Проклятье! Блокировщики чужеродной магии? Откуда? Здесь?! Я же не мог не заметить людей! Это уже не шутки! Как я без своей Тени?

Но она и не уходила: так же была рядом, просто… молчала. И, видимо, искажала результаты моих стараний. Из-за деревьев вышли двое. В одинаковых темных балахонах защитного цвета, с дешевыми наручами без кристаллов. Один в смешной треугольной шляпе, второй в берете. Их диски тускло мерцали, но не светились боевым — скорее, сканировали.

— Оставаться на месте, — повторил тот, что в берете. — Вы задержаны за пособничество наемникам!

Я плавно развернулся, показал руки. Хорошо, что успел надеть перчатку, чтобы не смущать кристаллом. Глянул на Кроху, она не дрогнула. Только покосилась на меня — мол, спокойно.

— Так, похоже, обознались, — протянул тот, что в треуголке. Оба были моего возраста, не старше. Не солдаты. Снова эти студенты-бедолаги на практике?

— Ничего не обознались, — сурово ответил второй, коренастый. — Доказательства налицо: наруча нет — значит, безродный, в простой одежде — значит, маскируется, с рюкзаком — значит, несут припасы.

Я даже растерялся от такого приветствия “по полочкам” и в открытую глянул на Кроху: она вылупилась на наших гостей и едва сдерживала смех. Рюкзак даже не пыталась спрятать. Что, настолько все плохо? Или они знакомы?

— А на теневой стороне такие только…

— Ну да, беглецы! Находка еще ценнее! — резюмировал коренастый.

— Вы бы еще докладывали, как сейчас будете атаковать, — хмыкнула Кроха и неохотно поднялась. Встала рядом со мной. — Вы кто такие вообще?

— Императорский дозор! — отчеканил первый. Второй подхватил:

— Проходим имперскую практику по поручению его величества.

— Это “заметно”, — подтвердил я, не сдержав смешок, и вальяжно отошел к дереву, прислонился. — Похоже, бюджет у Империи не очень. Даже форму не выдали.

Диски метнулись в мою сторону и замерли по обе стороны от меня: из тонкого металла, пронизанного едва светящимися вкраплениями. Синтетика? Но, видимо, усовершенствованная, как у Амов, раз блокировала мою тень. Все интереснее и интереснее, вот бы пообщаться с хакерами…

— А что не при параде? — продолжил я. — Где форма?

Даже для среднего класса парни выглядели плачевно: балахон рваный, сапоги потертые, штаны самые простые тряпичные и еще эти смешные шляпы… явно повидавшие свое. Ну, полный набор!

— Мы под прикрытием, — ответил тот, что в берете, второй пихнул его в бок. Мы с Крохой неприкрыто рассмеялись: в самом деле? И нужно было об этом в лоб сообщить?

— Отведите нас к наемникам, — сказала Кроха. — Тогда мы никому не сообщим, что ваш отряд здесь. Есть же еще люди?

Она не волновалась, держалась уверенно. Поняла что-то, чего не понял я? Блефовала? Узнала кого-то из своих приятелей? Странно это было — доверять. Но необходимо.

— Что у вас в рюкзаке? — спросил коренастый.

— Провизия, — ответила Кроха. — И теплые вещи для раненых.

И поставила рюкзак перед ними. Я начал понимать: вот какое прикрытие имелось в виду! Они поджидают своих, чтобы проводить в лагерь. А Императорский дозор — прикрытие, чтобы считать реакцию и не пропустить чужаков. Хитро. Алиса, интересно, придумала? Или Берг?

Но если и так, то… в каком они положении, если выставили на охрану зеленых юнцов?!

Парень в берете осмотрел сумку, я обратился к треуголке:

— Много потерь? От кого уходили?

— От восставших. Их тут… целая армия по кустам прячется. Нас мало.

Кроха напряглась, я перехватил ее руку и крепко сжал предплечье.

— Если что-то нужно с той стороны… — начал я, но меня прервал Берет. Он поднялся и глухо сказал:

— Поможет что угодно, но лучше узнайте у Алисы.

Я кивнул. Подумал мгновение, но все же решил спросить, раз тут все свои:

— Как она? Как Берг?

— Держится. Берг мог бы быть лучше, но живой. В наших условиях это уже победа. — Взгляд мальчишки потяжелел. Это не та наивность, которая нас встретила, ему приходилось видеть… всякое. — Они решают, куда еще можно уйти: в этом лесу слишком много врагов.

— Понял. Проводите?

Парни кивнули и, подхватив рюкзак Крохи, повели нас на скрытую тропинку. Кратчайший путь, как они выразились. Но и здесь мы прошагали больше двух часов практически молча. Деревья помнят голоса, чужие уши слышат. А этот лес был живой, я нутром это чуял. Тень под ногами слабо пульсировала. Диски парней сложились в наручи, и она ожила. Хорошо. Узнать бы еще, как обходить такие “блокировки”. После.

Кроха шла молча, смотрела под ноги. О чем думала? Судя по ее хмурому лицу, ей так же было не по себе. Ее внешняя дерзость вдруг спряталась за пелену внутренних размышлений.

— Ты как? — спросил я по дороге. — Не пожалела, что согласилась?

— Вопрос, который не предполагает второго ответа, — буркнула она. — Выбора же не было, так? Так что идем. А дальше видно будет.

Я понизил голос, и, заметив, что двое наших сопровождающих учесали вперед, едва слышно спросил:

— А если Носорог позовет?

Кроха резко повернула голову и проговорила беспристрастно:

— А он меня и не отпускал.

В ее взгляде мелькнул азартный огонь, я покачал головой: кажется, я нес осиное гнездо в едва оправившийся лагерь. Кроха непростая штучка. Выкинет что-нибудь, а я за нее отвечай! Но решение все равно за Алисой. Что она скажет, глядя на девушку? Наверняка все поймет? В случае чего, тень наготове. Главное, чтобы там так же не оказалось блокаторов.

Лагерь встретил нас тревожной суетой. Часовые пропустили без вопросов, а за частоколом никому до нас не было дела. Раненых также таскали на носилках, женщины ставили палатки и разбирали вещи, мужики суетились с топорами у края леса — никто не бездельничал. Даже дети таскали воду. Жизнь кипела, хоть и обусловлено это было далеко не радужным событием. Лагерь пережил очередную осаду, понес потери и теперь начинал жить по новой. В очередной раз.

Но тень, кажется, чуть оживилась. Значит, в лагере не было блоков. Снабдили только молодежь — для безопасности. На большее не хватало ресурсов.

Алиса нашлась на кухне. С одной стороны, неудивительно, с другой — а кто в ее отсутствие снаружи следил за процессом? Она покруче Берга всех строила бы. Все-таки он мало походил на командира.

— Алиса, — обратился к женщине Берет. Она не повернулась. Раздавала указания поварихам.

То были женщины разного возраста: от видимых школьниц до дам преклонных лет. Они все единым фронтом занимались готовкой: кто резал мясо, кто мешал бульон в огромном котле, кто мыл и чистил овощи. Пахло похлебкой, вареной дичью и специями. Едой. Все были у дел, охваченные общим трудовым настроением. Алиса как могла его поддерживала:

— Дамы, пучок зелени! Кому? Мила, пробуй на соль, в прошлый раз мужики здорово плевались! Руби, смотри, чтоб не подгорело. Ай, кипит уже! Убирай. Где посуда?

Я покосился на Кроху и сдержал улыбку. Она округлила свои огромные глаза и озиралась по сторонам. Ага! Выпорхнула из родового гнездышка? Это тебе не мятежных рабов освобождать!

Впрочем, парни-соглядатаи тоже оробели. Остались в стороне всего этого кухонного марша, чтобы не досаждать хозяйке присутствием, и смиренно ждали, когда она освободится и их примет.

Но я не мог ждать.

— Алиса! — Я вышел вперед и выкрикнул, перебивая голоса возбужденных кухарок и звон посуды. — Привет! Поговорить надо, есть минутка?

Алиса, кропевшая над огромным чаном с супом, медленно разогнулась, откинула волосы назад и грузно выдохнула. Ее лицо разрумянилось и блестело в свете костров и газовых горелок. Другие не повели и ухом, продолжая кашеварить.

Заметив ее тяжелый взгляд, двое дозорных поспешили занять места по обе стороны от меня. Женщина нахмурилась, будто вспоминая, кто мы все такие и что здесь делаем. После чего звучно выдохнула и ответила тяжелым грудным голосом:

— Посторонние, прочь с кухни! Еда по расписанию!

А взгляд задержала на мне.

Юноши подтянулись и, отдав честь, поспешили исполнять приказ хозяйки. Я на всякий случай добавил:

— Если что, я не голоден. — И поднял руки ладонями вверх. — Поговорить надо.

— Ой ну что ты, — усмехнулась она, растягивая губы в улыбке. Расправила плечи, поправила прическу и сняла фартук. — Тебя я без очереди накормлю.

Она раздала последние указания и вышла ко мне с раскрытыми объятиями. Обнялись. Она покосилась на Кроху:

— Твоя сестра что ль?

— Да. Дело есть.

— Здравствуйте, — пискнула Кроха и уронила взгляд. Алиса хмыкнула:

— Ну пойдем, поговорим. Как видишь, у нас тут… новоселье.

Мы вышли из закутка полевой кухни — наспех огороженного низким кривым забором пространства за палатками. Зеленый дозор вмиг выпрямился и отдал честь, как в лучших отрядах Империи. Алиса выдохнула:

— Вольно, зелень. Мы на кухне. Варгу будете отчитываться. А что этого привели, — она кивнула на меня, — молодцы. На посту кого оставили?

— Чижей, — отрапортовал Треуголка. — В засаде Скворцы и Иволги. Мы вернемся к вечерней смене.

— Что с провизией?

— Всего хватает.

— Отлично. Тогда ступайте.

Парни спешно, с видимым облегчением, направились прочь, к главным воротам лагеря. Переждут часок-другой за картами или сплетнями о восставших и снова тайной дорогой на пост. Перед ними наверняка еще какие-нибудь “Зеленушки” зайдут. В таких вещах всегда есть сменность. Логично. Ну и как минимум, второй фронт разведки держать надо. Наверняка с другой стороны тропы дежурили отряды каких-нибудь Ясеней, Тополей и Пихт. Ну или что тут, на Теневой стороне Вердана, из флоры? В Эребе до катастрофы хватало всяких популяций.

— Как вы тут? — спросил я, не дожидаясь расспросов Алисы. Она повела нас в свой шатер, обходя главный костер. Сегодня здесь было слишком шумно. Лагерь стоял на ушах.

— Как видишь, — бросила Алиса. — Выживаем как можем. Но это не в новинку. Что у тебя?

Мы вошли в ее хозяйское жилище. Более чем скромное: неразобранные мешки, брошенный матрас, покрытый потертым пледом, старенький столик с перемотанной ножкой, жестяная кружка с разводами от чая и недоеденный бутерброд с сыром. И это та самая хозяюшка Алиса?

Кроха неуверенно заняла место за столом, поставила рюкзак на колени, обхватила и прижала к себе как единственное средство защиты. Если у нее сейчас идет перекройка мозга, отлично: уже не зря привел. Лишь бы не сбежала.

Алиса уселась прямо на раскрытый мешок с вещами, мне кивнула на соседний. Не стал отказываться. Ответил:

— Привел вам лишние руки.

Алиса овеяла Кроху надменным взглядом. Та зыркнула холодно.

— Лишний рот, — резюмировала женщина. Кроха вспыхнула:

— Думаете, я совсем бестолковая? Думаете, не понимаю, что происходит на Теневой Стороне?

— А что происходит, милочка? Бриллиантов и дорогой синтетики тут нет. Точно уверена, что тебе сюда надо?

— Мне — нет! Но пусть Арс объясняет, у меня же все равно нет прав! — вспылила Кроха и демонстративно отвернулась. Я улыбнулся и понизил голос:

— На перевоспитание.

— Скрываетесь от Имперцев? — хмыкнула Алиса.

— Не в бровь, а в глаз, — кивнул я. — Девчонку продали, как рабыню, я вмешался, и… последствия, в общем.

Алиса звучно выдохнула, собрала волосы в тугую спираль, перекинула через плечо и тихо проговорила:

— Слишком много от тебя последствий, Арсений. Боюсь, очередные последствия нам не пережить.

Кроха фыркнула, скрестила руки на груди, сложила ногу на ногу и закачала носком. Мне осталось только признать:

— Моя фишка, каюсь. Но, поверь мне, Амелия не безнадежна, у нее есть скрытые таланты. И у вас они раскроются куда лучше, чем у ног мерзкого главы какого-нибудь… Аметистового клана.

— Ага, терки, значит, — резюмировала Алиса. — Мы сюда не лезем. Нам это не интересно. Но если вскроется, что девчонка у нас… Арсений, ты понимаешь, чем нам это грозит? Нас от силы осталось триста человек, мы окружены врагами. Тут и имперцы, и восставшие, и… Тьма меня побери, дикие звери на огонек захаживают. От хвори всякой тоже гарантий нет. И если к нам еще наведаются кланы… прости, мил друг, нам тогда защита не помешает. Желательно, дисковая. Ограда по периметру. Минимум, в два этажа. Тогда есть шансы, а так…

— Да кто к вам сунется? — встряла Кроха. — Это здесь, в Теневом Вердане, войны! На Светлой стороне никому до вас нет дела.

Я повернулся к сестре. Ох, и безрассудная, плутовка! Бросается грудью на амбразуру, даже не разнюхав ситуацию. И вряд ли она настолько доверяла брату даже до нашей ночной вспышки. Наверняка она таила обиду на мою сухость, но это не та причина, чтобы рисковать жизнью в незнакомом месте. Либо все-таки доверяла, либо… не чувствовала опасность. А зря.

— Поговаривают, что нас скоро отдельным кланом объявят, — усмехнулась Алиса. — Для легкой конкуренции.

Но Кроха продолжала серьезно:

— Кланам хватает с кем соперничать, им это в радость. Легкая конкуренция им неинтересна. Аметистовые тягаются размером достоинства с Рубиновыми, якобы находясь в связке, мы пытаемся не вылететь из иерархии знатных кланов, у других тоже забот хватает. Никому не нужны ваши войны Теневой стороны, когда есть бизнес. И деньги.

Алиса поднялась. Сложила руки за спину. Неспешно прошлась по палатке. Кроха следила. Я готовил главный козырь. Но Алисе, как будто бы, и этого хватило. Она спросила:

— Что ты знаешь про договоры Амов с Рубиновыми? Про производство синтетики?

— У них контракт, — пожала плечами Кроха. — Владелец заводов — Виктор Рубин, глава клана, взял в долю Амов. Они пытаются торговаться, чтобы отхапать больше. Пока безуспешно. На людях они союзники, а внутри… все не так просто.

— Где производство? Лаборатории?

— Их перенесли… — не так уверенно ответила Кроха. Алиса напирала:

— Кто у них связной? Как они пересекаются в обычной жизни?

Кроха неявно повела плечами, крепче обхватила свой рюкзак и принялась раскачиваться:

— Н-не знаю, но… Рубиновые устраивают гонки на окраине Вердан-града, туда приглашаются все кланы. Под этим прикрытием они проводят переговоры и обмениваются информацией.

— Нам нужен доступ, — отрезала Алиса. Кроха покачала головой:

— Вход строго по наручам. Натуральный камень или высококачественная синтетика. Так просто туда не попасть.

Алиса застыла, поджала губы, повернулась ко мне и окинула внимательным взглядом. Такой сосредоточенной я ее, кажется, не видел. Она спросила с напором:

— Где твой наруч?

— Алиса, стоп. — Я тоже поднялся. — Ты не туда смотришь. Боюсь, доступ на элитные гонки Рубиновых нам закрыт на неопределенный срок. Увы.

— Нам нужен человек… — начала она, но я ее оборвал:

— Вам нужно укрепляться. Точка. Да, ограждение из дисковых пластин — отличное решение, но задействуй то, что у вас уже есть. Я привел вам помощь.

Женщина посмотрела опустошенно. Не могла соединить мои слова с Крохой и нашим разговором. Кроха тоже хлопала своими густыми ресницами. Правда не понимала? Или снова играла роль?

Я выдохнул:

— Имперцы закрывают на вас глаза. Они так или иначе работают на кланы, а кланы понимают, что без наемников им не выжить. В прошлый раз вышла стычка из-за мальчишки, и если бы ваши интересы не пересеклись, вас бы никто не тронул. Это факт.

Алиса сдержанно кивнула. Я подошел и взял ее за плечи:

— Вас поджимают восставшие. — Я понизил голос и заглянул ей в глаза. — Их много. На мостах их давят имперцы, так что им выгодно располагаться здесь. И вы для них угроза, соперники за место и влияние на Теневой стороне. Но вы просто выживаете…

— Как и они! — не удержалась Кроха и тоже поднялась. В ее глазах застыл гнев. Ага, вот ты и попалась, малявка!

Алиса медленно перевела взгляд в ее сторону. Девушка не поменяла позы и смотрела решительно. Я заключил с легкой улыбкой:

— В ваших руках легальное оружие против повстанцев. Личный шпион Носорога.