наш махнул рукой. — Пора ехать. Эй, недокормыш!

Это ко мне. В сравнении то с его ребятами, я пожалуй выглядел не крепко.

— Да, господин Асмир, — я уж выскочил из-за коляски, поспешил поклониться.

— Садись на место, поехали.

— Уже, уже, — я забрался на козлы. Акварис сел в коляску, качнув её на бок. Тяжел, наследничек. Росту в нем много, может от этого? Под робой ширины не видать. А может, дело в другом. Не одного себя несет. Пассажира. Демона какого. В нем таланту магического, чай, и нету. Только при помощи чуждого присутствия может творить свои фокусы. За то и гору денег отвалили Архимейстеру. Демон, поди, плату требует. Какова она, эта плата? Кто знает? Стошен знает, наверняка. Во что ты, приятель, ввязался? - думал я тогда.

Вздохнул. Знал, на что шел. С самого начала знал, потому и отказался сперва. Кто ж думал, что Протекторат на шею сядет, еще и вместе с Воинством. Если первых можно и обмануть, то со вторыми лучше и вовсе не встречаться. Наслышан о методах. Хоть и ругают они Имперское правосудие, сами-то ничем не лучше. И инструментарий поди в Империи закупают, еще и совершенствуют. Ученые умы! Хотя мне-то, может, и не грозила палаческая. Сразу, без раздумий голову долой, и весь сказ. Жаль будет с ней расстаться. Уж очень крепко привязана.

Я тронул вожжи, кони пошли вперед неспешным шагом. Асмир впереди показывал дорогу.

Скоро застава. Там будет самое сложное. Обмануть надо стражников. Хорошо, если протекторских ищеек там не будет. Или Девовых магиков. Тогда придется крайние меры предпринимать. С боем прорываться не хотелось. Гиблое это дело, одному против гарнизона. Как говорил рыцарь Игрим Келых: «Смело, но глупо». Хотя, при лучшем раскладе, может и выйдет, только жизни потом спокойной уж точно не дадут. Стольких не простят. Для проезда через заставу был план. Не лучший, конечно, наспех составленный, но все-таки план. Главное, чтоб протащил этот план меня через заставу. А там с разъездами будет проще.

Вдохнул теплый летний воздух. Хорошо кругом. Поля волнятся от ветра. Кузнецы стрекочут. Птицы с криками ловят мошек над головой. Дождь чтоли будет? Некстати. Промокнуть не хотелось.

Ехали мимо полей, засеянных гречихой и пшеницей. Воздух гудел от пчел, жуков да слепней. Садились, аспидовы дети, на шею и руки, только успевай отгонять. Горизонт заволокло серой мутью. Никак гроза будет. Вот пекло!

Асмир оглянулся на караван, привстав в стременах.

— Быстрее давайте. Здесь недалеко хутор есть. Там остановимся. — И пришпорил коня. Ему-то проще. Не везет в тесной коробушке аристократову задницу. С дамой. Я подстегнул коней, чтоб прибавили шагу. Оглянулся назад. Ну и рожа у Яргита. Молоко скиснет. Бедолага. Не привык черновой работой заниматься. Одиночка. Сам себе хозяин. На том и стоит. Что ж и такое случается. Надо иногда и в команде поработать.

Коляска набрала скорость, подскакивала на ухабах, но возражений от пассажиров как будто не было. Чем они таким там занимаются, что тряска им нипочем, я не думал. Вскоре скоро стало понятно и без пояснений. Карета под задом заходила вразрез с кочками. Я уж ухмыльнулся. Затем и потащил с собой свою зазнобу, чтоб утолять голод. Даже отъехать не успели, они уже кувыркаются. Слух уловил сдерживаемые вздохи и стоны. Истинно, словно собаки бродячие. Где захотели, там и залезли друг на друга. Магики, одним словом.

*****

— Ты так их не любишь? — улыбнулся гость.

— Говорил уж и не раз, — кивнул хозяин. — Не люблю. Знаешь отчего?

— Отчего?

— Не даётся им могущество даром, — хозяин склонился вперёд в порыве. — За каждый чих надо платить, только плату они берут не с себя, благородный асатр. С людей, что рядом. От того вырезал бы я каждого, коль было бы позволено.

*****

Ты уж не слушай меня. Я и сам навроде такой, только не вру никому, что-то — моё. Нет! Не моё. Я и не рад уж был своему нежданному дару, но как избавиться, никто мне не подсказал. А может и врал себе. Чёрт теперь разберет.

Туча с горизонта медленно наползала на небо. К грозе. Даже, пожалуй, сильнее, чем позавчера. Тогда-то едва дорогу видно было, лило, как из ведра. Едва успел выйти из леса, как тут же промок до костей. Проклятые ищейки.

И думалось мне обо всём, пока под задом качало коляску. Про Вилея думалось, ему отдельное спасибо. Не знал бы он меня в лицо, вывернулся бы, как есть вывернулся. И легенда была уже готова, на такой вот случай. Благо, нынешнюю фамилию он не знает пока. Аверт Эвола умер в тот день, полтора года назад. Так уж случилось. Прости, Вилей. Здесь я тебя опять обыграл. Не знал ты, что нету у ательда имени.

Имя — ничто. Самая суть всегда оставалась внутри. Ты, Вилей к этому не привык. Не знаешь, с чем имеешь дело. В том твоя слабость. У меня такого нет, поэтому ты проиграешь.

Коляска уж успокоилась. Любовники теперь, по всему, отдыхали. Счастливчик Акварис. Я б тоже не отказался от любовного утешения. Дорога-то перед нами длинная.

Мимо проскакал всадник. Догнал Асмира, начал что-то говорить, хихикая. Асмир недовольно сморщился.

— Ладно, две минуты вам, — всадник кивнул. Асмир поднял руку.

— Стой!

Я придержал коней. Никак приспичило кого по надобности. Оглянулся. Позади, возле крытой телеги рядочком выстроились охранники, орошая гречиху. Тоже бы не помешало. Пиво давало о себе знать и давило уж, прости за подробности на все язвимые органы. Я слез с козел. И, как говаривал Змей, нужен урок. Лавочнику ни к чему придворные условности. Встал спиной напротив окошка коляски. Пусть смотрят. Им не зазорно свою нужду справлять, и мне ни к чему стесняться.

— Боже! — раздался в спину женский голос. — Стош, посмотри. — Я улыбнулся довольно. Подтянул, зашнуровал штаны, полез обратно. Из окошка высунулась голова Аквариса.

— Эй, как там тебя?

Я с готовностью оглянулся. Растрепала его кошечка, лицо вон поцарапала.

— Кельмит, господин. Эльх.

— Поди сюда.

Я с готовностью спрыгнул на землю, нарочито сильно припадая на ногу, подошел к окошечку.

— Ты… - Акварис замялся, оглянулся на спутницу. — Не делай так более.

— Как, господин? — Искренне удивился я, делая вид, что не понимаю.

— Ну… перед дамой. Сейчас, — Акварис мучился, подбирая слова. — Вот сейчас что было?

— Отлить встали, — делая деревянное лицо, сказал я.

— Вот не делай так больше… Перед дамой, — Акварис сдвинул брови, делая страшное лицо. — Это некрасиво.

Я уж закивал.

— Чего уж красивого. Не извольте беспокоиться, не буду. Перед господами можно?

Акварис захлебнулся ругательством. Коль не дама, он бы меня отправил к дьяволу иль куда подальше.

— Ты издеваешься?

— Нет, — испугался я. — Как можно. Опять обидел? Простите великодушно. Не посмею более. Вот знамение, — и начал истово творить перекрестие Многоликому. Не перебрал? Нет, доволен Акварис, убедился, что видит перед собой недалекого простака. — Простите.

— Иди уж, — милостиво махнул рукой господин. Сзади накатил на коне Асмир.

— Чего встали? Вперед давай, пока грозой не накрыло, — я поспешно забрался на свое место, тронул с места коней.

*****

— Я не стану, пожалуй комментировать, — рассмеялся гость.

— Да, и не надо, — кивнул хозяин. — Путешествие должно было стать увлекательным и развлечь мою скуку в дороге.