ОЛИВИЯ АККУРАТНО НАНЕСЛА НА ПЛЕЧИ солнцезащитный крем с SPF 85. Затем, убедившись, что каждый квадратный дюйм ее кожи надежно защищен от палящего сентябрьского солнца, она надела широкополую шляпу на свои короткие волосы и снова легла на шезлонг.

Иезавель неодобрительно фыркнула.

– Какой смысл загорать, если на тебе вся эта хрень?

Оливия затянула на шее завязки своего бикини с вишневым принтом.

– Мне нравится ощущать на себе солнечные лучи.

– Смотри, Иза, – произнесла Эмбер, – я вообще не пользуюсь солнцезащитным кремом. А знаешь почему? Когда я посмотрела «Воинов», заметила, что все женщины там довольно загорелые. – Она полностью сложила шезлонг и легла на живот, подставляя спину солнцу. – Как серьезная актриса, – продолжила Эмбер, повернув голову к ним, – я считаю, надо полностью вжиться в образ своего персонажа.

Оливия закатила глаза за огромными солнцезащитными очками.

– Как серьезная актриса, – проговорила она, с легкостью подражая тону Эмбер, – я считаю, что необходимо хорошо заботиться о своей коже, чтобы к тридцати годам не выглядеть как сморщенный чернослив.

Эмбер еще немного полежала на животе, затем, не говоря ни слова, протянула руку и раскрыла большой зонт, который полностью затенял ее шезлонг.

– Главное правильно расставлять приоритеты, – протянула Иезавель, беря журнал мод.

Они загорали в тишине, пока Пинат готовила на кухне что-нибудь перекусить. Подслушанный Оливией разговор между Эмбер и Иезавель все не выходил из ее головы, и она прикинула, что сейчас у нее есть прекрасная возможность попытаться что-нибудь выведать.

– Не могу поверить, – как бы между прочим начала Оливия, – что всего каких-то четыре дня назад убили Ронни.

– Три с половиной, – поправила Иезавель, читая статью о трендах осеннего макияжа.

– Не надо мне тут портить выходной – возмутилась Эмбер.

– Просто это так странно, – невозмутимо продолжила Оливия. – Во вторник вечером, когда мы все легли спать, мы и представить себе не могли, что на следующий день тот, кого мы знали умрет.

– Я его не знала, – вставила Эмбер.

Краем глаза Оливия заметила, как Иезавель и Эмбер переглянулись. Что же они скрывают?

– Но я думала, – сказала Оливия, садясь, – что Ронни и Рекс были знакомы. Я слышала…

– Закуски! – Пинат вышла из дома, неся в руках миски и тарелки.

Как же ты не вовремя, Пинат.

Пинат закрыла дверь ногой и зашагала к столику.

– Это новая линия здоровой пищи от мамы и папы, – сообщила она, раскладывая все на столе. – Батончики из ревеня и овса, вегетарианские шашлычки из копченого тофу со вкусом бекона, пикантные лепешки из киноа и чипсы из капусты.

Оливия оглядела тарелки с органическими, веганскими, безглютеновыми закусками, которые являлись основными продуктами империи свежих продуктов мистера и миссис Дамбровски, и мысленно порадовалась, что припрятала в сумке половину кусочка пирога с присыпкой.

Эмбер наклонилась над столом и сморщила нос.

– Похоже на корм для собак. Может закажем пиццу?

Радостная улыбка Пинат исчезла.

– О, я…

Пусть Оливию иногда и беспокоила бесконечная череда странных диет, которые мама Пинат навязывала своей единственной дочери, та все равно гордилась бизнесом своих родителей.

– А я думаю, это выглядит великолепно. – Оливия взяла шашлык из копченого тофу со вкусом бекона и с энтузиазмом откусила его. – М-м-м. – Она растянула губы в улыбке, заставляя себя жевать.

– Почему бы и нет? – Иезавель схватила батончик из ревеня.

Эмбер скривилась.

– По крайне мере, скоро придут парни, – сказала она.

У Пинат перехватило дыхание.

– Парни?

– Естественно. – Эмбер поправила топ-бандо. – Какая вечеринка у бассейна без парней?

– Хорошая? – предположила Иезавель.

Пинат уставилась на чипсы из капусты в своей руке, затем аккуратно положила их на салфетку. Развернувшись к двери в дом, она начала поправлять цельный ретро купальник в горошек, глядя на свое отражение.

– Могла бы и предупредить, что ты их пригласила. – Ее голос дрогнул. – Я же без макияжа.

– Будет тебе уроком, – заметила Эмбер. – Теперь всегда будешь краситься.

Оливия встала позади Пинат и приобняла ее.

– Ты выглядишь потрясающе. Кайл точно лишится дара речи, когда увидит тебя.

Пинат несмело улыбнулась Оливии.

– Спасибо, – прошептала она.

Эмбер вернулась к своему шезлонгу и подняла спинку.

– Кайл положил глаз на одну новенькую из школы святой Анны, так что забудь про него, Пипи.

Пинат высвободилась из объятий Оливии и бросилась в дом.

– Зачем ты так, Эмбер? – Оливии надоело смотреть, как Эмбер растаптывает мечты Пинат. – Неужели сложно быть немного тактичнее?

– Я просто пытаюсь ей помочь, – заявила Эмбер. – Пора бы ей уже понять, что Кайл в ней не заинтересован. Не думаешь, что то, как твоя подруга бегает за парнем, которому на нее плевать, выглядит довольно жалко?

В голосе Эмбер было нечто такое, что Оливия задалась вопросом, действительно ли Эмбер говорила о Пинат и Кайле или же о ней и Донте.

– Когда я вижу, как моя подруга встречается с придурком, то выглядит это также убого, – сказала Оливия. – Если только она это не заслужила.

– Что ты…

– Банзай!

Рекс в плавках выбежал из-за угла дома и прыгнул в бассейн, прижимая колени к подбородку.

Вода выплеснулась из бассейна, облив Эмбер с головы до ног.

– Дебил! – заорала Эмбер, как только из воды показалась голова Рекса. – Посмотри, что ты натворил!

Рекс откинул волосы с лица и подплыл к краю бассейна.

– А что такого? Ты же в купальнике. Купальники и должны намокать.

– Купальники, да, – прорычала Эмбер. – А прическа и макияж – нет!

– Отстой. – Рекс вылез из бассейна, когда Кайл и Тайлер притащили из дома холодильник.

– Пиво! – крикнул Рекс. – Быстро!

Тайлер бросил банку Рексу, который поймал ее в воздухе, подобно центральному аутфилдеру в бейсболе.

Прежде чем он успел ее открыть, Эмбер выхватила пиво из его руки.

– О, да, большое спасибо. Я как раз хотела выпить. – Она села обратно в шезлонг.

– Могла бы попросить, – ухмыльнулся Рекс.

– Мог бы сам предложить, – язвительно отозвалась Эмбер.

Ну вот, опять они начали собачиться.

– Пойду гляну, где там Пинат, – сказала Оливия и быстро скрылась в доме.

Дверь в ванную была закрыта, но Оливия слышала за ней тихие всхлипы. Она тихо постучала.

– Пинат? Ты как?

– Все отлично! – ответил Пинат преувеличенно весело. – Я просто, э, поправляю макияж.

– Тебе стоит вернуться, – произнесла Оливия. – Пришли парни и… – Оливия замолчала, пытаясь придумать как выманить Пинат из ванной. Ей стоит показать Эмбер, что ее не задевают злобные комментарии, иначе Эмбер никогда не остановится.

– И? – подтолкнула Пинат.

Оливия сглотнула.

– И Кайл спрашивал, где ты. – Ладно, это была ложь, но ложь во благо.

– Я выйду через минуту, – отозвалась Пинат после небольшой паузы.

Не всегда только публичные акции, которые устраивают НПО, что-то да значит. Иногда и небольшой помощи бывает достаточно. Оливия шла босиком по коридору и улыбалась, но приблизившись к гостиной резко остановилась.

– Он мертв, – произнес Рекс. – Теперь с этим ничего не поделаешь.

Оливия прижалась к стене. Он говорит о Ронни?

– Надеюсь, оно того стоило, – прошептала Эмбер. – Хочу, чтобы НПО отымели по полной, ясно?

– Тише-тише, – сказал Рекс тем самым шелковисто-мягким голосом, который всегда напоминал Оливии голос серийного убийцы.

– Что у этого парня было на тебя? – с долей ехидства спросила Эмбер.

– Н-ничего, – запнулся Рекс. Вот только Рекс никогда не запинался, он никогда даже на миг не сомневался в себе. А значит Ронни знал о Рексе что-то, что могло очень пагубно сказаться на жизни последнего.

– Уверен?

– Это уже не имеет значения, – процедил Рекс сквозь стиснутые зубы. Затем его голос смягчился. – Ты говорила с Иезавель о ночи вторника?

– Она согласилась, – ответила Эмбер. – И нет, я ничего ей не рассказала.

– Хорошо.

– Но клянусь Богом, – продолжила Эмбер жестко, – если кто-нибудь узнает, что я была с Ронни в тот день, я скажу им...

– Детка, – рассмеялся Рекс. – У меня все под контролем.

– Лучше бы так оно и было, – недовольно проговорила Эмбер.

– Послушай. – Рекс понизил голос, и Оливия не смогла расслышать, что он сказал. Она подкралась ближе к гостиной и уловила конец разговора. – Мы сделаем все, чтобы НПО посадили в тюрьму за убийство Ронни. Обещаю.

Тридцать секунд лобызающих звуков указывали на то, что Эмбер и Рекс принялись увлеченно целоваться. Оливия начала задаваться вопросом, как долго ей тут еще стоять, но тут дверь во двор распахнулась, и она услышала, как две пары шлепанцев направились к бассейну.

Оливия стояла в коридоре, ее мысли метались. Эмбер была с Ронни в день, когда его убили. Рекс намеревается добиться, чтобы НПО упекли в тюрьму за убийство Ронни. К тому же Рекс как-то связан с Ронни, и когда об этом заходит речь он начинает сильно нервничать.

Но достаточно ли всего этого чтобы пойти на убийство? Оливия не знала. Рекс и Эмбер выросли с золотой ложкой во рту и в атмосфере вседозволенности – они всегда получали то, что хотели, и такое их высокомерие вполне могло подтолкнуть их к убийству. Предположение, что они сделали это, лишь бы подставить НПО, звучит притянутым за уши, но такая вероятность вполне возможна, особенно если таким образом им представился шанс избавиться еще и от Ронни.

Оливии придется держать ухо востро с Эмбер и Рексом. Если они действительно убили Ронни, должны быть доказательства, и, если у нее получится их найти, она полностью оправдает НПО. Ей стало тошно от мысли, что придется подлизываться к Рексу, к тому же поддерживать дружеские отношения с Эмбер с каждым днем становилось все труднее.

Но она обязательно что-нибудь придумает.