Исторически сложилось так, что в американской культуре отец рассматривался в основном в роли кормильца – преуспевающего либо терпящего неудачу в обеспечении экономической стабильности, в которой нуждается его дочь, – хотя в разные периоды вплоть до настоящего времени он также ассоциировался и с другими ролями: «моральный надзиратель», «сексуальная ролевая модель» и «воспитатель». Однако различные психологи выделяют разные аспекты того, как отец формирует самоощущение дочери.

И наука о мозге, и теория привязанности говорят о том, что отец представляет собой еще одну потенциальную модель доверия и отзывчивости, в дополнение к той, которую представляет мать. Надежно привязанный мужчина, который становится надежно привязанным родителем – даже с избегающей привязанности женой – может предложить альтернативный эмоциональный шаблон своей дочери. С другой стороны, небезопасно привязанный отец может негативно усиливать модель, представленную небезопасно привязанной матерью.

Юнгианский психолог Линда Шиерз Леонард, доктор философии, автор книги «Раненая женщина: исцеление отношений отца и дочери»[25], пишет, что «при взрослении дочери ее эмоциональный и духовный рост глубоко зависят от отношений с отцом. Он – первая мужская фигура в ее жизни, с его помощью формируется отношение девушки к мужской стороне себя и, в конечном счете, к мужчинам». Более конкретно, поскольку отец также является «другим» – отличным как от матери, так и от самой дочери, – «он также формирует ее непохожесть, ее уникальность и индивидуальность. То, как он относится к ее женственности, повлияет на ее понимание того, что значит быть женщиной».

В более традиционных семьях, где отец является кормильцем, а мать отвечает за домашнее хозяйство, отец, по утверждению доктора Леонард, выступает в качестве проводника дочери во внешний мир и в значительной степени отвечает за передачу отношения к работе и успеху. Уверенный в себе отец своим примером придаст дочери чувство уверенности, в то время как нерешительный или даже боязливый отец будет пытаться привить ей это отношение постоянно и с давлением. Совокупность исследований, по сути, подтверждают, что «отцы могут играть особую роль посредников между семьей и внешним миром». Доктор Линда Нельсен говорит мне в интервью, что для младших дочерей с работающими матерями этот аспект отцовского моделирования может быть не так важен, как когда-то, но тем не менее отец учит особым и важным навыкам. «Отцы помогают дочерям развить уверенность в себе больше, чем это делают матери. Из-за того как мужчины социализированы, они, как правило, не зависят от эмоциональной поддержки друзей, как это делают женщины, но разрабатывают различные способы решения проблем, которые основаны больше на уверенности в себе, чем на чем-либо другом. Хотя дочери часто жалуются на то, что, когда они обращаются к своим отцам за утешением, то вместо этого получают совет, верно и то, что, давая советы, отцы учат своих дочерей полагаться на себя и вселяют уверенность в том, что они имеют право быть самими собой, даже если они не сразу получают одобрение». Эта отцовская роль часто является сильной темой в рассказах дочерей, у которых были нелюбящие матери или же чрезвычайно сложные отношения со своими матерями. Многие девушки так или иначе последовали примеру своих отцов, а в некоторых случаях и превзошли их, осуществив нереализованные отцовские мечты. Впрочем, в некоторых семьях нежелание дочери следовать примеру своего отца может стать еще одним источником напряженности.

Пятидесятилетняя Элизабет была старшей из троих детей. В детстве ее отец был успешным бизнесменом, управлявшим небольшой компанией, а мать работала волонтером в их церкви и школах для их детей. Оба родителя были очень властными, и к тому времени, когда Элизабет стала подростком, напряженность в их браке стала очевидной. Мать все больше и больше обижалась на своего мужа, который, казалось, не уважал ее усилий и отказывал в одобрении, в котором она так отчаянно нуждалась: «У моей матери было идеализированное представление о семье, и она отчаянно нуждалась в привязанности и одобрении. Она казалась искренне счастливой и принимающей свою традиционную роль матери, но она определенно была менее счастлива быть женой руководителя, поскольку, похоже, не обладала высокой самооценкой».

Хотя Элизабет вспоминает, что ее мать была любящей в детстве: «Она серьезно относилась к своей работе матерью: была внимательна к занятиям своих детей, школам и благополучию, но за годы она стала непредсказуемой и капризной. Мать начала давать что-либо только на определенных условиях, и я помню, несколько раз она так злилась, что буквально тащила меня по коридору за волосы. Теперь очевидно, что мама была в тяжелой депрессии». Ее родители дважды расставались, когда Элизабет училась в средней школе, и пережили чрезвычайно тяжелый развод, когда она училась в колледже.

Отец не был особо вовлечен в повседневное воспитание детей, но тем не менее оказал значительное влияние на Элизабет: «Он был “тренером”, которому я могла довериться, если хотела, чтобы он сказал мне, как что-то исправить. Он обучал меня и другим навыкам – деловым навыкам, тому, как успешно общаться, как работать в этом мире. Из троих его детей я была единственной, на кого он возлагал большие надежды – возможно потому, что я была самой старшей или самой преуспевающей в учебе. Ни моя сестра, ни мой брат не были так любознательны в учебе, как я. Отец никогда не слушал мою сестру – казалось, он не уважал ее так, как уважал меня. На самом деле оба моих родителя никогда не ожидали многого ни от моей сестры, ни от моего брата».

Но это уважение, по словам Элизабет, было поверхностным и не очень существенным: «Отец часто ставил меня в неловкое положение этими чрезмерными проявлениями привязанности, например обнимал меня или щипал за ягодицу. Все, что я чувствовала: он говорил мне этим, что он главный, что он был больше, чем я, и что может делать все, что пожелает. Он явно хотел, чтобы я пошла по его стопам и занималась бизнесом так же, как он; я работала на него летом в колледже, и это заставляло его гордиться. Отец помог мне получить мою первую работу после колледжа в финансовой индустрии. Я сразу поняла, что это не мое, и он был ужасно разочарован. Я думаю, что мое решение быть домохозяйкой и растить своих детей разочаровывает его до сих пор. Все еще приходится бороться со своими отношениями с ним, потому что он на самом деле не знает меня и никогда не знал. Однако стоит сказать, что навыки, которым отец меня научил – как общаться, действовать во внешнем мире – помогли мне во многих отношениях, включая сбор средств, которым я занималась для некоммерческих организаций».

Будучи первым взрослым мужчиной, которого узнаёт дочь, отец также является образцом «мужественности» и ее первым руководством по тому, как мужчина общается с женщинами, как любит и относится к ним. Рассматриваемые строго с точки зрения Фрейда, дочери отходят от первичной привязанности к своим матерям на «доэдиповой» и «эдиповой» стадиях, чтобы установить собственную гетеросексуальную идентичность, установив связь со своими отцами. В своей влиятельной книге «Воспроизводство материнства»[26] психоаналитик Нэнси Чодороу утверждала, что дочери не отворачиваются от своих матерей и не «отказываются от внутренних отношений», которые у них есть со своими матерями, а вместо этого колеблются между привязанностью к матери и отцу. Исследования также подтверждают, что отцы играют важную роль в оказании помощи девочкам во взаимодействиях с мальчиками в подростковом возрасте. Вопреки распространенному мнению, согласно которому матери оказывают первостепенное влияние на эмоциональное развитие детей, недавние исследования показывают, что отцы действительно помогают социализировать эмоции ребенка. Исследования показывают, что мужчины играют со своими детьми иначе, чем женщины, и было высказано предположение, что у отца более буйный, физический стиль игры – в отличие от матери. Более модулированная игра матери может быть важна для обучения ребенка проявлениям эмоций и саморегуляции. Кроме того, было высказано предположение, что как управление отца своими эмоциями, так и его реакции на эмоциональные проявления своего ребенка могут оказывать значительное влияние на социальные отношения детей со сверстниками и друзьями.

Независимо от того, что предполагают мифы о матери, роль отца в жизни дочери важна: как его присутствие, так и отсутствие.