После посещения Иозефа Безоса мы с Артуром разъехались. Он отправился проверять «пострадавших», получив-таки их имена у «своего» полицейского инспектора, а я вернулась в «Феррум-Хаус».

И успела как раз к ужину. Очень удачно. Сегодня Барни подавал пирог с клубникой и взбитыми сливками по-деревенски. Просто пальчики оближешь.

После ужина мы вышли с лордом Клайфордом на веранду (совещания там уже, можно сказать, стали новой летней традицией). Вечерний ветерок обдувал наши разгорячённые сытым ужином лица, а опустившаяся на сад ночь игриво подмигивала летающими светлячками и убаюкивала стрёкотом кузнечиков (ну или цикад, я не очень хорошо разбираюсь в насекомых).

— Что вы сами думаете об этом Безосе и цирке уродцев? — раскуривая сигару, спросил меня лорд Клайфорд.

— Признаюсь, мне понравился хозяин цирка. Чувствуется в нём... доброта.

— Он покорил вас помощью детям? Честно скажу, его технические разработки меня тоже заинтересовали. Обеспечить жизнедеятельность рождённым до срока… вы знаете статистику по смертности таких детей?

Я отрицательно покачала головой.

— Восемьдесят пять процентов! А это значит, из семи недоношенных умирало шестеро детей! Так что его изобретение поистине ценно!

— Но почему же министерство в своё время ею не заинтересовалось? — пристально посмотрела я на начальство.

— Увы, эта разработка до меня не дошла… И, подозреваю, до Уолтера Грина тоже…

— Мне разобраться, кто завернул её?

— Сделайте милость, — Клайфорд выпустил струйку дыма, и она плавно вознеслась в ночной сад.

Упоминание о покойном старшем помощнике побудило меня вспомнить о поисках нового:

— Документы, которые подал вам Крайбери, касающиеся барокамер, вы их видели?

Лорд Клайфорд оценивающе посмотрел на меня:

— Документы понятны. Хотите предложить этого джентльмена мне в помощники?

— Я пока проверяю его. Но скоро представлю вам на выбор пару кандидатов.

— Хорошо, — кивнул милорд, и снова ароматный дым поднялся в тёмное небо.

Дальше мы просто сидели вместе и было... хорошо. Не нужны ни разговоры, ни объяснения... просто хорошо. Спокойный вечер — то, что нужно после беспокойного дня.

— Валери... мисс Капсон, — тихим бархатным голосом начал лорд Клайфорд и замолчал…

Хотелось ли мне, чтобы он продолжил? Ведь это явно будет не по работе. Скорее нет, чем да.

— Как поиски вашей супруги? Вы же их начали? — немного резко спросила я.

Глаза Клайфорда вспыхнули.

— Сэр Артур рассказал вам?

— Конечно. Визит Королевской разведки сложно утаить. Почему они спрашивали обо мне? Подозревают, что я имею на вас виды?

— А вы имеете? — милорд прямо-таки взбодрился при этих словах. — Имеете на меня виды?

Я улыбнулась:

— Вы красивый и богатый мужчина. Многие леди в свете интересуются вами. Многие… но не я.

— Почему же?

— У меня есть жених, — лаконично ответила я.

— Точно? — усмехнулся лорд Клайфорд. — Я заметил, что у вас с сэром Артуром… весьма специфические отношения.

Так… значит, ему уже доложили о любовницах Артура.

— У каждой пары свои характерные отношения. Это не должно волновать посторонних.

— Я для вас посторонний?

— Вы для меня начальство.

— Валери… — снова начал он, и снова бархат в его речах ударил мне по нервам.

Я встала.

— Думаю, нам пора прощаться, милорд, — я присела в коротком реверансе, и уже пошла на выход, как меня перехватили.

— Валери… — лорд Клайфорд сжал мою руку и наклонился надо мной:

— Я ищу свою жену, чтобы развестись.

— Зачем? — подняла я на него глаза.

На следующий день я отправилась вместе с сэром Артуром в цирк уродцев, повидать помощника мистера Безоса, некоего Майкла, о котором он упомянул нам. Заодно и список родителей «артистов» посмотрим.

Точнее, мы попытались отправиться.

Вышло так, что Артур попросил меня заехать за ним, что было логично. Мне всё равно ехать через весь город, цирк располагался на другой стороне от «Феррум-Хауса».

Когда я зашла в главный зал «Бюро прогрессивных расследований», где посетители обычно ожидали приёма, там была драка.

Дрались две последние любовницы сэра Артура. Яркая пышнотелая брюнетка и не уступающая ей по формам, хорошенькая, как куколка, рыжая девица. Вот что происходит, когда никто не следит за порядком в личной жизни.

Брюнетка, будучи выше ростом, вцепилась сопернице в волосы и с ожесточением рвала её рыжие кудри. Куколка же использовала свою миниатюрность, как смертельное оружие и драла юбки брюнетки. Уж не знаю, то ли её коготки были так остры, то ли девица имела при себе настоящее оружие, но часть юбок брюнетки уже обзавелась интересными ленточками, а часть их даже валялась на полу.

Я обвела зал взглядом и обнаружила героя-любовника. Сэр Артур прятался за портьерой возле окна. Как банально.

Игнорируя дерущихся девиц, я прошла к нему.

— Вылезай.

— Не вылезу, — Артур был категоричен.

Я потрепала портьеру, пытаясь вытряхнуть из неё друга. Но тот вцепился крепко.

— Артур!

— Я их боюсь.

— Нам нужно ехать в цирк.

— Цирка мне уже хватает. Своя шкура дороже.

Я вздохнула и пошла мирить соперниц.

Вытащив пистолет, я выстрелила в воздух. Что сработало против агрессивной толпы, должно сработать и против ревнивых девиц.

Правда, одно я не учла. И это была люстра. Она с громким дребезгом упала на пол. Одну из девиц спас Артур, пулей вылетевший из своего укрытия, вторую — я.

Брюнетка досталась Гастингсу. Надо отдать ей должное, она быстро сориентировалась, в чьих объятиях оказалась, и томно посмотрев на своего героя, упала в обморок.

Девице, доставшейся мне, эта ситуация не понравилась, и она заверещала, попытавшись броситься обратно на соперницу (а может, и к Артуру, кто этих ревнивых влюблённых знает), пришлось её удержать захватом.

— Артур! — крикнула я. — Прекрати.

И мой бедный любвеобильный друг просто бросил свою женщину на пол.

Через десять минут мы сидели в кабинете главы «Бюро прогрессивных расследований». Сам глава был несколько потрёпан, но ещё жив.

— Дамы! — увещевала я ревнивиц. — Поймите, проблема не в вас и не в вашей сопернице.

— А в ком? — рявкнула прыткая рыжая малютка. — В вас? Вы — жена? — она с подозрением прищурила свои большие карие глаза.

— И не во мне, — покачала я головой. — Ваша проблема в нём! — я пафосно указала на сэра Артура. — Это он причина вашего раздора. Мужчина, который не умеет держать себя в узде.

— Кобель, — сделала правильный вывод брюнетка.

— Можно и так сказать, — пожала я плечами.

Сэр Артур сделал мне оскорблённые глаза, но я этот взгляд проигнорировала.

— Подумайте, леди. Вы красивы, энергичны и умны, — последнее была явная лесть, но ради мира, сойдёт. — Зачем он вам? С ним нет будущего. Он никогда не женится и не будет верным. А если какая-то леди окажется столь глупа и выйдет за него, то он сведёт её в могилу, ну или… с ума.

— Он богат, — высказала свой приоритет брюнетка.

— Он красив, — пробурчала рыженькая.

— Ну тогда… если вам от него нужны только деньги и тело... Разделите его!

— Что? — вскричали девицы.

— Что? — поддержал их сэр Артур.

— Разделите его, — спокойно пояснила я. — Вашим, — повернулась к брюнетке. — Он будет по вторникам и средам. А вашим, — я обратилась к рыженькой. — М-м-м, например, по пятницам и четвергам. Устраивает?

— Да!

— Да! — выкрикнули девицы.

— Нет! — это был сэр Артур.

— А тебя никто не спрашивает, — отрезала я. — Значит, решили.

Довольные девицы уже собрались на выход, когда брюнетка спросила:

— А остальные дни?

— У мужчины должны быть выходные. А то он долго не протянет, — я была категорична и обе леди со мной согласились.

— За что ты так со мной? — простонал Артур, когда дверь кабинета закрылась за его пассиями.

— Навожу порядок.

Цирк мистера Безоса встретил нас уже не так радостно, как в первый раз. Представления отменили, повсюду были следы погрома и пожара. Лотки, в которых продавали сладости и шарики, одиноко зияли пустотой, главный шатёр возвышался, как памятник былого веселья.

Мы прошли между кособоких построек к фургону директора. Помощник Майкл встретил нас у входа.

— Господа, — поклонился молодой тощий парень со светлыми соломенными волосами.

Несмотря на затравленный вид, одет он был неплохо. Недорогой, но вполне приличный костюм из твида сидел на нём как влитой.

— Мистер Майкл? Простите, не знаю вашу фамилию, — поприветствовал его сэр Артур.

— Долберт. Майкл Долберт, сэр, — откликнулся тот.

— Мистер Иозеф Безос сказал, что вы можете нам рассказать о... последних событиях. Мы из «Бюро прогрессивных расследований».

— Да-да, конечно, — засуетился парень. — Прошу, проходите.

Майкл Долберт рассказал нам о последних двух днях. Правда, несмотря на подробности, ничего принципиально нового мы не узнали.

Было два покушения. Посреди ночи некие личности пытались прорваться к барокамерам. А на следующий день, уже вечером, относительно небольшая банда напала на остатки цирка и мотыгами догромила всё то, что ещё оставалось после агрессивных протестующих.

Оба нападения отбили полуоборотни.

— Ночью, во время первого вторжения, я был здесь, а во время второго как раз возвращался от мистера Безоса...

— Полицию вызывали?

— Нет, — удивлённо покосился парень на Артура.

И действительно, с чего бы им вызывать полицию после того, что она устроила со «справедливым» расследованием.

Мы ещё немного поговорили о сложившейся ситуации, но, когда Майкл дал нам список родителей маленьких «артистов», тот поразил меня своей краткостью.

— Это точно все? Мне казалось, детей было больше. Да и мистер Безос всё сокрушался, как много средств ему надо на содержание такого количества недоношенных детей.

Помощник Долберт отвёл глаза.

— Это... официальный список, — промямлил он.

— А не официальный? — я пристально посмотрела на парня.

— Ну... вы же сказали артистов…

— Есть и другие?

Парень молчал. Я ждала. Даже сэр Артур замер и перестал излучать из себя любезность.

Первым сдался Долберт.

— Понимаете, некоторые семьи не хотели афишировать... что их дети... монстры. Знаете, все эти предрассудки… Большинство родителей недостаточно образованны, чтобы понять смысл того, что мы делаем. Они сначала думают, что это спасение, а потом... когда видят камеры... и своих детей в них, да ещё и в таком виде…

— Были отказы? — прямо спросила я.

— Не совсем... Точнее, не полные. Отцы или другие родственники... они не понимали. А вот матери просили нас защитить своих детей.

— Поэтому и вычеркнули, как вы сказали, официальные записи о таких детях? Они были мертвы для своей семьи? Но только не для матери?

Долберт кивнул.

— Понятно. Вы сможете восстановить эти... неофициальные записи? Возможно, среди нападавших были родственники, которые не хотели «позориться»?

— Да-да, конечно. Но мне нужно время.

— Хорошо. Вы пока делайте, а мы с сэром Артуром погуляем тут. Заодно навестим нашего инженера, что помогает сейчас обслуживать барокамеры.

Долберт согласно кивнул.

Мы вышли на свежий воздух. Он и правда был тут свежим, по крайней мере, в большей степени, чем в центре города. Но с запахом гари.

— Тебе не кажется, что есть что-то странное? Я про списки родителей.

— Странное? — переспросил Артур. — Увы... это отвратительно, но не странно. Простые люди до сих пор полны предрассудков. Да и некоторые церкви говорят, что технологии от лукавого.

— Но при этом пользуются электричеством? — усмехнулась я.

— Таковы люди, — пожал плечами сэр Артур. — А семьи… В некоторых, бывает, мать упрекают, что она родила девочку, а не мальчика. Что уж говорить, если ребёнок рождается больным или недоношенным, как эти дети.

— А виновата мать...

— Ну не жестокое же обращение, тяжёлая работа или плохое питание, — печально усмехнулся мой друг.

— Поэтому несчастные матери и уговаривали мистера Безоса спасти их детей.

Николас Крайбери встретил нас на самой окраине цирка.

— Прошу! — он вытянул руку, указывая нам на... вход в подземелье.

— Что это? И как они всё это построили? — я удивлённо разглядывала белоснежные стерильно чистые стены помещения, в котором мы оказались.

— Я так понял, что подземный ход они просто нашли, а вот обустроили уже сами, — объяснил Крайбери.

Окон здесь не было, электрический свет заливал всё пространство. Приглушённый шум вентиляции сообщал о подаче свежего воздуха, я принюхалась: в зале летал слабый запах антисептика.

Каждая барокамера стояла отдельно, возле них суетился медперсонал: врачи, медсёстры в белых халатах. Чёрное они, видимо, надевали только во время представления, чтобы слиться с обстановкой.

Тут же работали ещё более странные барокамеры: меньше по размеру и с большим количеством различных трубочек и устройств.

— Эти камеры предназначены для реанимации и для самых слабых детей, — пояснил нам Крайбери.

Стало понятно, куда уходила выручка цирка уродцев.

— И как вам всё это? — спросила я своего потенциального коллегу.

— Великолепный проект! Честное слово, если бы не способ, как они зарабатывают деньги, я был бы в полном восхищении!

— Вас это смущает?

Крайбери нахмурился:

— Было бы намного лучше, если бы министерство взяло этот проект себе, — ответил он честно.

— Но смогло бы министерство, считай правительство, брать в барокамеры детей простых рабочих?

— В этом и есть загвоздка, — вздохнул он. — Думаю, что цирк уродцев смог обеспечить то, что не смогли бы сделать мы.

— И вот нам моральная дилемма, — подтвердила я.

— Кстати, мисс Капсон, я тут кое-что обнаружил, — Крайбери немного нервно оглянулся по сторонам.

Я показала глазами на угол, где не толпился медперсонал, и мы отошли в сторону.

— Тут есть не только дети из бедных семей, — шёпотом сказал он.

— Вот как? Вы знаете, чьи?

— Чьи именно, нет, но вот те дети, — он указал на пару малышей в специальных камерах. — Принадлежат каким-то знатным домам. По разговорам сестёр милосердия, я понял, что этих двоих ни разу не отправляли на представления и, хотя здоровье позволяет, держат их в реанимационных камерах.

Я задумалась. В этом явно что-то было. Возможно, просто очередная зацепка, а может — это и правильный путь к разгадке происходящего с мистером Безосом. Не будет его, не будет и барокамер, и не только цирка, но и всего проекта. Так что информация, раздобытая Крайбери, была самой ценной за последнее время.

— Вы молодец, Николас! — я потрепала инженера по руке. — Продолжайте следить не только за техникой, но и за ситуацией. Если произойдёт что-то, не важно — плохое, странное или просто неожиданное, немедленно докладывайте мне. У вас тут или… поблизости есть средство связи?

Крайбери отрицательно покачал головой.

— Неважно, главное — связаться со мной как можно быстрее.

Сказала, а сама решила переговорить с Артуром. Может, он позволит снабдить Николаса Крайбери своим секретным средством связи?

После таких новостей мы решили ещё раз заглянуть к Майклу, помощнику мистера Безоса.

— Особые дети? — переспросил он и сделал такие честные глаза, что я сразу не поверила.

— Да, кто их родители? — напирал сэр Артур.

Ответ нам дали нескоро и, увы, он был неполным.

— Честно говоря, я не знаю их имена, и кто оплачивает счета... Но счета достаточно большие.

— Где деньги? — прямо спросила я.

— У мистера Безоса. С этими людьми он работал лично, — опустил голову помощник Майкл.

Неужели Безос скрывал эти средства? Но зачем? У него же, можно сказать, законный бизнес. И почему он жаловался нам на отсутствие средств на приличного адвоката?

Что-то тут не так. Во всей этой истории.

Оказалось, мистер Безос нанял адвоката. И весьма хорошего. Тот умудрился вытащить его из тюрьмы под залог. Немаленький такой залог. Встречаться с нами хозяин цирка отказался.