Метод лечения ребер от сурового мужика несколько отличался от того, что сделала Орлица. Он сказал: “Ну?”, кивнул на свой материализовавшийся диск и посмотрел испытующе. А когда понял, что я не понял, закатил глаза и с силой прижал мои ладони к его поверхности.

Я думал, меня прожжет насквозь, но нет — по телу прошла волна огненной целительной энергии, и я буквально физически ощутил, как зарастают трещины и боль отступает от груди. Глубоко вдохнул: хорошо! А потом подумал, что моя Тень в критические момента обычно делала так же: не давала себя в обиду. Но здесь она почему-то спала.

Мы уселись возле столика в гостиной друг напротив друга. Я настороженно изучал: первая седина — повидал свое, чуть хромает — старая травма, но ходит бесшумно и плавно — вынужден быть незаметным, при входе незаметно осматривается — не доверяет. Привет, мужик, ты — это я. Только со странными методами приветствия и… лечения.

— Итак, теперь мы знаем, кто это был, — выдохнул он и опустил взгляд на наруч. Что-то проверил, и камень потух. Я скрестил руки на груди. Решил слушать. Он продолжил со вздохом: — И тут сразу две новости: хорошая — это не очередные стычки за ресурсы, плохая — вероятно, это дело рук мятежников. Мы это изучим. Но таких монстров, чтоб ты понимал, мы еще не встречали. Ни я, ни кто-то еще из боевых магов и охотников. И они вышли на тебя.

Теперь он посмотрел внимательно. Я изобразил беспокойство.

— А ты сказал, что их чувствуешь, — надавил Рэйдан и повысил голос. — Без диска и наруча. Это интересно. Это говорит об их особенностях. Ты можешь что-то вспомнить? Как они тебя одолели? Как могла возникнуть ваша связь?

— Нет никакой связи, — отмахнулся я. — Это, скорее, моя фишка.

Теперь я посмотрел с вызовом, мужик подался вперед и ответил таким же внимательным взглядом:

— Пойми меня правильно, Арс, — он заговорил тихо, я расслышал легкую насмешку, — за тобой особенностей, мягко говоря, не замечалось. За исключением того, что на экзамене тебя выбрала самая редкая и сильная материя — солнечная энергия. В Вердане, как ты понимаешь, ее много, а обладателей солнечных дисков — единицы, и это сделало тебя уникальным магом, но теперь… — Он усмехнулся. — Понимаешь, что у тебя все шансы стать отреченным? А твоя семья, как ты знаешь, сейчас и так не лучший период проживает.

— Если ты куда-то клонишь, говори прямо, — отрезал я. — Вы меня и так сюда, как в пробирку посадили, дальше лесочка не выйдешь, с другой стороны… — Я помедлили, подбирая слова, чтобы вернуть тему. Спародировал: — “Другая сторона”. — А, поймав суровый взгляд, поправился: — Обрыв, то есть. В округе полная пустошь! Я, по-моему, и так уже как отшельник, нет?

Собеседник вскинул густые колосистые брови:

— Когда ты обнаружил барьер?

— Всегда знал, — снова соврал я. — Разве не чувствуешь, как потолок давит?!

— Обращайся уважительно, Арсений, — раздраженно бросил тот. — Я твой учитель, в конце концов! Первый боевой маг Его Величества. Понимаю, ты на взводе от случившегося, но давай придерживаться субординации.

— Ох, простите, ваше боевое превосходительство! — Я вскочил и не скрыл испепеляющего взгляда. Решил давить на его “оплошность”. — Но как же вы недоглядели мой талант!

— Рэйдан! Зови меня просто Рэйдан, хорошо? Когда мы одни. — Он тоже поднялся и бескомпромиссно потребовал: — Дай сюда руку.

Спорить было глупо, и я подчинился. О том, что речь о левой, уточнять не стоило. Рэйдан с силой дернул на себя мое предплечье и внимательно осмотрел кристалл. Нахмурился. Провел пальцами по сверкающим граням. Даже я засмотрелся: при дневном свете зрелище походило на калейдоскоп.

— Кристалл изменился, — задумчиво проговорил маг, всматриваясь пристальнее. — Как будто эти твари его изменили. У вас была стычка? Можешь в деталях вспомнить, как они тебя одолели?

— Нет, — буркнул я, одергивая рукав. — Может, лучше перчатки дадите? Ну, на всякий случай.

Рэйдан пристальнее всмотрелся в грани кристалла и нехотя кивнул:

— В этом есть смысл. Пока мы не изучили его свойства, лучше не рисковать. — Он стянул свои перчатки, протянул мне и задумчиво продолжил: — Хотя… Лорея ничего тебе не сказала?

— Кто? — не понял я. Маг посмотрел укоризненно:

— Сами разбирайтесь, ладно? Меня не впутывайте. Но я скажу ей, чтобы навестила тебя завтра, вне графика. Взять пробы.

Я пожал плечами, Рэйдан смягчился:

— С выпускным пока без изменений. Будешь здесь, как и договаривались. Продолжишь свое бдение, может быть еще какие-то таланты в себе обнаружишь. Все-таки это полезно, кто бы что ни говорил про консервативность метода.

— Э-эм… — я помялся, не зная, как спросить, чтобы не подставиться, и выпалил: — А что там на другой стороне?

Рэйдан прищурился. Я как ни в чем не бывало пожал плечами, он опустил взгляд на мою ладонь с кристаллом, вложил в нее свои перчатки и тихо проговорил:

— Туда тебе ходу нет. Как и большинству, запомни это. Только Имперская Армия и специально обученные люди имеют право входить в лес.

— Ага… значит, лес…

— Тебя что-то конкретное интересует? — напрягся Рэйдан.

— Да все! Как пройти обрыв, что там располагается, чего опасаться — да любая информация о том, где может находиться мой наруч и диск!

Маг нахмурился и заговорил как дипломат:

— Знаю, ты переживаешь за семью, хоть у тебя и не простые отношения с родственниками, но сейчас не время. На поиски задействовали всю полицию, твой дед хорошо подсуетился, он один из ваших в курсе обо всем. Но ему по статусу положено, так что все под контролем. Ты главное помни свою основную цель. Твоя практика — это бдение. Постарайся прислушаться к себе, помедитируй. Возможно, без диска тебе даже проще это будет сделать.

Спасибо, друг, стало, конечно, понятнее…

— Ну а это что? — Я светанул кристаллом ему в лицо. — Для чего мне этот якорь в ладони? Чешется, зудит, колет, когда не надо!

Рэйдан развеселился:

— А ты у отца спросить не пробовал? Это же его паранойя. Он тебя обезопасить хотел: резервный источник силы и все такое, а по факту… — Он вздохнул, поерзал на кресле и с выдохом закончил: — Ты не думал, что твоя сила не определилась только потому, что вы смешали материи? Кристалл — это изжившая себя технология, диски — современность. Зачем эта страховка?

Я задумался. Вспомнил свой “кристальный” удар в скорпиона. Сработала, выходит, страховка-то? Диска нет, тень сбежала, а я… ну, не такой и беспомощный. Научиться бы им еще управлять и понять, что он может.

А потом меня как громом шибануло: а что, если “обрести силу” означало обрести мою тень?

Но стоило ли говорить об этом Рэйдану?

— А у тебя какой диск? — решил я зайти издалека. — Ну, у меня солнечный, редкий, утерянный, — Я выделил последнее слово, поймав недоуменный взгляд мага. — Я видел на твоем узоры и свечения. И огонь. Что это?

У него аж челюсть отвисла:

— Ты серьезно сейчас? Или на солнце перегрелся?

— Да, припекло мозги, Рэйдан. Так что давай по новой — для тупых и обгоревших!

— Необычная побочка… — задумался Рэйдан, в его глазах зажегся неподдельный огонек интереса. — Правда, значит, страховка в минус пошла? А сила точно не проявилась?

Я вскочил:

— Да не беспомощный я! Хватит меня унижать уже! Смотри!

Я постарался расслабиться, выдохнул, встал потверже. Сквозь панорамные окна струился все тот же навязчивый свет с улицы, но чуть приглушенный затемненным стеклом. По гостиной ходили и блики, и тени, но были они… чужие что ли? Не признавали. Но надо было попытаться. Моя сила рядом, она просто… напугана солнцем.

Я закрыл глаза, прислушался к телу. Вот она, тоненькая темная ниточка, прямо внутри — даже внешний источник не нужен, остается только вывести ее наружу, но…

Что-то не пошло. Встал блок, и тень врезалась о невидимую преграду. Очевидно, у меня внутри. Но как?! Я же сам ее звал! Она всегда приходит! Еще и призывает тень снаружи.

— Ну? — поведя бровью, спросил Рэйдан.

Я попробовал снова — фиаско. Бросил гневный взгляд на учителя, он поднял ладони, мол жду, а я пытался понять, что не работает. Или истощен, или что-то с тенью, или… с этим миром. А может, ее блокирует световой кристалл?

— Ладно! — махнул я и вернулся на свое место. Понял, что совсем ничего не знаю о мире, а прикрываться солнечным ударом снова будет чересчур глупо. — Твоя взяла. Но мы к этому вернемся! Я просто… истощен. Временно.

— Верю, — хмыкнул Рэйдан, но продолжил строго: — Тебе нужно восстановиться, Арсений. Я укреплю барьер для твоей безопасности. Будь в бдении, прислушайся к себе. Тогда сила сама к тебе явится.

— Как скажешь, — сказал я со скукой, но тут же ухватился за его слова: понял, что нужно для силы: — Но раз мне отсюда не выйти, можешь одолжить мне кое-что?

— Я весь внимание.

— Твой капюшон.

* * *

Оказалось, что капюшон — это часть костюма, костюм — собственность Империи Вердан, такая просьба является сверхзначимой и согласовывается с неким верховным бюрократом. А для того, чтобы получить собственный, Арсений должен был официально выпуститься. Ох, да что они тут все заладили?! Видимо у этого мероприятия какой-то особенный вес не только среди молодежи, но и среди вообще всех.

Рэйдан проговорил это невозмутимо, без единой эмоции, и вместо прощания просто растворился в воздухе. Но сначала светанул своим наручем, возникло золотистое свечение, и он в него шагнул. Воздух качнулся, пахнуло озоном — и все. Ни звука, ни следа. Только мои перчатки, которые я сжимал в кулаке, напоминали, что он вообще был.

Что за Император, чем и как он правил, я интересоваться не стал, но бюрократия у него, очевидно, была мощная. Хорошо, что перчатки не надо было согласовывать.

За следующий час я обошел свою территорию по периметру целиком: она оказалась совсем крохотной, вряд ли больше километра в диаметре. Из укрытий только дом и небольшая рощица, в которой я уже успел побывать, с другой стороны лужок, озерцо и что-то наподобие беседки с большим столом и грилем. Выглядело как очередная насмешка: я что тут, кабана поймаю и друзей приглашу?

Вернулся в дом. Залез под душ. Кайф! Вода — свежая, как в роднике! Как в детстве. Так и привыкнуть можно!

На втором этаже спальня и… кабинет? Все сплошь уставлено книгами и принадлежностями для письма. М-да, похоже, это тело ботаника. А я в нем на скорпионов с голыми руками! Лучший учитель — битва, лучший экзамен — сдача задания: так меня воспитала жизнь. А регулярное пополнение счета закрепило знание практикой.

“История становления магии”, “Синтетические диски — новая эпоха”, “Пираты и борьба с подпольным синтезом”, “Наруч — не только стильный аксессуар” — малая часть того, что удалось выцепить на полках. Интересно выходит! Парнишка интересовался магией, жил один, под зорким взором “орлицы”, и готовился к выпускному. Значит, где-то учился. Но не определился с даром и потому был на особом контроле у ректора, его боевого мага и… ассистентки? Походило на правду.

Но признаемся, ребята, дело дрянь: теперь ваш Арсений тем более не в курсе про свой дар. Разве что поиск утраченного диска поможет? Ладно, это на другой стороне. И, очевидно, в другой день.

С презрением я покосился на книжный шкаф, вызывающе светивший на меня заумными корешками, и поспешил отойти. Это все хорошо, конечно, но не сейчас. Мне бы вернуть свою силу.

За окном вечерело, тень крепла. Я чувствовал ее, но… не в себе. Она по-прежнему была где-то рядом. Но на сегодня тебе достаточно попыток, мне нужен обычный человеческий сон. Всегда помогает.

Я потянулся к выключателю, чтобы осветить комнату, но вдруг что-то зажглось на стене. Само. Какая-то схема. Голография. Уже интересно: почти как экран с новостями в Эребе, но в виде пьедестала тройки победителей.

На каждой ступени размещался круг: на первой — схематичный кристалл, второй был заштрихован голубым цветом, третий — красным. И подписи: прошлый век, современность, читерство. Градация дисков? Или технология развития? Рэйдан упомянул, что я “счастливый” обладатель целых двух, но, видимо, существовала и третья. Читерство.

Я покосился на корешки. “Синтетические диски — новая эпоха”, судя по количеству закладок, были перечитаны Арсом до дыр. Вынул книгу, бросил на стол, вернулся к схеме.

От “современности” шли три стрелочки вниз: натуральные, голография, стихия. Хм… они еще и преобразовываться могут? Диск Рэйдана горел, а диск Орлицы становился прозрачным. Интересно. От “читерства”, то есть, получается, от синтетики отделялись две стрелки в стороны: синдикаты и пираты. Ну, тут очевидно: официальное и подпольное производство. На этом схема заканчивалась. Весьма… “исчерпывающе”, спасибо.

И странно. Арсений учил такие основополагающие вещи к выпускному экзамену? Или искал свою основу? Ну явно не для меня оставил!

Я усмехнулся, провел по одной из стрелок, и она вспыхнула. Схема пропала, вышла голографическая надпись: “Тип вашего диска — энергетический, его свойства вам необходимо изучить самостоятельно”.

Доска вернулась в прежний вид, я опустил взгляд на покрасневшее, как от ожога, предплечье. Выходит, нужна четвертая стрелка, так?

Кожа чуть зудела, но ничего критичного. Олух ты, Арсений, что такую редкость упустил. Надо было армию на защиту поставить! Или что тут у вас? Бронедиски?

Но тут же вспомнил Призрака. Себя. Который унес силу нового меня в “надежное место”. Надо бы раздобыть информацию: если это говорящая доска, может, попробовать спросить что-то?

Я коснулся круга “Прошлый век”, и надпись снова появилась: “Вам как представителю Лазурного клана доступна информация только по вашей родословной. Сейчас, кроме вас, никто не занимается вживлением кристаллов в тело носителя. А именно — вы последний представитель”.

Так, это мы уже выяснили, прекрасно. Коснулся круга “Читерство”, тут высветился сухой отказ: “Ваш клан не занимается производством новых дисков”.

Затем все потухло — как экран с новостями в моем мире. Что-то прояснилось: есть два типа дисков — натуральный и синтетика. И третий, слишком древний, который был у меня. Ну да, при большей удачливости у меня был бы еще натуральный диск редкого типа, но… что ж, работаем с тем что есть. Ну и от возвращения Тени я бы, честно, не отказался.

Я все-таки включил нормальный свет и уронил взгляд на брошенную книгу. Синтетика, значит… и почему обладатель двух типов магии изучал третий? Хотел превзойти всех? Или настоял тот же отец, которому, кажется, всего было мало.

Сел за стол, пробежался по предисловию. Автор утверждал, что синтетика весьма спорна, так как оставляет побочки, но экономит природные ресурсы. Но предлагает рассмотреть “варианты, где, кроме как непосредственно в магическом наруче, который носят исключительно аристократы, еще можно использовать искусственно выращенные диски”.

Было написано скучно и затянуто, но обилие закладок заставило меня пролистать еще чуть дальше. Автор описывал применение синтетики в быту, для украшений, для научных исследований в области электроники и прикладного хозяйства, а также автомобильной промышленности.

Я дошел до новой закладки, но вдруг мне в руки выпал тетрадный листок. Самый обычный, двойной, чуть мятый и затертый до дыр.

— Вот это тихушник Арс, — протянул я и с удовольствием откинулся на спинку стула. Поднял листок и рассмотрел на свет: это была схема. Чертеж. И судя по детальности прорисовки, горячо любимый и дорогой сердцу его владельца. Но, кажется, теперь и мне тоже.

Это была схема тачки в разрезе. Со всеми внутренностями, деталями, соединениями. И отмеченными красным маркером синтетическими вставками. Машина — настоящая хищница — разрезала нарисованную магистраль и неслась прочь за купол. Ох, дружище, дай пятюню. Это теперь наша общая боль.

Горький смешок вырвался у меня из груди, а потом я просто замер на месте. Внутри все похолодело, и я наконец почувствовал свою личную Тень: она отреагировала на мое замешательство.

Дело в том, что у тачки было название. Вверху листка, ровным почерком — “Мой Призрак”.