Что? Превеликая Тень, я не ослышался? Он собирается снять купол? Вот так просто, по щелчку пальцев, без полугода согласований, без заботы о безопасности элитных выпускников?! Да я готов был разорвать его голыми руками! За то, что не предложил раньше! Гад.

— Это не по Уставу, — возразил Валентин робким голосом, а глазками стрельнул в меня. На моей спине зашевелились волосы. Я держался из последних сил, чтобы не высказать Рэйдану все в лицо! Даже солнцепек меня парил меньше. Тень иссякла и просила подпитки. Держимся, Призрак. Мы гордые.

— Не по уставу отравлять своих удушающим газом, — холодно парировал маг. — Кенрик это не простит, Бирюза. Тебе нужно лучше готовиться и диск отправлять точнее. Впрочем, думаю, что ваш новый сокомандник прокомментирует лучше.

— Нечего тут комментировать. Пошли уже в твою пустыню, — рыкнул я и не оборачиваясь направился в сторону березовой рощи. В тень.

* * *

Прошло десять минут, и я пожалел, что вызвался. На открытом пространстве солнце палило так, что плавилась кожа. Тень тихонько стонала. Держись, детка. Мы им покажем, что купол — лишь препятствие. Мне надо выйти за пределы!

В пустыне было ветрено и сухо. Потоки воздуха закручивалась спиралями и несли песок в лица моих “сокомандников”.

— Это не по уставу, — снова проворчал Валентин, закрываясь от вихревых потоков. — И небезопасно, и… где маска?!

— Выкручивайтесь, — хмыкнул Рэйдан. — Оцени ресурсы, которые у вас есть.

— Тут не ресурсы нужны, а одежда нормальная! — подключился Серик. — Дышать нечем, голова не прикрыта, кожа обугливается.

Ах, да… Капюшон…

Сожалеть было поздно, я сам решил оставить его в доме, но взгляд перевел на Рэйдана: смуглый, полностью закрытый даже в жару. Интересно, как часто он бывает в полях? И особенно — без защитной экипировки. И, что важнее: для чего?

Было интересно, что он скажет на замечание Рубинового, но ноги сами повели дальше: надоело уже в одном пространстве, мне нужно было задание!

— Я могу поставить барьер, — робко отозвалась Сирин, — но не уверена, что его защиты хватит на случай реальной атаки.

Серик фыркнул, Керен глянул высокомерно, Лев вступился:

— Нет, тебе нельзя тратить силы. Мы вместе должны как-то справиться…

Я ушел на пять шагов вперед, ноги утопали в песке и разносили пыль: враг должен быть где-то рядом! Но слова Янтарного добряка меня ударили в спину. Тень… команде нужна моя тень, чтобы элементарно не сгореть от солнца!

Я обернулся резко, сжав кулак и принимая резь раскалившегося кристалла: отлично, вступила в права моя вторая стихия, но что делать, когда так нужна первая?!

Рэйдан ухмыльнулся, но все же на его лице я считал одобрение: доволен, что разгадал его замысел? Он не просто хотел построить команду, но заставить мою силу работать не только на меня! Ну, нет, манипулятор хренов, свое я никому не отдам! Детка только моя!

Тень подтвердила свой настрой жалобным стоном. О, милая, терпи, я знаю, как тебе здесь трудно, но мы должны сделать этих сопляков! Дайте только достойную цель!

— Да ну, к Тени! — рявкнул Керен. — Я пошел назад. Без достойной защиты выходить в открытую пустыню — самоубийство!

Он замахнулся, выпуская аметистовый диск над головой, как зонтик, и развернулся в сторону рощи.

Остальные переглянулись. Серик протянул:

— Ну-у, как вариант…

И проделал со своей синтетикой то же. Керен хмыкнул и поманил его присоединиться. Рэйдан почему-то посмотрел на меня. Ждал действий?

— Ребята, нет! Так нельзя! — вступилась Сирин. — Мы не можем разделиться! Так не выжить!

— Мы никого не уговариваем разделяться, — пропел Керен, не оборачиваясь. Девушка обеспокоенно глянула на меня. Лев проделал то же. Валентин насупился, но повторил за остальными.

Ну, спасибо, друзья, вовремя! Да у меня здесь, под раскаленным солнцем, даже намека на тень нет! Мне бы самому хватило бы на атаку в случае чего, а как укрыть шестерых, задачка со звездочкой!

Решение пришло откуда не ждали. Вернее, я не ждал. Неимоверно адскую боль.

Все началось с той самой руки с кристаллом, мой сжатый кулак уже не удерживал рвущийся световой поток: он буквально стремился соединиться с энергией солнца. А, ну да, у меня же диск солнечный… наверное, логично. Но диска не было. Вместо него вырастал луч.

Перед глазами всплыла картинка моего случайного моста через пропасть, потоки тени, твердая лучевая поверхность — соединение двух моих сил. Но, справедливости ради, тогда, на закате, было куда меньше солнца.

Но и закон прост: там, где есть свет, всегда есть и тень. А сейчас меня буквально разрывало от светового потока. Казалось, что я соединился с самим солнцем: настолько агрессивно меня пронзали горячие лучи и… тени.

Я ощутил их внутри, где-то между ломящихся ребер, под напряженной грудиной, проходящие через ключицу и застревающие в горле. Они рвались наружу, сквозь меня, и я… не мог их сдерживать.

— Арс! — услышал я визг сквозь вакуум в ушах, и следом властное:

— Стой! Дай выйти его силе!

Я упал. Колени утонули в горячем песочном покрывале. Левая рука неестественно изогнулась, выпуская поток яркого, дерущего глаза света. Плечо тянуло так, что казалось, еще чуть-чуть, и выйдет из сустава, а сила — чужая — подчиняла мое тело себе.

— Тень, твою мать! Где ты? — прорычал я, невольно хватаясь за грудь, откуда рвалось разогнавшееся сердце и… неистовое темное свечение.

— Браво, Арс! — послышалось сквозь приглушенную завесу и бешеный пульс в ушах. Сволочь ты, Рэйдан. Предупреждать надо!

Теневое облако из моей груди обволокло ослепляющий луч, но перед глазами плыло, и я мог различить лишь борьбу темного покрывала и светового потока. Или… единение?

Но, будь проклят этот нахал учитель и стерва пустыня, мне надо было укрыть сопляков-аристократов от чересчур навязчивого солнца!

Тень послушалась. Или моя агрессия так на нее подействовала, или… боль? Меня будто вывернули наизнанку, выпотрошили и заменили внутренности обжигающеей смесью тепла и холода.

Но вероятнее всего, световой кристалл приручил тень, и она перестала колоться. Она стала мягким обволакивающим покрывалом, приглушила свет и… легла на песок серой неприметной окружностью. Диаметром от меня до предателей-трусов, куда бы они сейчас ни смотались: я их не видел, чувствовал только размах своей силы. И представлял их ошалевшие рожи.

— А-арс? — послышалось рядом. Глухота постепенно спадала, возвращались звуки и живые голоса. Это говорил Лев, кажется.

— Вернуться в строй, господа! — торжествующе объявил Рэйдан, и я почувствовал, как теневой круг сужается: Серик и Керен неуверенно возвращались.

А я пытался свыкнуться с ощущениями. По всему выходило, что это не я использовал тень, а тень подчинила меня? Ведь я не хотел делиться силой, но вышло наоборот. Я выпустил теневую сторону себя, чтобы спасти тех, кто это не заслуживал. М-да, Призрак, ты, конечно, “командный” игрок…

— Арс? Ты как? — это уже Сирин. Она сказала обеспокоенно, робко потрясла за плечи. — Встать сможешь?

Я сглотнул горечь. Во рту пересохло, но солнце, хвала Тени (что бы это теперь ни значило), уже не так припекало. Стало легко дышать, как в Эребе. Только без защитной экипировки.

Я поднялся, пошатнулся. Голова гудела. Сил не было, но отступать — не вариант. Неуверенно кивнув, принял помощь. Но на ноги меня поставили чьи-то сильные руки. Лев?

— Держись, дружище, — пробасил он. — Я и не знал, насколько ты крут.

Я поднялся, размял плечи. Тело затекло, будто его законсервировали. Зрение постепенно вернулось. Картина не изменилась: пять пар ошалелых глаз и одна ухмылка. И надменное:

— Продолжаем!

Никто не тронулся с места. Жар и холод внутри меня постепенно приходили в равновесие, пульсация в ладони прекратилась, но плечо по-прежнему тянуло. Расплата за собственную просьбу: хотел левел ап, получил. Остальное — тонкости.

— Э-эм, Арсений? — едва слышно, испуганно косясь на Рэйдана, вдруг заговорил Валентин. — Т-тебе нужна помощь?

— Не ссы, Бирюза, — ухмыльнулся я. — Если что, твои зловония на ноги поставят. Главное пускай по ветру.

Я подмигнул ботанику, расправил плечи и, поймав направление солнца — исключительно для навигации, — приготовился идти. Тень злорадствовала внутри меня, так что за свою родную силу я был спокоен. Пока что. Что я буду за нее должен, буду решать по ходу дела. А чужая… она была повсюду. И выступала наружу, когда действительно была нужна. Выходит, тоже мной руководила? Ну, ничего, мы это исправим. Теперь я понимаю цель.

Встав устойчивее на зыбкий песок, я сделал шаг. Не шатаюсь — уже хорошо. Откаты порой бывают такие, то трое суток не встанешь. Предыдущий — подтверждение. Сейчас вполне сносно, можно идти. Даже странно, учитывая объем высвободившейся силы.

Подозревал, что из-за того, что это была не чья-то внешняя тень, а моя — изнутри. И сейчас она стала мне и лекарством, и щитом.

Пока Валентин морщился от моих слов, я еще прошел по свету. Нормально, можно попробовать исследовать местность. И плевать, что затеял Рэйдан: мне надо понимать, где я нахожусь!

Но на третьем шаге тень взбунтовалась. Как оголенный провод, шарахнула в солнечное сплетение и заорала: “Наза-ад!”. И тогда я понял, что к чему.

Песок зашевелился. Сначала едва заметно, потом заходил ходуном, как вязкая топь, пространство наполнилось знакомым стрекотом, и… завоняло могильником.

Так вот вы откуда лезете, твари?!

— Отходим! Живо! — повторил я приказ тени. — Сирин, щит! Валентин, вставай по ветру. Керен, жду грозовое поле. Остальные, — я не обернулся, — массированная атака по целям.

Почувствовал спиной жар и вспомнил, кого забыл.

— Учитель Рэйдан, — сказал я в том же решительном тоне, наблюдая за пятью песчаными ураганами, выросшими прямо из земли. — Со мной. Бьем точечно. Добиваем незаметно.

Скорпионы вылезли одновременно. Такие же уродливые, как в Эребе, и совсем не заторможенные, как на тренировке. По телу прошлась слабость: тень предупреждала, что ее не хватит на всех. Знаю, детка, но я не один! Посмотрим, как покажет себя команда. Не только мне их спасать, в конце концов!

Два диска — бирюзовый и аметистовый — вылетели вперед, грозовое поле накрыло первого скорпиона, по воздуху поплыл ядовитый туман. Ох, с такими союзниками желательно самому не сунуться под удар. Надо ждать. И дать волю огневикам.

— Лев и Серик, огонь, — спокойно сказал я. — Рэйдан, ждите. Остальные прикрывают.

Скорпионы вскинули клешни. Тень молнией метнулась к горлу, наполняя меня целиком с головы до пят, перед нами вырос турмалиновый щит. Отлично, сейчас выдержит первые плевки, и можно добивать. Силы хватит. Огненные диски уже работали по целям.

Я обернулся. Все выглядели сосредоточенно, при деле. Рэйдан только переминал огненный заряд из руки в руку, скучая. Ладно, гад, если это экзамен, доставай зачетки, а если кто-то травмируется, надеюсь, тебя выгонят нахрен.

Горящие диски Серика и Льва проходили через щит свободно, без сопротивления, но я видел, как дрожали руки Сирин. Каждая атака огневиков отдавалась в девушке, а она глотала их боль. Долго не продержится. В Эребе таких называли расходниками — они гибли первыми, прикрывая отход. Но если выживали, становились легендами.

И то, и другое ей было слишком рано, нужна была подмога.

— Поле дальше, ослабление больше, — сказал я. — Рэйдан, если ты с нами, готовься. Вырубим их поодиночке.

Залп слизи размазался по щиту Сирин, девушка от усилий зарычала. Но атака скорпионов не закончилась. Фланговые по-прежнему надвигались и готовили булькающий взрыв.

— Керен, поле на левый! — крикнул я. Аметист моргнул, но послушал. Голубые нити растеклись по земле. Скорпион, который рвался к Сирин, споткнулся. Ее щит выдержал. Я ушел в тень. Завоняло снотворным.

— Валентин, не туман! — рявкнул я из тени. — Кислоту! В морду!

Бирюза замялся на секунду — и сделал. Диск брызнул зеленоватой жижей прямо в глаза ближайшему скорпиону. Тот заверещал, заметался. Лев добил диском.

— Неплохо, — сказал Рэйдан. — Но медленно.

Я хотел рвануть, но замер в тени, разглядывая учителя. Да кто ты такой, черт?! Ты чего добиться хочешь?!

Но, заметив, что правый фланговый выходит на твердолобого Серика, ушел в теневой рывок. Ударил в сочленение — там, где панцирь тоньше. Тварь взвизгнула, дернулась. Лев добил огнем. Хорошо. Парень не промахнулся.

Тень просила продолжения: азартная штучка. Особенно когда знает, что работаем на пределе. А у меня не оставалось выбора.

Три центральных скорпиона были охвачены рубиновым и янтарным пламенем, левый фланговый обходил всех. Команда выдохлась. Сирин еле держала щит. Лев почти стер диск. Керен тяжело дышал, но отправлял точечные молнии в каждого из трех центральных. Умно, парень явно не дурак: удар сверху куда эффективнее, чем массированная атака в лоб. Еще бы характер поправить, цены бы ему не было!

Но оставался уязвимый левый фланг. Откуда замедленный, но вновь набирающий яд для удара, надвигался зловонный скорпион.

— Прикройте меня, — сказал я. — Три секунды.

Я шагнул в тень. Вынырнул у скорпиона за спиной. Удар в основание черепа — туда, где у тварей нервный узел. Скорпион дернулся, замер. Дело было сделано.

В ушах зазвенело. Хорошо, значит закончилось. Плохо — сейчас стошнит.

Лев смотрел, раскрыв рот. Керен присвистнул. Даже Серик не нашелся, что сказать. Бирюза просто промокнув лоб цветастым платочком, бледная Сирин смотрела испуганно.

Рэйдан погасил огненный диск. И жидко зааплодировал. От злости я сжал кулаки. Сука. Это все была проверка? Или что?

Внутри все горело: ярость подцепляла Тень, соединяла со светом, мне казалось, что внутри меня крутится неистовый танец двух противоборствующих сил. И обе при виде надменного учителя стремятся вырваться наружу.

Я сжал кулаки, сдерживаясь и до конца не понимая, к чему приведет этот противоборствующий вихрь. Только услышал спокойное:

— Остынь, Арсений. Пригодишься.

— Объяснишь?! — вскинулся я, едва удерживая в себе оба потока. Все шло не по плану, во мне что-то происходило, а я не мог это правильно расценить и использовать. Хотя Рэйдана я готов был разорвать голыми руками. Особенно глядя на его небритую довольную морду.

— Пришли результаты твоих проб, — спокойно сказал он и заложил руки за спину. — И… то, что я видел, их подтвердило.

Что?! Это был экзамен лично для меня?!

Медленно выдохнув, я окинул взглядом “сокомандников”. Они стояли в стороне, под зонтиком моей тени, и просто наблюдали за нашей перепалкой. Диаметр теневого покрытия сократился, и теперь они чуть ли не жались друг к другу. Белодаги. Чрезмерный загар не к лицу?

Я скрестил руки на груди и уставился на Рэйдана, ожидая продолжения. Но он лишь надменно усмехнулся, взмахнул полой своего плаща и провозгласил:

— Уходим!

Он развернулся, кивнул остальным и первым направился к роще — границе бывшего купола. Вскинул руки, что-то чертя в воздухе: появились первые мерцающие точки — задатки нового купола. Я не тронулся с места. Это манипуляция чистой воды! И если с мелкими сопляками это проходило, меня не проведешь.

— Ничего мне не хочешь сказать, учитель?

Он только стрельнул хищным взглядом, без особого напряга продолжая свою магию. Остальные уже отошли к деревьям, но начали перешептываться и кивать в нашу сторону. Сирин настороженно смотрела, Лев хмурился, два друга перешептывались и, глядя в мою сторону, часто кивали.

— Хочешь услышать подтверждение, что не такой, как все? — усмехнулся Рэйдан. — Оправдать потерю уникального артефакта своими некими способностями? Это не выйдет, парень. На твою семью наложили штраф, дело громкое. И виной твоя безалаберность.

Чего?! Какого хрена вообще?! А то, что на меня напали и чуть не убили — это как расценивать?! И как расценивать то, что только что он нас просто подставил под удар! А я, черт подери, всех вытащил!

А потом до меня дошло… он это и хотел. Не экзамен. Проверку моих сил. Обеих.

Я едва сдержал рык ярости, но Тень поддалась моментально: я даже не понял, что произошло. Бросился на него в прыжке — и наткнулся на невидимую стену. Холод пронзил грудь, тень взвизгнула и исчезла. Солнце ударило в глаза и отступило. В висках застучало неистово.

А потом — наступила темнота.