Нас захватил вихрь танца. В этом странном бальном зале у меня было такое ощущение, что я не танцую, а сражаюсь с опасным противником. И на кону стоит моя жизнь.

— Так как имя моей прекрасной партнёрши? — спросил незнакомец, а сам прямо-таки пожирал меня глазами.

И в этом был не столько мужской интерес, сколько… даже не знаю, как это назвать… Желание съесть? Жажда обладания?

— Думаю, это неважно, — ответила я.

— О нет, прекрасная леди, это — важно. Для меня, — и не получив ответа, хищно улыбнулся. — Тогда позвольте, прекрасная незнакомка, я сам дам вам имя?

— Вам не кажется это неуместным? — подняла бровь я.

В ответ он резко дёрнул меня на себя и прошептал:

— В этом и интерес.

Его дыхание было ледяным, будто в лицо мне подул северный ветер.

— Не думаю, — категорично ответила я, не отводя взгляда от его пугающих бледных глаз.

— Ах! Вы так невероятно неприступны! — рассмеялся лорд Нолис, ослабляя объятия. — Но знаете, что? Тем вы ещё больше привлекаете!

— Вам кто-нибудь говорил, что вы сумасшедший? — спросила я, отбросив вежливость.

Его голубые глаза сверкнули льдом.

— Говорил, — тут он снова прижал меня к себе. — Но этого человека уже нет в живых.

Меня явно старались напугать. И зря, я уже была напугана, поэтому только разозлилась.

— Я так и подумала, — сохраняя видимость спокойствия, ответила я.

Он снова расплылся в странной улыбке:

— Вы такая смелая леди, что невольно провоцируете вас напугать.

— Не стоит стараться, у вас и так хорошо получается, — прямо сказала я.

— Неужели? — он нагнул голову, всматриваясь. — Вы не побледнели, зрачки не расширены, и даже руки, — тут он провёл пальцем по моей ладони. — Ваши руки не вспотели!

— Они в перчатках, — сухо ответила я.

— Что и требовалось доказать! — рассмеялся он. — Вы не напуганы, вы в гневе. Вон, даже ваши щёчки заалели!

— Не находите, что это странная тема для разговора с фактически незнакомым человеком? — спросила я, не отводя взгляда от его бледных глаз.

— Как будет угодно прекрасной леди, — он склонил голову. — Кажется, дамы любят истории? Истории о любви и страсти! Я, пожалуй, вам расскажу одну. Немного пугающую в своей красоте.

— Не стоит.

— Знаете, — нагнулся он надо мной. — В этом милом городе из-за любви и страсти порой происходят весьма интересные вещи.

— Мне не интересно.

— Зря. Например, я слышал, что красавицы в знак того, что готовы принадлежать конкретному мужчине, отрубают себе мизинец и приносят его в дар возлюбленному, как доказательство вечной любви.

— Омерзительно, — спокойно констатировала я.

Лорд Нолис улыбнулся:

— Вы очень интересная леди. Я буду звать тебя Вирджиния.

Замечательно! Имя обозначало «целомудренную деву»!

— Это не моё имя, и я не разрешала обращаться ко мне на «ты», — сказала я это равнодушно, чтобы не вызвать новый поток странностей. Но ошиблась.

Лорд плотоядно облизнулся (что окончательно меня убедило в его невменяемости).

— Как скажете, прекрасная леди, — с деланной покорностью ответил он. — Я просто почувствовал родство наших душ.

— Вы ошиблись, — я остановилась. — Наш танец закончился.

Музыка в зале действительно смолкла, давая возможность кому отдохнуть, а кому сменить партнёров.

— Прелестно! — лорд дотронулся до цепи, обвивающей мою шею. Так как цепь плотно прилегала к телу, то его ледяные пальцы невольно, а может, напротив, специально задели кожу.

— Ваши прикосновения неприятны.

Я вырвала свою руку из его и, плавно развернувшись, пошла прочь от этого странного мужчины. Вслед звучал его смех.

И тут же я наткнулась на лорда Клайфорда.

— Что вы делали с этим человеком? — требовательно спросил он, и даже перехватил мою руку, словно опасался, что я уйду.

— Танцевала, — спокойно ответила я, несмотря на бешено колотящееся сердце. Разговор с незнакомцем оставил неприятное послевкусие. Будто бы меня облили чем-то грязным.

— Не делайте так больше, — резко сказал лорд Клайфорд.

Он продолжал держать меня за руку, но смотрел на незнакомца. Тот, в свою очередь, издевательски улыбнулся и поднял руку в приветствии.

— Кто он? — не сдержала я любопытства.

— Вы танцевали с мужчиной, даже не зная, кто он? — вскипел лорд Клайфорд.

— Он представился как лорд Нолис, — ответила я.

Министр кивнул:

— Герцог Беннингтон, лорд Нолис. Неприятный человек.

— Я заметила. Чем он известен?

Лорд задумался. Молчание его длилось долго.

— Ничем, — наконец сказал он.

А вот теперь мне стало интересно.

— Не хотите, чтобы я лезла в это дело? — спросила я.

— Нет никакого дела, — резко оборвал меня министр.

И я поняла, что дело есть. Надо бы разузнать про эти странные подарки «вечной любви» — отрезанные пальцы. Не зря этот сумасшедший мне про них рассказал.

Такие типажи, как лорд Нолис, герцог Беннингтон, я знала: властные и безудержные в своей безнаказанности. А если они ещё и богаты... Некоторые женщины начинают думать, что влюбились, очарованные подобной демонстрацией жажды обладания.

Но это не любовь, это тяжёлая форма извращения. С обеих сторон.

Сначала даме, решившейся на эти отношения, кажется подобное отношение приятным, а потом... она сидит на цепи. Буквально.

Была у меня в юности подруга, которая влюбилась в такого типа. Наивная девочка из хорошей семьи, её родители были достойными людьми и не купились на богатства этого извращенца.

Но, увы, он был так красив и так провокационно внимателен в своей жажде обладания, что она, приняв его внимание за любовь, сбежала с ним посреди ночи. О, нет, он не обманул её и действительно женился.

Первое время она была счастлива, приезжала к родителям и знакомым с визитами. Но вскоре визиты стали реже, а сама она бледнее. Вздрагивала при резких звуках, а однажды я увидела следы синяков у неё на шее, когда платок, в который она куталась, слетел.

Расспросы и разговоры были бесполезны, она лепетала, что ударилась сама о дверной косяк. Ну конечно, прямо так шеей и налетела.

Жертва, которая виновата сама. И в какой-то мере это правда. Нужно обладать невероятной глупостью, чтобы отдать свою жизнь в руки такому человеку.

Так и произошло. Она отдала жизнь за эту свою «любовь». Хоронили её в закрытом гробу, муж не позволил родителям девушки даже попрощаться с ней.

Суд, в котором безутешная семья попыталась воззвать к справедливости, был целиком на стороне извращенца. Он показал дорогие подарки, которыми одаривал жену (видимо, за каждый удар, увы, их было много) и, видимо, ещё и не обделил подарками судью.

Младший брат девушки, ещё совсем юный мальчик, вызвал его на дуэль и был цинично убит первым же выстрелом.

Вот тогда я и поняла, что без власти и денег мало чего можно добиться в этом мире. Но как обрести власть? У меня хватило ума понять, что её можно обрести не только с помощью властной семьи, которой у меня не было. И тогда я обратилась в «Бюро прогрессивных исследований» и познакомилась с сэром Артуром.

Мы не смогли наказать мерзавца по закону, но мой новый друг многому смог научить меня. И тогда этот извращенец умер у себя дома на той же железной цепи, что использовал для «укрощения» своей несчастной жены. Могу вас заверить, что умирал он долго.

Не знаю, почему тянет женщин к подобным типам. Возможно, простые чувства, что испытывают к ним честные парни, кажутся им пресными. И они наивно думают, что жестокий человек изменится ради них. Увы, это самообман.

Ко мне такие типы обычно близко не подходят, видимо, чувствуют опасность, ну не похожа я была на жертву, даже в юности.

Но этот лорд Нолис... Можно только предположить, что его привлекает именно опасность, а не страх жертвы. Не знаю, может, мы и не увидимся с ним больше, но историю, которую он мне рассказал, нужно проверить.

Я ещё не решила, что предпринять, как новости нашли меня сами.

Мы с лордом Клайфордом завтракали в ресторане гостиницы. На моё и его счастье, тут подавали замечательные тарталетки с черникой и малиной. Дело в том, что после окончания романтического вечера на дирижабле, наши отношения стали слегка напряжёнными.

Мы были, как два игрока в бадминтон, каждый делал следующую подачу ещё сложнее. После того, как я «обиделась», что меня не предупредили о платье, министр решил зачем-то обидеться на мой танец с лордом Нолисом. Вечером в экипаже он прочитал мне долгую лекцию о недопустимом поведении его личной помощницы. Было скучно.

Я раздумывала над тем, как ему отомстить, ведь самое простое — встретиться с тем же партнёром по танцам — меня саму не прельщало. Делать назло глупости, на мой взгляд, нелепо.

Я всё ещё раздумывала, что бы такое придумать, но, видимо, так рано утром мудрые мысли ещё спали. Поэтому настроение у меня было неважное.

Но тут нам неожиданно принесли ягодные угощения, которых не было в меню. И сначала я забыла свои недовольства, увлекшись вкусностями, а потом, взглянув на хитрое выражение лица министра, поняла, что это были невысказанные извинения. И так как я уже наелась, решила простить лорду Клайфорду его скучную проповедь.

В результате, покончив с завтраком, мы достаточно мирно попивали кофе и читали местную прессу.

— Как неудобно, — поморщился лорд Клайфорд.

— Что-то случилось? — спросила я, сделав глоток кофе.

— Да, — лорд Клайфорд развернул ко мне газету. Она была открыта на разделе криминальной хроники. — Председателя одного из заводов нашли в злачном переулке с перерезанным горлом.

— И что в этом неудобного? — удивилась я.

Лорд снова поморщился:

— У меня был с ним контракт, а теперь придётся заново обо всём договариваться с его преемником.

— А преемника назначат нескоро, — догадалась я.

— Вот именно, — буркнул министр.

А я открыла свой экземпляр газеты на этой рубрике.

В сообщении о смерти председателя присутствовала одна интересная деталь: кроме того, что ему перерезали горло, ему ещё и отрубили мизинец. Деталь, безусловно, ненужная, когда речь идёт об убийстве, от отрезанного пальца ещё никто не умирал. Но вот в свете вчерашнего разговора она привлекла моё внимание.

Да, старый председатель, а тут был указан его солидный возраст, не был юной красавицей, о которой мне говорил лорд Нолис, но что-то в этом было.

— Собирайтесь, милорд. Мы едем в полицейский участок! — и, свернув газету, я встала.

— Какого... В смысле, зачем?

— Чувствую в этом деле что-то интересное. Глядишь, сможем и вам помочь. Поторопить, так сказать, назначение.

Лорд Клайфорд продолжал сидеть на месте и смотреть на меня в недоумении.

Как же тяжело с ним. Артур Гастингс уже бы летел в участок впереди меня.

— Верьте мне, милорд, — ободряюще сказала я.